← Назад к обзору

Дети

Меч и молния: Кровь Монарха

– Сон Джинву, если ты думаешь, что можешь просто щелкнуть пальцами и призвать «теневой садовый отряд», то ты глубоко ошибаешься! – Юми стояла на краю террасы, уперев руки в бока, и её голос разносился по всему поместью, заставляя даже птиц в лесу притихнуть.

Я вздохнул, вытирая пот со лба. В руках у меня была обычная садовая лопата — инструмент, который в моих ладонях смотрелся нелепее, чем зубочистка в руках Бера. Рядом со мной, по колено в грязи, стояли Алекс и Сухо. Миджун, проявив завидную хитрость, сумела «раствориться» в тенях еще в самом начале экзекуции, но Юми быстро нашла её и теперь дочь уныло выщипывала сорняки у забора.

– Но, Юми, это займет вечность... – попытался вставить Алекс, поправляя взъерошенные черные волосы. – Я могу просто выжечь старые корни молнией, и мы посадим новые за пять минут!

– Никаких молний, Алекс! – Юми спустилась с террасы, её фарфоровая кожа на солнце казалась почти прозрачной, но в глазах горел огонь, перед которым пасовали даже правители. – И никаких теней, Джинву! Вы разрушили мой сад во время своей «дружеской тренировки», и теперь вы восстановите его вручную. Это называется трудотерапия. Она помогает осознать масштаб разрушений.

– Мой Король... – из тени дерева показалась голова Бера, который выглядел крайне озадаченным. – Я могу принести удобрения из муравьиного гнезда...

– Назад, Бер! – скомандовал я, видя, как Юми сузила глаза. – Сегодня мы работаем как обычные люди.

Прошла неделя этого «исправительного срока». Мы копали, сажали, поливали и таскали камни. К концу недели мой старший сын, Алекс, который в свои пятнадцать уже вытянулся до ста восьмидесяти пяти сантиметров и по ширине плеч начал догонять меня, выглядел так, будто прошел через три круга ада. Но, надо признать, сад стал выглядеть даже лучше, чем прежде. Юми сменила гнев на милость, особенно после того, как мы всей семьей сходили на выставку Сухо.

На выставке наш средний сын был звездой. Его картины, в которых магия переплеталась с реальностью, заставляли критиков замирать в немом восторге. Глядя на Сухо, скромно улыбающегося в окружении своих полотен, я чувствовал гордость, которую невозможно измерить уровнями системы.

Но отдых закончился быстро. Утром раздался звонок от Ча Хэ Ин.

– Джинву, на окраине Сеула открылись Врата А-ранга, но они ведут себя странно, – её голос был напряженным. – Мана пульсирует нестабильно. Мои люди на пределе.

У Хэ Ин недавно родилась дочь, и я знал, что она старается проводить меньше времени в рейдах, но долг главы Ассоциации не отпускал её.

– Я разберусь, – ответил я.

– Я иду с тобой, отец, – Алекс стоял в дверях кабинета, уже облаченный в свой боевой костюм.

Он выглядел внушительно. Высокий, атлетично сложенный, с тем самым холодным блеском в глазах, который мир привык видеть у меня. Но в нем была и искра Юми — какая-то бесшабашная храбрость и нежелание стоять в стороне.

– Юми будет недовольна, – заметил я, вставая из-за стола.

– Она дала добро, – Алекс усмехнулся, и на его пальцах проскочила лазурная искра. – Сказала, что если я не выпущу пар на монстрах, я снова сожгу роутер.

Мы прибыли к Вратам через десять минут. Возле воронки портала суетились охотники. Хэ Ин встретила нас коротким кивком. Она выглядела уставшей, но собранной.

– Будьте осторожны, – тихо сказала она. – Внутри что-то не так.

– Не волнуйся, тетя Хэ Ин, – Алекс уверенно шагнул к порталу. – С нами Теневой Монарх. Что может пойти не так?

Внутри Врат нас встретил холод и странный, багровый туман. Это не было обычное подземелье. Стены пещеры пульсировали, словно живая плоть.

– Держись рядом, Алекс, – предупредил я, вызывая из тени Клыка и Игриса для разведки. – Здесь искаженное пространство.

Мы продвигались вглубь, зачищая группы высокоуровневых орков-магов. Алекс работал великолепно. Его молнии разрезали туман, а скорость движений заставляла врагов замирать в оцепенении. Он сражался не как подросток, а как опытный воин, чувствуя каждое движение противника.

– Неплохо, – признал я, когда мы вышли в огромный зал, где должен был находиться босс.

В центре зала стоял трон, но на нем никого не было. Тишина была абсолютной, давящей.

– Папа, смотри, – Алекс указал на потолок.

Там, в сплетении теней и багровых жил, висел кокон. Внезапно он лопнул, и на пол рухнуло существо, которое я не ожидал увидеть в Вратах А-ранга. Это был падший рыцарь из высших миров, вооруженный мечом, излучающим оскверненную ману.

Сражение завязалось мгновенно. Рыцарь был невероятно быстр. Я вызвал «Гнев Камиша», и наши клинки встретились в снопе искр. Алекс зашел с фланга, обрушивая на врага каскад молний.

– Назад, Алекс! – крикнул я, заметив, как рыцарь начинает копить энергию для кругового удара.

Я рванулся вперед, чтобы нанести решающий удар, концентрируя силу Монарха в кинжале. Рыцарь заблокировал мою атаку, но это была лишь уловка. Из его левой руки вырвался призрачный клинок, нацеленный прямо мне в горло. Я был готов уклониться, моя реакция была отточена тысячами битв, но в этот момент пространство вокруг нас исказилось.

Магия Врат сработала против меня. На долю секунды мои ноги словно вросли в пол, а восприятие времени сбилось. Призрачный меч рыцаря несся к моей шее, и я понимал, что не успеваю выставить блок.

– ПАПА! – крик Алекса разорвал тишину зала.

Он не просто среагировал. Он буквально взорвался маной, преодолевая расстояние между нами в один невероятный прыжок. Лазурная вспышка ослепила меня на мгновение.

Я услышал звук, который заставил мое сердце пропустить удар. Звук стали, входящей в плоть.

– Алекс! – я взревел, и моя аура Монарха вырвалась наружу, буквально расплющив рыцаря и всё живое в радиусе ста метров.

Сын стоял передо мной, его рука всё еще была вытянута в защитном жесте. Призрачный меч рыцаря, который должен был пронзить мою голову, ушел в сторону, но не исчез бесследно. Он глубоко вошел в бок Алекса, пробив доспех и плоть.

Мальчик покачнулся. Его лицо мгновенно побледнело, а вокруг раны начали плясать остаточные искры молний, смешиваясь с темной кровью.

– Поймал... – прошептал он, пытаясь улыбнуться, но вместо этого изо рта у него потекла тонкая струйка крови.

Я подхватил его прежде, чем он коснулся пола. Мои руки дрожали. Я — бог смерти, повелитель теней, существо, способное воскрешать армии, — сейчас чувствовал себя абсолютно беспомощным.

– Алекс, держись, – я прижал ладонь к его ране, вливая свою ману, пытаясь остановить кровотечение и нейтрализовать яд падшего рыцаря. – Зачем ты это сделал? Я бы уклонился!

– Ты... ты не успевал, папа, – он тяжело дышал, его глаза начали закрываться. – Я видел... пространство... оно замерло.

– Бер! Игрис! – закричал я в пустоту. – Немедленно ко мне! Подготовьте портал!

Генералы теней материализовались мгновенно. Бер, обычно шумный и суетливый, замер, увидев раненого наследника. Его жвалы мелко задрожали.

– Мой Король... молодой господин... – проскрежетал он, и в его голосе слышался неподдельный ужас.

– Хватит причитать! – оборвал я его. – Бер, используй всю свою исцеляющую магию. Сейчас же! Игрис, держи выход из Врат открытым. Мы уходим.

Бер приложил свои лапы к боку Алекса. Зеленоватое свечение окутало рану, но кровь продолжала сочиться. Яд падшего рыцаря был создан для убийства существ высшего порядка, и он сопротивлялся магии исцеления.

– Папа... – Алекс приоткрыл глаза. – Только не говори маме... что это было больно. Скажи... что я был крутым.

– Ты был самым крутым воином, которого я когда-либо видел, – я сжал его ладонь. – Но если ты сейчас закроешь глаза, я сам тебя убью, ты понял? Ты должен жить.

Мы вырвались из Врат через минуту. Охотники Ассоциации в ужасе расступились, увидев Теневого Монарха, несущего на руках окровавленного сына. Хэ Ин бросилась к нам, её лицо было белым как полотно.

– Что случилось?! Джинву!

– Вызывай лучших целителей в мое поместье! – бросил я, не останавливаясь. – Сейчас же!

Я переместился в наш дом, используя теневой обмен. Мы оказались прямо в гостиной. Юми сидела на диване, читая книгу маленькой Ай. Увидев нас, она выронила книгу. Тишина, наступившая в комнате, была страшнее любого взрыва.

– Юми... – начал я, опуская Алекса на ковер.

Она не закричала. Она не упала в обморок. В одну секунду она оказалась рядом с сыном. Её руки, те самые нежные руки, которые еще утром гладили меня по щеке, теперь уверенно прижали ткань к ране Алекса.

– Неси воду, чистые полотенца и аптечку из моего кабинета, – её голос был ледяным и абсолютно спокойным. Это было спокойствие человека, который прошел через ад и больше ничего не боится. – Джинву, не стой столбом! Направь свою ману в его сердце, поддерживай ритм. Яд блокирует его каналы.

Я подчинился беспрекословно. В этот момент Юми была главным командиром.

Следующие три часа превратились в кошмар. Приехали целители Ассоциации, но Юми не подпускала их близко, пока сама не очистила рану. Она работала с хирургической точностью, её небесно-голубые глаза были сосредоточены так, будто от этого зависела судьба мира. Впрочем, для неё так оно и было.

Алекс то приходил в сознание, то снова проваливался в забытье. Каждый его стон отзывался во мне физической болью.

Наконец, когда за окном уже спустились сумерки, Юми выпрямилась. Её одежда была в крови, волосы растрепались, но взгляд стал чуть мягче.

– Он будет жить, – сказала она, вытирая руки полотенцем. – Яд нейтрализован. Бер помог в конце, его магия стабилизировала состояние.

Я опустился на стул, чувствуя, как из меня уходят силы.

– Юми, я... – я поднял на неё взгляд, ожидая криков, обвинений, чего угодно. – Прости меня. Я не должен был брать его с собой. Я не заметил ловушку пространства.

Юми подошла ко мне. Она долго смотрела на меня, а потом... просто обняла, прижав мою голову к своему животу.

– Ты дурак, Сон Джинву, – прошептала она, и я почувствовал, как её плечи начали мелко дрожать. – Величайший охотник, Монарх... и такой дурак. Ты действительно думал, что я буду винить тебя?

– Я должен был его защитить, – глухо ответил я.

– Он защитил тебя, – Юми отстранилась и посмотрела на спящего Алекса. – Он твой сын. Он не мог поступить иначе. В нем течет твоя кровь, Джинву. Кровь того, кто всегда идет впереди, чтобы закрыть собой близких.

Она вздохнула и добавила с той самой лукавой искрой, которая всегда меня спасала:

– Но не надейся, что тебе это сойдет с рук. Когда он поправится, вы оба будете восстанавливать не только сад, но и весь забор, который ты снес своей аурой, когда выходил из Врат. Хэ Ин уже прислала счет за разрушенную парковку Ассоциации.

Я невольно усмехнулся.

– Справедливо.

– И еще, – Юми прищурилась. – Завтра приедет Хэ Ин с дочерью. Она очень переволновалась. Постарайся выглядеть как нормальный отец, а не как мрачный жнец, у которого отобрали косу.

Я кивнул, глядя на спящего сына. Его дыхание стало ровным, на щеках начал появляться румянец.

Ночью, когда дом наконец погрузился в тишину, я сидел у кровати Алекса. В углу комнаты, в густой тени, замер Игрис.

– Он молодец, мой Король, – тихо прозвучал голос верного рыцаря в моей голове. – Он настоящий наследник.

– Знаю, Игрис, – ответил я, поправляя одеяло сына. – Знаю.

Я посмотрел на свои руки. Они больше не дрожали. Я понял одну важную вещь: моя сила не в том, чтобы быть неуязвимым Богом. Моя сила в этих людях, которые готовы отдать за меня жизнь, и ради которых я готов перевернуть мироздание.

Юми вошла в комнату, неся две чашки чая. Она села рядом, положив голову мне на плечо.

– Знаешь, Джинву, – сказала она, глядя на Алекса. – Он ведь подставил бок специально. Он знал, что если меч попадет в плечо или грудь, он не успеет тебя оттолкнуть. Он рассчитал удар.

Я замер. Мой сын... в пятнадцать лет... в пылу битвы...

– У него твой мозг, – вздохнула Юми. – И моё упрямство. Это опасное сочетание.

– Мы вырастим его, Юми, – я обнял её. – Всех их вырастим.

– Конечно вырастим, – она улыбнулась, закрывая глаза. – Куда мы денемся. Только в следующий раз, когда пойдешь зачищать Врата, возьми с собой хотя бы Бера в качестве няньки. А то я за вас двоих не ручаюсь.

Я рассмеялся, и этот смех был полон облегчения. За окном шумел лес, в тенях дремали верные легионы, а в моем сердце царил мир, который не могла разрушить никакая магия. Потому что этот мир охраняла женщина с небесно-голубыми глазами и фарфоровой кожей, которая любила Теневого Монарха больше, чем саму жизнь. И мальчик, который сегодня доказал, что молнии могут быть сильнее даже самой глубокой тени.