← Назад к обзору

Дети монарха

Кровь на фарфоре

Прошло около недели с тех пор, как портал между мирами закрылся, унося с собой горькую тень иного выбора. Жизнь в нашем доме, казалось, вернулась в привычное русло — шумное, хаотичное и бесконечно живое. Я продолжал наблюдать за Ча Хэ Ин из нашего мира. Мои информаторы и тени докладывали, что она пребывает в ярости, не в силах осознать, почему её статус и влияние тают на глазах. Большинство охотников S-ранга имели семьи, привязанности, то, ради чего стоило возвращаться из врат. Они понимали мой выбор. Но Хэ Ин... она застряла в своей гордыне, считая, что сила — это единственная валюта, имеющая значение.

Я сидел в своем кабинете в штаб-квартире, размышляя о том, не слишком ли мягко я с ней поступил, когда тишину разорвал звонок моего телефона. На экране высветилось имя Юми.

Сердце пропустило удар. Юми никогда не звонила мне в рабочее время без крайне веской причины.

– Джинву... – её голос, обычно мелодичный и спокойный, дрожал и прерывался всхлипами.

– Юми? Что случилось? – я мгновенно поднялся с кресла, и воздух вокруг меня заискрился от выброса маны.

– Юки... наш Юки умирает... – она задохнулась от плача. – Я не могу... я не могу остановить кровь! Джинву, его проткнули насквозь... О боже, его сердце...

Мир вокруг меня на мгновение замер. Холод, более жуткий, чем ледяные пустоши мира теней, сковал мои внутренности.

– Где вы?! – выкрикнул я, уже открывая портал прямо посреди кабинета.

– В старом парке... у ручья... – Юми рыдала, и я слышал на заднем фоне звуки битвы, звон стали и крики. – На нас напали... их много... Дети в безопасности, Сухо закрыл их барьером и защищает, но Юки... он прикрыл меня собой, Джинву! Ли Вон тоже ранен, он пытается отбиваться, но... пожалуйста, скорее!

Я не стал дожидаться конца фразы. Шагнув в портал, я оказался на месте через секунду.

Картина, представшая моим глазам, заставила бы содрогнуться даже бога. Наш старший сын, мой гордый Юки, лежал на траве, которая стремительно окрашивалась в густой алый цвет. Его небесно-голубые глаза были полуприкрыты, а из огромной раны в груди хлестала кровь, которую Юми отчаянно пыталась удержать своими маленькими ладонями. Её белое платье было полностью пропитано кровью сына.

Чуть поодаль Ли Вон, весь в порезах и ссадинах, яростно сражался с группой нападавших в черных масках. Сухо, мой второй сын, стоял живым щитом перед младшими детьми, окружив их мерцающим фиолетовым куполом. Его лицо было бледным от напряжения, но взгляд горел решимостью.

Я не стал тратить время на врагов. Сейчас они были для меня не более чем назойливыми насекомыми.

– БЕР! КЕЙ! – мой голос прогремел над парком, подобно грому.

Тени вырвались из моей спины черным туманом.

– Уничтожить всех, кто не принадлежит к семье, – приказал я ледяным тоном. – Оставьте одного живым для допроса. Остальных — в пыль.

Я упал на колени рядом с Юми, отстраняя её дрожащие руки.

– Юми, отойди, дай мне... – я старался говорить спокойно, но мои руки дрожали.

– Джинву, сделай что-нибудь! – она вцепилась в мое плечо, её лицо было серым от ужаса. – Он не дышит! Его пульс... я его почти не чувствую!

Я приложил ладонь к ране Юки. Рана была нанесена оружием, пропитанным анти-магическим ядом и проклятьем, которое пожирало жизненную силу. Это не было случайным нападением. Это было спланированное покушение на мою семью.

– Юки, слышишь меня? – я влил в него поток своей маны, пытаясь стабилизировать его состояние. – Не смей уходить. Ты слышишь? Я запрещаю тебе умирать!

Сын едва заметно вздрогнул. Его губы шевельнулись, выталкивая кровавую пену.

– П-папа... – прошептал он так тихо, что только мой слух Монарха уловил это. – Мама... она цела?

– Цела, сынок, благодаря тебе, – я чувствовал, как внутри меня закипает первобытная ярость, готовая выжечь всё живое в радиусе десяти километров. – Молчи. Сохраняй силы.

Я вызвал систему.

"Использовать исцеляющее зелье высшего ранга". "Ошибка. Действие проклятия блокирует внешнее исцеление".

Я выругался так, как не ругался никогда в жизни. Если система не может помочь, значит, я должен сделать это сам. Как Теневой Монарх. Как отец.

– Игрит! Держи его! – я передал Юки на руки подоспевшему рыцарю теней. – Юми, возьми детей и уходи в мир пустоты под охрану Бера. Сейчас здесь будет небезопасно.

– Нет! Я не оставлю его! – выкрикнула Юми, прижимаясь к окровавленному телу сына.

– Юми, пожалуйста! – я посмотрел ей прямо в глаза. – Мне нужно вырвать это проклятие, а для этого я должен выпустить силу, которую не сможет выдержать никто из живых. Уходи!

Она увидела в моих глазах нечто такое, что заставило её подчиниться. Сухо подхватил младших, Ли Вон, поддерживаемый тенями, заковылял к открывшемуся порталу. Юми в последний раз коснулась лба Юки и исчезла в черном мареве.

Когда они ушли, я повернулся к полю боя. Бер уже закончил свою работу. Десятки тел в черном лежали неподвижно. Один из нападавших, со сломанными ногами, извивался в когтях муравьиного короля.

Я подошел к нему. Давление моей ауры было настолько тяжелым, что трава вокруг меня начала чернеть и рассыпаться в пепел.

– Кто вас послал? – спросил я, и мой голос вибрировал от мощи, способной разрушать горы.

Человек поднял голову. Под маской скрывалось лицо, искаженное фанатичной ненавистью.

– Ты... ты думал, что сможешь жить как человек? – прохрипел он, отплевываясь кровью. – Теневой Монарх... у которого есть слабости... Мы уничтожим всё, что тебе дорого. Это только начало. Хэ Ин была права... ты стал мягким...

При упоминании этого имени мои зрачки сузились до точек.

– Значит, она всё-таки решилась, – прошептал я. – Она нашла тех, кто ненавидит меня так же сильно, как она.

Я не стал его убивать. Пока что.

– Бер, забери его в темницу. Пусть он узнает, что такое вечность в боли.

Я вернулся к Юки. Его аура угасала. Проклятие было искусным — оно было сплетено из маны падших правителей, тех самых, которых я когда-то победил.

– Ты хочешь забрать моего сына? – я обратился к самой пустоте, к силе смерти, которой повелевал. – Я — Сон Джинву. Я — Теневой Монарх. И я говорю: ВСТАНЬ!

Это не был призыв тени. Это был приказ самой жизни. Я схватил невидимые нити проклятия, впившиеся в плоть Юки, и начал вырывать их одну за другой. Это было больно — даже для меня. Каждая нить обжигала мои руки черным пламенем, пытаясь поглотить мою суть.

Юки выгнулся дугой, его крик, полный муки, разорвал тишину парка.

– Держись, Юки! Еще немного! – я стиснул зубы, чувствуя, как пот катится по моему лицу.

Последняя нить, самая толстая, была обмотана вокруг его сердца. Если я дерну слишком сильно — сердце не выдержит. Если оставлю — он умрет через минуту.

Я закрыл глаза, концентрируя всю свою волю в кончиках пальцев. Я должен был стать хирургом, использующим ману вместо скальпеля.

– Пожалуйста... – прошептал я, и это была первая молитва в моей жизни. – Не забирайте его.

С резким рывком я выдернул черную нить. Она вспыхнула в моей руке и рассыпалась искрами. Рана на груди Юки начала медленно затягиваться, подпитываемая моей чистой энергией. Его дыхание стало ровным, а на бледные щеки начал возвращаться румянец.

Я без сил опустился на траву рядом с ним, тяжело дыша. Игрит бережно уложил голову парня мне на колени.

Прошло около часа, прежде чем Юки открыл глаза. Он долго моргал, глядя на меня, а затем попытался улыбнуться.

– Пап... ты выглядишь... ужасно, – прохрипел он.

Я издал нервный смешок, чувствуя, как колоссальное напряжение последних минут начинает отпускать.

– Ты тоже не красавец, защитник, – я потрепал его по взъерошенным волосам. – Зачем ты это сделал? Ты ведь знал, что это оружие проклято.

Юки посерьезнел.

– Она хотела ударить маму... Хэ Ин... она была там, пап. В тени. Она не сражалась сама, она просто смотрела. Я видел её глаза. В них не было ничего, кроме пустоты. Я не мог допустить, чтобы она коснулась мамы. Мама... она бы не выдержала этого проклятия. А я... я твой сын. Я справлюсь.

Мое сердце наполнилось такой гордостью и такой яростью одновременно, что я едва не потерял контроль над тенями.

– Она была там? – переспросил я, и мой голос стал опасно тихим.

– Да. Она ушла, как только я упал. Думала, что я мертв.

Я поднялся на ноги, помогая Юки сесть.

– Игрит, отведи его к Юми. Скажи, что он в порядке. И пусть Ли Вону окажут лучшую помощь.

– А вы, мой повелитель? – спросил рыцарь.

– А я пойду закончу то, что должен был сделать еще неделю назад.

Я открыл портал в центр города, прямо к элитному жилому комплексу, где жила Ча Хэ Ин.

Когда я вышел из тени в её гостиной, она сидела в кресле с бокалом вина. Она даже не вздрогнула. Видимо, она ждала меня.

– Значит, ты всё-таки спас его, – сказала она, не оборачиваясь. – Теневой Монарх действительно всемогущ.

– Ты пыталась убить моего сына, Хэ Ин, – я подошел к ней, и от моей ауры в комнате начали лопаться стекла. – Ты перешла черту, за которой нет возврата.

Она встала и повернулась ко мне. Её лицо было маской спокойствия, но руки мелко дрожали.

– Ты сам виноват! – выкрикнула она. – Ты унизил меня! Ты отобрал у меня всё — мою гордость, мой статус, мою жизнь! Ты выбрал эту слабую женщину и плодишь детей, которые когда-нибудь разрушат этот мир своей силой! Я просто хотела избавить мир от этой угрозы.

– Ты хотела избавить мир от своего одиночества, причинив боль мне, – я схватил её за шею и приподнял над полом. – Ты думала, что я стану мягким? Ты думала, что любовь сделала меня слабым?

Я приблизил свое лицо к её лицу.

– Ты ошибалась. Любовь сделала меня беспощадным. За Юки, за слезы Юми, за страх моих детей... я не убью тебя, Хэ Ин. Смерть — это слишком легкий выход для тебя.

Я призвал силу пустоты.

– Ты так хотела быть со мной в той реальности? Что ж. Я подарю тебе твою собственную реальность.

Я коснулся её лба. Хэ Ин закричала, когда я начал стирать её личность, её память, её ману. Я не убивал её тело, но я уничтожал ту Ча Хэ Ин, которую знал мир.

– Ты проведешь остаток своих дней в месте, где никто не знает твоего имени. Где ты будешь самой обычной, слабой женщиной, которой ты так презирала мою жену. Ты будешь видеть сны о том, что могла бы иметь, но никогда не вспомнишь, почему ты это потеряла.

Я отбросил её на диван. Она дышала, но её взгляд стал пустым и бессмысленным. Она больше не была охотником S-ранга. Она была никем.

Вернувшись домой, в мир пустоты, я сразу попал в объятия Юми. Она плакала, но это были слезы облегчения. Юки, уже перевязанный и накормленный, сидел на диване, окруженный младшими братьями и сестрами. Ли Вон сидел рядом, крепко сжимая его руку.

– Джинву... – Юми заглянула мне в глаза. – Всё кончено?

– Всё кончено, любимая, – я обнял её, чувствуя, как мое сердце наконец-то возвращается в нормальный ритм. – Больше никто и никогда не посмеет подойти к вам.

Я подошел к Юки и положил руку ему на плечо.

– Ты молодец, сын. Ты поступил как истинный наследник. Но пообещай мне... больше никаких героических прыжков на проклятые клинки. У меня не так много нервных клеток, даже если я бессмертен.

Юки рассмеялся, и этот смех был самым прекрасным звуком, который я слышал за этот бесконечный день.

– Постараюсь, пап. Но ты же знаешь — в нашей семье по-другому не умеют.

Я посмотрел на свою семью. На Юми, на детей, на Ли Вона, который стал частью нашего дома. Мы были странными, мы были слишком сильными для этого мира, и порой наша жизнь была похожа на поле битвы. Но стоя здесь, в безопасности, я понимал: каждый шрам на моем теле и каждая нить проклятия, которую я вырвал сегодня, стоили того.

Потому что быть Теневым Монархом — это не значит править мертвыми. Это значит иметь силу защитить тех, кто заставляет твое сердце биться.

– Ну что, – я улыбнулся, глядя на притихших детей. – Кто хочет послушать сказку о том, как Бер пытался приготовить торт, пока меня не было?

Дом наполнился радостными криками. Тени за моей спиной довольно заворчали. Мы были дома. Мы были вместе. И это была единственная реальность, которая имела значение.