Бен Тен Омниверс:Комедия
Кровавая луна и жужжащая месть
Летняя ночь окутала город душным одеялом, сквозь которое не пробивался ни один свежий сквозняк. В комнате Бена Теннисона стояла тишина, прерываемая лишь мерным тиканьем часов и его спокойным дыханием. Герой вселенной видел десятый сон о гигантском смузи, который никогда не заканчивается, и даже не подозревал, что в тенях занавесок зреет заговор.
Первый комар спикировал на его щеку с тонким, победным писком. За ним последовал второй, третий... К середине ночи комната превратилась в арену для пиршества. Бен во сне отмахивался, бормотал что-то про «Омнитрикс» и «спасение мира», но маленькие агрессоры были неумолимы. Они не просто кусали — казалось, они решили унести Бена по частям в свое тайное логово.
Утро встретило Бена не ласковыми лучами солнца, а невыносимым зудом. Когда он подошел к зеркалу, из отражения на него взглянул кто-то, больше похожий на жертву ветрянки или неудачного эксперимента с пчелами. Лицо Бена покрывали красные бугры, один глаз почти заплыл, а нос стал похож на спелый помидор.
– О боже, Бен! – Шелдон едва не выронила стакан с соком, когда они встретились на кухне. – Ты выглядишь так, будто тебя пропустили через мясорубку, а потом решили посыпать красным перцем.
– Не смешно, – прогундосил Бен, отчаянно почесывая локоть. – Они съели меня заживо. Я чувствую, как во мне осталось всего пара литров крови. Остальное ушло на благотворительность этим кровососам.
Шелдон, присмотревшись к его опухшему лицу, вдруг хищно прищурилась. В её глазах зажегся огонек, который обычно не предвещал ничего хорошего для окружающего мира.
– Знаешь что? – Она хлопнула ладонью по столу. – Мы это так не оставим. Сегодня ночью мы устроим охоту. Мы превратим этот двор в неприступную крепость, а комаров — в воспоминание.
Весь день прошел в подготовке. Бен, все еще пошатываясь от недосыпа и зуда, помогал Шелдон таскать какие-то странные приборы и баллоны. К вечеру, когда тени начали удлиняться, Бен решил, что пора переходить к тяжелой артиллерии. Щелчок Омнитрикса, вспышка зеленого света — и посреди двора уже стоял Рэт, сердито раздувая ноздри.
– ПОСЛУШАЙТЕ МЕНЯ, ЖУЖЖАЩИЕ НАСЕКОМЫЕ! – проревел Рэт, сотрясая воздух. – ВЫ СОВЕРШИЛИ ОШИБКУ, КОГДА РЕШИЛИ ПОУЖИНАТЬ БЕНОМ ТЕННИСОНОМ! ТЕПЕРЬ ВЫ БУДЕТЕ ИМЕТЬ ДЕЛО С РЭТОМ!
В руках у него был огромный, промышленного размера баллон со спреем против насекомых, который он закрепил на спине на манер огнемета. Рэт уселся на перевернутую бочку возле гаража Кевина, зорко вглядываясь в сумерки. Шелдон тем временем забралась на крышу гаража, свесив ноги вниз. Она что-то тихо и мелодично насвистывала, болтая кроссовками в воздухе.
– Да тихо ты! – шикнул на неё Рэт, хотя его собственный шепот был слышен в соседнем квартале. – Ты их спугнешь! Рэт хочет, чтобы они подошли поближе, чтобы он мог видеть страх в их фасеточных глазах!
– Комары не слышат свиста, Рэт, – отозвалась Шелдон, не переставая насвистывать. – Они реагируют на тепло и углекислый газ. А от тебя сейчас исходит столько тепла, что ты светишься в темноте как рождественская елка.
Прошел час. Ночь стала по-настоящему темной. И тут началось. Сначала это был едва слышный гул, похожий на звук далекого трансформатора. Гул нарастал, становясь всё более плотным и угрожающим. Из-за деревьев показалось темное облако. Это был не просто рой — это была армия. Тысячи, десятки тысяч комаров, привлеченные запахом ярости Рэта, неслись на гараж.
– ЦЕЛЬ ЗАМЕЧЕНА! – завопил Рэт, вскакивая на ноги и выставляя вперед распылитель.
В этот самый момент дверь дома распахнулась с таким грохотом, будто её выбили тараном. На крыльцо вылетел Дилан. Но это был не обычный Дилан — он тоже был в форме Рэта! Видимо, решив, что одна гора мышц не справится с напастью, он использовал свои способности к трансформации, чтобы соответствовать моменту.
Однако, в отличие от Бена, Дилан явно не обладал стальными нервами аппоплексианца в стрессовых ситуациях. Его глаза округлились до размеров чайных блюдец, шерсть на загривке встала дыбом, а в руках он сжимал обычную мухобойку, которая выглядела в его лапах как зубочистка.
– НАШЕСТВИЕ! – истошно заорал Дилан-Рэт, начиная бегать кругами по двору. – НАШЕСТВИЕ КОМАРОВ! КАРАУЛ! МЫ ВСЕ УМРЕМ! ОНИ ВЫПЬЮТ НАС ДОСУХА И СДЕЛАЮТ ИЗ НАШИХ ШКУР КОВРИКИ!
За ним из дома выбежал Альбедо. Он выглядел как человек, который пытался поспать, но вместо этого попал в эпицентр цирка шапито. Его лицо выражало крайнюю степень презрения и усталости.
– Отставить панику, идиот! – крикнул Альбедо, пытаясь схватить Дилана за хвост, чтобы остановить его безумный бег. – Это просто насекомые! Твой мозг окончательно атрофировался при трансформации?!
Но Дилан его не слышал. Он продолжал нести какой-то бессвязный бред, размахивая мухобойкой и врезаясь в садовых гномов.
– ОНИ ПОВСЮДУ! ОНИ ИСПОЛЬЗУЮТ ТАКТИКУ КЛЕЩЕЙ! ЭТО ВОЗДУШНЫЙ ДЕСАНТ ИЗ ПРЕИСПОДНЕЙ! – вопил он, подпрыгивая на месте.
Рэт, наблюдая за этим зрелищем, сначала замер с открытым ртом, а потом начал медленно оседать на землю. Его мощная грудь заходила ходуном, а из горла вырвался звук, похожий на хрип задыхающегося мотора.
– ХА-ХА-ХА-ХА! – Рэт повалился на спину, дрыгая ногами. – ПОСМОТРИТЕ НА НЕГО! ЭТО САМЫЙ ТРУСЛИВЫЙ АППОПЛЕКСИАНЕЦ В ИСТОРИИ ГАЛАКТИКИ! РЭТУ БОЛЬНО СМЕЯТЬСЯ, НО РЭТ НЕ МОЖЕТ ОСТАНОВИТЬСЯ!
Шелдон на крыше буквально сложилась пополам. Её смех перешел в беззвучный ультразвук, она хлопала ладонями по черепице, рискуя скатиться вниз.
– Дилан, ты... ты просто... – выдавила она сквозь слезы, – ты лучший!
В этот момент рой комаров достиг эпицентра. Воздух стал серым от насекомых. Альбедо, видя, что ситуация выходит из-под контроля, выхватил у Рэта баллон со спреем.
– Дай сюда, бесполезное животное! – рыкнул он на хохочущего Бена. – Я сам разберусь!
Альбедо начал беспорядочно поливать воздух химикатами. Дилан, увидев струю спрея, принял её за новую атаку врага и с криком «ГАЗОВАЯ АТАКА!» бросился в сторону гаража Кевина.
– СТОЙ! – закричал Альбедо, но было поздно.
Один особенно крупный комар, казалось, обладающий зачатками интеллекта, пролетел прямо перед носом Альбедо. Галван, окончательно потеряв самообладание, взмахнул тяжелым баллоном, пытаясь прихлопнуть насекомое прямо в воздухе.
– ПОЛУЧАЙ, ОТРОДЬЕ! – выкрикнул Альбедо.
Баллон со свистом рассек воздух, пролетел мимо комара и со всей силы врезался в стойку подъемника, на которой стояла недособранная машина Кевина. Раздался оглушительный скрежет металла. Стойка подкосилась, и новенький кузов с грохотом рухнул на бетонный пол, сминая капот и выбивая стекла.
Тишина наступила мгновенно. Даже комары, казалось, на секунду перестали жужжать, осознав масштаб катастрофы.
Шелдон замерла на крыше, прикрыв рот ладонями. Её глаза стали огромными.
– О нет... – прошептала она. – Кевин нас убьет. Он нас не просто убьет, он нас распылит на атомы.
Рэт, чье веселье как рукой сняло, схватился обеими лапами за голову.
– ОЙ-ОЙ-ОЙ! – запричитал он, раскачиваясь из стороны в сторону. – РЭТ ПРЕДСТАВЛЯЕТ, ЧТО СДЕЛАЕТ КЕВИН ЛЕВИН! КЕВИН СДЕЛАЕТ ИЗ РЭТА ТАПОЧКИ! КЕВИН ПЕРЕКРАСИТ ГАРАЖ НАШЕЙ КРОВЬЮ!
Альбедо стоял посреди хаоса, тяжело дыша. Его лицо дергалось. Он медленно поднял палец и указал на маленького комара, который невозмутимо уселся на обломок зеркала разбитой машины.
– ТЫ! – взвизгнул Альбедо, обращаясь к насекомому. – ЭТО ВСЕ ТЫ! ЭТО ВСЕ ТОТ КОМАР! ОН СПЛАНИРОВАЛ ЭТО! ОН ЗАМАНИЛ МЕНЯ В ЛОВУШКУ!
В Альбедо что-то сломалось. Рациональный ученый окончательно уступил место безумцу, доведенному до отчаяния. Он схватил подвернувшийся под руку тяжелый гаечный ключ и начал крушить всё вокруг, пытаясь достать злосчастного комара.
– Я УНИЧТОЖУ ТЕБЯ! Я УНИЧТОЖУ ВАШ КЛАН! Я СОТРУ ЭТУ ПЛАНЕТУ С КАРТЫ, ЕСЛИ НА НЕЙ ОСТАНЕТСЯ ХОТЬ ОДНО КРЫЛАТОЕ ЧУДОВИЩЕ!
Под горячую руку Альбедо попали верстаки, полки с инструментами и даже старый холодильник. Гараж Кевина, который тот содержал в идеальной чистоте, на глазах превращался в зону боевых действий. Искры летели во все стороны, грохот стоял такой, будто в гараже поселился разъяренный халк.
Шелдон и Рэт смотрели на это побоище в полном шоке. Дилан, всё еще в форме аппоплексианца, тихонько забился под уцелевший стол и прикрыл голову руками, бормоча что-то про «гнев богов».
– Нам пора, – первой пришла в себя Шелдон, спрыгивая с крыши. – Рэт, хватай Дилана, и бежим! Если Кевин проснется сейчас, мы не доживем до рассвета!
– РЭТ СОГЛАСЕН! РЭТ ВПЕРВЫЕ В ЖИЗНИ СОГЛАСЕН ОТСТУПИТЬ! – Бен подхватил Дилана под мышки, как тряпичную куклу.
Они бросились вон со двора, не оглядываясь. За их спинами всё еще слышались крики Альбедо и звон разбиваемого стекла.
– Я ДОСТАНУ ТЕБЯ, НАСЕКОМОЕ! ТЫ НЕ СКРОЕШЬСЯ ОТ ГЕНИЯ ГАЛВАНОВ! – вопил Альбедо, швыряя в пустоту пустую банку из-под масла.
Когда они отбежали на безопасное расстояние в три квартала, Бен наконец сбросил трансформацию. Он стоял, тяжело дыша, всё еще покрытый укусами, но теперь его волновало совсем другое.
– Ребят, – тихо сказал он, глядя на Шелдон и Дилана, – а ведь Альбедо остался там один.
– Он сам выбрал этот путь, – философски заметил Дилан, отряхивая порванную одежду. – К тому же, у него есть алиби. Он может сказать, что это был гигантский комар-мутант.
– Не думаю, что Кевин поверит в комара, который умеет пользоваться гаечным ключом сорок на сорок два, – вздохнула Шелдон.
Они поплелись в сторону парка, решив переждать остаток ночи на лавочках. Где-то вдалеке, со стороны дома Теннисонов, раздался леденящий душу крик Кевина Левина, который, судя по всему, всё-таки проснулся.
– Знаешь, Бен, – протянула Шелдон, глядя на звезды, – твоя идея с охотой была... оригинальной.
– Это была твоя идея! – возмутился Бен.
– Неважно, – отмахнулась она. – Главное, что комаров во дворе точно больше нет. Вместе с гаражом, машиной и, скорее всего, шансами Альбедо на выживание.
Дилан вдруг хихикнул, вспомнив свое лицо в отражении витрины.
– Зато я теперь знаю, что форма Рэта не добавляет храбрости, если у тебя аллергия на жужжание.
Они еще долго сидели в тишине ночного парка, вздрагивая от каждого шороха в кустах. А где-то на руинах гаража одинокий комар, единственный выживший в этой битве титанов, победно пропищал и отправился искать новую жертву. Лето продолжалось, и впереди их ждало еще много приключений, но одно они знали точно: в следующий раз они просто купят обычную фумигаторную спираль.