Дети монарха
Наследие небесной лазури
Я стоял на широкой террасе нашего дома, наблюдая за тем, как первые лучи рассвета окрашивают горизонт в нежно-розовый цвет. В этом мире, созданном из пустоты и моей воли, время текло иначе, но привычки смертного человека всё еще жили во мне. Я любил эти часы тишины, когда легионы теней замирали в ожидании приказов, а моя семья видела последние сны.
– Мой повелитель, – Игрит материализовался за моей левой спиной, склонив голову в безмолвном почтении. – Тренировочная площадка готова. Юный господин Сухо и господин Миджун уже прибыли.
Я кивнул, не оборачиваясь. Мой верный рыцарь всегда чувствовал моё настроение. Сегодня во мне бурлила странная смесь гордости и легкой грусти. Глядя на своих детей, я видел в них не только продолжение себя, но и живое доказательство того, что мой выбор много лет назад был единственно верным.
Все они, от старшего Юки до крошечной Миюн, были моими копиями. Те же черные, вечно взъерошенные волосы, те же черты лица, та же уверенная осанка. Но глаза... Это была вечная тема для шуток в нашем доме. Юми, моя прекрасная жена, долго сокрушалась, что дети наследуют мой холодный серый взгляд.
Я вспомнила, как она плакала от счастья, когда родилась Миюн. Наша младшая дочь, едва открыв глазки, посмотрела на мать чистым, небесно-голубым взглядом, точь-в-точь как у Юми.
– Ну наконец-то! – всхлипывала тогда Юми, прижимая малышку к груди. – Хоть у кого-то в этом доме будут мои глаза, а не этот суровый взор Теневого Монарха!
Юки, наш первенец, тоже унаследовал эту синеву, хотя за его дерзким характером и пирсингом это иногда было трудно разглядеть. Сейчас он почти восстановился после того рокового нападения. Его раны затянулись, оставив лишь тонкие белые нити шрамов на груди — свидетельство его мужества и моей ярости. Он еще не вернулся к полноценным тренировкам, но уже ворчал, что ему скучно сидеть без дела.
Я спустился на арену. Сухо и Миджун уже разминались. Сухо, которому исполнилось восемнадцать, выглядел как зеркальное отражение меня в том возрасте, когда я только начал обретать силу системы. Высокий, атлетичный, с пронзительным взглядом. Миджун, тринадцатилетний сорванец, старался во всем подражать брату, хотя в его движениях еще чувствовалась подростковая угловатость.
– Готовы? – спросил я, останавливаясь в центре площадки.
– Всегда готовы, пап, – Сухо выпрямился, его аура мгновенно отозвалась на моё присутствие, вспыхнув фиолетовыми искрами.
– Я сегодня выдержу против Игрита больше десяти минут, вот увидишь! – азартно выкрикнул Миджун, призывая свой тренировочный меч.
Я улыбнулся. Их энтузиазм был заразителен.
– Сегодня вашим противником буду я, – произнес я, и атмосфера на арене мгновенно стала тяжелой. – Сухо, ты работаешь над контролем теней. Миджун, твоя задача — уклонение. Если я коснусь тебя хотя бы раз, ты идешь помогать Беру на кухне целую неделю.
Миджун побледнел. Помощь Беру на кухне обычно заканчивалась лекциями о величии муравьиного короля и попытками скормить мальчику «высокопротеиновые» деликатесы из магических жуков.
– Это жестоко, пап! – пробормотал он, принимая боевую стойку.
– Жизнь еще более жестока, – отрезал я. – Начали.
Я не использовал и сотой доли своей истинной мощи, но даже этого было достаточно, чтобы заставить их выкладываться на полную. Сухо действовал расчетливо. Он уже научился призывать двух теневых солдат, которые действовали в связке с ним. Его движения были точными, он пытался предугадать мои выпады, используя окружение.
Миджун же был воплощением скорости. Он метался по арене, как солнечный зайчик, едва касаясь земли. В нем чувствовался огромный потенциал — его мана была чистой и стремительной.
– Плохо, Сухо! – я легко ушел от атаки его тени и оказался за спиной сына. – Ты слишком полагаешься на зрение. Тень — это не то, что ты видишь. Это то, что ты чувствуешь каждой клеткой тела. Тень — это ты сам.
Я слегка толкнул его в плечо, и Сухо отлетел на несколько метров, впрочем, быстро сгруппировавшись и встав на ноги.
– Миджун, – я переместился к младшему, – ты слишком много суетишься. Лишние движения тратят твою ману. Будь как вода — спокойным, пока не придет время ударить.
Тренировка продолжалась около двух часов. К концу оба парня лежали на песке арены, тяжело дыша и обливаясь потом. Я стоял над ними, даже не сбив дыхания.
– На сегодня всё, – сказал я, убирая давление ауры. – Идите в душ. Юми скоро позовет завтракать.
– Пап... – Сухо приподнялся на локтях. – Ты ведь тогда, в парке... ты ведь мог уничтожить их всех одним щелчком пальцев. Почему ты позволил Юки принять удар?
Я замолчал, глядя на свои руки. Этот вопрос мучил и меня.
– Потому что я не бог, Сухо, – тихо ответил я. – Я не могу контролировать каждый вздох в этом мире. Юки сделал свой выбор как мужчина и как старший брат. Моя задача — научить вас быть готовыми к таким моментам. Чтобы в следующий раз вам не пришлось истекать кровью на траве.
Я развернулся и пошел к дому. На террасе уже стояла Юми. Она выглядела великолепно в своем легком утреннем платье. Рядом с ней крутилась четырехлетняя Ай, пытавшаяся заплести косички из гривы одной из моих теневых лошадей, которую я разрешил ей вызывать для игр.
– Опять ты их загонял, – укоризненно покачала головой Юми, когда я подошел ближе. – Посмотри на них, они же еле плетутся.
– Они будущие защитники, Юми, – я обнял её за талию, вдыхая аромат её волос. – Им нужно быть сильными.
– Им нужно быть детьми, Джинву, – она мягко коснулась моей щеки. – Хотя бы иногда. Пойдем в дом, Юки уже спустился.
В столовой было шумно. Юки сидел во главе стола, Ли Вон заботливо подкладывал ему лучшие кусочки омлета. Юки выглядел гораздо лучше — бледность ушла, а в глазах снова появился тот самый искристый задор.
– О, великий мастер пыток вернулся, – хмыкнул Юки, завидев меня. – Ну что, братишки, живы?
– Едва, – проворчал Миджун, плюхаясь на стул. – Папа хочет, чтобы я стал ниндзя-невидимкой.
– Тебе полезно, – Юки подмигнул брату. – А то ты слишком громко топаешь, когда пытаешься стащить печенье из буфета по ночам.
Все рассмеялись. Я сел рядом с Юми, чувствуя, как тепло дома заполняет всё мое существо. На моих коленях тут же устроилась маленькая Миюн. Она потянула свои крошечные ручки к моему лицу, и её небесно-голубые глаза внимательно изучали меня.
– Папа... – пролепетала она, трогая мой подбородок. – Тень... там?
Она указала пальчиком на мою тень, которая на мгновение приняла форму маленького забавного котенка, чтобы развлечь малышку. Миюн радостно засмеялась, и этот звук был для меня ценнее всех сокровищ системы.
– Смотри, Джинву, – Юми улыбнулась, кивнув на дочку. – Она совсем не боится твоей силы. Она видит в ней только защиту.
– Так и должно быть, – ответил я, целуя крошечную ладошку дочери.
Завтрак проходил в веселой суматохе. Сон Тэджу и Сон Тэхо, наши трехлетние двойняшки, устроили соревнование, кто быстрее съест кашу, подбадриваемые Миной. Глядя на эту картину, я вдруг поймал себя на мысли, что это и есть моё величайшее достижение. Не победа над Правителями, не создание армии теней, а этот стол, за которым сидят восемь детей и женщина, ставшая моей вселенной.
– Пап, – Юки внезапно посерьезнел. – Я хотел спросить... Насчет той Хэ Ин. Юми сказала, что ты стер её память.
В столовой на мгновение стало тихо. Все дети замерли, ожидая моего ответа.
– Да, – подтвердил я. – Она больше не представляет угрозы.
– Ты думаешь, это сделает её счастливее? – спросил Юки, глядя в свою тарелку. – Начать всё с чистого листа, не помня своего безумия?
– Счастье — это то, что мы создаем сами, – я посмотрел сыну в глаза. – Она потратила свою жизнь на ненависть и зависть к тому, чего у неё никогда не было. Я дал ей шанс просто прожить человеческую жизнь. Без груза амбиций и магии. Это максимум милосердия, на которое я был способен после того, как увидел тебя в крови.
Юки кивнул, принимая мой ответ. Он, как никто другой, понимал цену жизни и смерти.
– Знаешь, – подала голос Юми, накрывая мою руку своей. – Я вчера видела сон. Будто мы все стоим на берегу океана, и волны приносят нам искры света. Каждая искра — это чей-то путь. И наш путь, Джинву, самый яркий. Потому что он освещен не только твоей силой, но и нашей любовью.
Я сжал её пальцы. Моя жена обладала удивительным даром — находить нужные слова в самые трудные моменты.
– Кстати! – Мина вскочила со своего места. – Папа, ты обещал, что сегодня мы все вместе пойдем в парк аттракционов в городе! Ты ведь не забыл?
Я невольно улыбнулся. Парк аттракционов с восемью детьми, двое из которых — потенциальные разрушители миров, трое — начинающие маги, а двое — неуправляемые близнецы. Это обещало быть более сложным испытанием, чем битва с монархами.
– Я помню, Мина, – сказал я. – Мы пойдем. Но только если Юки пообещает не пугать людей своими тенями, а Миджун не будет пытаться взломать игровые автоматы с помощью маны.
– Обещаем! – хором выкрикнули дети.
– Ли Вон, ты идешь с нами, – я посмотрел на парня. – Тебе тоже нужно развеяться.
Ли Вон смущенно улыбнулся и кивнул.
После завтрака началась суета сборов. Юми командовала парадом, проверяя, все ли одеты и умыты. Я стоял в стороне, наблюдая за этим организованным хаосом.
Юки подошел ко мне, когда мы уже выходили к порталу.
– Пап... – он замялся. – Спасибо. За то, что выбрал маму. Я видел ту другую версию... Сухо из той реальности. Он был... мертвым внутри. Я рад, что я — это я. Даже со шрамами.
Я положил руку ему на плечо.
– Я тоже рад, Юки. Ты — лучшее, что могло случиться с этим миром.
Мы вышли в город. Обычный Сеул, залитый солнцем, встретил нас шумом машин и гомоном толпы. Мы выглядели как обычная большая семья, разве что слишком красивая и уверенная в себе. Никто не знал, что мимо них проходит Теневой Монарх со своим наследием.
Весь день прошел как в тумане из смеха, сладкой ваты и криков восторга. Я видел, как Юми светится от счастья, катаясь с малышами на каруселях. Видел, как Юки и Ли Вон, забыв о своих ранах и серьезности, соревнуются в стрельбе в тире. Видел, как Сухо терпеливо объясняет Мине устройство американских горок.
В какой-то момент мы присели на скамейку в тени деревьев. Ай и Миюн уснули у меня и Юми на руках, утомленные впечатлениями.
– Ты счастлив, Джинву? – тихо спросила Юми, прислонившись головой к моему плечу.
Я посмотрел на своих детей, которые в этот момент пытались затащить Бера (скрытого под невидимостью) на колесо обозрения, и почувствовал, как в груди разливается абсолютное, ничем не омраченное спокойствие.
– Больше, чем когда-либо, – ответил я. – Я нашел свой дом, Юми. И мой дом — это не мир пустоты. Мой дом — это вы.
Я знал, что впереди нас ждут новые вызовы. Сила моих детей будет расти, и мир снова может попытаться проверить нас на прочность. Возможно, вернутся старые враги или появятся новые. Но глядя на Юки, который сейчас смеялся, подбрасывая в воздух одного из двойняшек, я понимал: мы готовы.
Я — Сон Джинву, Теневой Монарх, бессмертный правитель теней. Но прежде всего я — муж Юми и отец восьмерых детей. И это — моя самая главная магия.
Когда солнце начало садиться, окрашивая небо в те самые голубые тона, которые я так любил в глазах своей жены и детей, я открыл портал домой. Мы возвращались в свой мир, унося с собой запах попкорна, усталость и бесконечное ощущение правильности происходящего.
– Папа, а завтра мы будем тренироваться? – спросил Миджун, уже засыпая на ходу.
– Завтра, – я потрепал его по волосам. – Завтра мы станем еще сильнее.
Потому что у нас было то, ради чего стоило быть сильными. У нас было завтра. И оно принадлежало нам.