← Назад к обзору

Грех

Скелеты в шкафу и кости в руках

Центр Сеула превратился в зону отчуждения. Огромный разлом ранга S, возникший прямо посреди торгового квартала, пульсировал багровым светом, выбрасывая в мир волны удушающей маны. Охотники из Ассоциации, прибывшие первыми, в ужасе застыли у защитного периметра. Монстры, выходившие из врат — огромные бронированные твари, напоминающие помесь волка и ящерицы, — двигались с невероятной скоростью.

Но внезапно всё изменилось.

Небо над разломом окрасилось в два цвета: кроваво-красный и ледяной голубой. Сверху, подобно карающему метеору, рухнула фигура в длинном черном пальто. В тот момент, когда ноги Юки коснулись асфальта, по земле пробежала волна костяных шипов, мгновенно пронзая передовые ряды монстров.

– Слишком шумно, – негромко произнес Юки, поправляя высокий воротник.

Его глаза горели алым пламенем, а за спиной, словно стражи преисподней, парили два колоссальных черепа. Левый бластер открыл пасть, и луч ослепительного голубого света стер с лица земли десяток тварей, оставив после себя лишь оплавленный бетон. Правый череп издал низкий рокот, и из его пасти вырвались костяные снаряды, которые самонаводились на цели, разрывая их изнутри.

Юки двигался плавно, почти лениво. Ему не нужно было обнажать меч или вступать в рукопашную. Его руки с костлявыми пальцами дирижировали смертью. Светящиеся метки на ладонях — красная и голубая — пульсировали в такт его движениям. Каждый взмах руки вызывал к жизни новые костяные конструкции: цепи, клетки, гигантские руки, которые просто раздавливали монстров ранга S, словно назойливых насекомых.

Охотники, наблюдавшие за этим через объективы камер, не могли вымолвить ни слова. Это не было похоже на силу Теневого Монарха. Это была эстетика разрушения, возведенная в абсолют.

Через пятнадцать минут всё было кончено. Юки стоял посреди горы костей и быстро исчезающих трупов монстров. Врата начали схлопываться, выбрасывая на землю гору чистейших магических кристаллов высшего качества.

Юки посмотрел на эти камни с легким презрением. Для большинства охотников это были целые состояния, ради которых они готовы были продать душу, предать товарищей или рискнуть жизнью. Для него это был просто ресурс. Мусор, который можно превратить в пользу.

Он не стал собирать их вручную. Костяные руки, выросшие прямо из тени его пальто, быстро сгребли кристаллы в пространственный карман. Юки не собирался сдавать их в Ассоциацию.

Отойдя в глубокую тень переулка, где его не могли достать камеры дронов, он достал телефон и набрал номер, который знал наизусть.

– Юки? – Голос Ли Вона в трубке звучал обеспокоенно. – Я видел новости. Это был ты? В центре города?

– Ли Вончик, милый, – Юки позволил себе легкую, расслабленную улыбку. – Не начинай ворчать. Мне нужно было размяться. Скажи, сколько я тебе задолжал за оформление всех тех документов и покупку квартиры?

– Ты знаешь, что деньги меня не волнуют, когда речь идет о тебе, – мягко ответил адвокат. – Но раз уж ты спрашиваешь, сумма приличная.

– Запиши на мой счет. И мне снова нужна твоя помощь, – Юки вышел из переулка и направился к своему припаркованному неподалеку спорткару. – У меня тут гора кристаллов ранга S. Я хочу, чтобы ты реализовал их через свои каналы. Но ни воны не должно остаться у меня.

– На что ты хочешь их потратить? – Ли Вон уже переключился в деловой режим, послышался скрип пера по бумаге.

– Благотворительность, – твердо сказал Юки, открывая дверь машины. – Всё до последней копейки. Детские приюты, больницы для неизлечимо больных, фонды помощи семьям погибших охотников низких рангов. Пусть эти деньги пойдут тем, кому они действительно нужны, а не на золотые унитазы чиновников Ассоциации.

– Это... благородно, Юки. Я всё сделаю в лучшем виде. Никто не узнает, кто стоит за пожертвованиями.

– Спасибо, – Юки сел за руль и завел мотор. – Созвонимся позже, мне нужно...

Он замолчал на полуслове. Воздух вокруг машины внезапно стал тяжелым и густым, словно превратился в свинец. Пространство задрожало.

– Встретимся завтра, Ли Вон. Береги себя, – Юки повесил трубку и медленно опустил стекло.

Прямо перед капотом его машины из сгустившейся тьмы соткалась фигура. Сон Джинву стоял со скрещенными на груди руками, его плащ развевался на невидимом ветру, а глаза светились ледяным фиолетовым огнем. За его спиной, словно статуи, замерли Игрис и Белларион.

Юки не шелохнулся. Он просто достал сигарету и не спеша закурил, глядя на отца через лобовое стекло.

– Сон Джинву, – голос Юки, усиленный его внутренней силой, прозвучал низко и вибрирующе. – Какое слово в фразе «оставьте меня в покое» вам было непонятно?

Джинву сделал шаг вперед, и асфальт под его ногами треснул.

– Мы должны поговорить, Юки. То, что ты устроил в центре... ты привлекаешь слишком много внимания. Ты не понимаешь, в какую игру ввязываешься.

Юки громко рассмеялся, и этот смех был полон искреннего горького веселья. Он открыл дверь и вышел из машины, выпрямляясь во весь свой огромный рост. Теперь, когда он не скрывал свою ауру, он казался даже выше Джинву.

– Я не понимаю? – Юки сделал шаг навстречу Монарху, и два его бластера материализовались над его плечами, скалясь в лицо теням Джинву. – Это вы не понимаете. Вы настолько тупые или просто глухие, что не слышите, что вам говорят? Я больше не часть вашей грязной семейки. Я не Сон. Я — никто для вас.

– Юки, твоя мать места себе не находит... – начал Джинву, но Юки перебил его резким жестом.

– Моя мать? – Юки прищурился, и алый блеск в его глазах стал невыносимым. – Ты имеешь в виду ту женщину, которая вчера делила постель с тобой и собственным сыном? Не смей произносить это слово при мне. От него несет гнилью.

Игрис за спиной Джинву шевельнулся, его рука легла на рукоять меча, почувствовав угрозу господину, но Джинву остановил его коротким жестом.

– Мы совершили ошибку, – глухо произнес Джинву. – Но это не дает тебе права уничтожать всё, что мы строили.

– Я ничего не уничтожаю, – Юки подошел вплотную к отцу, так что они стояли почти грудь в грудь. – Я просто выношу мусор. Вы построили свой мир на лжи и извращенной силе. Вы — монстры, которые надели человеческие маски и заставили всех в это поверить. Но я видел, что под масками.

Юки наклонился к самому уху Джинву и прошептал:

– Если ты или твой «золотой мальчик» еще раз приблизитесь ко мне или к моему дому, видео уйдет в сеть в ту же секунду. И мне плевать на последствия для мира. Я хочу посмотреть, как ты будешь спасать людей, когда они будут плевать тебе в лицо.

Джинву почувствовал, как от Юки исходит волна такой концентрированной ненависти и силы, что даже его теневое сердце на мгновение пропустило удар. Это не была сила, которую можно было подчинить. Это была сила, которую можно было только уничтожить вместе с носителем.

– Ты угрожаешь собственному отцу? – голос Джинву стал опасно тихим.

– Ты мне не отец, – Юки отстранился и равнодушно стряхнул пепел на безупречный ботинок Монарха. – Ты — просто биологический объект, с которым у меня когда-то был общий ДНК. Больше нас ничего не связывает. Уходи, Джинву. Забирай своих верных псов и проваливай в свои тени.

Юки развернулся и сел обратно в машину. Он включил музыку на полную громкость, заглушая любые возможные ответы.

– И передай Сухо, – крикнул он, перекрывая рев мотора. – Что если я еще раз увижу его хвост рядом со мной, я вырву ему позвоночник и сделаю из него новую вешалку для своего пальто. Я не шучу.

Спорткар с визгом сорвался с места, обдав Теневого Монарха и его маршалов запахом жженой резины. Юки не смотрел назад. Его сердце колотилось, но не от страха, а от адреналина и странного чувства торжества.

Джинву стоял посреди пустой улицы, глядя вслед удаляющимся огням.

– Мой господин... – Белларион подошел ближе. – Приказать Берре выследить его?

– Нет, – Джинву медленно выдохнул, и его аура начала угасать. – Он прав в одном. Он больше не один из нас. Он стал чем-то другим. И если мы попытаемся его сломать, мы сломаем этот город.

Монарх посмотрел на свои руки. Впервые он почувствовал, что тень, которой он командовал, не может защитить его от правды, которую нес в себе его младший сын.

Юки тем временем мчался по ночному шоссе, чувствуя, как внутри него успокаивается его вторая сущность. Бластеры исчезли, глаза вернули свой небесно-голубой цвет, но холод в душе никуда не делся.

Он знал, что сегодня он выиграл битву, но война только начиналась. Семья Сон не умела проигрывать, а он не умел прощать.

– Ничего, – прошептал Юки, прибавляя скорость. – Пусть попробуют. У меня достаточно костей, чтобы закопать их всех.

Он вспомнил голос Ли Вона и то, как тот назвал его поступок благородным. Юки усмехнулся. Благородство? Нет. Это была просто его форма мести. Пока его «семья» наслаждалась своей божественностью, он будет помогать тем, кого они считали пылью под ногами. И в конце концов, именно эта «пыль» станет его армией.

Подъезжая к дому, он увидел в окне своей квартиры мягкий свет. Он знал, что завтра будет новый день, новые сделки, новые врата и новые попытки отца вернуть его в стойло. Но сегодня... сегодня он просто хотел принять душ, смыть с себя запах монстров и крови, и заснуть, зная, что он — Оку Кра Юки.

Человек, который перерос тень Монарха.