Гнев брата
Тени надежды и свет нового дома
Черный внедорожник Юки с ревом рассекал ночную прохладу, уносясь прочь от величественного особняка Сон Джинву. В салоне царила напряженная тишина, нарушаемая лишь прерывистым дыханием Миджун. Она сидела на заднем сиденье, намертво вцепившись в руку брата. Сухо смотрел в окно на пролетающие мимо огни города, и его лицо, обычно бесстрастное, сейчас выражало целую гамму чувств: от шока до странного, болезненного облегчения.
Юки уверенно крутил руль, его пальцы в татуировках крепко сжимали кожу оплетки. Он то и дело поглядывал в зеркало заднего вида, проверяя состояние племянников. Ярость, кипевшая в нем в доме брата, сменилась холодной решимостью.
– Дядя... – тихо позвала Миджун, вытирая слезы рукавом толстовки. – Куда мы едем? Папа ведь... он ведь найдет нас? Он Монарх, он видит всё.
Юки усмехнулся, и в этой усмешке не было злобы, только твердость.
– Пусть попробует, – коротко бросил он. – Моя территория защищена так, что даже его тени побоятся сунуться без приглашения. Вы теперь под моей защитой. И под защитой Ли Вона.
При упоминании этого имени Сухо заметно оживился.
– Дядя Ли Вон дома?
– Ждет нас, – кивнул Юки. – Я позвонил ему, как только вышел от вас. Он уже подготовил комнаты.
Машина свернула в уютный, утопающий в зелени район, который разительно отличался от стерильного и холодного пригорода, где жил Джинву. Здесь дома были живыми, с теплыми огнями в окнах и небрежно брошенными на лужайках велосипедами. Юки затормозил перед современным двухэтажным коттеджем с большими панорамными окнами, из которых лился мягкий янтарный свет.
Как только двигатель заглох, входная дверь дома распахнулась. На пороге появился мужчина, чья внешность могла бы заставить замолчать любую толпу. Чон Ли Вон. Его рост составлял 185 сантиметров, и он обладал той утонченной, почти аристократической красотой, которая часто встречается у людей искусства или высшего света. Черные волосы были аккуратно уложены, а серо-голубые глаза, казавшиеся подведенными тонкими стрелками из-за густых ресниц, светились беспокойством. На нем были простые домашние брюки и светлый джемпер, но даже в такой одежде он выглядел как человек, привыкший управлять ситуацией.
Юки вышел из машины и первым делом подошел к Ли Вону. Тот молча положил руку мужу на плечо, заглядывая в глаза.
– Ты цел? – спросил Ли Вон низким, бархатистым голосом.
– В порядке, – Юки прижался лбом к его лбу на секунду, сбрасывая остатки напряжения. – Но детям нужно внимание. Они напуганы.
Сухо и Миджун нерешительно вышли из машины. Они часто бывали у дяди в гостях, но никогда — в качестве беженцев, бросивших собственный дом. Ли Вон тут же отстранился от Юки и шагнул к подросткам, раскрывая объятия.
– Идите сюда, – мягко сказал он. – Всё закончилось. Здесь вы в безопасности.
Миджун первая уткнулась в его плечо, снова начиная всхлипывать. Ли Вон гладил её по волосам, шепча успокаивающие слова, в то время как Сухо просто стоял рядом, чувствуя, как ледяной панцирь вокруг его сердца начинает подтаивать.
– Папа... он был в ярости, – прошептал Сухо, глядя на Ли Вона. – Дядя Юки выстрелил в него.
– Ваш отец забыл, каково это — быть человеком, – Ли Вон серьезно посмотрел на мальчика. – Юки просто напомнил ему об этом. Пойдемте в дом, вы, должно быть, проголодались.
Внутри дом Юки и Ли Вона встретил их запахом домашней выпечки и уютом, о котором в доме Джинву можно было только мечтать. Но не успели они пройти в гостиную, как сверху послышался топот множества ног.
– Папа! Отец приехал! – раздался звонкий детский голос.
С лестницы скатились двое мальчишек лет десяти. Сон Алекс был точной копией Юки: такие же непослушные черные вихры, ярко-синие глаза и озорная улыбка. Его брат-близнец, Сон Тэхо, напротив, унаследовал черты Ли Вона — более тонкие черты лица, спокойный взгляд серо-голубых глаз и врожденную грацию.
Следом за ними, стараясь не отставать, бежала маленькая пятилетняя девочка в пижаме с динозаврами. Сон Ай была маленьким воплощением Ли Вона, с такими же «подведенными» глазами и копной черных волос, завязанных в два забавных хвостика.
– Тише вы, сорванцы! – прикрикнул Юки, подхватывая подбежавшего Алекса на руки и подбрасывая его в воздух. – Почему не спите?
– Мы ждали! – Алекс обхватил отца за шею. – Мама сказала, что приедут Сухо и Миджун!
Тэхо подошел к Ли Вону и вежливо поклонился, прежде чем обнять его за талию, а маленькая Ай вцепилась в штанину Юки, требуя своей порции внимания.
Миджун и Сухо замерли, глядя на эту сцену. Для них, привыкших к строгому распорядку, холодным ужинам и постоянному давлению со стороны матери, эта хаотичная, шумная и наполненная любовью атмосфера казалась чем-то инопланетным.
– Привет, ребята, – Тэхо первым обратился к старшим кузенам, заметив их растерянность. – Вы надолго? Мы можем поиграть в приставку, если хотите.
– Они останутся у нас насовсем, Тэхо, – Ли Вон подошел к детям и положил руку на голову сыну. – Так что ведите себя прилично. Миджун, Сухо, присаживайтесь. Я сейчас принесу какао.
Юки опустил Алекса на пол и подошел к столу, на котором лежала пачка сигарет. Он потянулся к ней, но встретил строгий взгляд Ли Вона.
– Юки, не при детях, – мягко, но твердо сказал муж.
Юки вздохнул, убрал сигареты в карман и виновато улыбнулся.
– Да, ты прав. Прости.
Он сел на диван рядом с Миджун и притянул её к себе, укрывая пледом.
– Послушайте меня внимательно, – начал Юки, обращаясь к племянникам. – Я знаю, что вам страшно. Я знаю, что вы чувствуете себя предателями. Но то, что делала ваша мать, и то, на что закрывал глаза ваш отец — это не любовь. Это рабство. В этом доме никто не будет заставлять вас выходить замуж ради связей или тренироваться до потери пульса, чтобы стать «достойными наследниками».
– Но мама сказала, что наше предназначение — укреплять род Сон, – тихо произнес Сухо, глядя на свои руки.
– Ваше предназначение — быть счастливыми, – отрезал Ли Вон, возвращаясь из кухни с подносом, на котором дымились кружки с какао. – Я адвокат, Сухо. Я всю жизнь защищаю людей от тех, кто пытается лишить их свободы. И поверьте, никакая «сила Монарха» не дает права ломать жизни собственных детей.
Маленькая Ай взобралась на колени к Миджун и протянула ей свою любимую плюшевую игрушку — облезлого, но явно очень любимого зайца.
– Не плачь, – серьезно сказала девочка, заглядывая Миджун в глаза. – У нас дома не плачут. У нас только смеются и едят печенье.
Миджун не выдержала и слабо улыбнулась, прижимая к себе маленькую кузину. Впервые за долгие месяцы узел в её груди начал ослабевать.
– Юки, – Ли Вон отозвал мужа в сторону, в коридор. – Ты понимаешь, что Джинву этого так не оставит? Он придет. Если не сегодня, то завтра.
Юки оперся плечом о стену, и его лицо снова стало жестким.
– Пусть приходит. Я не боюсь его силы. Он может быть Монархом Теней, но он потерял право называться братом и отцом. Если он попытается забрать их силой, я превращу этот город в руины, но не отдам детей обратно в тот склеп, который он называет домом.
– Я уже подготовил бумаги о лишении родительских прав на основании жестокого обращения и психологического давления, – Ли Вон поправил очки, и в его серо-голубых глазах блеснул холодный профессиональный азарт. – Как адвокат, я уничтожу репутацию Хэ Ин. А как твой муж... я помогу тебе сдержать Джинву. Мои барьеры выдержат, если ты дашь мне немного своей маны для подпитки.
Юки взял руку мужа и поцеловал ладонь.
– Спасибо, Ли Вон. Я не знаю, что бы я делал без тебя.
– Ты бы просто разнес всё к чертям, – усмехнулся Ли Вон. – А я здесь для того, чтобы после твоего «разноса» нам было где жить.
Они вернулись в гостиную, где Алекс уже вовсю рассказывал Сухо о своем новом уровне в игре, а Тэхо показывал Миджун свою коллекцию книг. Дом наполнился звуками жизни.
Юки сел на ковер рядом с детьми, наблюдая за ними. Он знал, что впереди их ждет тяжелая война. Джинву не привык проигрывать, а Хэ Ин была слишком гордой, чтобы отпустить добычу. Но глядя на то, как Миджун впервые за вечер искренне рассмеялась над шуткой Алекса, Юки понял: он всё сделал правильно.
– Дядя Юки? – Сухо поднял на него взгляд.
– Да, парень?
– Спасибо, – коротко сказал подросток, и в этом слове было больше смысла, чем в любых долгих речах.
Юки кивнул и взъерошил волосы племяннику.
– Добро пожаловать в семью, Сухо. Настоящую семью.
В ту ночь в доме на окраине города горел свет до самого рассвета. Защитные заклинания Ли Вона, переплетенные с темной энергией Юки, создали невидимый купол, через который не могла просочиться ни одна тень. Теневой Монарх мог править миром мертвых, но здесь, в этом маленьком оазисе тепла, правили любовь и верность. И это была та сила, против которой даже у Бога не было оружия.
А далеко в центре города, в пустом и холодном особняке, Сон Джинву смотрел на свои окровавленные руки и впервые в жизни чувствовал, как его собственная тень становится для него непосильной ношей. Он потерял детей, он потерял брата, и, возможно, он окончательно потерял себя. Битва за души Сухо и Миджун только начиналась, но первый раунд остался за тем, кто не побоялся выстрелить в Бога ради спасения человека.