← Назад к обзору

Брат

Пепел невинных и кровь теней

Промышленный район Инчхона в предрассветные часы казался кладбищем из бетона и ржавого металла. Юки припарковал машину за два квартала до цели, в тени обветшалого цеха по переработке пластика. Ночной воздух здесь был пропитан запахом мазута и соленого моря, но маг чувствовал и кое-что другое — тонкий, едва уловимый аромат стерильности и маны, который не должен был присутствовать в этой дыре.

Здание, указанное в сообщении, выглядело как типичный заброшенный склад: выбитые окна, исписанные граффити стены, покосившиеся ворота. Но для охотника S-ранга эта маскировка была прозрачной. Юки видел нити магической сигнализации, опоясывающие периметр, и чувствовал тяжелые взгляды часовых, скрытых за укрепленными панелями.

– Ну что же, поиграем в прятки, – прошептал он сам себе.

Юки медленно застегнул черную кофту до самого подбородка и натянул капюшон, скрывая свои ярко-голубые глаза и блеск пирсинга в ушах. В этот момент он меньше всего походил на вальяжного мага и больше — на смертоносную тень. Его движения стали текучими, почти лишенными веса.

Он не знал, что в нескольких метрах от него, в густой тени под днищем его автомобиля, за ним внимательно наблюдают два светящихся фиолетовых глаза. Сон Джинву не мог позволить младшему брату в одиночку войти в логово змей, о которых тот знал лишь по обрывочным сведениям из Китая. Теневой солдат-разведчик был лишь проводником для взора Монарха, который сейчас, находясь в своем кабинете, видел мир глазами своей тени.

Юки действовал безупречно. Он не использовал свое пламя — оно было слишком ярким и шумным. Вместо этого он использовал чистую кинетическую энергию и контроль маны. Первый охранник, стоявший у черного входа, даже не успел вскрикнуть: Юки возник за его спиной, и короткий, напитанный маной удар в основание черепа мгновенно оборвал жизнь наемника. Тело было подхвачено и бесшумно уложено на бетон.

Второй, третий... Юки двигался сквозь здание как ассасин. Он проскальзывал мимо камер, используя слепые зоны, которые вычислял за доли секунды. Внутри склад оказался обманкой — за фальшивой стеной скрывался высокотехнологичный комплекс с белыми коридорами и герметичными дверями.

Проходя мимо одной из секций, Юки замер. За толстым армированным стеклом он увидел их. Дети. Разного возраста, от пяти до пятнадцати лет. Они сидели в клетках, похожих на стерильные боксы. На каждом была белая роба, а их глаза... в них не было страха. В них была пустота, хуже любой боли.

Кулаки Юки сжались так, что костяшки побелели. Черное пламя лизнуло его ладони изнутри, отчаянно желая вырваться и испепелить всё это место.

– Еще не время, – процедил он сквозь зубы, заставляя себя двигаться дальше. – Сначала данные.

Он нашел серверную через пять минут. Взломать систему защиты для мага, чей мозг привык обрабатывать тысячи магических формул в секунду, не составило труда. Юки присел перед монитором, его пальцы быстро забегали по клавиатуре.

На экране начали всплывать файлы. Фотографии детей «до» и «после». Графики введения препаратов, названия которых вызывали дрожь. «Проект Феникс: Стадия 4. Интеграция сущности монстров в человеческий геном».

Юки листал отчеты, и его лицо становилось всё более бледным. На одной из страниц он увидел видеозапись. Маленькая девочка, не старше его племянника Сухо в детстве, кричала, когда её тело начало деформироваться, покрываясь черной чешуей, пока её глаза не лопнули, истекая магической плазмой. Исследователи в белых халатах просто делали пометки в планшетах, даже не глядя на мучения ребенка.

Его желудок скрутило спазмом. Юки резко отвернулся от экрана, и его стошнило прямо на сверкающий чистотой пол. Чудовища. Те, кто был по ту сторону врат, были просто хищниками, но те, кто создал это место, были истинным злом.

Вытерев рот рукавом, Юки с лихорадочным блеском в глазах перекачал все данные на флеш-накопитель. Теперь у него были доказательства. Теперь он мог уничтожить «Верде» юридически и физически.

– Я сожгу вас всех дотла, – прошептал он, и его голос больше не был человеческим. В нем слышался гул лесного пожара.

Он вышел из серверной и направился к блоку с клетками, намереваясь начать эвакуацию. Но стоило ему завернуть за угол, как он наткнулся на фигуру, преградившую ему путь.

Это был подросток. Мальчик лет тринадцати-четырнадцати, с пепельно-серыми волосами и неестественно бледной кожей. На нем не было робы — только черные брюки. Его руки были покрыты странными пульсирующими венами, которые светились ядовито-зеленым светом.

– Ты не должен быть здесь, – сказал мальчик. Его голос был лишен интонаций, словно говорил автомат.

– Уходи с дороги, пацан, – Юки приготовился к бою, чувствуя, как от подростка исходит аура, сопоставимая с охотником А-ранга. – Я пришел забрать вас отсюда.

– Мы не хотим уходить, – ответил ребенок, и его руки внезапно удлинились, превращаясь в костяные лезвия. – Нам здесь хорошо. Здесь мы становимся богами.

Мальчик бросился в атаку с невероятной скоростью. Юки едва успел уклониться, когда костяное лезвие рассекло воздух в миллиметре от его лица. Это был не человек. Внутри этого ребенка сидело нечто иное, сплавленное с его плотью и душой.

Юки не хотел убивать его. Он старался блокировать удары, используя лишь малую часть своей силы, боясь испепелить ребенка своим черным пламенем.

– Остановись! Я не хочу причинять тебе вред! – крикнул Юки, перехватывая очередное лезвие рукой. Жар его ладони заставил кость задымиться, но мальчик даже не поморщился.

– Вред? Ты принес нам слабость, – подросток совершил невероятный кульбит в воздухе.

Юки на мгновение замешкался, увидев в глазах ребенка отражение своего собственного сына. Этот миг слабости стал роковым.

Мальчик резко выкинул руку вперед. Костяной шип, выстреливший из его предплечья, пробил защиту Юки и вошел глубоко в его левое плечо, прошивая тело насквозь.

Юки вскрикнул, отпрянув назад. Кровь брызнула на белые стены, окрашивая их в ярко-алый цвет. Боль была острой, обжигающей, словно в рану залили расплавленный свинец.

– Проклятье... – Юки упал на одно колено.

Он видел, как из боковых отсеков начали выходить другие дети. Десятки. Сотни. Они окружали его плотным кольцом. У кого-то были лишние суставы, у кого-то вместо глаз светились магические кристаллы. Они смотрели на него как на добычу.

– Убейте его, – скомандовал серый мальчик. – Он мешает эволюции.

Юки поднял голову. Он мог бы выпустить черное пламя прямо сейчас. Он мог бы сжечь весь этот зал за секунду, превратив всех этих несчастных существ в прах. Но его рука дрогнула. Перед ним были дети. Изуродованные, лишенные разума, превращенные в оружие, но всё еще дети.

– Я не могу... – прошептал он, чувствуя, как сознание начинает мутиться от потери крови. – Я не могу вас убить.

Он сжал рану рукой, и из его ладони вырвался сноп черных искр. Юки закричал от боли, когда он буквально прижег себе рану собственным пламенем, чтобы остановить кровотечение. Запах паленой плоти заполнил коридор.

Толпа детей начала сжиматься. Первый ряд уже приготовился к прыжку, их конечности трансформировались в смертоносные орудия. Юки закрыл глаза, приготовившись к последнему, отчаянному рывку.

И в этот момент время словно остановилось.

Воздух в помещении внезапно стал тяжелым, как свинец. Стены задрожали, а свет ламп начал мигать и гаснуть, погружая коридор в абсолютную тьму. Но эта тьма не была пустой. Она была живой.

– Довольно, – голос, прозвучавший из ниоткуда, заставил детей-мутантов замереть на месте. Это был голос самой смерти, спокойный и неотвратимый.

Тень Юки под его ногами внезапно расширилась, превращаясь в бездонный провал. Из этой бездны начали подниматься фигуры в черных доспехах. Игрис, Бер и сотни теневых пехотинцев заполнили пространство, создавая непроницаемую стену между Юки и нападавшими.

В центре этого теневого легиона стоял Сон Джинву. Его глаза горели холодным фиолетовым светом, а его плащ развевался на ветру, которого не должно было быть в закрытом помещении.

– Брат... – выдохнул Юки, пытаясь подняться, но силы окончательно покинули его.

Джинву оказался рядом с ним в одно мгновение. Он подхватил Юки, не давая ему упасть. Его взгляд скользнул по обожженному плечу брата, и аура Монарха Теней на секунду вспыхнула с такой силой, что дети-мутанты попятились назад, их животные инстинкты кричали об опасности.

– Ты слишком мягкий, Юки, – тихо сказал Джинву, но в его голосе не было упрека, только глубокая печаль. – Ты пытался спасти их души, когда их тела уже давно стали клетками для чудовищ.

– Они... они просто дети, Джинву... – Юки вцепился в плечо брата. – Не убивай их. Пожалуйста.

Джинву посмотрел на толпу существ, которые когда-то были людьми. Бер уже раскрыл свои когти, ожидая приказа на зачистку. Один жест Монарха — и от этого места не осталось бы даже воспоминания.

– Я не убью их, – ответил Джинву, и его голос разнесся по всему комплексу. – Но я заберу их отсюда. В мир теней, где время течет иначе. Там они будут спать, пока мы не найдем способ вернуть им человечность.

Он поднял руку, и тени начали окутывать детей, бережно, словно одеяла, погружая их в магический сон. Подростки падали один за другим, исчезая в темных воронках на полу. Серый мальчик пытался сопротивляться, но Игрис просто положил руку ему на голову, и тот мгновенно обмяк.

– Кайсел! – позвал Джинву.

Огромный теневой дракон материализовался прямо сквозь крышу склада, разрывая металл и бетон как бумагу.

– Уходим, Юки. Твоя миссия закончена. Ты достал данные, и ты выжил. Этого достаточно для одного дня.

Джинву легко поднял брата на руки, словно тот ничего не весил, и прыгнул на спину дракона. Кайсел взмахнул крыльями, поднимаясь в предрассветное небо Инчхона. Внизу склад начал заполняться черным дымом — тени Джинву методично уничтожали оборудование и тех, кто стоял за этим проектом, оставляя в живых только подопытных для дальнейшего изучения.

Юки лежал на жесткой чешуе дракона, глядя на удаляющуюся землю. Боль в плече притупилась, сменившись тяжелой усталостью.

– Джинву... – позвал он тихо.

– Молчи. Тебе нужно сохранить силы. Мы летим домой.

– Кенджи... – Юки попытался улыбнуться, хотя это больше походило на гримасу боли. – Не говори маме, что я подставился под удар тринадцатилетнего пацана. Она мне этого никогда не простит.

Джинву коротко рассмеялся, и этот звук немного разогнал мрак этой ночи.

– Твой секрет в безопасности. Но учти, Юки... когда ты поправишься, мы серьезно займемся твоими тренировками. Быть отцом — значит быть живым. Ты больше не имеешь права на такие ошибки.

– Знаю, – прошептал Юки, закрывая глаза.

Когда они приземлились во дворе поместья, их уже ждали. Ча Хэ Ин с аптечкой, взволнованная Пак Кён Хе и Сухо, который смотрел на дядю с нескрываемым ужасом и восхищением одновременно.

Юки перенесли в гостевое крыло. Пока Хэ Ин, обладавшая навыками оказания первой помощи при магических ранениях, срезала с него остатки кофты, Юки сжимал зубы, стараясь не кричать.

– Рана глубокая, – констатировала Хэ Ин, очищая плечо от остатков костяного шипа. – Но твое пламя... ты сам себя стерилизовал. Это спасло тебя от заражения маной монстра, которая была на лезвии.

– Я всегда говорил, что огонь — лучшее лекарство, – прохрипел Юки, глядя в потолок.

Джинву стоял у окна, наблюдая за процессом. В его руках был тот самый флеш-накопитель, который Юки вынес из лаборатории.

– Здесь данные на сотни людей, – сказал Джинву. – Сенаторы, директора корпораций, высокопоставленные охотники. «Верде» пустила корни глубже, чем мы думали.

– Теперь у нас есть их имена, – Юки приподнялся на локтях, несмотря на протестующий возглас Хэ Ин. – Мы найдем всех. И тех детей, которых ты забрал в тень... мы должны найти способ исцелить их.

– Мы найдем, – Джинву подошел к кровати брата и положил руку на его здоровое плечо. – А пока — отдыхай. Твой сын проснулся час назад и, кажется, очень недоволен тем, что отец пропустил время кормления.

Юки улыбнулся, и на этот раз его улыбка была настоящей.

– Кенджи... – Он попытался сесть, но Хэ Ин решительно толкнула его обратно на подушки.

– Сначала перевязка и сон, Юки Сон. Кенджи под присмотром бабушки. Если ты сейчас к нему пойдешь в таком виде, он решит, что его отец — зомби.

Через час, когда раны были обработаны, а Юки погрузился в глубокий сон без сновидений, Джинву вышел в коридор. Там его ждал Сухо.

– Папа, дядя Юки ведь поправится? – спросил парень, глядя на закрытую дверь.

– Поправится, Сухо. Твой дядя — как феникс. Он сгорает, но всегда возрождается из пепла. Но сегодня он научил нас кое-чему важному.

– Чему?

Джинву посмотрел на свои руки, в которых была сосредоточена власть над смертью.

– Тому, что даже самое черное пламя может быть милосердным. И что иногда самая большая сила заключается не в способности уничтожить врага, а в способности не поднять руку на того, кто слабее.

Рассвет над Сеулом был тихим и ясным. В гостевой комнате Юки Сон спал, и на его губах блуждала легкая улыбка. Ему снилось, как он учит Кенджи водить свой «Астон Мартин», и в этом сне не было ни лабораторий, ни клеток, ни боли. Было только солнце, скорость и тепло семьи, которую он наконец-то обрел по-настоящему.

Битва с «Верде» только начиналась, но теперь Юки знал: за его спиной стоит величайшая армия мира, а в его сердце горит огонь, который больше никогда не погаснет. Он был охотником S-ранга, магом черного пламени и младшим братом Сон Джинву. Но прежде всего, он был отцом, готовым сжечь целые миры ради того, чтобы его сын никогда не узнал, что такое тьма.