Грех монарха
Падение в бездну безумия
Два месяца пролетели как в лихорадочном сне. Шестьдесят дней я был обычным человеком, лишенным своей божественной мощи, шестьдесят дней я ловил на себе холодные взгляды сыновей и молчаливое безразличие Юми. Я старался. Я действительно старался быть тем, кого они хотели видеть: возил Миджуна в школу, готовил завтраки, молчал, когда Юки демонстративно уходил из комнаты при моем появлении. Мне казалось, что лед начинает таять. Мне казалось, что я искупаю свою вину.
Вчера Юми сама подошла ко мне. Её пальцы коснулись моей руки — холодные, как всегда, но в глазах промелькнуло нечто, похожее на завершение долгого пути. Она приложила палец к блокиратору, и магический замок щелкнул.
– Время вышло, Джинву, – сказала она тогда, глядя мне прямо в душу. – Твои силы вернулись. Теперь ты снова Монарх. Посмотрим, остался ли в тебе человек.
Я почувствовал, как черная волна маны мгновенно заполнила каждую клеточку моего тела. Тени, томившиеся в заточении, взревели в моем подсознании, приветствуя своего господина. Игрис, Бери, тысячи солдат — я снова чувствовал их всех. Это было опьяняющее чувство абсолютной власти, которое я так долго подавлял.
Но на следующее утро я проснулся в пустом доме.
Тишина была оглушительной. Ни смеха Ай, ни ворчания Юки, ни звона посуды на кухне. Я метался по комнатам, надеясь, что это шутка, но шкафы были пусты, а на кухонном столе не было даже записки. Юми исчезла, забрав детей. Она дождалась, когда я получу силу, и нанесла свой финальный удар — лишила меня того, ради чего я эту силу якобы восстанавливал.
Я искал их весь день. Мои тени прочесывали страну, я сам перемещался между городами, чувствуя, как внутри закипает первобытная, неконтролируемая ярость. Она обманула меня! Она заставила меня пресмыкаться два месяца, чтобы просто сбежать!
Я нашел их к вечеру в небольшом загородном доме у подножия гор. Когда я буквально вывалился из тени посреди их гостиной, Юми стояла у окна, прижимая к себе испуганную Ай. Юки мгновенно загородил их собой, его глаза горели синим пламенем, а из-за спины вырвались теневые щупальца.
– Уходи, отец! – выкрикнул он, его голос дрожал от напряжения. – Мама не хочет тебя видеть! Ты проиграл!
– Проиграл?! – мой голос сорвался на рык. Аура Монарха, которую я не сдерживал два месяца, хлынула наружу, сокрушая мебель и выбивая стекла. – Я делал всё, что она хотела! Я унижался! А она просто решила сбежать?!
Юми сделала шаг вперед, отодвинув сына. Её лицо было бледным, но решительным.
– Ты ничего не понял, Джинву, – тихо произнесла она. – Ты не менялся. Ты просто выжидал. Твоя ярость сейчас — лучшее доказательство того, что ты всё тот же монстр, который считает нас своей собственностью.
– Замолчи! – я шагнул к ней. Разум застилала багровая пелена. Вся обида, всё унижение последних месяцев выплеснулись в одном порыве гнева. – Ты никуда не уйдешь! Ты будешь там, где я скажу!
Я замахнулся. Это не был удар Монарха, способный разрушить гору, но это был удар мужчины, чья сила вышла из-под контроля. Моя рука, окутанная темной энергией, врезалась в её плечо и шею.
Юми отлетела к стене, издав короткий, захлебывающийся звук. Она ударилась головой о край камина и мешком осела на пол.
– Мама! – истошный крик Юки разорвал тишину.
Он бросился на меня, его щупальца впились в мои плечи, но я, обезумевший от собственной вспышки силы, просто оттолкнул его. Я не рассчитал. Я забыл, что он — всего лишь пятнадцатилетний мальчик, а я — бог смерти. Мой толчок отправил его в полет через всю комнату. Послышался глухой хруст — он врезался в массивный дубовый шкаф, и тот обрушился прямо на него.
Наступила тишина. Страшная, вакуумная тишина.
– Мама?.. Юки-хён?.. – прошептал Миджун. Он и Сухо стояли в дверях, прижимаясь друг к другу.
Я замер, глядя на свои руки. Черный туман всё еще струился между пальцами. Я медленно перевел взгляд на Юми. Она лежала неподвижно, её длинные черные волосы разметались по полу, а из-под головы медленно растекалась лужа густой, темной крови. Её небесно-голубые глаза были полуоткрыты, но в них больше не было жизни. В них застыл последний ужас.
Я бросился к ней, упал на колени, пытаясь нащупать пульс. Холод. Только могильный холод.
– Юми... Юми, нет! Встань! – я тряс её за плечи, но она была словно тряпичная кукла. – Исцеление! Где мои навыки?!
Система молчала. Моя магия, способная воскрешать легионы, была бессильна перед окончательной смертью той, кого я любил.
– Юки! – я обернулся к завалам шкафа.
Из-под обломков виднелась только рука сына. Его аура, еще мгновение назад такая яркая и буйная, погасла. Совсем. Я чувствовал, как жизнь покинула его тело. Мой первенец, мой наследник... я убил его одним движением руки.
– Папа — монстр... – раздался тонкий, дрожащий голос Сухо.
Я поднял голову. Сухо и Миджун смотрели на меня так, как смотрят на самых жутких чудовищ из разломов ранга S. В их глазах не было больше любви, не было даже страха — только абсолютное, кристальное отвращение.
– Монстр! – закричал Миджун, указывая на меня пальцем. Его лицо исказилось в рыданиях. – Ты убил их! Ты убил маму!
– Уходи! – Сухо схватил кухонный нож, стоявший на подставке, и выставил его перед собой, хотя его руки ходили ходуном. – Не подходи к нам! Ты чудовище! Ты не наш отец!
Снаружи послышались сирены. Кто-то из соседей, услышав грохот и крики, вызвал помощь. Красные и синие огни заплясали на стенах комнаты, освещая два трупа и сломленного бога.
– Нет... я не хотел... – я схватился за голову, чувствуя, как сознание раскалывается. – Я не хотел!
Моя сила окончательно вышла из берегов. Тени начали самопроизвольно вырываться из пола, заполняя дом черным дымом. Я видел испуганные лица младших сыновей, слышал плач Ай, которая чудом осталась жива в своем манеже, но я не мог даже подойти к ним. Я был источником их гибели.
– Я монстр... – прошептал я, глядя на окровавленное лицо Юми. – Я действительно монстр.
В порыве невыносимой боли и стыда я нырнул в собственную тень, исчезая из этого дома до того, как полиция ворвалась в двери. Я бежал. Бежал от самого себя, от мертвых глаз жены и сына, от криков детей.
Я оказался в пустоте — в своем личном пространстве между мирами. Здесь не было времени, не было света. Я упал на колени, раздирая ногтями землю.
– ПОЧЕМУ?! – мой крик сотряс пустоту. – Почему я не могу всё исправить?!
Внезапно перед моими глазами вспыхнуло знакомое синее окно. Система. Она не появлялась уже очень давно, с тех пор как я стал полноправным Монархом.
[ Внимание! ] [ Обнаружен критический системный сбой: Носитель уничтожил якорь своей человечности. ] [ Риск полной потери рассудка: 99%. ]
– Мне плевать на рассудок! – прохрипел я. – Верни их! Сделай что-нибудь!
[ Система предлагает последний шанс. ] [ Желаете ли вы использовать функцию «Откат реальности»? ] [ Условие: Вы вернетесь на полгода назад, в тот момент, когда начали терять себя. ] [ Предупреждение: Это последняя попытка. Если сценарий повторится — если вы снова поддадитесь гордыне или гневу — вы окончательно уничтожите свою семью. Ваши дети станут вашими палачами. Они возненавидят вас настолько, что их единственной целью станет ваше уничтожение за то, что вы совершили. ]
Я смотрел на текст, и перед моими глазами снова всплыла картина: Юми в луже крови и Юки под обломками шкафа. Моя рука, которая нанесла удар.
– Да, – прошептал я, закрывая глаза. – Да, я согласен. Пожалуйста... верни меня.
[ Инициация отката... ] [ 3... 2... 1... ]
Мир вокруг меня взорвался ослепительным светом. Боль, вина и холод пустоты исчезли, сменяясь мягким теплом и знакомым ароматом.
Я открыл глаза.
Я стоял в своем кабинете в Ассоциации. На столе лежал телефон, на экране которого светилось сообщение от Ча Хэ Ин: «Жду тебя в нашем месте через час».
Сердце бешено колотилось в груди. Я быстро подошел к зеркалу и увидел свое лицо — спокойное, властное, еще не тронутое той страшной агонией, которую я только что пережил. Я посмотрел на свои руки. На них не было крови. Пока не было.
Я судорожно выдохнул и схватил телефон. Дрожащими пальцами я заблокировал номер Хэ Ин и удалил всю переписку.
В этот момент дверь кабинета открылась. Вошла Юми. Она была в легком весеннем платье, её длинные черные волосы были распущены, а в небесно-голубых глазах светилась та самая нежность, которую я так глупо принимал как должное.
– Джинву? – она удивленно приподняла бровь. – Ты почему такой бледный? Что-то случилось в портале?
Я не ответил. Я просто бросился к ней и сжал в объятиях так крепко, что она тихо ойкнула. Я зарылся лицом в её волосы, вдыхая запах лаванды, и почувствовал, как по щекам катятся слезы. Она была жива. Она была здесь.
– Юми... прости меня, – прошептал я, содрогаясь всем телом. – Прости меня, пожалуйста.
– За что, глупый? – она ласково погладила меня по голове, хотя в её голосе уже послышались нотки подозрения. Она была слишком умна, моя Юми. Она уже тогда всё чувствовала.
– За всё. Я больше никогда... никогда не оставлю тебя.
Я знал, что впереди у меня тяжелый путь. Мне придется признаться ей во всем сейчас, пока ложь не пустила корни. Мне придется заслужить её прощение по-настоящему, а не под давлением блокиратора. Но я видел ту бездну, в которую ведет гордыня Монарха, и я клянусь всеми тенями этого мира: я больше никогда не подниму руку на свой свет.
Потому что альтернатива — это вечность в пустоте, под крики детей, называющих меня монстром. И на этот раз Система не даст мне второго шанса.