← Назад к обзору

Едкая любовь но свет в полумраке

Цифровое истощение

– Ну, раз я теперь официально «стабилен»... – Бан поднялся с пола технического отсека, стряхивая невидимую пыль со своего облегающего черного костюма. – То можно и на работу. Хотя бы там его идеальное лицо не будет маячить перед глазами.

На губах Бана заиграла дерзкая, колючая ухмылка. Он поправил бандану, скрывая растрепанные бело-бежевые волосы, и провел пальцами по массивному чокеру. Внутри всё еще зудело от недавнего столкновения с Капитаном, но Бан решил направить эту энергию в другое русло. Если наставник хочет дисциплины — он её получит, но на условиях Бана.

На следующее утро, когда системное время едва перевалило за отметку пробуждения, а цифровое небо над Центральным Узлом только окрашивалось в нежно-сиреневые тона, Бан уже был на ногах. Он покинул штаб идолов до того, как Капитан вышел на свою утреннюю калибровку, и до того, как Викки успела заглянуть к нему с очередным «Как ты себя чувствуешь?».

– Просто буду его избегать, – бормотал Бан себе под нос, шагая по прозрачным плитам тротуара, под которыми пульсировали потоки данных. – Если я не буду его видеть, то все эти странные ошибки в моем ядре затрутся сами собой. Мои уязвимости не станут для него привычкой, если я перестану давать ему повод их сканировать.

Идея казалась гениальной в своей простоте. Исчезнуть с радаров Капитана, погрузиться в работу, стать образцовым — и при этом абсолютно недосягаемым — идолом.

Работа Бана была специфической. В то время как Лайк занималась эстетикой и гармонией, а Викки — поддержкой и лечением, Бан был карающим мечом системы. Он выслеживал нарушителей, удалял вредоносные скрипты и банил тех аватаров, чей код начинал разлагаться, угрожая стабильности сектора.

День выдался на редкость паршивым. Словно сама система решила проверить Бана на прочность. В жилых кварталах произошел массовый сбой: группа аватаров-подростков решила «взломать» гравитационные фильтры, чтобы устроить незаконные гонки на световых байках.

– Стоять, мусорные файлы! – орал Бан, прыгая с крыши одного здания на другое. Его зеленые часы на запястье бешено мигали, фиксируя цели. – Сейчас я проведу вам такую дефрагментацию, что ваши создатели вас не узнают!

Он работал на износ. Его движения были резкими, агрессивными, но на удивление точными. Он банил нарушителей одного за другим, не давая им ни шанса на оправдание. Его нежно-зеленая кожа покрылась испариной цифрового конденсата, а дыхание сбилось, но он не останавливался. Каждый раз, когда в голове всплывал образ Капитана, Бан вкладывал в удар по очередному глючному коду вдвое больше силы.

К вечеру он был истощен. Идолы не нуждались в обычном сне, если их системы вовремя подпитывались от центрального сервера, но Бан намеренно не возвращался в штаб. Его внутренние резервуары энергии мигали оранжевым. Когда код идола не обновляется через сон, ему требуется внешняя подпитка — цифровая еда и напитки, способные временно восполнить заряд ядра.

Ноги налились свинцом. Облегающий купальник казался теперь слишком тесным, а бандана давила на виски. Бан шел по окраине развлекательного сектора, чувствуя, как его собственные датчики начинают фонить от усталости.

– Черт... – выдохнул он, прислонившись к стене, украшенной мерцающей неоновой рекламой. – Еще немного, и я сам уйду в принудительный ребут прямо здесь.

Впереди показалась вывеска единственного в этом районе клуба, который работал в режиме «нон-стоп» для всех категорий аватаров. «Нулевой сектор» — гласили буквы, переливающиеся всеми цветами спектра.

Бан не очень любил такие места. Там всегда было слишком шумно, слишком много случайных данных и слишком мало порядка. Но сейчас у него не было выбора. Возвращаться в штаб означало встретить Капитана. А Капитан наверняка уже заметил его отсутствие и приготовил очередную лекцию.

– Только не сегодня, – прошептал Бан и толкнул тяжелую дверь клуба.

Внутри его обдало волной тяжелых басов и запахом озона. Свет был приглушенным, повсюду мелькали силуэты танцующих аватаров. Когда Бан вошел, по залу прошла волна шепота. Аватары, сидевшие у входа, инстинктивно вжали головы в плечи. Вид Бана — измотанного, с растрепанными волосами, выбившимися из-под банданы, и с горящими яростью зелеными глазами — внушал страх. Его репутация «Бешеного» шла впереди него.

– Чего уставились?! – прикрикнул Бан, и его голос, сорванный от криков на нарушителей, прозвучал неожиданно хрипло и угрожающе. – Я просто пришел подкрепиться! Занимайтесь своими делами, пока я не нашел повод забанить кого-нибудь из вас за нарушение общественного покоя!

Толпа мгновенно рассосалась, возвращаясь к своим разговорам, хотя многие продолжали бросать на него опасливые взгляды. Бан проигнорировал их и направился к барной стойке, которая светилась холодным голубым светом.

– Эй, ты, – обратился он к бармену, который замер с шейкером в руках. – Самый крепкий цифровой коктейль. С двойной порцией энергетических пакетов. Живо.

Бармен, аватар с простым, стандартным кодом, молча кивнул и принялся за работу. Через минуту перед Баном материализовался высокий стакан, внутри которого бурлила ядовито-зеленая жидкость с искрами чистого электричества.

Бан обхватил стакан ладонями в черных перчатках. Холод напитка приятно обжег пальцы. Он сделал длинный глоток, чувствуя, как по его жилам-каналам разливается живительная энергия. Системные предупреждения в его голове начали гаснуть одно за другим.

– То, что нужно... – пробормотал он, прикрыв глаза.

В клубе играла ритмичная музыка, которая обычно его раздражала, но сейчас она помогала заглушить навязчивые мысли о Капитане. Бан сидел на высоком стуле, ссутулившись, и медленно потягивал коктейль. Ему казалось, что здесь, в этом полумраке, среди обычных программ, он наконец-то может быть просто собой, а не «дефектным элементом», который нужно постоянно калибровать.

Однако спокойствие длилось недолго.

– Не самое подходящее место для идола твоего ранга, Бан.

Голос прозвучал прямо над ухом, перекрывая музыку. Бан замер. Этот тон, этот безупречный резонанс... Он медленно обернулся, чувствуя, как внутри всё снова начинает сжиматься в тугой узел.

Капитан стоял позади него. В этом клубе, среди дешевого неона и шума, он выглядел как инородное тело. Его бело-голубой костюм сиял чистотой, а глаза светились в темноте мягким синим светом. Он выглядел так, будто только что вышел из стерильной лаборатории, а не прочесывал грязные улицы в поисках пропавшего подопечного.

– Ты... – Бан поставил стакан на стойку, чувствуя, как ухмылка сама собой возвращается на его лицо. – Ты и здесь меня нашел? Тебе что, в штабе не сидится? Или Лайк отказалась слушать твои лекции о чистоте кода?

Капитан проигнорировал колкость. Он подошел ближе, и Бан почувствовал его ауру — холодную, властную и пугающе стабильную.

– Твой маяк был отключен последние четыре часа, – спокойно произнес Капитан. – Викки начала беспокоиться. Она думала, что твой вирус вернулся.

– Как видишь, я в порядке, – Бан обвел рукой зал. – Просто работал. Знаешь, есть такое занятие — очищать систему от мусора. Тебе стоит попробовать, это бодрит.

Капитан окинул Бана долгим, оценивающим взглядом. Он заметил и дрожащие руки идола, и потускневший цвет его кожи, и то, как тяжело Бан опирается на стойку.

– Ты истощен, – констатировал Капитан. – Твои показатели энергии ниже критической отметки. Использование цифровых коктейлей в таком состоянии — это лишь временная заплатка, которая вредит ядру.

– Опять ты за свое! – Бан резко развернулся на стуле, едва не опрокинув стакан. – Тебе не надоело? Я взрослый идол! Я сам решаю, где мне пить и когда мне возвращаться! Уходи, Капитан. Оставь меня в покое.

– Я не могу этого сделать, – Капитан сделал шаг вперед, вторгаясь в личное пространство Бана. – Мой код обязывает меня следить за твоей сохранностью. И сейчас твоя сохранность под угрозой. Не из-за вируса, а из-за твоего упрямства.

Бан почувствовал, как ярость, которую он подавлял весь день, начинает выходить из-под контроля. Он вскочил со стула, оказываясь лицом к лицу с наставником.

– Мое упрямство — это единственное, что делает меня живым! – выкрикнул он. – Я не хочу быть твоей идеальной копией! Я не хочу быть как Лайк! Я хочу, чтобы ты перестал смотреть на меня как на ошибку в коде!

В клубе стало тихо. Музыка продолжала играть, но аватары вокруг замерли, наблюдая за назревающим конфликтом двух высших программ.

Капитан молчал несколько секунд. Его лицо оставалось беспристрастным, но в глубине синих глаз что-то изменилось. Он протянул руку — медленно, почти осторожно — и коснулся плеча Бана.

– Я не смотрю на тебя как на ошибку, Бан, – тихо сказал он, и в его голосе впервые прозвучало что-то, кроме строгости. – Я смотрю на тебя как на самую сложную задачу, с которой мне когда-либо приходилось сталкиваться. Но если ты сейчас же не прекратишь этот протест и не вернешься в штаб для подзарядки, задача может стать неразрешимой.

Бан замер. Прикосновение Капитана действовало на него как заземление. Вся его ярость, вся усталость вдруг превратились в тяжелую, давящую пустоту. Он посмотрел на руку Капитана, затем в его глаза.

– Почему тебе не всё равно? – прошептал Бан. – Ты ведь недолюбливаешь Викки за то, что она меня защищает. Ты считаешь меня бешеным. Так почему ты здесь?

Капитан чуть сжал его плечо.

– Потому что без твоего хаоса мой порядок теряет смысл.

Бан сглотнул. Эти слова ударили сильнее, чем любая дефрагментация. Он хотел что-то ответить, съязвить, оттолкнуть его, но сил не осталось. Его колени подогнулись, и если бы не рука Капитана, он бы просто осел на пол.

– Пойдем, – Капитан подхватил его под локоть, не давая упасть. – Я сам проведу твою подзарядку. Без Викки.

Бан лишь слабо кивнул, позволяя наставнику вести себя к выходу. Когда они вышли на свежий ночной воздух, Бан почувствовал, что его план «избегания» провалился с треском. Но, странное дело, ухмылка снова появилась на его губах, когда он украдкой посмотрел на профиль Капитана.

– Знаешь... – пробормотал Бан, едва переставляя ноги. – Твой код всё-таки ужасно занудный.

– Знаю, – ответил Капитан, не сбавляя шага. – Но это именно то, что удерживает тебя в реальности.

Бан закрыл глаза, на мгновение прислонившись головой к плечу наставника. Он знал, что завтра всё начнется сначала — споры, зависть к Лайк, нотации и попытки вырваться на свободу. Но сегодня, под холодным сиянием цифровых звезд, он был готов признать: его уязвимости принадлежат Капитану. И, возможно, это была самая стабильная часть его кода.