← Назад к обзору

Черная молния

Бездна между нами

Прошел месяц. Месяц странного, тягучего и пугающего затишья. Алекс словно надел маску идеального сына, но эта маска была холоднее льда. Днем он исправно посещал школу, принося отличные оценки, которые раньше его совершенно не заботили. Он перестал грубить матери, перестал открыто провоцировать Сухо. Но по ночам он исчезал.

Я — Теневой Монарх. Я могу найти любого человека на этой планете, просто прощупав пространство через тени. Но Алекса я не видел. Его след обрывался, как только он выходил за порог. Его черная молния каким-то образом научилась аннигилировать само присутствие моих солдат. Стоило тени приблизиться к нему, как она бесследно растворялась, не успев передать мне ни единого образа.

Наши отношения скатились в бездну. Мы жили под одной крышей, но были чужаками.

В тот вечер я решил предпринять еще одну попытку. Я подошел к его комнате и постучал. Тишина. Я открыл дверь без приглашения. Алекс сидел у окна, глядя на город. Его татуировки в полумраке казались живыми змеями.

– Алекс, нам нужно поговорить, – начал я, стараясь, чтобы голос звучал мягко. – Мы почти не видимся. Ты уходишь ночью, возвращаешься под утро...

Он даже не повернул головы. Его профиль, освещенный луной, казался высеченным из мрамора.

– Что еще тебе надо от меня? – его голос был лишен эмоций. – Я хорошо учусь. Я не дерусь на улицах. Я не порчу ваш драгоценный имидж и не позорю фамилию Сон. Просто оставь меня в покое.

– Я не о фамилии беспокоюсь, а о тебе, – я сделал шаг вперед. – Ты мой сын, Алекс. Я чувствую, что ты в беде, что эта сила внутри тебя...

– У тебя есть Сухо, – перебил он меня, наконец повернувшись. В его глазах не было ярости, только бесконечная, выжигающая пустота. – Иди и подтирай нос своему «золотому мальчику», папа. Он — твое наследие. А я — просто побочный эффект.

Прежде чем я успел ответить, он встал и с силой захлопнул дверь прямо перед моим носом. Щелкнул замок.

Я остался стоять в коридоре, сжимая кулаки. Я переписал историю этого мира. Я победил верховных правителей и легионы монархов. Я повернул время вспять, чтобы спасти человечество. Но я, великий Сон Джинву, не мог справиться с собственным упрямым шестнадцатилетним сыном. Это было моим самым сокрушительным поражением.

Через два часа дверь его комнаты снова открылась. Я стоял в тени коридора, наблюдая. Алекс вышел, и я невольно замер от удивления. На нем не было привычной растянутой футболки или кожаной куртки.

Черные классические брюки идеально сидели на его длинных ногах. Белоснежная рубашка с расстегнутыми верхними пуговицами подчеркивала рельеф ключиц, а рукава были небрежно закатаны до локтей, обнажая филигранные татуировки. Сверху была надета черная жилетка, а волосы, обычно растрепанные, были аккуратно уложены. Он выглядел как молодой аристократ, вышедший из старинного романа, но с опасным, современным блеском в глазах.

– Ты куда собрался в таком виде? – я вышел из тени, скрестив руки на груди.

Алекс вздрогнул, но тут же взял себя в руки. Он бросил на меня короткий, колючий взгляд.

– На свидание, – бросил он коротко и, не дожидаясь моей реакции, стремительно направился к лестнице.

– Пап? – из своей комнаты вышел Сухо. Он тоже выглядел озадаченным. – Он что, серьезно? В жилетке? На Алекса это совсем не похоже.

– Джинву, – голос Чхве Хэ-Ин заставил нас обоих обернуться.

Она стояла в дверях спальни, накинув на плечи шаль. Ее глаза светились решимостью, которую я знал слишком хорошо. Это был взгляд охотника ранга S, готового к рейду.

– Мы должны проследить за ним, – твердо сказала она. – Я мать, и моё сердце не на месте. Этот его «идеальный» вид пугает меня больше, чем его вчерашние драки. И никаких «но», Джинву. Если ты не пойдешь, я пойду одна.

Я вздохнул. Против Хэ-Ин у меня не было шансов.

– Хорошо. Сухо, ты с нами. Скрой свою ману максимально.

Мы использовали технику скрытия присутствия. Я окутал нас троих плотным коконом теней, делая нас невидимыми для обычных людей и даже для большинства охотников. Мы следовали за Алексом на расстоянии.

Он не пошел в парк или кино. Его путь лежал в деловой центр Сеула, к огромному стеклянному зданию, где сегодня проходил закрытый благотворительный прием для политической элиты и крупных бизнесменов.

У входа, в тени колонн, его уже ждали.

– Ли Вон, я тебя ненавижу, – услышали мы голос Алекса, как только подошли достаточно близко.

– И я тебя люблю, Алекс, – раздался в ответ спокойный, чуть ироничный голос.

Мы замерли за декоративным кустарником. Перед Алексом стоял молодой человек. Я узнал его мгновенно. Чон Ли Вон, двадцатидвухлетний адвокат, чье имя в последнее время гремело в новостях. Красивый, с тонкими чертами лица и серыми глазами, которые казались подведенными из-за густых ресниц. Он был ростом около ста восьмидесяти сантиметров, строгий и элегантный.

Ли Вон протянул руку и попытался поправить галстук, который Алекс держал в кулаке.

– Я не смог его завязать и выкинул бы, если бы не ты! – прошипел мой сын, раздраженно дергая плечом.

– Боже, ты неисправим, – Ли Вон мягко улыбнулся и, забрав галстук, начал ловко завязывать его на шее Алекса. – Потерпи. Это часть образа.

Алекс стоял смирно, и я с изумлением увидел, как его ярость, которая обычно кипела в нем при общении со мной, затихает под пальцами этого парня.

– Как только всё закончится, Ли Вон, ты у меня неделю сидеть не сможешь, обещаю, – проворчал Алекс, но в его тоне не было настоящей злобы. Скорее... предвкушение?

– Знаю, – адвокат закончил с галстуком и похлопал Алекса по груди. – Но мы должны это сделать. Там внутри сидят чиновники, которые годами покрывают торговлю людьми и сутенерство. У меня есть зацепки, мне нужны доказательства из их личных архивов, которые они привезли с собой на планшетах. Я буду добывать данные, а ты — отвлекать внимание. Ты — идеальная приманка, Алекс. Сын Теневого Монарха на светском рауте... все камеры и взгляды будут на тебе.

– Повешенный адвокатишка, – буркнул Алекс.

– Да, да, – Ли Вон вдруг подался вперед и быстро, почти невесомо коснулся губами губ Алекса. – Идем. Время — деньги.

Они вошли в здание, оставив нас в оцепенении за кустами.

– О боже... – прошептала Хэ-Ин, прижимая ладонь к губам. Она не выглядела рассерженной, скорее потрясенной.

– Так вот чем он занимается по ночам? – Сухо выглядел так, будто его ударили мешком по голове. – Он работает с адвокатом? Против чиновников?

Я молчал. Внутри меня боролись два чувства. Первое — гнев отца, чей сын связался с опасным делом и, судя по всему, с мужчиной старше себя. Второе — странная, неожиданная гордость. Мой сын не просто бунтовал. Он нашел свою битву. Грязную, политическую, опасную, но битву за справедливость. И он делал это по-своему, скрываясь от моей тени.

– Джинву? – Хэ-Ин посмотрела на меня. – Что мы будем делать?

– Мы войдем внутрь, – сказал я, и мои глаза на мгновение вспыхнули фиолетовым. – Но не как родители, которые читают нотации. Мы будем их страховкой. Если там действительно торговцы людьми, то сегодня этот прием закончится не так, как они планировали.

Мы проскользнули внутрь вслед за парой. Зал был полон блеска, запаха дорогого парфюма и фальшивых улыбок. Алекс действительно притягивал взгляды. Он стоял в центре зала с бокалом сока, и его холодная, надменная красота заставляла людей шептаться. Он играл роль «капризного наследника» безупречно.

Ли Вон тем временем растворился в толпе, двигаясь бесшумно и расчетливо.

– Смотрите, – шепнул Сухо. – Вон тот толстяк у фуршета. Это министр транспорта. О нем ходили слухи...

Я видел ману людей в зале. У некоторых она была черной и липкой, как гниль. Алекс тоже это чувствовал. Я видел, как он сжимает бокал, как под кожей его рук на мгновение пробегают искры. Он едва сдерживался, чтобы не разнести этот зал к чертям прямо сейчас.

В какой-то момент один из мужчин — высокий, с масляным взглядом и в очень дорогом костюме — подошел к Алексу и что-то сказал ему на ухо, положив руку на плечо.

Я почувствовал, как воздух в зале начал вибрировать. Это была не моя мощь. Это была черная молния Алекса, которая отреагировала на прикосновение этого человека.

– Убери руку, – голос Алекса прозвучал негромко, но он разрезал шум толпы, как бритва.

– Мальчик, ты хоть знаешь, с кем говоришь? – мужчина усмехнулся, явно не осознавая, что стоит в шаге от аннигиляции. – Я могу сделать твою жизнь очень интересной. Твой отец, конечно, велик, но он не может контролировать всё...

Алекс медленно повернул голову. Его голубые глаза стали почти белыми от скопившейся энергии.

– Мой отец не может, – прошептал он. – А я — могу.

– Джинву, пора, – Хэ-Ин коснулась моей руки.

Я собирался вмешаться, но в этот момент Ли Вон появился из боковой двери, незаметно кивнув Алексу. Дело было сделано. Доказательства были у них.

Но Алекс уже не хотел уходить просто так. Он посмотрел на мужчину, который всё еще держал его за плечо, и улыбнулся той самой улыбкой, от которой у меня по спине пробежал холодок.

– Знаете, что бывает, когда молния бьет в гнилое дерево? – спросил он.

В следующую секунду свет в зале мигнул и погас. В наступившей тишине раздался треск, от которого заложило уши. Тонкая черная молния, как змея, скользнула по руке Алекса и ударила мужчину в грудь. Не убила — Алекс ювелирно рассчитал силу — но отбросила его через весь зал прямо в огромный торт.

– Началось, – вздохнул Сухо, доставая свой меч из пространственного кармана.

Я вышел из невидимости прямо посреди хаоса. Паника нарастала, люди кричали, охрана выхватывала оружие.

– Всем оставаться на своих местах, – мой голос, усиленный властью Монарха, припечатал всех к полу.

Алекс обернулся. Увидев нас, он сначала побледнел, а потом его лицо снова приняло выражение упрямого вызова.

– Опять вы? – он фыркнул, поправляя жилетку. – Вы за мной следили?

– Мы за тобой присматривали, – поправила Хэ-Ин, подходя к нему и игнорируя наставленные на нее пистолеты охраны. Она просто подошла и поправила ему воротник рубашки. – Ты неплохо справился, сын. Но галстук всё равно криво висит.

Алекс замер, явно не ожидая такой реакции. Ли Вон, который только что пытался незаметно проскользнуть к выходу, тоже остановился, глядя на нас с опаской.

– Так это и есть великий Сон Джинву? – адвокат поправил очки, внимательно изучая меня. – Должен признать, вы выглядите моложе, чем на фото.

– А ты — тот самый адвокат, который втягивает моего сына в опасные игры? – я подошел к нему вплотную. Давление моей ауры заставило Ли Вона пошатнуться, но он не отвел взгляда. У парня были стальные нервы.

– Я лишь даю его силе правильное русло, господин Сон, – ответил Ли Вон. – То, что он делает со мной, приносит больше пользы, чем все ваши официальные визиты.

– Папа, не трогай его! – Алекс встал между нами, и черная молния снова затрещала вокруг его пальцев. – Это мой выбор. Моя жизнь. Мой... – он запнулся на мгновение, – мой партнер.

Я смотрел на них троих: на Хэ-Ин, которая уже вовсю командовала охраной, заставляя их сложить оружие; на Сухо, который с любопытством рассматривал Ли Вона; и на Алекса, который впервые за долгое время не пытался сбежать, а защищал то, что ему было дорого.

– Партнер, значит? – я убрал давление. – Ну что ж. Раз уж мы все здесь, и доказательства вины этих людей у вас в руках... Сухо, вызывай полицию и Ассоциацию. Хэ-Ин, проследи, чтобы никто не вышел через черный ход.

– А мы? – спросил Алекс, подозрительно сузив глаза.

– А мы с тобой и твоим адвокатом поедем домой, – я посмотрел на сына и впервые за вечер улыбнулся по-настоящему. – У нас будет очень длинный разговор. И, Алекс... рубашка тебе действительно идет.

Алекс фыркнул и отвел взгляд, но я заметил, как кончики его ушей покраснели. Ли Вон тихо рассмеялся и коснулся плеча моего сына.

В ту ночь Сеул снова гудел, но уже не от страха перед монстрами, а от грандиозного скандала в высших эшелонах власти. А я, сидя на кухне и слушая, как Алекс и Ли Вон наперебой рассказывают о своей «операции», понял одну простую вещь. Мой сын не был ошибкой. Он был молнией, которая освещала те углы, где мои тени были бессильны. И, возможно, именно это было ему предначертано.