← Назад к обзору

Гарри Поттер в Вегасе

Полет на крыльях безумия и кокаиновом топливе

Гарри чувствовал, как мир вокруг него вибрирует на сверхвысоких частотах. Звуки стали острее, цвета — болезненно яркими, а мысли неслись в голове со скоростью «Молнии», преследующей снитч. Он рывком поднялся с кровати, игнорируя дрожь в коленях, и схватил золотое яйцо, в котором еще оставалась добрая половина «белого счастья».

– Поттер, остановись! – крикнул Рон, пытаясь преградить ему путь. – Ты только что переспал с тремя ведьмами легкого поведения, у тебя зрачки как у дементора в период голодовки, и ты хочешь кормить этим гиппогрифа? Это животное Министерства! Это Клювокрыл! Хагрид нас убьет!

– Хагрид нас поблагодарит, когда увидит, как быстро его любимец может пересечь Атлантику, – огрызнулся Гарри. – Невилл, хватай кактус и тащи Малфоя. Рон, если ты еще раз заикнешься про мораль, я заставлю твоего единорога петь гимн Слизерина.

Невилл, всё еще облаченный в розовые перья, которые теперь выглядели изрядно ощипанными, покорно подхватил бесчувственное тело Драко под мышки. Малфой что-то невнятно пробормотал про «чистокровные манеры» и снова отключился.

– Клювокрыл, дружище, – Гарри подошел к гиппогрифу, который подозрительно косился на золотое яйцо. – У нас мало времени. Нам нужно в Англию. Очень быстро.

Гарри зачерпнул горсть порошка и протянул его существу. Гиппогриф принюхался, его огромные оранжевые глаза расширились, и он одним движением слизнул содержимое ладони Поттера. На секунду в комнате воцарилась тишина. Клювокрыл замер, его перья встали дыбом, а клюв издал звук, похожий на скрежет металла о металл.

– Ой-ой... – прошептал Невилл, прижимая кактус к груди.

В следующий миг гиппогриф взревел так, что панорамные окна люкса «Золотой Снитч» пошли трещинами. Существо начало бешено махать крыльями, поднимая в воздух перья, обрывки мантий и пустые бутылки.

– Прыгайте! – скомандовал Гарри, запрыгивая Клювокрылу на спину. – Рон, хватай хвост! Невилл, держи Малфоя!

– Я не буду хватать его за хвост! – завопил Рон, но когда гиппогриф одним ударом когтей разнес балконную дверь, выбора не осталось.

Они вылетели из номера 42-го этажа прямо в раскаленное небо Лас-Вегаса. Клювокрыл летел не просто быстро — он нарушал все законы аэродинамики и магии. Под ними проносились неоновые огни казино, Эйфелева башня в миниатюре и огромные фонтаны, которые едва успевали брызнуть водой вслед безумной компании.

– Мы все умрем! – орал Рон, вцепившись в перья на крупе зверя. – Гарри, нас собьют магловские истребители! Нас засекут радары!

– К черту радары! – Гарри обернулся, его лицо исказила гримаса дикого восторга. – Мы выше этого! Мы — магия!

Порошок внутри Гарри продолжал действовать. Он чувствовал связь с Клювокрылом на ментальном уровне. Гиппогриф, подстегиваемый магическим стимулятором, вошел в режим сверхзвукового скольжения. Облака превратились в длинные белые полосы, а океан внизу слился в единое лазурное полотно.

– Невилл, как там Малфой? – прокричал Гарри сквозь свист ветра.

– Он проснулся! – отозвался Невилл, который пытался удержать брыкающегося блондина. – Но он думает, что он — русалка! Он пытается петь!

– Отпустите меня в родную стихию! – визжал Драко, пытаясь перелезть через край крыла. – Я должен вернуться к своим сестрам в Черное озеро! Поттер, ты — жалкий сухопутный краб!

– Держи его, Невилл, или я превращу твой кактус в анальную пробку! – рявкнул Гарри.

Перелет через Атлантику, который обычно занимал у международных порталов секунды, а у обычных сов — недели, для них превратился в тридцать минут чистого, концентрированного хаоса. Клювокрыл периодически делал мертвые петли, от которых Рона тошнило прямо на облака, а Гарри только смеялся, подсыпая гиппогрифу новые порции из яйца.

Когда на горизонте показались зеленые холмы Англии, солнце уже клонилось к закату.

– Мы опаздываем! – Рон посмотрел на свои часы, которые теперь показывали не время, а средний уровень алкоголя в крови. – Свадьба началась десять минут назад!

– Мы устроим эффектное появление, – Гарри направил Клювокрыла вниз, прямо к величественному поместью Гринграссов.

Внизу, на идеально подстриженной лужайке, собралась вся элита магического мира. Астория Гринграсс в ослепительно белом платье стояла у алтаря, нервно теребя букет из прыгучих луковиц. Люциус и Нарцисса Малфой сидели в первом ряду, их лица были бледнее обычного — они уже начали подозревать, что их сын либо мертв, либо в Вегасе.

– Смотрите, в небе! – крикнул кто-то из гостей.

Клювокрыл, охваченный последним приступом кокаиновой ярости, сложил крылья и камнем рухнул вниз.

– Тормози! Гарри, тормози! – вопил Невилл.

Они врезались в фуршетный стол с такой силой, что фонтан из шампанского взлетел на пять метров вверх, а огромный многоярусный торт погреб под собой министра магии Кингсли Бруствера.

Тишина, наступившая после падения, была оглушительной.

Гарри, полуголый, в кожаных штанах, которые он, кажется, стащил у одной из дам в номере, поднялся первым. Его волосы были спутаны, лицо испачкано кремом и белым порошком, а в руках он всё еще сжимал золотое яйцо.

– Мы... мы успели? – прохрипел он, глядя на Асторию.

Рон медленно выполз из-под обломков стола. Татуировка единорога на его лбу выбрала этот момент, чтобы запеть: «Я — маленькая пони, я бегаю по кругу...»

Невилл, всё еще в розовых перьях, нежно прижимал к себе кактус, а Драко, чьи волосы из зеленых стали грязно-коричневыми от шоколадного глазуря, поднялся на ноги и торжественно объявил:

– Я готов к спариванию. Где моя икра?

Люциус Малфой медленно поднялся со своего места. Его трость с набалдашником в виде головы змеи дрожала в руках.

– Драко... Люциус... – Нарцисса прижала платок к губам.

– Мистер Поттер, – голос Кингсли Бруствера, выныривающего из-под остатков торта, звучал пугающе спокойно. – Я очень надеюсь, что у вас есть веское объяснение тому, почему вы выглядите как магловская рок-звезда после трехдневного запоя, и почему на территории поместья находится гиппогриф в галстуке-бабочке, который сейчас пытается съесть павлинов лорда Гринграсса.

Гарри посмотрел на Кингсли, затем на Асторию, которая выглядела так, будто собиралась применить Круциатус ко всем присутствующим мужчинам одновременно.

– Видите ли, господин министр, – Гарри сделал шаг вперед, пошатываясь. – В Вегасе произошла небольшая... накладка с зельями. Но главное — жених здесь!

Он схватил Малфоя за шкирку и толкнул его в сторону алтаря. Драко споткнулся и упал прямо к ногам невесты.

– Астория, любовь моя, – пробормотал Драко, глядя на неё снизу вверх. – Ты знала, что у тебя очень красивые жабры?

Астория медленно подняла букет и с размаху ударила им Драко по голове.

– Где. Ты. Был?! – прошипела она.

– В библиотеке! – выкрикнул Невилл, пытаясь помочь другу. – Мы были в передвижной библиотеке с мадам Пинс! Я на ней даже женился!

В толпе гостей раздался коллективный вздох ужаса. Гермиона Грейнджер, сидевшая во втором ряду рядом с семьей Уизли, медленно поднялась. Её лицо не выражало ничего, кроме абсолютного, ледяного гнева.

– Рональд Уизли, – произнесла она так тихо, что у Рона подкосились ноги. – Что у тебя на лбу?

– Это... это временная татуировка, милая! – затараторил Рон, пятясь назад и наступая на хвост Клювокрылу. – Она сама появилась! Это проклятие! Вегасское проклятие!

– И поэтому она поет «Маленькую пони»? – Гермиона сделала шаг к нему. – И поэтому от тебя пахнет дешевыми духами, огневиски и... это что, кокаин на твоем воротнике?

– Это сахарная пудра! – выкрикнул Гарри, пытаясь спасти друга. – Мы просто ели пончики! Много пончиков!

В этот момент из-за пазухи Невилла выскочил садовый гном в костюме Элвиса Пресли. Он пробежал по столу, схватил бокал шампанского и, запрыгнув на голову Люциуса Малфоя, закричал:

– Дамы и господа, король покинул здание! Поттер — лучший дилер в Неваде!

Люциус застыл, превратившись в соляной столп. Гном начал исполнять чечетку на его аристократической лысине.

– Гарри Джеймс Поттер, – Кингсли Бруствер вытер крем с лица. – Вы понимаете, что за нарушение Статута о секретности, контрабанду магических существ и... – он заглянул в золотое яйцо, которое Гарри всё еще держал в руках, – ...и хранение неопознанных субстанций, вам грозит срок?

Гарри почувствовал, как действие порошка начинает стремительно угасать. На его место приходила чудовищная усталость и осознание того, что завтрашние заголовки «Ежедневного пророка» сделают его жизнь невыносимой.

– Кингсли, – Гарри посмотрел министру прямо в глаза. – Мы спасли мир от Волан-де-Морта. Можем мы хотя бы раз провести мальчишник так, чтобы об этом не узнали все?

– Вы прилетели на гиппогрифе на свадьбу года, разнесли фуршет и привезли с собой гнома-стриптизера, – заметил Кингсли. – Скрытность — не ваш конек.

– Зато мы нашли Драко! – вставил Рон, который уже был прижат Гермионой к дереву. – Мы выполнили миссию!

Астория тем временем схватила Драко за ухо и потащила его в сторону дома.

– Мы поженимся прямо сейчас, – цедила она сквозь зубы. – А потом я лично выбью из тебя остатки этого «Вегаса». И ты, Поттер, – она обернулась к Гарри, – пришлешь мне сову с извинениями и чеком на ремонт этого поместья.

Гарри кивнул, чувствуя, как его ноги окончательно превращаются в желе. Он опустился на траву рядом с Клювокрылом, который, кажется, тоже начал отходить от стимулятора и теперь просто мирно жевал скатерть.

– Знаешь, Рон, – прошептал Гарри, закрывая глаза. – Больше никаких поездок. Никогда.

– Согласен, – отозвался Рон, чей единорог на лбу наконец-то замолк. – В следующий раз просто пойдем в «Дырявый котел».

– Ребят, – подал голос Невилл, который всё еще стоял посреди разгрома. – А что мне делать с мадам Пинс? Она прислала мне громовещатель, и он... он пахнет её духами.

Гарри не ответил. Он заснул прямо там, на развалинах свадебного пира, сжимая в руках пустое золотое яйцо. В его сне он снова летел над Вегасом, и мир был прост, понятен и окрашен в ярко-белый цвет.

Но когда через час его разбудил вопль Молли Уизли, увидевшей татуировку сына, Гарри понял: ограбление Гринготтса действительно было детской прогулкой по сравнению с тем, что его ждало дома.