Голос ради любви
Битва за нежность
Лорд Злыдень мерил шагами свой тронный зал с такой яростью, что искры от его сапог оставляли на металлическом полу подпалины. Он то и дело поглядывал на закрытые двери, за которыми скрывалась Тут и Там. После их подводного приключения она стала еще более лучезарной, если такое вообще было возможно. Она пекла пироги, пела песни дозорам, когда те уставали, и смотрела на него, Злыдня, с такой бесконечной нежностью, что у него начинали чесаться кости.
– Это невыносимо! – взревел он, внезапно остановившись перед Гляделкинсом. – Она заботится обо мне. Она спасла меня от Кракена. Она вытащила меня из воды! Она... она поправила мне плащ сегодня утром! Ты понимаешь, что это значит, Гляделкинс?
– Что она вас любит, сэр? – осторожно предположил командующий, поправляя шлем.
– Это значит, что я выгляжу как слабак! – Злыдень потряс кулаками в воздухе. – Величайший злодей галактики не может просто принимать заботу и ничего не давать взамен. Это нарушает баланс сил! Я должен нанести ответный удар заботой. Сокрушительный удар любовью! Такой силы, чтобы она поняла: Лорд Злыдень — лучший в мире... э-э... заботчик!
Гляделкинс озадаченно моргнул своим единственным глазом.
– Сэр, я не уверен, что «заботчик» — это слово. Но если вы хотите произвести впечатление на леди, то у меня есть несколько проверенных тактик из архивов земных мелодрам и справочников по этикету захватчиков.
Злыдень сложил руки на груди и нетерпеливо топнул ногой.
– Излагай. Быстро! Пока я не передумал и не решил просто подарить ей планету.
– Ну, во-первых, сэр, классика — это цветы, – начал загибать пальцы Гляделкинс. – Во-вторых, сладости. Конфеты, шоколад, что-то, что вызывает выброс эндорфинов. И в-третьих... самое сложное. Маленькое доброе дело.
Злыдень поморщился, как будто съел лимон.
– Цветы? Ладно. Конфеты? Допустим. Но доброе дело?! Гляделкинс, ты забываешься! Я — злодей! Я творю хаос, разрушение и... и неудобства!
– Сэр, Тут и Там — особенная девушка, – мягко напомнил командующий. – Для неё доброе дело будет значить больше, чем захват целой звездной системы. Это покажет ей, что вы цените её интересы.
Злыдень тяжело вздохнул, его плечи поникли.
– Ладно. Но только ради неё. И чтобы ни один дозор не смел об этом проболтаться! Если Доминатор узнает, что я совершил «маленькое доброе дело», я никогда не отмоюсь от этого позора.
Операция «Нежность» началась через час. Первым пунктом были цветы. Но Злыдень не был бы собой, если бы просто сорвал букет на ближайшей лужайке. Он потребовал, чтобы дозоры нашли «самые злодейские, но при этом красивые растения в радиусе пяти световых лет».
В итоге на борт доставили охапку Пурпурных Хваталок с планеты Флора-Террор. Цветы были прекрасны: огромные, бархатистые бутоны цвета глубокого вина, которые периодически пытались укусить проходящих мимо.
Злыдень, вооружившись толстыми кожаными перчатками, ворвался в каюту Тут и Там. Она сидела у окна, настраивая своё банджо.
– Вот! – крикнул он, швыряя букет на стол. Одна из Хваталок тут же вцепилась зубами в край скатерти. – Это тебе. Цветы. Самые редкие и опасные в этом секторе. Они символизируют мою... мою... ну, ты поняла!
Тут и Там вздрогнула от неожиданности, но, увидев цветы, просияла. Она подошла к столу и, ничуть не боясь, погладила один из бутонов по лепесткам. Хваталка, собиравшаяся откусить ей палец, внезапно замурлыкала и обмякла.
– О, Злыдень! – воскликнула она, и её голос прозвучал как музыка. – Они чудесные! Они такие... энергичные. Спасибо большое!
Злыдень самодовольно ухмыльнулся, хотя внутри него всё ликовало от её улыбки.
– Это только начало, – буркнул он. – Гляделкинс! Тащи второй пункт!
Командующий вкатил в комнату тележку, на которой возвышалась гора коробок, перевязанных чёрными лентами.
– Конфеты, – объявил Злыдень, картинно взмахнув плащом. – С начинкой из лавовой карамели, метеорной крошки и... кажется, там есть немного мяты для свежести дыхания. Я лично приказал повару сделать их максимально калорийными, чтобы ты набралась сил для своих песен!
Тут и Там открыла одну из коробок. Внутри лежали конфеты в форме маленьких черепков и звезд. Она взяла одну, надкусила и зажмурилась от удовольствия.
– М-м-м, как вкусно! Хочешь попробовать? – Она протянула ему половинку конфеты.
Злыдень хотел было отказаться, заявив, что злодеи не едят сладкое, но под её взглядом его воля растаяла. Он проглотил конфету и почувствовал, как по телу разливается тепло.
– Неплохо, – признал он, вытирая рот перчаткой. – Но теперь... самое главное.
Он замялся. Гляделкинс ободряюще кивнул ему из-за двери. Злыдень набрал в грудь побольше воздуха, чувствуя, как его достоинство трещит по швам.
– Тут и Там, я знаю, что ты... ты любишь помогать всяким бесполезным существам. И я решил, что сегодня... только сегодня... я сделаю одно маленькое... – он едва выдавил это слово, – доброе дело. По твоему выбору.
Тут и Там замерла. Её глаза расширились, а банджо чуть не выскользнуло из рук. Она не верила своим ушам. Злыдень, её гордый и грозный Злыдень, добровольно предлагает совершить добро?
– Правда? – прошептала она. – Совсем любое?
– Да, – проворчал он, отводя взгляд. – Только давай быстрее, пока у меня не начался приступ благородства, который я не смогу контролировать.
Тут и Там на мгновение задумалась, приложив палец к губам. Она могла попросить его освободить планету или починить сломанный мост, но она знала, что Злыдню нужно что-то, что он сможет понять.
– Знаешь, – сказала она, беря его за руки. – В нижних отсеках корабля живет маленький дозор по имени Пип. Он очень расстроен, потому что его любимый ручной робот-паук сломался, а запчастей нигде нет. Пип такой грустный, что даже не может ровно маршировать. Поможешь ему?
Злыдень моргнул.
– Робот-паук? Это всё? Я думал, ты попросишь меня спасти приют для бездомных щенков на окраине галактики!
– Пип — часть твоей армии, – мягко напомнила она. – А счастливый солдат — это лучший солдат, разве не так ты говоришь?
– Хм. Логично. Гляделкинс! Где этот Пип? Веди его в мою мастерскую!
Мастерская Лорда Злыдня была местом мрачным, заваленным деталями уничтоженных роботов и чертежами супероружия. Маленький дозор Пип дрожал от страха, стоя перед своим господином и прижимая к груди безжизненную груду металла, которая когда-то была пауком.
– Итак, – Злыдень навис над ним, сверкая глазами. – Мне сказали, у тебя проблемы с техникой. Дай сюда эту рухлядь!
Он выхватил робота и бросил его на верстак. Тут и Там стояла рядом, сложив руки на груди и с интересом наблюдая за процессом. Гляделкинс подавал инструменты, стараясь не мешаться.
Злыдень ворчал, ругался на «некачественную сборку» и «дешевые микросхемы», но его руки работали с удивительной точностью. Он заменил сгоревшие провода, перепаял центральный процессор и даже добавил роботу небольшую модификацию — теперь паук мог выпускать крошечные зеленые искры.
– Готово! – Злыдень щелкнул выключателем.
Робот-паук дернулся, его глаза-индикаторы вспыхнули синим, и он весело застрекотал, прыгнув прямо на плечо Пипа. Маленький дозор застыл от восторга, а затем отдал честь так четко, как никогда в жизни.
– Спасибо, сэр! Вы... вы самый лучший Лорд во вселенной!
– Да-да, иди уже отсюда, – буркнул Злыдень, но Тут и Там заметила, как он довольно выпрямил спину.
Когда они остались одни в мастерской, Тут и Там подошла к нему и обняла его так крепко, как только могла.
– Ты сделал его счастливым, Злыдень. Это было по-настоящему великое дело.
– Это было техническое обслуживание оборудования, – попытался оправдаться он, но его голос звучал совсем не убедительно. Он обнял её в ответ, чувствуя, что все его злодейские планы на сегодня отходят на второй план.
Вечер опустился на корабль-череп, окутывая его тишиной. Злыдень сидел на своём троне, Тут и Там устроилась на ступеньках рядом, перебирая струны банджо. Гляделкинс стоял неподалеку, довольно потирая руки.
– Ну что, сэр? – тихо спросил командующий. – Как ощущения от «ответного удара заботой»?
Злыдень посмотрел на Тут и Там, на её счастливое лицо, на цветы, которые теперь мирно спали в вазе у пульта управления, и на пустые коробки из-под конфет.
– Знаешь, Гляделкинс... – он сделал паузу, потирая подбородок. – Это было утомительно. Совершенно неэффективно с точки зрения захвата миров. И крайне сомнительно для моей репутации.
Тут и Там подняла на него глаза, и в них отразились звезды.
– Но? – подсказала она с улыбкой.
– Но... – Злыдень вздохнул и невольно улыбнулся в ответ. – Пожалуй, завтра мы можем поискать запчасти для роботов других дозоров. В конце концов, мне нужна исправная армия, чтобы захватить эту дурацкую галактику.
Тут и Там засмеялась и заиграла веселую, бодрую мелодию. Злыдень начал отстукивать ритм по подлокотнику трона, и в этот момент он понял: забота — это не слабость. Это просто еще один способ завоевать мир, который оказался куда более приятным, чем он мог себе представить. И пока эта оранжевая девушка с банджо была рядом, он был готов совершать «маленькие добрые дела» хоть каждый день. Но только по секрету. Только для неё.