← Назад к обзору

Дети монархов

Цена бессмертного выбора

Тишина в кабинете была настолько плотной, что я слышал каждое движение маны в стенах дома. Юки спал в соседней комнате — его дыхание, хоть и тяжелое, наконец-то стало ровным. Юми сидела на краю его постели, не выпуская его ладонь из своих рук, словно боясь, что если она отпустит, он снова ускользнет в ту бездну, из которой я вырвал его несколько часов назад.

Мой сын был мертв ровно минуту. Шестидесятисекундный провал в небытие, который для меня растянулся в вечность.

Я закрыл глаза, и перед мысленным взором, словно кадры старой кинопленки, пронеслась вся его жизнь. Я вспомнил тот день в роддоме, когда впервые взял его на руки. Он был таким крошечным, таким хрупким... Я, Теневой Монарх, перед силой которого трепетали короли и боги, тогда дрожал от страха, боясь слишком крепко прижать его к себе.

Вспомнил его первое слово — «папа», сказанное с такой забавной серьезностью. Его первые шаги по ковру, когда он, пошатываясь, шел навстречу моим раскрытым объятиям. Вспомнил те бесконечные ночи, когда у него резались зубы или поднималась температура. Мы с Юми часами не спали, сменяя друг друга у колыбели, и я готов был отдать все свои легионы теней, лишь бы забрать его боль себе.

И вот теперь он едва не стал тенью сам.

– Выйди из сумрака, – негромко произнес я, не открывая глаз.

Тень в углу кабинета всколыхнулась, и из неё медленно материализовался Берион. Его доспехи тускло мерцали в слабом свете настольной лампы. Он склонил голову в глубоком поклоне, чувствуя исходящую от меня ледяную ярость, которую я едва сдерживал.

– Что вы узнали? – мой голос прозвучал как хрест ломающегося льда.

– Мой Господин, – начал Берион, и его голос вибрировал от напряжения. – Существа, напавшие на молодого господина Юки, не были обычными наемниками. Это культ, называющий себя «Новым Рассветом». Они убеждены, что кровь Монарха — это ключ к эволюции человечества.

Я открыл глаза. В кабинете стало ощутимо холоднее.

– Продолжай.

– Молодой господин Юки наткнулся на них случайно во время своей учебы. Он начал собственное расследование, когда узнал, что эта компания похищает детей с пробудившимся потенциалом по всей Азии для проведения чудовищных экспериментов. Но самое страшное не это.

Берион на мгновение замялся, словно подбирая слова.

– Говори, – приказал я.

– Они нацелились на ваших младших детей, – выдохнул маршал теней. – Тэджу, Тэхо и маленькая Миюн... Они были их главной целью. Юки узнал об этом и решил выманить их на себя, чтобы отвести угрозу от дома. Он не хотел волновать вас и госпожу Юми, считая, что справится сам.

Я сжал подлокотник кресла так, что дерево превратилось в труху. Мой дуралей. Мой гордый, самоотверженный сын. Он подставил свое сердце под удар, чтобы защитить малышей, которых я только-только привел в этот мир.

– Это еще не всё, мой Господин, – Берион опустил голову еще ниже. – В ходе допроса одного из выживших фанатиков мы получили информацию, которую трудно игнорировать. В организации «Новый Рассвет» замешана Ча Хэ Ин.

Я замер. В голове всплыл образ Хэ Ин на набережной — её холодное лицо, её слова о «простушке» и «потерянном потенциале».

– Похоже, слова королевы Юми задели её слишком сильно, – продолжал Берион. – Её гордость была растоптана. Она предоставила культу данные о перемещениях ваших детей и графики охраны Ассоциации, которые могли бы помешать похищению. Она хотела доказать, что ваша семья — это слабость, которая должна быть устранена.

В кабинете повисла звенящая тишина. Я встал и подошел к окну, глядя на ночной Сеул. Город сиял огнями, не подозревая, что его величайший защитник сейчас балансирует на грани того, чтобы превратить этот мир в пепел.

– Значит, она решила, что имеет право распоряжаться жизнями моих детей, – прошептал я.

В этот момент дверь кабинета тихо скрипнула. Я обернулся. На пороге стояла Юми. Она выглядела изможденной, её глаза покраснели от слез, но в осанке всё еще чувствовалась та стальная грация, которая делала её достойной женой Монарха.

– Ты слышала? – спросил я.

– Почти всё, – она прошла в комнату и села в кресло напротив стола. – Значит, Хэ Ин... Она зашла так далеко.

– Она посчитала, что я ошибся, выбрав тебя, – я подошел к жене и положил руки ей на плечи. – И решила исправить эту «ошибку», пролив кровь наших детей.

Юми подняла на меня взгляд. В её небесно-голубых глазах больше не было слез. Там горел холодный, расчетливый огонь.

– Джинву, – произнесла она тихо, но твердо. – Я всегда просила тебя быть милосердным. Я всегда хотела, чтобы наши дети росли в мире, где нет насилия. Но сегодня я видела своего старшего сына мертвым.

Она сделала глубокий вдох, и её голос окреп.

– Не оставляй от них ничего. Ни от этой компании, ни от тех, кто им помогал. Если Ча Хэ Ин считает, что материнство — это слабость, покажи ей, на что способна мать, чье гнездо попытались разорить.

Я кивнул. Это было благословение, в котором я не нуждался, но которое было мне необходимо.

– Берион, – позвал я.

– Да, мой Господин.

– Собери легион. Игрис, Кайсел, Танк — все должны быть готовы. Мы выступаем через час. Я хочу, чтобы штаб-квартира «Нового Рассвета» стала их могилой.

– А что насчет охотницы Ча Хэ Ин? – уточнил маршал.

– Её я оставлю на десерт, – ответил я, чувствуя, как тень под моими ногами расширяется, заполняя всё пространство кабинета.

Я вышел из кабинета и направился в комнату Юки. Он всё еще спал, но его лицо уже не было таким серым. Я присел на край кровати, глядя на татуировку на его руке. Юки всегда хотел быть независимым, хотел доказать, что он — не просто «сын Теневого Монарха», а личность. И он доказал это ценой своей жизни.

– Спи, сын, – прошептал я, касаясь его лба. – Когда ты проснешься, мир снова будет в безопасности.

Я почувствовал присутствие Сухо и Миджуна за дверью. Они не решались войти, но я знал, что они слышали каждое слово.

– Заходите, – негромко сказал я.

Сыновья вошли в комнату. Восемнадцатилетний Сухо, моя копия, выглядел повзрослевшим на десять лет за одну ночь. Тринадцатилетний Миджун сжимал кулаки так, что костяшки побелели.

– Отец, мы пойдем с тобой, – сказал Сухо. Его голос не дрожал.

– Нет, – я покачал головой. – Ваше место здесь. Вы — последний рубеж обороны. Если хоть одна тень проскользнет мимо моих маршалов, вы должны защитить мать и младших. Это ваш долг как старших мужчин в семье.

– Но Юки... – начал было Миджун.

– Юки выполнил свою часть, – перебил я его. – Теперь ваша очередь. Сухо, я доверяю тебе охрану Миюн. Миджун, ты отвечаешь за близнецов и Мину. Игрис останется в тени дома.

Они переглянулись и синхронно поклонились.

– Да, отец.

Я вышел на балкон. Ночной воздух был пропитан запахом надвигающейся грозы. Я призвал Кайсела, и огромный дракон материализовался в небе, скрытый от глаз обычных людей моей магией.

– Джинву! – Юми вышла вслед за мной.

Я обернулся. Она стояла в дверях, освещенная лунным светом.

– Вернись к завтраку, – сказала она с легкой, почти болезненной улыбкой. – Детям нужно будет объяснить, почему их старший брат решил проспать весь день.

– Обещаю, – я шагнул за перила, проваливаясь в объятия Кайсела.

Полет до окраины Сеула, где находился скрытый комплекс «Нового Рассвета», занял считанные минуты. Мои тени уже окружили здание, перекрыв все выходы. Это был старый фармацевтический завод, который по документам давно не функционировал. Но мана, исходящая от него, была гнилой и тяжелой.

Я спрыгнул с дракона, пробивая крышу главного ангара. Приземление вызвало сейсмическую волну, от которой бетон под моими ногами пошел трещинами.

– Сон Джинву! – раздался крик из глубины помещения.

В свете прожекторов я увидел людей в белых халатах и вооруженных охранников. В центре зала, в стеклянных капсулах, находились дети. Они спали под воздействием препаратов, их маленькие тела были опутаны датчиками. Моё сердце сжалось от ярости. Любой из них мог быть моим сыном или дочерью.

– Вы совершили ошибку, – произнес я, и мой голос, усиленный маной, заставил стекла в капсулах завибрировать. – Вы решили поиграть в богов, используя чужие жизни.

– Мы делаем это ради будущего! – закричал один из ученых, лихорадочно нажимая кнопки на пульте. – С твоей кровью мы создадим армию, которая не будет знать боли!

– Вы создали только свою смерть, – отрезал я. – Выйти из тени!

Тысячи солдат вырвались из-под земли. Началась не битва, а бойня. Мои тени не знали пощады. Берион прорубал просеки в рядах охраны, а Игрис, которого я всё же взял с собой для быстрого завершения дела, методично уничтожал оборудование, следя за тем, чтобы ни один ребенок не пострадал.

Я шел сквозь хаос, не вынимая рук из карманов. Пули рикошетили от моей ауры, не причиняя вреда. Я искал того, кто стоял во главе этого безумия.

В дальнем кабинете, за бронированным стеклом, я увидел человека. Он пытался стереть данные с жестких дисков. Рядом с ним стояла женщина в боевом костюме Ассоциации.

Ча Хэ Ин.

Я прошел сквозь стену, словно она была сделана из бумаги. Хэ Ин мгновенно выхватила свой меч, её лицо было бледным, но глаза горели фанатичным огнем.

– Джинву, ты не понимаешь... – начала она, принимая боевую стойку. – Это необходимо. Мир становится слишком опасным, нам нужны новые силы. Твои дети — они не просто люди, они ресурс...

– Ресурс? – я сократил расстояние между нами в одно мгновение. Мои пальцы сомкнулись на лезвии её меча, и сталь S-ранга раскрошилась, как сухое печенье. – Ты назвала моих детей ресурсом?

Я схватил её за горло и прижал к стене.

– Ты завидовала Юми, – прошептал я ей в лицо. – Ты злилась, что я выбрал жизнь, а не твой холодный идеал силы. Но ты перешла черту, Хэ Ин. Ты подставила под удар моего сына.

– Он... он выжил, – прохрипела она, пытаясь разжать мои пальцы.

– Да. Потому что я так решил. Но ты... ты больше не имеешь права дышать этим воздухом.

Я почувствовал, как в коридоре затихли крики. Мои тени закончили зачистку. Дети были в безопасности, Берион уже вызывал лояльные мне отряды Ассоциации для их эвакуации.

Я посмотрел в глаза Хэ Ин. В них не было раскаяния, только страх и остатки того самого высокомерия.

– Юми просила передать тебе привет, – сказал я. – Она сказала, что ты никогда не поймешь, что такое быть матерью. И она права.

Я не стал её убивать. Смерть была бы слишком легким избавлением для неё. Вместо этого я призвал силу Монарха и коснулся её лба.

– Твоя мана, твоя сила, твоя гордость... Я забираю всё. Отныне ты — никто. Обычный человек, который будет помнить каждое мгновение своего предательства.

Хэ Ин вскрикнула, когда её золотистая аура начала всасываться в мои ладони. Она обмякла, лишенная своей сути, и сползла по стене. Теперь она была просто испуганной женщиной, которой предстояло провести остаток жизни в тюрьме для преступников охотничьего мира.

Я вышел из здания завода. Рассвет уже начал окрашивать небо в нежно-розовые тона. Кайсел ждал меня на крыше.

Когда я вернулся домой, в кухне уже горел свет. Пахло свежим кофе и тостами. Юми стояла у плиты, а за столом сидели Сухо и Миджун, сонные, но бдительные.

– Всё кончено? – спросила Юми, не оборачиваясь.

– Да, – я подошел к ней и обнял со спины, утыкаясь носом в шею. – Дети спасены. Организация уничтожена.

– А она?

– Она больше не охотник. И больше никогда не побеспокоит нашу семью.

Из коридора послышался топот маленьких ножек. В кухню вбежали близнецы Тэджу и Тэхо, а за ними, пошатываясь, шла четырехлетняя Ай, таща за собой свою любимую куклу.

– Папа вернулся! – закричали они, бросаясь ко мне.

Я подхватил их на руки, чувствуя их тепло и живую энергию. В этот момент из спальни вышел Юки. Он опирался на плечо Сухо, выглядел бледным, но на его губах играла та самая дерзкая ухмылка.

– Эй, старик... – прохрипел он. – Я надеюсь, ты оставил мне хоть одного монстра, чтобы я мог попрактиковаться?

– В следующий раз, сын, – я улыбнулся, глядя на свою большую, шумную и бесконечно дорогую мне семью. – В следующий раз.

Юми поставила на стол тарелку с завтраком. Солнечный луч упал на колыбель с маленькой Миюн, которая только что проснулась и начала забавно агукать.

Я сел во главе стола. Быть Теневым Монархом — значит командовать смертью. Но быть отцом — значит защищать жизнь. И глядя на своих детей, я понимал: этот выбор был самым правильным в моей бесконечной жизни.

– Ну что, банда, – сказал я, принимаясь за еду. – Кто сегодня помогает маме в саду, а кто идет со мной тренировать теневые призывы?

Дом наполнился радостными криками. Жизнь продолжалась, и в ней больше не было места для теней прошлого. Только свет, который мы создавали сами, день за днем, ребенок за ребенком.