← Назад к обзору

...

Гамбит на шахматной доске UA

Церемония награждения напоминала сюрреалистичный сон, плавно перетекающий в кошмар. Рин стояла на высшей ступени пьедестала, чувствуя, как золотая медаль неприятно холодит грудь. Вокруг ревели трибуны, вспышки камер слепили глаза, а конфетти забивалось в волосы. Но самым невыносимым было окружение.

Справа от неё, на второй ступени, извивался Бакуго Кацуки. Его приковали к пьедесталу цепями, а рот заклеили плотной лентой, но даже сквозь неё доносилось глухое, яростное рычание, в котором без труда угадывались все известные японские ругательства. Слева замер Тодороки Шото. Он не кричал и не вырывался, но его взгляд, холодный и пронзительный, казалось, пытался просканировать Рин на молекулярном уровне, отыскивая подвох в её победе.

– Ну и ну, – прошептала Рин, глядя прямо перед собой. – Кажется, я только что возглавила список «Людей, которых класс 1-А мечтает придушить».

Вечером того же дня, когда стадион опустел, а герои-профессионалы разошлись по фуршетам, в кабинете директора Незу зажегся свет. Рин сидела в глубоком кресле, сложив руки на коленях. Напротив неё устроился директор, неспешно разливая чай, а у стены, в тени, стоял Айзава. Её дядя, Хизаши Ямада, непривычно тихий, подпирал косяк двери.

– Хизаши-сан, – Незу лучезарно улыбнулся. – Твой результат на фестивале... феноменален. Мы обсудили это с педагогическим составом. Твой контроль причуды, тактическое мышление и физическая подготовка соответствуют уровню лучших учеников геройского курса. Оставлять тебя в управлении было бы расточительством.

Рин заметила, как директор на секунду замер, ожидая её реакции. Вероятно, он готовил длинную речь о долге, ответственности и «пути героя», чтобы убедить её.

– Я согласна, – коротко бросила она, прежде чем он успел продолжить.

Незу моргнул. Его чашка на мгновение зависла в воздухе. Даже Айзава чуть приподнял голову, сверкнув глазами из-под спутанных волос.

– Вот так сразу? – уточнил директор, быстро возвращая себе самообладание. – Ты даже не хочешь обсудить условия или подумать до завтра?

– А смысл? – Рин пожала плечами. – После того как я заняла первое место, на курсе управления мне жизни не дадут. Одноклассники будут либо завидовать, либо бояться, а преподаватели начнут требовать невозможного. Геройский курс — это логичный шаг. К тому же, там лучше тренировочные залы.

– Прагматично, – одобрил Незу. – В таком случае, с понедельника ты зачислена в класс 1-А. Шота, позаботься о формальностях.

***

Понедельник наступил слишком быстро. Поскольку её дядя, Сущий Мик, всегда приходил в академию задолго до начала занятий, Рин пришлось явиться вместе с ним. Коридоры UA в этот ранний час были пустыми и гулкими.

– Удачи, маленькая слушательница! – Мик хлопнул её по плечу в своей обычной манере, хотя голос его звучал тише, чем днем. – Если этот взрывной парень начнет буянить, просто скажи Шоте.

– Я сама справлюсь, дядя, – ответила Рин, поправляя сумку.

Она вошла в класс 1-А ровно за час до звонка. Кабинет встретил её тишиной и запахом мела. Рин заметила изменения: парты были переставлены. Вместо привычных четырех рядов теперь стояло три длинных ряда. Она прошла в самый конец и выбрала место у окна в последнем ряду. Здесь было удобно — никто не маячил за спиной, а из окна открывался вид на школьный двор.

Сложив руки на парте, Рин положила на них голову и закрыла глаза. Недосып и нервное напряжение последних дней давали о себе знать. Она сама не заметила, как провалилась в легкую дрему.

Сон был обрывочным: ей снились холодные питерские подворотни и голос Александра, твердивший: «Никогда не поворачивайся спиной к врагу».

– Эй, ты! – резкий окрик вырвал её из забытья.

Рин мгновенно выпрямилась, её рука по инерции дернулась к воображаемому ножу на поясе, но вовремя остановилась. Перед ней стоял Бакуго. Его лицо было перекошено от раздражения, а ладони едва заметно искрили.

– Ты чего здесь забыла, управленческая крыса? Кабинетом ошиблась?

Рин медленно моргнула, стряхивая остатки сна, и посмотрела на часы. До урока оставалось пять минут. Класс уже почти заполнился. Мидория, сидевший неподалеку, смотрел на неё с широко открытыми глазами, а Иида, размахивая руками-роботами, уже собирался что-то сказать.

– С этого дня я учусь здесь, Бакуго, – спокойно произнесла Рин, глядя ему прямо в глаза. – Привыкай.

– ЧТО?! – взревел блондин. – После того цирка на фестивале тебя взяли сюда?! Да я тебя...

Дверь с грохотом открылась, и в класс вполз Айзава в своем неизменном желтом спальном мешке.

– Сядьте на места, – прохрипел он. – У нас сегодня много дел. И да, как вы уже заметили, в вашем классе пополнение. Хизаши Рин переведена из курса управления. Не тратьте время на пустую болтовню, у нас серьезная тема.

Класс зашумел. Урарака радостно замахала рукой, Асуи задумчиво приложила палец к губам, а Минота, судя по его лицу, уже начал строить какие-то сомнительные планы, которые Рин решила пресечь при первой же возможности.

Айзава подошел к столу и активировал экран.

– Спортивный фестиваль закончился, и теперь вы — объекты интереса для всей страны. Настало время выбора имен и стажировок.

На экране появились графики с именами учеников. Рин невольно затаила дыхание. Она знала, что выступила хорошо, но цифра рядом с её именем заставила класс охнуть.

– Хизаши Рин... четыре тысячи сто двенадцать заявок? – пробормотал Каминари, округлив глаза. – Это же... это больше, чем у Тодороки и Бакуго вместе взятых!

Рин нахмурилась. Она ожидала внимания, но не такого масштаба. Вероятно, геройское сообщество было заинтриговано «темной лошадкой» из управления, которая так эффектно раздавила фаворитов.

– Ваша задача — выбрать агентство, – продолжал Айзава, раздавая листы. – Даже если у вас нет заявок, вам предоставят список из сорока стандартных вариантов. Те, у кого заявок много, должны выбирать с умом. Имена... Полночь поможет вам с этим.

Через полчаса класс превратился в творческую мастерскую. Рин смотрела на свой список. Там были громкие имена: Старатель (что её искренне удивило), Ганг Орк, Рюко... Но её взгляд зацепился за одну строчку в самом верху.

Ястреб. Кейго Таками.

– Решила, какое имя выберешь? – к её парте подошла Полночь, лукаво улыбаясь. – С твоим прошлым... ну, тем, о котором ты рассказывала... может, что-то символизирующее свободу?

Рин посмотрела на чистую дощечку для имени. Она знала, что её «история» для учителей — лишь удобная ширма. Но имя должно быть функциональным. Оно должно говорить о её силе, не раскрывая всех карт.

Она взяла маркер и четким почерком вывела: «Атмосфера».

– Просто и эффективно, – кивнула Полночь. – Хороший выбор.

Когда пришло время сдавать списки на стажировку, Рин подошла к столу Айзавы.

– Ястреб? – Сотриголова поднял бровь, увидев её выбор. – Ты ведь знаешь, что он — это сплошной хаос и нарушение графиков. К тому же, он уже взял Токоями.

– Я знаю, – ответила Рин. – Он видел, как я дерусь без причуды. Он единственный, кто не будет смотреть на меня как на «бедную девочку с тяжелым детством» или «гениального новичка». Мне нужен тот, кто заставит меня работать на пределе.

– Твое дело, – Айзава принял лист. – Иди на место.

После уроков, когда ученики начали расходиться, Рин задержалась, собирая вещи. Токоями Фумикагэ подошел к ней, его Тень нервно подергивалась у плеча.

– Значит, мы будем стажироваться вместе, Хизаши-сан, – произнес он своим глубоким голосом. – Тьма и воздух... интересное сочетание.

– Надеюсь, мы не перегрызем друг другу глотки, пытаясь угнаться за этим пернатым, – усмехнулась Рин.

Выйдя из школы, она почувствовала на себе чей-то взгляд. Тодороки стоял у ворот, провожая её глазами.

– Ты ведь солгала им, – негромко сказал он, когда она поравнялась с ним. – Про своего отца.

Рин замерла, но не обернулась.

– У каждого из нас свои демоны, Тодороки. Твои горят огнем и покрываются льдом. Мои — невидимы, как воздух. Но это не делает их менее реальными.

Она пошла дальше, не дожидаясь ответа. Ветер трепал её черные волосы, и в этом движении она чувствовала свою стихию. Теперь она была частью геройского курса. Она получила доступ к ресурсам, о которых раньше могла только мечтать.

«Незу думает, что он поймал меня в золотую клетку», — думала Рин, глядя на заходящее солнце. — «Он думает, что, сделав меня героем, он направит мою силу в нужное русло. Но он забывает одну вещь: воздух невозможно удержать в клетке. Он либо заполняет всё пространство, либо разрушает стены изнутри».

Впереди была стажировка у Ястреба. Впереди была встреча с миром профессионалов, которые привыкли играть по-крупному. И Рин была готова показать им, что «управленец» — это не просто строчка в аттестате. Это образ мышления, который позволяет побеждать еще до того, как начался бой.

– Ну что же, Кейго, – прошептала она, глядя в небо, где в лучах заката промелькнула быстрая тень. – Посмотрим, чьи крылья крепче.