← Назад к обзору

Аватар

Шепот и пепел

Я стоял посреди подсобки, и в ушах всё еще звенел хлопок закрывшейся двери. Запах табака и персика медленно выветривался, оставляя после себя лишь горькое послевкусие разочарования. «Минутная слабость», сказал он. «Забудь об этом», сказал он.

– Ну уж нет, Окумура, – прошептал я в пустоту, сжимая кулаки. – Ты сам выпустил этого зверя, а теперь пытаешься загнать его обратно в клетку? Не выйдет.

Всю следующую неделю я вел себя как обычно, по крайней мере, внешне. Я блестяще справлялся с практическими занятиями, игнорировал подколки других альф и даже позволил Ча Хэ Ин обойти меня на спарринге, просто потому что мои мысли были заняты другим. Я наблюдал.

Алекс вернулся к своему образу «невидимки». Снова мешковатое худи, снова эти уродливые очки, снова сутулая спина. Он сидел на задней парте, и если бы я не знал, какая мощь скрыта под этой дешевой тканью, я бы сам поверил, что он — просто слабый бета. Но каждый раз, когда он надевал наушники, отгораживаясь от мира, я видел, как напрягаются его челюсти. Он боролся. Не со мной, а с самим собой.

В четверг терпение лопнуло.

Я подкараулил его перед началом занятий в раздевалке. В это время там обычно никого не было. Алекс как раз натягивал свою безразмерную кофту, когда я вошел и запер дверь на засов.

Он замер, не оборачиваясь.

– Уходи, Джинву, – его голос был глухим, почти севшим.

– Посмотри на меня и скажи это в лицо, – я подошел вплотную, чувствуя, как от него исходит волна жара. Он не принимал подавители сегодня. Видимо, организм начал давать сбой из-за нашей связи.

Алекс резко развернулся. Его очки съехали на кончик носа, открывая лихорадочный блеск небесно-голубых глаз.

– Я тебя ненавижу, – прошипел он, хватая меня за воротник форменного пиджака и встряхивая. – Ты понимаешь, что ты делаешь? Ты рушишь всё, что я строил годами. Мой покой, мою безопасность... мою свободу!

– Твоя свобода — это тюрьма, Алекс, – я не отстранился, наоборот, подался вперед, почти касаясь его губ своими. – Ты истинный альфа, Аватар, способный управлять лавой и молниями. А ведешь себя как побитый пес. Тебе не меня нужно ненавидеть, а свою трусость.

Он зарычал — по-настоящему, по-звериному. В воздухе запахло озоном, а по металлическим шкафчикам пробежали крохотные искры статического электричества.

– Ты хочешь увидеть истинного меня? – Его пальцы впились в мои плечи. – Хочешь, чтобы я перестал прятаться? Ладно. Но не вини меня, когда твой идеальный мир в академии сгорит дотла.

Он оттолкнул меня, сорвал с лица очки и с силой швырнул их в стену. Стекло разлетелось вдребезги. Затем он стянул мешковатую толстовку, оставаясь в одной черной майке, которая едва сдерживала его мощный торс. Татуировки на его руках вспыхнули ярким синим светом, переплетаясь с выпирающими венами.

– Иди в класс, Джинву, – бросил он, поправляя взъерошенные черные волосы и открывая выбритые виски. – Шоу начинается.

Когда я вошел в аудиторию «Зеро», там уже было шумно. Сатору Годжо, как обычно, сидел на столе, громко обсуждая с Сугуру Гето планы на выходные. Ча Хэ Ин проверяла свои мечи, а остальные элитные ученики сбились в кучки, обмениваясь сплетнями.

Я сел на свое место в первом ряду и замер, ожидая.

Дверь распахнулась с таким грохотом, что разговоры мгновенно стихли.

В класс вошел человек, которого здесь никто раньше не видел. Высокий — почти два метра ростом, с литыми мышцами и хищной грацией. Его черные волосы были убраны назад, обнажая резкие, пугающе красивые черты лица. Но больше всего поражали его глаза — ярко-голубые, светящиеся внутренней магической силой, и татуировки, которые змеились по мощным рукам до самых кончиков пальцев.

Тишина стала осязаемой.

Алекс прошел через весь класс к своей последней парте. Каждый его шаг отдавался глухим эхом. Альфы, мимо которых он проходил, невольно втягивали головы в плечи — его феромоны, больше не сдерживаемые ничем, обрушились на помещение подобно цунами. Это был запах старой школы, запах силы, перед которой хочется либо склониться, либо бежать.

– Ни хрена себе... – первым нарушил тишину Годжо. Он спрыгнул со стола, его глаза за темными очками расширились от восторга. – О-о-о, Джи-Джи! Это же твоих рук дело, да?

Сатору подлетел к Алексу, бесцеремонно оглядывая его со всех сторон, как редкий экспонат в музее.

– Какой материал! Сугуру, ты только посмотри на эти линии! – Годжо ткнул пальцем в сторону татуировок Алекса. – Парень, ты всё это время притворялся мешком картошки? Это же преступление против эстетики!

Алекс даже не взглянул на него. Он сел на свое место, достал наушники и надел их, всем своим видом показывая, что мир вокруг перестал для него существовать.

Однако мир не собирался оставлять его в покое.

Я чувствовал, как по классу поползли волны зависти и раздражения. Другие альфы — те, кто раньше считал себя верхушкой пищевой цепочки, — теперь смотрели на Алекса с нескрываемой злобой. Они чувствовали угрозу. Их собственные запахи начали мешаться, становясь агрессивными и едкими.

– Эй, Окумура, или как тебя там, – подал голос Ким, один из топовых альф класса, чья сила была связана с трансформацией тела. – Ты что, решил, что если снял очки, то стал особенным?

Алекс не шевельнулся. Музыка в его наушниках, вероятно, играла достаточно громко.

Ким, раззадоренный молчанием и смешками своих дружков, подошел к парте Алекса и смахнул с нее учебник.

– Я с тобой разговариваю, мусор.

Я уже собирался встать, чтобы вмешаться, но Ча Хэ Ин, сидевшая рядом со мной, положила руку мне на предплечье.

– Не надо, Джинву, – тихо сказала она, ее глаза были прикованы к Алексу. – Посмотри на него. Ему не нужна помощь.

В следующую секунду произошло то, чего никто не ожидал.

Алекс не встал. Он даже не снял наушники. Он просто медленно поднял взгляд на Кима. Воздух в классе вдруг стал невероятно тяжелым, будто гравитация увеличилась в несколько раз. Температура в помещении подскочила, а затем резко упала.

– Уйди, – одно единственное слово, произнесенное спокойным, но вибрирующим от скрытой мощи голосом.

Ким побледнел. Его ноги подогнулись, и он был вынужден опереться на соседний стол, чтобы не упасть. Его хваленая сила альфы просто испарилась перед лицом доминантного хищника.

– Что за... – пробормотал Ким, отступая назад. – Что ты такое?

Алекс снова опустил взгляд, возвращаясь к своему занятию. Напряжение спало так же внезапно, как и появилось.

Годжо, наблюдавший за сценой с нескрываемым интересом, весело расхохотался.

– Ой, я не могу! Ким, ты выглядел так, будто сейчас в штаны наложишь! Джинву, поздравляю, ты нашел себе не просто пару, ты нашел стихийное бедствие.

Я промолчал, чувствуя, как внутри всё трепещет от гордости и... желания. Мой омега торжествовал. Теперь все видели то, что видел я. Теперь никто не посмеет смотреть на него свысока.

Но я также видел и цену этого преображения. Алекс сидел, сжимая края стола так сильно, что на дереве начали появляться трещины. Он был на пределе. Быть собой для него означало быть в постоянном напряжении, под прицелом сотен глаз.

Весь учебный день прошел как в тумане. Алекс стал главной темой обсуждения во всей академии. Группы омег шептались, провожая его жадными взглядами, а альфы сбивались в стаи, обсуждая, как «поставить выскочку на место».

После последней лекции я не стал подходить к нему в классе. Я знал, куда он пойдет.

Полигон встретил меня привычным запахом гари. Алекс стоял в самом центре, окруженный вихрем из пепла и искр. Он тренировался с неистовством одержимого. Молнии били в громоотводы, лава плавила бетон, а он сам казался центром этого хаоса.

Я подошел к самому краю опасной зоны и остановился.

– Доволен? – крикнул он, не прекращая движения. Он взмахнул рукой, и поток огня пронесся в метре от меня. – Теперь все знают. Теперь за мной придут.

– Пусть приходят, – я шагнул в круг огня, зная, что он не причинит мне вреда. – Ты больше не один, Алекс.

Он резко остановился. Стихии замерли, подчиняясь его воле. Он тяжело дышал, его торс был мокрым от пота, а татуировки медленно гасли, оставляя на коже лишь черные чернила.

– Ты сумасшедший, Сон Джинву, – он подошел ко мне, его глаза всё еще светились остатками магии. – Ты привязал себя к монстру.

– Я привязал себя к истинному, – я протянул руку и коснулся его щеки. Его кожа была обжигающе горячей. – И если мир захочет уничтожить тебя, ему придется сначала пройти через меня.

Алекс закрыл глаза, прижимаясь лицом к моей ладони. В этот момент он не выглядел как грозный Аватар или опасный альфа. Он выглядел как человек, который наконец-то нашел дом.

– Я действительно тебя ненавижу, – прошептал он, обнимая меня за талию и притягивая к себе. – За то, что ты заставляешь меня чувствовать себя живым.

– Это взаимно, – улыбнулся я, утыкаясь носом в его плечо.

Над полигоном сгущались сумерки, и я знал, что завтрашний день принесет новые проблемы. Ассоциация наверняка уже получила отчеты о «незарегистрированном S-ранге», а элита школы не простит Алексу его превосходства. Но сейчас, в кольце его сильных рук, вдыхая запах персика и табака, я чувствовал, что мы справимся.

Потому что пламя, которое мы разожгли вместе, было невозможно потушить.