← Назад к обзору

Дети монарха

Цена гордыни

В кабинете Ассоциации охотников пахло дорогим деревом и едва уловимым ароматом маны. Я сидел в массивном кресле, глядя на отчеты, которые мне предоставили секретари. На самом деле цифры меня мало интересовали — я мог прочитать судьбы людей по колебаниям их ауры, но статус Теневого Монарха в человеческом мире требовал соблюдения определенных формальностей.

Тишина, к которой я так привык за пределами своего шумного дома, была внезапно нарушена. Двери кабинета не просто открылись — они с грохотом впечатались в стены, едва не сорвавшись с петель.

Я даже не вздрогнул. Мои тени, затаившиеся в углах комнаты, мгновенно напряглись, готовые разорвать любого, кто посмел проявить такую дерзость, но я коротким мысленным приказом заставил их остаться на местах.

В кабинет влетела Ча Хэ Ин. Её лицо, обычно бледное и холодное, сейчас горело лихорадочным румянцем гнева. Волосы были слегка растрепаны, а в руках она сжимала стопку документов об аннулировании лицензии и блокировке счетов.

– Это твоих рук дело, Сон Джинву?! – выкрикнула она, подлетая к моему столу и с силой хлопая по нему ладонями. – Ты решил использовать свою власть, чтобы раздавить меня финансово? Ты хоть понимаешь, что это незаконно? Ассоциация не имеет права приостанавливать мой статус без дисциплинарного слушания!

Я медленно поднял на неё взгляд. Мои серые глаза, в которых на мгновение вспыхнул фиолетовый огонек, встретились с её полными ярости зрачками. Я не двигался, сохраняя абсолютное спокойствие, которое пугало людей куда больше, чем открытая агрессия.

– Здравствуй, Хэ Ин, – произнес я ровным, почти будничным тоном. – Ты всегда была склонна к драматизму, но входить без стука — это дурной тон. Даже для охотника S-ранга.

– Не смей читать мне нотации! – она почти сорвалась на крик, её голос дрожал. – Мои счета заблокированы, мои контракты расторгнуты в одностороннем порядке. Даже мои тренировочные залы опечатаны «до выяснения обстоятельств». Ты ведь это сделал? Отвечай!

Я откинулся на спинку кресла, скрестив пальцы рук на груди. Давление моей маны в комнате слегка возросло — ровно настолько, чтобы она почувствовала, перед кем стоит. Хэ Ин невольно отступила на шаг, её дыхание сбилось.

– Ты оскорбила мою жену, – сказал я просто.

В комнате воцарилась такая тишина, что было слышно, как тикают часы на стене. Гнев в глазах Хэ Ин на секунду сменился замешательством, а затем — холодным высокомерием.

– Ах, вот оно что... – она горько усмехнулась, поправляя выбившийся локон. – Значит, Юми всё-таки побежала жаловаться своему всемогущему муженьку? Я думала, она сильнее. Хотя чего еще ждать от женщины, чье единственное достижение — это рожать детей одного за другим.

– Ошибаешься, – я встал из-за стола, и мой рост в сто девяносто сантиметров в сочетании с аурой Монарха заполнил всё пространство кабинета. – Юми не сказала мне ни слова. Она защищала тебя, Хэ Ин. Она просила меня не вмешиваться, потому что считала твой поступок мелким и недостойным внимания.

Хэ Ин замерла, недоверчиво глядя на меня.

– Тогда откуда...

– Мои дети не так милосердны, как их мать, – перебил я её, медленно обходя стол. – Юки рассказал мне всё. О ресторане, о твоих словах, о соевом соусе. Ты подняла руку на женщину, которая является сердцем моей семьи. Ты действительно думала, что это останется безнаказанным?

– Она никто! – внезапно выкрикнула Хэ Ин, и в её глазах блеснули слезы обиды. – Она просто случайность! В той, другой реальности, о которой ты сам говорил... там была я! Я была твоей силой, твоей опорой, матерью твоего сына! Почему здесь всё иначе? Почему ты выбрал эту... эту фарфоровую куклу, которая даже меч держать не умеет?

Я остановился в шаге от неё. Несмотря на её S-ранг, сейчас она выглядела жалкой. Зависть — это яд, который разъедает душу охотника быстрее, чем любой монстр из врат.

– В той реальности, Хэ Ин, я, возможно, был другим. Но в этой — я Сон Джинву, который ценит тепло и искренность выше боевых навыков. Юми не нужно держать меч, потому что у неё есть я. И у неё есть восемь детей, каждый из которых готов сжечь этот мир, если с её головы упадет хоть один волос. Ты назвала её «инкубатором»?

Хэ Ин отвела взгляд, поджав губы.

– Это была правда, – прошептала она. – Посмотри на неё. Она превратилась в домохозяйку.

– Она превратилась в бога, – поправил я её жестко. – Она создала жизнь там, где я привык видеть только смерть. Ты видишь в детях обузу для фигуры и карьеры, а я вижу в них продолжение своей души. Ты проиграла не Юми, Хэ Ин. Ты проиграла самой себе в тот момент, когда решила, что сила измеряется только маной.

Я подошел к окну, глядя на город, который жил своей жизнью под моим присмотром.

– Твои счета останутся заблокированы до тех пор, пока ты не поймешь одну простую вещь, – продолжал я, не оборачиваясь. – В моем мире никто не смеет трогать мою семью. Ты легко отделалась. Юки хотел скормить твою тень своим воинам. Сухо предлагал стереть твою память так, чтобы ты забыла, как дышать. Но Юми... она запретила нам вредить тебе физически.

– Так это твоя «милость»? – в её голосе прорезалась ирония. – Оставить меня ни с чем?

– Это мой урок, – я повернулся к ней. – Ты так гордилась своим статусом и чистотой своей крови охотника. Теперь попробуй пожить как «простолюдинка», которой ты называла мою жену. Попробуй найти смысл жизни без контрактов и аплодисментов прессы.

Хэ Ин стояла, сжимая кулаки так сильно, что костяшки побелели. Она понимала, что спорить бесполезно. Передо мной она была лишь песчинкой перед лицом бури.

– Ты изменился, Джинву, – тихо сказала она, направляясь к выходу. – Ты стал мягким. Эта женщина сделала тебя человеком, и это твоя самая большая слабость.

Я позволил себе легкую улыбку.

– Ты ошибаешься, Хэ Ин. Она сделала меня бессмертным не только телом, но и смыслом. И если ты считаешь любовь слабостью... что ж, именно поэтому ты стоишь там, а она — здесь, в моем сердце.

Когда она вышла, громко хлопнув дверью, из тени бесшумно выступил Игрит. Его рыцарские доспехи тускло мерцали в свете ламп.

– Мой господин, – его голос прозвучал прямо в моей голове. – Вы были слишком терпеливы. Она оскорбила королеву.

– Терпение — это тоже оружие, Игрит, – ответил я, возвращаясь к столу. – Пусть она посмотрит на свою жизнь со стороны. Если в ней осталось хоть что-то от той Хэ Ин, которую я когда-то уважал, она поймет. Если нет... что ж, мир теней всегда готов принять новых слуг.

Я снова взял документы, но мысли мои были уже далеко. Я представлял, как вернусь домой, как маленькая Миюн потянет ко мне свои крошечные ручки, как Юми встретит меня своей ослепительной улыбкой, не спрашивая о делах Ассоциации.

Мой телефон завибрировал на столе. Сообщение от Юки: «Пап, Ли Вон приготовил шикарный ужин, мама просила не задерживаться. И да, Ай опять пыталась оседлать Бера, он в шоке».

Я невольно рассмеялся. Бер, могущественный король насекомых, ставший нянькой для четырехлетней девочки — вот она, моя реальность. И я не променял бы её ни на какие сокровища всех подземелий мира.

– Игрит, – позвал я.

– Да, мой повелитель?

– Подготовь подарок для Юми. Что-нибудь особенное. Цветы, которые не увядают, или украшение из кристаллов маны высшего ранга. Она заслужила немного волшебства после вчерашнего.

– Будет исполнено, – рыцарь склонился и исчез в тени.

Я закрыл отчеты и встал. Работа в Ассоциации была лишь ширмой, игрой в нормальность. Моя настоящая жизнь начиналась за порогом этого здания.

Выходя из кабинета, я столкнулся с председателем Го Гунхи. Старик внимательно посмотрел на меня, затем на закрытую дверь, за которой скрылась Хэ Ин.

– Опять проблемы с кадрами, Сон-ним? – прищурился он.

– Нет, председатель, – я поправил пиджак. – Просто небольшая уборка. Иногда нужно выметать мусор, чтобы он не мешал дышать.

– Вы слишком суровы к ней, она ведь один из лучших наших бойцов.

– Лучший боец — это тот, кто знает, за что сражается, – отрезал я. – Хэ Ин сражается за свое эго. Мои люди сражаются за семью. Разницу вы увидите сами, когда придет время.

Я покинул здание Ассоциации, вдыхая прохладный вечерний воздух. Портал в мой дом открылся прямо посреди аллеи, скрытый от глаз обычных людей моей волей. Шагнув в него, я мгновенно оказался в прихожей, где на меня тут же налетел вихрь из трехлетних двойняшек.

– Папа пришел! – закричали Тэджу и Тэхо, хватая меня за штанины.

Я подхватил их обоих на руки, чувствуя, как вся тяжесть прожитого дня и злость на Хэ Ин окончательно растворяются.

– Ну что, разбойники, маму слушались? – спросил я, целуя их в макушки.

– Да! Мы помогали Сухо чинить тренировочного робота! – гордо заявил Тэджу.

Из гостиной вышла Юми. На ней было простое домашнее платье, волосы собраны в небрежный пучок, но для меня она выглядела прекраснее любой богини. Она сразу поняла, где я был.

– Джинву... – она подошла и мягко коснулась моей щеки. – Ты ведь обещал.

– Я не тронул её, честное слово, – я улыбнулся, опуская близнецов на пол. – Просто объяснил ей правила игры. Она больше не побеспокоит тебя.

Юми вздохнула, но в её глазах не было упрека, только бесконечная нежность.

– Ты неисправим. Пойдем, Юки и Ли Вон уже всё накрыли. Сегодня у нас праздник — Мина получила свою первую награду в школе искусств.

Я обнял жену за талию, чувствуя, как внутри разливается покой. Пусть Хэ Ин из другой реальности считает это слабостью. Пусть весь мир думает, что Теневой Монарх стал уязвим.

Они не понимают главного.

Моя сила больше не в количестве теней за моей спиной. Она в этих маленьких ладошках, которые тянутся ко мне, в этом смехе, который наполняет дом, и в этой женщине, которая подарила мне смысл существовать вечно.

И если кто-то еще раз посмеет это оспорить — я покажу им, почему даже смерть склоняется перед Теневым Монархом, защищающим свой свет.

– Пап, ты идешь? – крикнул из столовой Юки. – А то Миджун сейчас всё съест!

– Иду, иду, – отозвался я, закрывая за собой дверь в мир, где существовали только мы.

В этот вечер в доме Сон Джинву не было места теням. Только свет, только жизнь и только любовь, которая была сильнее любого заклинания и любого ранга. И это был мой окончательный, самый важный выбор.