Братья
Осколки памяти и зов бездны
Холодная вода хлынула на пол ангара, смешиваясь с битым стеклом и остатками магических реагентов. Я стоял неподвижно, позволяя потоку омывать мои ботинки. В центре этого хаоса, на коленях среди осколков, тяжело дышала женщина. Её черные волосы облепили плечи, а небесно-голубые глаза, затуманенные шоком, метались от Юки к Сухо и, наконец, остановились на мне.
Моё сердце, которое я считал давно превратившимся в холодный камень, предательски дрогнуло. Этот взгляд... Я знал его. Я чувствовал его в каждом сне, в каждом болезненном воспоминании. Но разум Теневого Монарха кричал об опасности.
– Отец... – прошептал Юки, делая шаг вперед. Его руки дрожали. – Это она? Это правда она?
Я не ответил. Я чувствовал, как моя аура давит на стены ангара, заставляя здание стонать под тяжестью маны. Охранники и ученые, которые еще могли стоять на ногах, теперь просто вжимались в пол, не в силах даже дышать.
– Игрит! Бериу! – мой голос прозвучал как раскат грома.
Две величайшие тени мгновенно материализовались по обе стороны от женщины. Бериу склонил голову, его жвалы нервно подергивались, а Игрит положил руку на эфес меча, не сводя глаз с «объекта».
– Заберите всех, кто причастен к этому, – приказал я, указывая на сжавшихся в углу ученых. – Вырвите у них тени. Пусть их души расскажут всё, что они знают. Если кто-то будет сопротивляться — убейте на месте. Мне не нужны их тела, мне нужны их воспоминания.
– Слушаемся, мой Повелитель! – взревел Бериу, срываясь с места. Раздались крики ужаса, которые быстро сменились глухим чавканьем поглощаемых теней.
Я медленно подошел к женщине. Она вздрогнула, когда я остановился рядом. Я снял свой тяжелый черный плащ и накинул ей на плечи, скрывая её наготу от холодного воздуха и взглядов сыновей. Её кожа была ледяной, почти как у моих солдат, но под ней я чувствовал едва уловимую пульсацию жизни.
– Юми? – позвал я, вкладывая в это имя всю свою волю.
Она подняла голову. Её губы дрогнули, пытаясь сформировать звук, но из горла вырвался лишь хрип. Она выглядела потерянной, словно душа, только что вернувшаяся из долгого странствия по пустоте.
– Уходите, – бросил я парням, не оборачиваясь.
– Что? Пап, мы не оставим тебя здесь с ней! – возмутился Юки, его глаза горели упрямством.
– Уходите, – повторил я жестче. – Заберите сестер от бабушки и отвезите их в безопасное место. В особняк не возвращайтесь. Сухо, ты за старшего. Игрит выделит вам отряд для охраны.
Сухо, который всё это время хранил пугающее спокойствие, положил руку на плечо брата.
– Да, папа, – тихо сказал он. – Пойдем, Юки. Сейчас мы будем только мешать.
Я слышал, как они уходят, как ревут моторы их байков, унося их прочь от этого кошмара. Когда в ангаре остались только я, женщина и мои тени, я опустился на одно колено перед ней.
– Кто бы ты ни была, – прошептал я, касаясь её подбородка, – если ты — ложь, я уничтожу того, кто тебя создал. Но если ты...
Я не договорил. В глубине моей связи с тенями вспыхнул сигнал.
– Игрит, – позвал я через ментальную связь. – Оставь пленных Бериу. У меня есть для тебя другое задание.
Верный рыцарь возник за моей спиной, преклонив колено.
– Слушаю, Повелитель.
– Отправляйся на кладбище. Немедленно. Проверь могилу Сон Юми.
Я почувствовал, как Игрит на мгновение замер. Даже для тени, прожившей тысячи лет, это задание было кощунственным. Но он лишь ниже склонил голову.
– Будет исполнено. Я проверю целостность печатей и... содержимого.
Он исчез в черном вихре.
Я снова повернулся к женщине. Она смотрела на меня, и в её глазах начала проясняться осознанность. Она протянула руку, её пальцы, тонкие и хрупкие, коснулись моей щеки.
– Джин... ву... – её голос был едва слышным, как шелест сухой травы.
У меня перехватило дыхание. Этот голос... Это было невозможно. Я сам держал её за руку, когда её сердце остановилось. Я сам закрыл ей глаза. Я сам воздвиг магические барьеры вокруг её могилы, чтобы никто и никогда не посмел потревожить её покой.
– Как? – спросил я, чувствуя, как ярость и надежда разрывают меня изнутри.
В этот момент Бериу закончил свою жатву. Он подошел ко мне, таща за собой эфирные сгустки — тени главных исследователей. Они корчились и стонали, пытаясь сохранить остатки своей личности, но воля Монарха была абсолютной.
– Повелитель, – проскрежетал Бериу. – Я просмотрел их обрывки памяти. Это место принадлежит организации «Элизиум». Они собирали образцы тканей величайших охотников и их близких. Но этот субъект... они называют её «Воскрешенная из праха».
– Из праха? – я прищурился. – Они вскрыли могилу?
– Нет, мой Повелитель. Судя по их мыслям, они использовали остаточную ману, сохранившуюся в вещах, и... кровь ваших детей.
Я почувствовал, как воздух вокруг меня начал замерзать. Кровь моих детей. Значит, Хэ Ин... Нет, она была слишком глупа для такого заговора. Или нет?
– Продолжай, – приказал я.
– Они пытались создать идеальный сосуд для контроля над вами, – Бериу склонил голову. – Но что-то пошло не так. Клетка начала восстанавливаться сама по себе, используя вашу ману, которая пропитала всё, к чему прикасалась Юми при жизни. Это не совсем клон, Повелитель. Это... регенерация сущности.
Я посмотрел на женщину. Она прижалась к моему плечу, и я почувствовал тепло. Настоящее, живое тепло человеческого тела.
– Джинву... дети... – прошептала она, и по её щеке скатилась слеза.
В этот момент вернулся Игрит. Он возник из тени беззвучно, но его аура была наполнена смятением.
– Повелитель, – начал он, и я понял всё по его тону. – Могила... она не была вскрыта снаружи. Все печати целы. Но...
– Но что, Игрит? – я встал, подхватывая женщину на руки.
– Гроб пуст, Повелитель. Внутри нет даже праха. Словно тело просто... растворилось и переместилось.
Я закрыл глаза, чувствуя, как пазл складывается в ужасающую и одновременно прекрасную картину. Моя сила. Сила Теневого Монарха, которая не знает границ между жизнью и смертью. Все эти годы я так сильно желал её возвращения, я так часто подсознательно направлял свою ману к её могиле, что, когда эти люди попытались создать копию, моя собственная сила использовала их технологии как катализатор. Я сам вытянул её обратно.
– Повелитель, что нам делать с лабораторией? – спросил Бериу, поглядывая на выживших, которые в ужасе наблюдали за нами.
Я посмотрел на женщину, которая теперь мирно спала у меня на руках, изнуренная возвращением в мир живых.
– Сжечь всё, – сказал я холодно. – Не оставляйте ни одного документа, ни одной пробирки. А этих... – я кивнул на пленных. – Отдайте их теням. Пусть они вечно кричат в пустоте за то, что посмели коснуться моей семьи.
– Слушаемся! – хором ответили мои солдаты.
Я шагнул в тень, перемещаясь прямо в мой секретный особняк в горах, о котором не знала даже Хэ Ин. Здесь было тихо, и только шум ветра в соснах нарушал покой.
Я уложил Юми на кровать и накрыл одеялом. Её дыхание было ровным. Она была здесь. Живая.
Я сел в кресло рядом, не сводя с неё глаз. Весь мир мог рухнуть завтра, Хэ Ин могла устроить скандал века, ассоциация могла объявить меня вне закона за уничтожение лаборатории, но сейчас это не имело значения.
Мой телефон завибрировал. Сообщение от Юки: «Мы у бабушки. Сестры в порядке. Пап... кто это был?»
Я долго смотрел на экран, прежде чем набрать ответ.
«Ваша мать дома. Ждите меня утром».
Я откинулся на спинку кресла, чувствуя, как усталость наконец накрывает меня. Но это была не та мертвая усталость последних лет. Это была усталость воина, который наконец-то вернулся с войны.
В углу комнаты зашевелилась тень. Бериу и Игрит встали на страже у дверей.
– Повелитель, – тихо произнес Игрит. – Если она действительно вернулась... что будет с той, другой?
Я посмотрел на свои руки, на которых еще оставался запах озона и больничной химии.
– Хэ Ин больше не часть этой семьи, – ответил я. – Она была лишь тенью, которую я пытался выдать за свет. Но теперь свет вернулся. И горе любому, кто попытается его погаснуть.
Я прикрыл глаза, погружаясь в легкую дрему. Впервые за пять лет мне не снились кошмары о пустой могиле. Мне снилось синее небо, черные волосы и смех, который я думал, что потерял навсегда.
Утром Сеул содрогнется от новостей. Утром мир узнает, что Теневой Монарх больше не одинок. Но сейчас, в этой тихой комнате, был только я и моя Юми. И никакая магия, никакая смерть больше не посмеет нас разлучить.
Я сжал рукоять кинжала, лежащего на столике. Мои тени вокруг дома стали гуще, превращаясь в непроницаемый купол.
– Спи спокойно, Юми, – прошептал я. – Твой Монарх здесь. И в этот раз я не отпущу твою руку.
За окном занимался рассвет, окрашивая горы в кроваво-красный цвет. Новая эра семьи Сон начиналась не с криков и фальшивых улыбок, а с тишины и правды, которая была острее любого меча. И я знал, что мои сыновья, Юки и Сухо, уже чувствуют это. Они — дети двух миров, и теперь их мир наконец-то стал целым.
Я улыбнулся — впервые за очень долгое время. И тени в комнате улыбнулись вместе со мной.