Двоюродная сестра

Узел кристаллизации

Воздух вокруг его руки закипел. Пот, выделявшийся из желез, не просто воспламенился — он сдетонировал внутри замкнутого пространства между челюстью монстра и его собственным черепом.

– ТОЧЕЧНЫЙ ПРОБОЙ: КУМУЛЯТИВНЫЙ НОЛЬ! – прохрипел Бакуго.

Глухой, утробный звук хлопка был похож не на привычный уличный взрыв Динамайта, а на выстрел тяжелой корабельной мортиры сквозь слой мокрого войлока.

Ударная волна не пошла наружу. Направленная вольфрамовым упором, который Кохэку удерживала на предплечье кузена силой чистого ментального расчета, кинетическая энергия рикошетом ударила точно в основание черепной коробки твари. Костяной панцирь на затылке чудовища мгновенно покрылся сетью тончайших изломов, из пасти вырвался сноп серого едкого дыма, и белки его неестественно выпученных глаз закатились под лоб.

Трехметровая туша мутанта замерла на полсекунды, одеревенев, а затем с чудовищным грохотом рухнула на рифленый настил палубы, едва не проломив проржавевший люк трюма.

В воздухе повисла тяжелая тишина, нарушаемая только шипением дождя на раскаленном вольфраме и воем кренящегося набок судна.

Кохэку плавно выдохнула сквозь зубы.

*«Сброс формы. Возврат проводника».*

Тяжелый наруч на руке Бакуго без единого звука растаял, обращаясь в тонкую ртутную нить, которая с тихим свистом метнулась по воздуху через разделявшие их метры и втянулась обратно в серебряный ободок на безымянном пальце Кохэку. Кольцо обожгло кожу привычным жаром, но кристаллическая решетка выдержала — отжиг в отцовской печи не прошел даром.

Бакуго опустил руку. Ткань его графитового кителя на левом боку была распорота тремя параллельными полосами, из-под которых сочилась кровь от поверхностных порезов, а шелк на правом рукаве полностью сгорел, обнажая закопченное предплечье.

Он тяжело, с прис