← Назад к обзору

Гнев

Проклятие старшего брата

Прошло чуть больше суток с того злосчастного инцидента в кабинете Юки, а я всё ещё чувствовал себя так, будто меня пропустили через мясорубку. Моё воображение — обычно холодное и аналитическое, натренированное годами тактического планирования в подземельях — сыграло со мной злую шутку. Стоило мне закрыть глаза, как перед мысленным взором всплывал дубовый стол, разбросанные документы и мой младший брат в крайне... неформальной обстановке.

Я сидел на кухне, тупо глядя в чашку с остывшим кофе. Мин Соль кружила рядом, напевая что-то себе под нос, но я чувствовал на себе её проницательный взгляд. Она знала меня слишком хорошо.

– Джинву, ты уверен, что не заболел? – Она подошла и коснулась ладонью моего лба. – Вчера ты вернулся с Сухо красный как помидор, а сегодня бледный как привидение. И ты вздрагиваешь каждый раз, когда телефон издает звук уведомления.

– Всё в порядке, Соль, – выдавил я, пытаясь изобразить безмятежность. – Просто... много дел в Ассоциации. Переутомление.

– Переутомление? – Она лукаво прищурилась. – Сухо сказал, что вы «обгорели на солнце», хотя вчера весь день было пасмурно. А потом добавил, что у дяди Юки начались какие-то «интенсивные юридические процессы». Джинву, что там произошло? Вы поссорились?

– Нет! – Слишком резко ответил я. – Мы не ссорились. Напротив. У них там полная гармония. Идиллия. Единение душ и... тел.

Я зажмурился, понимая, что ляпнул лишнего. Мин Соль замерла с чайником в руке, а потом её лицо медленно расплылось в понимающей, почти материнской улыбке.

– О боже... Ты их застукал, да?

Я почувствовал, как мои уши начинают пылать. Теневой Монарх, повелитель армии бессмертных солдат, сокрушитель богов — и я краснею как школьник перед собственной женой.

– Я просто вошел не вовремя, – пробормотал я в чашку. – Юки выдал мне ключи, и я решил сделать сюрприз. Сюрприз получился у них.

Мин Соль не выдержала и расхохоталась. Её смех, обычно такой мелодичный, сейчас казался мне издевательским.

– Бедный мой Джинву! Ты же у нас такой правильный, такой консервативный. Наверное, Юки был в ярости?

– Он пообещал меня убить, – мрачно констатировал я. – И, судя по тому, что он не отвечает на мои извинительные сообщения, он уже точит свои щупальца.

– Да ладно тебе, он отойдет, – Соль ласково погладила меня по плечу. – Он же любит тебя. Просто его личное пространство — это святое, а Ли Вон сейчас такой... притягательный. Юки можно понять.

– Я бы предпочел понимать это теоретически, а не наглядно, – вздохнул я.

В этот момент тишину нашего дома разорвал грохот. Нет, это не был взрыв или нападение монстров. Это был звук выбиваемой входной двери, которая, несмотря на усиленные магические петли, жалобно звякнула.

– СОН ДЖИНВУ! Я УБЬЮ ТЕБЯ! ВЫХОДИ, ПАРШИВЕЦ!

Голос Юки, усиленный его магической энергией, заставил посуду в шкафах задрожать. Я вздрогнул так, что кофе выплеснулся на стол.

– О нет, – прошептал я. – Он здесь.

– Кажется, «период юридической активности» закончился и началась фаза возмездия, – хихикнула Мин Соль, но тут же сделала серьезное лицо. – Иди, поговори с ним. Только постарайся, чтобы дом остался цел.

Я медленно поднялся, чувствуя, как мои верные тени в углах комнаты беспокойно зашевелились. Игритт и Белларион были готовы материализоваться, но я мысленно приказал им сидеть тише воды ниже травы. Если Юки увидит моих солдат, он решит, что я над ним насмехаюсь, и тогда нам точно придется перестраивать весь квартал.

Я вышел в прихожую. Юки стоял посреди холла, и он выглядел как воплощение гнева небес. Его черные волосы были взъерошены еще сильнее, чем обычно, небесно-голубые глаза метали молнии, а из-за спины медленно и зловеще выползали угольно-черные щупальца, кончики которых нервно подергивались.

– Ты! – Он ткнул в меня пальцем. – Ты, великий Теневой Монарх, венец эволюции и защитник человечества! У тебя что, совсем чувства такта нет?!

– Юки, послушай... – я поднял руки в примирительном жесте. – Я правда не хотел. Я стучал! Наверное...

– Ты не стучал! Ты ввалился как к себе домой! – Юки сделал шаг вперед, и пол под его ногами затрещал. – Я неделю не мог расслабиться, Ли Вон наконец-то уложил детей, Соль уснула, у нас было ПЯТНАДЦАТЬ МИНУТ тишины! И тут появляешься ты со своей физиономией!

– Я привез племяннице подарок! И Сухо хотел порисовать...

– Порисовать?! – Юки едва не задохнулся от возмущения. – Что именно он хотел порисовать в моем кабинете в этот момент?! Анатомические этюды?! Джинву, я клянусь, я вырву твой язык и скормлю его своим теням!

В прихожую выглянул Сухо, привлеченный шумом. Увидев разгневанного дядю, он мгновенно оценил уровень угрозы и попытался бочком протиснуться к лестнице.

– Дядя Юки, привет... я, пожалуй, пойду, у меня там... краски сохнут.

– СТОЯТЬ! – рявкнул Юки. – Ты тоже там был? Ты тоже это видел?

Сухо замер, бледнея.

– Я... я видел только, как папа выбежал из коридора с лицом цвета пожарной машины и закричал «валим». Я ничего не видел, честно!

Юки перевел взгляд на меня. Его ярость начала сменяться какой-то болезненной неловкостью, отчего он стал выглядеть еще опаснее.

– Ты хоть понимаешь, как это было унизительно? Ли Вон теперь отказывается даже целовать меня в кабинете! Он говорит, что у него паранойя, и ему кажется, что из каждой тени на него смотрит твой Игритт с блокнотом для замечаний!

Я не выдержал. Представив Игритта, делающего пометки во время любовных утех моего брата, я подавился смешком. Это было ошибкой.

– Тебе смешно?! – Щупальце Юки молниеносно метнулось вперед, обвиваясь вокруг моей шеи. Не больно, но ощутимо. – Тебе весело, старший братец?

– Юки, отпусти его, – Мин Соль вышла из кухни, вытирая руки полотенцем. Она смотрела на моего брата с мягким укором. – Ты же знаешь, Джинву — сущий ребенок в таких вопросах. Он сам перепугался больше твоего.

Юки посмотрел на неё, потом на меня, и медленно убрал щупальце. Он тяжело вздохнул и опустился на пуфик для обуви, обхватив голову руками.

– Это катастрофа. Моя репутация грозного темного властелина в глазах брата разрушена окончательно.

– Твоя репутация «грозного властелина» разрушилась в тот момент, когда я увидел тебя с розовой соской в кармане джинсов в прошлый четверг, – тихо заметил я, подходя ближе. – Юки, прости. Я правда идиот. Я забыл, что у вас теперь четверо детей и каждая минута уединения — на вес золота.

Брат поднял на меня взгляд. Гнев ушел, оставив лишь безграничную усталость молодого отца, который просто хотел немного любви от своего мужа.

– Ли Вон очень смущен, Джинву. Он юрист, он привык контролировать ситуацию, а тут... такое фиаско.

– Передай ему мои глубочайшие извинения, – искренне сказал я. – И скажи, что я пришлю ему те документы по Ассоциации курьером. Больше никаких личных визитов без предварительного звонка, трех СМС и официального приглашения, заверенного нотариусом.

Юки хмыкнул, и на его губах наконец появилась слабая улыбка.

– Ладно. Но ты всё равно паршивец.

– Знаю, – я присел рядом с ним. – Как Соль?

– Капризничает, – Юки смягчился, и его аура окончательно успокоилась. – Ли Вон говорит, она характером в меня. Такая же шумная и требует внимания двадцать четыре на семь. Но она... она невероятная, Джинву. Когда она засыпает у меня на груди, я чувствую, что весь этот мир с его монстрами и рангами не стоит и одного её вздоха.

Я положил руку ему на плечо.

– Я знаю это чувство. Ради этого мы и сражаемся.

– Да... – Юки внезапно хитро прищурился. – Кстати, о сражениях. Раз уж я здесь, и раз уж ты так виноват... Мне нужно, чтобы ты посидел с мальчишками в субботу. Мы с Ли Воном хотим сходить в ресторан. Вдвоем. Без детей. И БЕЗ СВИДЕТЕЛЕЙ.

Я почувствовал подвох.

– С тремя пацанами? Юки, они же разнесут мой дом. Алекс в прошлый раз пытался оседлать Берри, а Тэхэ уговорил моих теней играть с ним в прятки в Измерении Пустоты. Я их три часа оттуда выковыривал.

– Это твоя епитимья, Монарх, – Юки поднялся, поправляя куртку. – Искупи грех созерцания моей личной жизни трудом на благо моих детей. Сухо поможет. Правда, Сухо?

Сын, который уже почти скрылся на втором этаже, обреченно вздохнул.

– Конечно, дядя Юки. Я как раз хотел порисовать... в динамике.

– Только попробуй нарисовать их верхом на муравьях-переростках, и я заставлю тебя перекрашивать мой забор! – пригрозил Юки, но уже беззлобно.

Он направился к выходу, но у самой двери обернулся.

– И еще, Джинву.

– Да?

– В следующий раз, когда решишь зайти... просто кинь камень в окно. Это будет менее травматично для нашей психики, чем твое внезапное появление в дверном проеме.

– Договорились, – улыбнулся я.

Когда дверь за ним закрылась (на этот раз аккуратно), я обессиленно прислонился к стене.

– Ну вот, – Мин Соль подошла и обняла меня за талию. – Видишь, он тебя не убил. Всего лишь назначил главным нянем на субботу.

– Я бы предпочел сразиться с Драконом Камишем, – проворчал я, утыкаясь носом в её макушку. – Три сына Юки — это стихийное бедствие ранга S+.

– Справишься. У тебя же есть целая армия теней. Пусть Игритт читает им сказки, а Берри изображает лошадку.

Я представил своего верховного рыцаря с книжкой сказок в костлявых руках и невольно рассмеялся.

– Знаешь, Соль... несмотря на весь этот позор, я рад.

– Рад чему?

– Тому, что мы можем вот так просто ругаться из-за глупостей. Тому, что Юки может вломиться ко мне с криками, а не скрываться в тенях, боясь за свою семью. Мы живые. Мы настоящие.

Мин Соль подняла голову и поцеловала меня в подбородок.

– Это и есть самое главное, Джинву. А теперь иди мой руки, обед почти готов. И не забудь позвонить Ли Вону, извиниться лично. Ему это будет важно.

Я кивнул, провожая её взглядом.

Вечер прошел на удивление спокойно. Я действительно позвонил Ли Вону. Он сначала долго молчал, потом неловко кашлянул и сказал, что «инцидент исчерпан, если я обещаю больше не комментировать его методы работы с документами». Мы оба посмеялись, и напряжение окончательно исчезло.

Позже, когда дом погрузился в сон, я вышел на балкон. Ночной Сеул мерцал огнями, и где-то там, на окраине, в маленьком доме спал мой брат, его муж и их четверо детей. Моя настоящая семья.

Я вызвал систему. Окно уведомлений было пустым, никакой опасности, никаких квестов.

– Белларион, – позвал я тихим шепотом.

Тень верного рыцаря соткалась из ночного воздуха.

– Да, мой Повелитель?

– В субботу... подготовь ребят. Нам предстоит самая сложная миссия в нашей истории.

– Охота на монстра уровня Бога? – Глаза рыцаря вспыхнули интересом.

– Хуже, Белларион. Нам предстоит нянчить племянников.

Я готов был поклясться, что даже через шлем рыцаря я почувствовал его замешательство.

– Будет... непросто, мой Повелитель. Игритт уже начал изучать методики раннего развития, которые нашел в интернете.

Я рассмеялся, глядя на луну. Юки был прав — мы сами выбираем свою судьбу. И если моя судьба — быть Теневым Монархом, который по субботам превращается в многодетного дядю, то я принимаю её со всей ответственностью.

Потому что за этим «позором» и «неловкостью» скрывалось то, ради чего стоило прожить тысячи жизней. Истинная связь, которую не разорвать ни временем, ни магией, ни даже самым не вовремя открытым дверным проемом.

Я вернулся в спальню, где мирно спала Мин Соль. Завтра будет новый день, полный обычных человеческих забот. И это было самым великим чудом, которое я когда-либо совершал.

А кабинет Юки... я решил, что подарю ему на новоселье (которое они планировали в более просторный дом) самую мощную систему магической сигнализации. С датчиком движения, который будет блокировать дверь изнутри, если в комнате находятся двое взрослых и уровень эндорфинов в воздухе превышает норму.

Для общего блага. И для сохранности моей нервной системы.

Я закрыл глаза, чувствуя, как покой окутывает дом. Тень Монарха больше не пугала мир — она хранила его сны. Сны семьи, которая наконец-то стала единым целым.