← Назад к обзору

Дьявол

Кровь, сталь и вишнёвый плен

Дорога до Святилища казалась бесконечной лентой из серого асфальта и разлагающейся плоти. Натаниэль не гнал фуру — он буквально летел над выбоинами, выжимая из мотора всё, на что тот был способен. В кабине густо пахло вишнёвым табаком и застарелым гневом. Его пальцы, усыпанные мелкими веснушками, до белизны сжали руль.

Месяц. Целый месяц он пропадал в лесах, вычищая старые склады и охотясь на мародёров, пока в Александрии творился ад. Рик Граймс, этот святоша с комплексом мессии, скрыл от него самое главное. Он позволил Нигану не просто забирать еду и оружие. Он позволил ему забрать Дэрила Диксона.

Дэрил был единственным, кого Натаниэль не хотел прирезать при первой же встрече. Этот угрюмый следопыт понимал тишину так же хорошо, как сам Нат понимал ярость. И теперь этот павлин в кожаной куртке держит его в клетке?

– Ну уж нет, придурок в косухе, – прошипел Натаниэль, переключая передачу. – Ты думал, что я — твоя новая игрушка? Плохо ты меня знаешь.

Когда на горизонте показались массивные стены Святилища, обнесённые забором с насаженными на колья ходячими, Натаниэль даже не притормозил. Он видел, как часовые на вышках засуетились, вскидывая винтовки.

– Свои, идиоты! – высунувшись из окна, заорал он, когда фура с визгом замерла перед главными воротами. – Открывайте, пока я не протаранил эту жестянку к чертям собачьим!

Один из Спасителей, признав рыжего дьявола, о котором в Святилище уже ходили легенды после его стычки с Ниганом в Александрии, поспешно подал знак. Тяжёлые створки поползли в стороны.

Натаниэль выскочил из кабины прежде, чем двигатель заглох. На нём были узкие чёрные джинсы, тяжёлые ботинки и расстёгнутая куртка, под которой виднелась майка, едва скрывающая острые ключицы. Запах вишни, обычно дразнящий и сладкий, сейчас ощущался едким, почти ядовитым.

– Где он? – Натаниэль небрежно оттолкнул в сторону Саймона, который попытался преградить ему путь с ехидной ухмылкой.

– Оу, крошка Нат приехал в гости? – Саймон поправил усы, в его глазах блеснула неприязнь. – Ниган будет в восторге. Он всё гадал, когда ты приползёшь на запах его одеколона.

– Я приехал не к нему, – Натаниэль остановился и медленно повернул голову к Саймону. Его голубые глаза сузились, превратившись в две ледяные щели. – Где Дэрил Диксон? Если ты сейчас же не скажешь мне, в какой дыре вы его заперли, я вырву твой кадык и заставлю тебя его проглотить.

Саймон потянулся к кобуре, но Натаниэль оказался быстрее. Нож, словно живое существо, выскользнул из рукава и замер у самого глаза Спасителя.

– Попробуй, – прошептал омега, скалясь. – Давай, сделай мой день интереснее.

– Опусти нож, Натаниэль.

Голос Нигана раскатился по двору, заставляя всех присутствующих замереть. Лидер Спасителей стоял на железном мостике второго яруса, небрежно опираясь на Люсиль. На его лице играла та самая торжествующая улыбка, которую Натаниэль ненавидел и которая заставляла его нутро предательски сжиматься.

– Малыш, ты приехал на три недели позже, чем обещал, – Ниган начал спускаться по лестнице, чеканя шаг. – Я уже начал думать, что ты нашёл себе кого-то покрупнее и позадиристее меня. Хотя, кого я обманываю? Таких нет.

Натаниэль убрал нож, но не сводил взгляда с Нигана. Когда тот подошёл вплотную, омега почувствовал нахлынувшую волну его тяжёлого, доминантного запаха — порох, кожа и что-то мускусное, дикое.

– Ты взял Дэрила, – без предисловий бросил Натаниэль. – Ты совершил огромную ошибку, Ниган.

– Ошибку? – Ниган картинно приложил руку к груди. – Детка, я не совершаю ошибок. Я приобретаю активы. Дэрил — чертовски ценный актив. Он упрямый, злой и умеет выживать. Почти как ты, только без этих очаровательных веснушек и сногсшибательного запаха.

– Верни его мне, – Натаниэль сделал шаг вперёд, сокращая дистанцию до опасного минимума. – Сейчас же.

Ниган рассмеялся, запрокинув голову. Его смех был громким, искренним и чертовски раздражающим.

– Ты приехал в моё королевство, в мой дом, окружённый сотнями моих людей, и требуешь, чтобы я отдал тебе одного из лучших моих пленников? – Ниган наклонился, заглядывая в глаза парню. – У тебя не просто яйца стальные, Натаниэль. У тебя в голове вместо мозгов чистый тротил.

– Ты даже не представляешь какой, – огрызнулся омега. – Дэрил — мой. Ты не имел права трогать его.

– Твой? – взгляд Нигана мгновенно похолодел. Улыбка не исчезла, но стала хищной. – Не знал, что ты делишь свою постель с этим замарашкой-арбалетчиком. Это ранит моё нежное сердце, малыш.

– Не паясничай. Он мой друг. Единственный человек, который не смотрел на меня как на монстра, – Натаниэль ткнул пальцем в грудь Нигана. – Веди меня к нему. Или я начну убивать твоих людей одного за другим, пока ты сам не умоешься их кровью.

Ниган на мгновение замолчал, изучая лицо парня. Он видел, что тот не блефует. В глазах Натаниэля горела та самая неуправляемая ярость, которая так заворожила его в Александрии. Этот омега был не просто дерзким — он был абсолютно, восхитительно безумным.

– Хорошо, – внезапно согласился Ниган, отступая. – Пойдём. Я покажу тебе, во что превращаются люди, когда пытаются идти против меня. Может, это поубавит твой пыл.

Они шли по тёмным коридорам Святилища. Натаниэль чувствовал на себе десятки взглядов — любопытных, сальных, испуганных. Но ему было плевать. Он шёл за широкой спиной Нигана, едва сдерживаясь, чтобы не вонзить нож в эту обтянутую кожей поясницу.

Они спустились в подвальный блок. Здесь пахло плесенью и отчаянием. Ниган остановился у одной из тяжёлых металлических дверей и кивнул охраннику.

– Открывай.

Дверь со скрипом распахнулась. Внутри маленькой, лишенной окон камеры, на бетонном полу сидел Дэрил. На нём была грязная роба с буквой «А», его лицо было превращено в сплошной синяк, а взгляд казался потухшим.

– Дэрил! – Натаниэль рванулся вперёд, отталкивая Нигана.

Он упал на колени рядом с Диксоном, хватая его за плечи. Дэрил вздрогнул, медленно поднял голову и с трудом сфокусировал взгляд на рыжих волосах парня.

– Нат? – голос Дэрила был хриплым, едва слышным. – Уходи... не надо...

– Заткнись, – прошептал Натаниэль, чувствуя, как в горле встаёт ком. – Я вытащу тебя. Слышишь?

– Какая трогательная сцена! – Ниган стоял в дверном проёме, опираясь на косяк. – Я почти прослезился. Но есть одна маленькая проблема, оторва. Он не уйдёт. Он будет сидеть здесь, пока не скажет те самые заветные слова. Пока не поймёт, что всё в этом мире принадлежит Нигану.

Натаниэль медленно поднялся с колен. Он обернулся к Нигану, и в этот момент запах вишни в камере стал удушающим. Это был запах смерти.

– Ты хочешь, чтобы он сказал, что он — это ты? – тихо спросил Натаниэль.

– Именно так, – Ниган качнул битой. – Это правила игры.

– Тогда у меня есть предложение получше, – Натаниэль пошёл прямо на него, его голос звучал пугающе спокойно. – Ты отпускаешь его. Сейчас. Он уезжает в Александрию. А я... я остаюсь здесь. С тобой.

В камере повисла мертвая тишина. Дэрил попытался что-то сказать, но закашлялся, сплевывая кровь на пол. Ниган замер, его брови взлетели вверх.

– Ты предлагаешь себя в обмен на этого бродягу? – Ниган прищурился, в его взгляде смешались недоверие и азарт. – Ты понимаешь, что это значит, малыш? Здесь нет Рика, который тебя защитит. Здесь только я и мои правила. Ты будешь делать то, что я скажу. Ты будешь принадлежать мне телом, душой и каждым своим чёртовым рыжим волоском.

– Я знаю, на что иду, – Натаниэль остановился в паре сантиметров от него. – Ты ведь этого хотел с самой первой встречи? Ты хотел приручить дьявола? Ну так вот он я. Бери, если не боишься обжечься.

Ниган медленно протянул руку и обхватил шею Натаниэля. Его пальцы сжали горло, не перекрывая воздух, но напоминая о полной власти. Омега не дрогнул. Он смотрел прямо в тёмные глаза альфы, и в этом взгляде была не покорность, а вызов.

– Ты чертовски дорогая покупка, Натаниэль, – прошептал Ниган. – Но, боже мой, ты того стоишь.

Он повернулся к охраннику.

– Выведите Диксона. Дайте ему мотоцикл, его арбалет и вышвырните за ворота. Если он задержится хоть на секунду — пристрелите.

– Нат, нет... – Дэрил попытался встать, но двое охранников подхватили его под руки.

– Уезжай, Дэрил, – Натаниэль не оборачивался. – Скажи Рику, что если он попытается меня «спасать», я сам его прикончу. Я справлюсь.

Когда Дэрила уволокли, Ниган с грохотом закрыл дверь камеры, оставляя себя и Натаниэля внутри. Он прижал парня к стене, нависая над ним всей своей массой.

– Ну что, детка? – голос Нигана вибрировал от предвкушения. – Поздравляю с новосельем. Ты только что совершил самую глупую и самую захватывающую вещь в своей жизни.

– Не надейся, что я буду послушным, – Натаниэль оскалился, его руки легли на плечи Нигана, вцепляясь в кожу куртки. – Я превращу твою жизнь в ад. Ты будешь проклинать тот день, когда решил меня оставить.

– О, я на это очень рассчитываю, – Ниган рывком поднял его, заставляя обхватить себя ногами. – Ты пахнешь как вишнёвый сад в огне, Натаниэль. И я собираюсь сгореть в этом пожаре вместе с тобой.

Натаниэль впился в его губы поцелуем, который больше походил на попытку убийства. Он чувствовал силу Нигана, его мощь, и это заставляло его собственную кровь кипеть. Он знал, что впереди месяцы борьбы, боли и ярости. Но он также знал, что Ниган — единственный, кто сможет выдержать его безумие.

– Посмотрим, кто из нас первым запросит пощады, «папочка», – прошептал Натаниэль в перерыве между поцелуями.

Ниган только рассмеялся, выходя из камеры и неся свою добычу к себе в покои. Святилище ещё не знало, что сегодня в его стены вошёл не просто пленник, а настоящий вишнёвый дьявол, который либо станет его сердцем, либо сожжёт его до основания.