Детская забава
Шепот новой жизни
Год пролетел как один бесконечный, изматывающий, но полный надежды день. Особняк Эдуарда Тейлора видел всё: и слезы бессилия, когда Эмилия падала на пол после десяти минут физиотерапии, и яростный блеск в её глазах, когда она заставляла свои пальцы снова набирать код со скоростью пулеметной очереди. Последняя операция, длившаяся двенадцать часов, стала точкой невозврата. Хирурги буквально по кусочкам собрали её колени и восстановили нервные окончания на руках.
Теперь, глядя на то, как Эмилия легко сбегает по мраморной лестнице, трудно было поверить, что когда-то она напоминала сломанную фарфоровую куклу. Она снова могла бегать, прыгать и, что самое важное, она снова могла сражаться. Шрамы остались — тонкие, белесые нити на коленях и предплечьях, — но Эмилия носила их как медали за отвагу.
Группировка «Деточки» тоже изменилась. Мальчишки превратились в молодых мужчин. Дэну и близнецам исполнилось по двадцать, самой Эмилии — девятнадцать. Они больше не были просто уличными мстителями; теперь они составляли элиту организации Тейлора. Они были его глазами в цифровом мире и его самыми преданными псами на улицах. Эдуард доверял им больше, чем кому-либо из своих старых подельников.
На восемнадцатилетие Эмилии Эдуард устроил ужин только для двоих. В ту ночь, на террасе, под светом лондонских звезд, которые казались необычайно яркими, он опустился на одно колено. Он, человек, перед которым трепетал весь криминальный мир Британии, заметно волновался. Когда он открыл коробочку с кольцом, Эмилия не жестикулировала и не молчала.
– Да, – выдохнула она, и этот тихий звук значил для него больше, чем все клятвы верности, которые он когда-либо слышал.
Свадьба стала легендой. Двести гостей заполнили загородное поместье Тейлора. Сто двадцать из них — вся группировка «Деточки» в полном составе, одетые в непривычно строгие костюмы, под которыми всё же угадывались очертания кобур и ножей. Остальные — деловые партнеры Эдуарда, которые быстро поняли, что невеста босса — это не просто украшение, а самый опасный человек в этом зале после самого Тейлора. Свадьба была пышной, яркой и, вопреки всем опасениям, абсолютно мирной. Никто не посмел поднять руку на этот союз.
С тех пор прошло полгода.
Вечер в особняке выдался шумным. В огромном зале, где когда-то царила холодная тишина, теперь горел камин и гремела музыка. Дэн, как обычно, затеял шуточную потасовку с сестрой.
– Ну всё, мелкая, ты попалась! – хохотал Дэн, пытаясь перехватить руки Эмилии.
– Мелкая? Это кто тут мелкий, гигант недоделанный? – Эмилия ловко увернулась от его захвата и, проскользнув под рукой брата, начала нещадно щекотать его под ребрами.
Они повалились на ковер, вызывая смех у сидевших рядом парней. Эмилия всегда была быстрее и гибче, её движения восстановились полностью, и она с азартом продолжала «атаку», пока Дэн не взмолился о пощаде, задыхаясь от смеха.
Однако веселье длилось недолго. Буквально через три минуты Эмилия резко отстранилась и тяжело опустилась на ближайший диван. Её лицо раскраснелось, грудь судорожно вздымалась, а на лбу выступила испарина. Она прижала ладонь к солнечному сплетению, пытаясь выровнять дыхание.
В зале мгновенно стало тихо. Музыка словно ушла на задний план. Дэн подскочил с ковра, его лицо вмиг стало серьезным и встревоженным.
– Эм? Ты в порядке? – Он присел рядом, заглядывая ей в глаза. – Ноги? Опять суставы?
Эдуард, сидевший в кресле с бокалом виски, поставил напиток на стол с таким стуком, что лед звякнул о стекло. Он поднялся, его взгляд сканировал жену на предмет скрытых травм или боли.
– Эмилия, что случилось? Вызвать врача? – Его голос был низким и властным, но в нем отчетливо сквозила паника, которую он так и не научился скрывать, когда дело касалось её здоровья.
Парни из «Деточек» тоже напряглись. Для них Эмилия была символом неуязвимости, и её внезапная слабость вызвала у всех защитный рефлекс. Кто-то уже потянулся к телефону, кто-то встал, загораживая выходы.
Эмилия подняла руку, призывая всех к спокойствию. Она сделала еще один глубокий вдох, и на её губах появилась странная, тихая и невероятно лучезарная улыбка.
– Успокойтесь, ради бога, – она обвела взглядом присутствующих, задержав его на Эдуарде. – Всё хорошо. Правда.
– Хорошо? – Дэн возмущенно всплеснул руками. – Ты запыхалась через три минуты возни! Раньше ты могла гонять нас по полигону часами и даже не вспотеть. Эми, не ври мне, что с легкими?
Эмилия тихо рассмеялась, и этот смех был полон какого-то тайного торжества. Она откинулась на спинку дивана, поглаживая складки своего мягкого свитера.
– Просто... – она сделала небольшую паузу, наслаждаясь моментом. – Довольно тяжело заниматься активностью, когда ты беременна.
Тишина, воцарившаяся в зале, была физически ощутимой. Казалось, даже пламя в камине перестало трещать, застыв в оцепенении.
Дэн замер с открытым ртом. Его мозг, обычно работающий с быстротой молнии, сейчас явно буксовал на месте.
– Беременна? – переспросил он тупо. – В смысле... ну, как в кино?
Эмилия кивнула, не переставая улыбаться.
– В смысле, у тебя будет племянник или племянница, Дэн. Примерно через семь месяцев.
Дэн постоял еще секунду, а затем его прорвало. Он начал расхаживать перед диваном, размахивая руками и переходя на свой привычный режим «старшего брата-наставника».
– Так, подожди! – затараторил он. – Беременна? И ты лезешь драться? Ты вообще соображаешь? Тебе нужно больше кальция. Никаких прыжков! Я читал в одной статье, что на ранних сроках нужно избегать стрессов, а ты тут с нами в догонялки играешь! Тебе нужно специальное меню, я сам проконтролирую повара...
Внезапно Дэн резко замолчал. Его слова закончились, уступив место осознанию. Он посмотрел на сестру, на её счастливое лицо, и его губы задрожали.
– Племянник... – прошептал он. – У нас... у нас будет ребенок. Настоящий.
Дэн закрыл лицо руками и, не выдержав, всхлипнул. Он опустился на пол рядом с диваном, прижимаясь лбом к колену Эмилии. Он плакал от счастья, понимая, что их изломанный, кровавый мир только что получил шанс на самое настоящее чудо.
Эдуард так и не сдвинулся с места. Он стоял у своего кресла, и его лицо было бледнее, чем в день свадьбы. Великий мафиози, человек, который не моргнул глазом под дулом пистолета, сейчас выглядел так, будто его ударили под дых. Его пальцы, сжимавшие спинку кресла, побелели.
– Эдуард? – тихо позвала Эмилия, протягивая к нему руку.
Он сделал шаг, потом другой, словно шел по тонкому льду. Подойдя к дивану, он осторожно, почти благоговейно, опустился перед ней на колени. Его рука, огромная и мозолистая, легла на её еще плоский живот.
– Ты не знала? – прошептал он, глядя ей в глаза.
– Узнала сегодня утром, – ответила она, накрывая его ладонь своей. – Хотела сказать вечером, когда мы останемся одни, но Дэн такой невыносимый, что я не удержалась.
Эдуард прижался лбом к её животу, закрыв глаза. Весь его мир, вся его власть, все его деньги — всё это вдруг стало второстепенным. В этой маленькой женщине, которую он когда-то нашел в холодном переулке, сейчас зарождалась новая жизнь. Его жизнь.
– Поздравляю, босс! – выкрикнул кто-то из парней, нарушая сакральность момента.
– Офигеть, Тейлор-младший! – подхватил другой. – Мы его научим стрелять раньше, чем он ходить начнет!
– Никакой стрельбы! – рявкнул Дэн, не поднимая головы от колен сестры. – Он будет ходить в лучшую школу и учить латынь!
Зал взорвался радостными криками. Парни из «Деточек» обступили диван. Одни хлопали Эдуарда по плечам, поздравляя его, другие наперебой предлагали Эмилии подушки, пледы и сок.
Маркус, верный помощник Тейлора, стоял чуть поодаль, вытирая глаза платком.
– Ну всё, – проворчал он, хотя его голос дрожал. – Теперь в этом доме точно не будет покоя.
Эдуард поднял голову и посмотрел на своих парней. На этих «детей», которые стали его семьей. На свою жену, которая совершила невозможное.
– Спасибо, – сказал он, и хотя голос его был тихим, его услышали все.
Эмилия откинулась на подушки, окруженная любовью своей странной, опасной, но бесконечно преданной стаи. Шрамы на её теле больше не болели. Тишина, которая когда-то была её единственным убежищем, теперь была заполнена смехом друзей и биением еще одного крошечного сердца.
Она знала, что впереди будет много трудностей. Знала, что мир снаружи по-прежнему жесток. Но здесь, в этом зале, под защитой самого опасного человека Лондона и двадцати молодых волков, она чувствовала себя в полной безопасности.
– Знаешь, Эд, – прошептала она, когда он присел рядом и обнял её. – Я думаю, это будет мальчик. И у него будут твои глаза.
– Главное, чтобы у него был твой характер, – улыбнулся Эдуард, целуя её в висок. – Тогда ему точно нечего будет бояться в этой жизни.
Вечер продолжался, но теперь в нем не было ни капли напряжения. Только радость, шумные споры о именах и бесконечные планы на будущее, которое еще год назад казалось невозможным. В особняке Тейлора начиналась новая глава, и в этой главе больше не было места для немоты. Только для голосов, которые обещали защищать это новое маленькое чудо до последнего вздоха.