Блю лок
Иллюзия превосходства и погоня за горизонтом
– Слушайте, я просто пошутил! – Джабби Ленсон вскинул руки в защитном жесте, пятясь к краю тротуара. Его безупречное лицо, освещенное холодным неоном Токио, на мгновение утратило свою божественную невозмутимость. – Вы, японки, такие серьезные! Неужели вы думали, что я всерьез считаю вас... ну, теми, о ком я сказал? Это был просто пранк, проверка на стрессоустойчивость!
Бачира Мегуру замерла, наклонив голову набок, как хищная птица, выслеживающая добычу. Её глаза сузились до тонких щелочек, в которых плясали опасные огоньки. Атмосфера вокруг неё вибрировала от сдерживаемой энергии.
– Пранк? – переспросила она, и в её голосе послышался низкий, вибрирующий рокот. – Значит, ты решил, что можешь прийти в наш город, оскорбить нас, а потом просто сказать «бамбарбия киргуду» и свалить в туман на своем золотом такси?
Джабби почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он был привыкшим к давлению многотысячных трибун «Камп Ноу», но сейчас, перед этой невысокой девушкой с безумным взглядом, он ощутил нечто новое — первобытный страх. Его соболиные брови, обычно задававшие лицу волевой характер, непроизвольно дрогнули.
– Испания — чемпион, детка! Вам нас не догнать! – выкрикнул он, внезапно разворачиваясь на пятках. – Чао, эгоистки! Увидимся на поле, если пройдете квалификацию!
С этими словами Джабби сорвался с места. Его бег был воплощением грации и мощи: длинные ноги в дорогих брюках работали как поршни, а орехово-шатеновые волосы развевались на ветру, переливаясь карамельными бликами под светом фонарей. Он был уверен в своей скорости. Он был «Звездопадом», неуловимым и свободным.
– Стоять, придурок! – взвизгнула Бачира, срываясь следом.
Исаги, Чигири и Кунигами остались стоять у входа в ресторан, ошеломленно глядя на стремительно удаляющиеся фигуры.
– Она его убьет, – констатировала Чигири, лениво поправляя красную прядь. – Или, что хуже, заставит играть с ней в «монстра» до рассвета.
– Мы должны их догнать, – Исаги уже проверяла шнуровку на кроссовках. – Если этот испанец пострадает, международный скандал нам обеспечен. А нам еще играть с молодежкой Испании через полгода.
Тем временем погоня набирала обороты. Джабби Ленсон летел по улицам Гинзы, ловко лавируя между редкими прохожими. Он чувствовал себя в своей тарелке: это было похоже на контратаку, когда за спиной остаются защитники, а впереди только чистое пространство. Он уже почти видел огни своего отеля, когда услышал за спиной странный звук.
Это не был топот шагов. Это был какой-то ритмичный, пугающий шелест, перемежающийся с тихим смехом.
– Эй, красавчик! Куда же ты? Мы еще не обсудили меню на завтра! – Голос Бачиры прозвучал совсем рядом, буквально над его ухом.
Джабби резко обернулся на бегу и едва не споткнулся. Бачира не просто бежала — она двигалась в своем неповторимом стиле, низко пригибаясь к земле, словно дикая кошка. Её движения были рваными, хаотичными, она использовала стены зданий и мусорные баки как опоры для прыжков, сокращая дистанцию с пугающей эффективностью.
– Ты что, демон?! – выдохнул Джабби, прибавляя ходу.
– Я — Мегуру! – отозвалась она, совершая невероятный кувырок через скамейку и приземляясь прямо перед ним.
Джабби затормозил так резко, что подошвы его туфель издали жалобный визг по асфальту. Он тяжело дышал, его грудь вздымалась под тонкой рубашкой, а на лбу выступила испарина, ничуть не портившая его идеальную архитектуру лица. Бачира стояла перед ним, широко расставив ноги и ухмыляясь во весь рот.
– Попался, – сказала она, делая шаг вперед.
– Послушай, – Джабби попытался восстановить дыхание и вернуть себе остатки достоинства. Он выпрямился, и его низкая посадка бровей снова сделала взгляд проницательным и строгим. – Ты быстрая. Очень быстрая. Но это улица, а не стадион. Я не хочу причинять тебе вред.
– Причинять мне вред? – Бачира рассмеялась, и этот смех заставил Джабби напрячься. – Ты до сих пор не понял? Здесь охотник — я. А ты — просто блестящая побрякушка, которую я решила забрать себе.
Джабби нахмурился. Его кофейные глаза потемнели, становясь почти черными. В нем проснулся профессиональный атлет, который не привык проигрывать даже в таких нелепых ситуациях.
– Свобода, – тихо произнес он, и его аура внезапно расширилась, заполняя пространство переулка. – Ты хочешь поиграть? Ладно. Давай поиграем. Но если я выиграю, ты оставишь меня в покое и завтра на пресс-конференции скажешь, что испанский футбол — лучший в мире.
– А если я? – Бачира прищурилась.
– Если ты меня поймаешь так, что я не смогу пошевелиться... – Джабби сделал паузу, его губы с четким луком Купидона изогнулись в опасной улыбке. – Я признаю, что «Синяя Тюрьма» — это место, где рождаются настоящие монстры. И оплачу вам не только ужин, но и весь шопинг в Токио.
– Идет! – Бачира сорвалась с места без предупреждения.
То, что последовало дальше, было похоже на танец двух стихий. Джабби использовал свой «Звездопад» — стиль, который невозможно было прочитать. Он менял направление движения в воздухе, отталкивался от стен, проскальзывал под низкими навесами магазинов. Его тело обладало невероятной гибкостью; казалось, у него нет костей, только чистая энергия и воля.
Бачира не отставала ни на шаг. Её «внутренний монстр» вел её по следу. Она предугадывала его рывки, читая не его мысли, а само движение воздуха вокруг него.
В какой-то момент они оказались на небольшой площади с фонтаном. Джабби взлетел на парапет, намереваясь перепрыгнуть через воду, но Бачира в прыжке ухватила его за полу дорогого пиджака.
– Попался! – крикнула она.
Джабби, не теряя самообладания, выскользнул из пиджака, оставляя его в руках девушки, и приземлился на другой стороне фонтана. Он стоял в одной рубашке, которая плотно облегала его мускулистое тело. Его орехово-шатеновые волосы намокли от брызг воды и теперь казались темными, почти шоколадными.
– Плохо, Мегуру! – крикнул он, тяжело дыша. – Одежда — это просто рамки. Я свободен!
Но Бачира уже не слушала. Она бросила пиджак на землю и, не раздумывая, прыгнула прямо в воду фонтана, пересекая его вброд.
– Ты не понимаешь! – кричала она, выбираясь на плитку, промокшая до нитки, но с горящими глазами. – Ты думаешь, что твоя свобода — это отсутствие правил? Нет! Настоящая свобода — это когда ты можешь поймать даже падающую звезду!
Джабби замер. Слова этой сумасшедшей девчонки странным образом резонировали с его собственной философией. Он посмотрел на неё — мокрую, растрепанную, с диким оскалом — и внезапно почувствовал прилив необъяснимого восхищения. В его мире высокой моды и элитного футбола всё было слишком чистым, слишком предсказуемым. Бачира была хаосом.
И в этот момент он допустил ошибку. Он засмотрелся на её сияющее лицо на секунду дольше, чем следовало.
Бачира совершила рывок, который не поддавался законам физики. Она не просто побежала — она выстрелила собой, как из пушки. Прежде чем Джабби успел поднять ногу для следующего шага, она врезалась в него, сбивая с ног.
Они покатились по плитке площади. Джабби пытался вывернуться, используя свою технику дриблинга даже в партере, но Бачира вцепилась в него мертвой хваткой. Она обхватила его торс ногами, а руками заблокировала его шею, прижимая к земле.
– Всё! – выдохнула она прямо ему в лицо. – Мат и переплата по счету!
Джабби лежал на спине, глядя в ночное небо Токио, где сквозь дымку пробивались настоящие звезды. Он чувствовал тяжесть тела Бачиры, её частое дыхание и запах дождя, исходящий от её волос. Его сердце колотилось о ребра, как пойманная птица.
– Ты... ты сумасшедшая, – прошептал он, и на его лице, наконец, появилось выражение искреннего, не замутненного эгоизмом признания.
– Я знаю, – Бачира улыбнулась, и в этой улыбке не было злости, только чистая радость победы. – Ну что, «Звездопад», признаешь поражение?
Джабби закрыл глаза на мгновение, а когда открыл их, его взгляд был мягким, ореховые полутона в глубине зрачков потеплели.
– Признаю, – сказал он тихо. – Вы — монстры. И твой дриблинг... он не имеет системы, потому что он — это ты сама. Это пугает. И это... великолепно.
В этот момент на площадь вбежали запыхавшиеся Исаги, Чигири и Кунигами. Они остановились как вкопанные, глядя на живописную картину: их подруга, промокшая насквозь, сидит верхом на лучшем игроке «Барселоны», который выглядит так, будто только что проиграл финал Лиги Чемпионов, но при этом почему-то улыбается.
– Бачира! – крикнула Исаги. – Ты его не придушила?
– Почти! – весело отозвалась Мегуру, неохотно слезая с Джабби. – Но он обещал нам шопинг! Девочки, мы идем грабить магазины на деньги испанской короны!
Джабби медленно поднялся, отряхивая мокрую рубашку. Его лицо снова обрело гармонию, но теперь в нем не было той ледяной отстраненности. Он подошел к Бачире и протянул ей руку.
– Ты победила честно, Мегуру Бачира. Завтра я буду ждать вас всех у входа в «Гинза Сикс». Но предупреждаю: я буду выбирать вам наряды сам. У вас ужасный вкус в спортивных костюмах.
– Эй! – возмутилась Кунигами. – Мой костюм очень удобный!
– Удобство — это для пенсионеров, – парировал Джабби, и его соболиные брови иронично изогнулись. – Для звезд важна эстетика. А вы теперь — звезды, раз смогли поймать меня.
Он подобрал свой пиджак, который Бачира бросила у фонтана, и накинул его на плечи. Несмотря на помятый вид, он всё еще выглядел как эталон мужественности и стиля.
– Знаешь, Исаги, – Джабби обернулся к Йоичи, которая внимательно наблюдала за ним. – Твой проект «Синяя Тюрьма»... я думал, это тюрьма для талантов. Но кажется, это заповедник для тех, кто слишком дик для обычного мира.
– Мы просто хотим быть лучшими, – ответила Исаги. – И мы будем ими.
– Посмотрим, – Джабби кивнул. – До завтра, сеньориты. И, Бачира... – он на мгновение задержал взгляд на ней, – в следующий раз, когда захочешь меня повалить, выбери место помягче. Моя спина стоит дороже, чем весь этот квартал.
Он развернулся и зашагал прочь, насвистывая какой-то испанский мотив. Его походка снова была легкой и непредсказуемой.
– Знаете, – нарушила тишину Чигири, – а он ведь даже не извинился за те слова про «услуги».
– Зато он признал наш футбол, – Исаги улыбнулась, глядя на удаляющуюся спину Джабби. – А это для него, кажется, было гораздо труднее.
Бачира подошла к ним, отжимая край своей футболки. Вода стекала с неё ручьями, но лицо светилось счастьем.
– Он хороший, – сказала она вдруг. – У него внутри живет очень одинокий монстр. Такой же, как у меня раньше. Он просто прячет его за своими идеальными бровями и дорогими шмотками.
– Одинокий монстр, который платит за шопинг — это лучший вид монстра, – подытожила Кунигами, вызывая общий смех.
Девушки направились к своему отелю, оживленно обсуждая завтрашний день. Ночной Токио провожал их огнями, а где-то там, в темноте переулков, эхо «Звездопада» всё еще шептало о том, что настоящая игра только начинается. Джабби Ленсон приехал в Японию как турист и звезда, но уедет он отсюда с осознанием того, что на другом конце света есть люди, способные не только прочитать его стиль, но и заставить его сердце биться в такт их безумному ритму.
А Бачира... Бачира уже предвкушала, как завтра она заставит этого идеального испанца примерить что-нибудь совершенно нелепое. Ведь настоящая свобода — это еще и умение смеяться над собой, даже если ты — бог футбола с самыми красивыми бровями в мире.