← Назад к обзору

H6

Теневые игры генерала

Сон в безопасном месте — это роскошь, к которой Наташа никак не могла привыкнуть. В её старом бункере она спала вполуха, сжимая рукоять ножа так крепко, что ладонь сводило судорогой. Здесь же, на базе ОТГ-141, подушки были мягкими, а одеяла — тяжелыми и теплыми. Это расслабляло. Это делало её уязвимой.

Наташа проснулась от настойчивого стука в дверь. Она не подскочила, как обычно, а лишь глухо застонала, зарываясь лицом в подушку. Внутри неё всё ещё бушевал хаос после вчерашней вылазки, но тело требовало ещё хотя бы пары часов покоя.

– Наташа, вставай. Капитан вызывает, – голос Гаса за дверью звучал необычно серьёзно. В нём не было привычной смешинки.

– Уйди, Гас, – пробормотала она, не поднимая головы. – Если это не очередное нашествие «прыгунов», я объявляю забастовку.

– Это хуже «прыгунов», – отозвался оперативник. – У нас гости. Из высшего эшелона.

Наташа нехотя села на кровати. Волосы, обычно аккуратно подстриженные по плечи, сейчас торчали во все стороны. Серые глаза были затуманены сном, а на щеке отпечатался след от шва наволочки. Она выглядела совсем не как ледяная воительница, а как обычная девчонка, которой очень не хочется идти в школу.

– Пять минут, – бросила она, сползая с кровати.

Внутри неё уже начинал закипать привычный протест. «Кто там ещё припёрся? Опять какой-нибудь кабинетный герой будет учить меня выживать?» Она натянула свежую форму — ту самую, которую Гоуст обещал почистить (и действительно сдержал слово, она пахла лавандой и порохом), и вышла в коридор.

В кабинете Прайса атмосфера была такой густой, что её можно было резать штык-ножом. Капитан сидел за столом, его сигара давно погасла, а взгляд был прикован к человеку, стоявшему у окна. Это был мужчина в безупречной форме, с седыми волосами и осанкой, которая буквально кричала о власти. Генерал Шепард.

Гоуст стоял в углу, скрестив руки на груди. Его маска-череп казалась ещё более безжизненной, чем обычно, но Наташа чувствовала исходящую от него волну глухого бешенства.

– А, вот и наша легенда, – Шепард обернулся, когда Наташа вошла. Его взгляд скользнул по ней — оценивающе, жадно, словно он рассматривал породистую лошадь на аукционе. – Рост сто шестьдесят, серые глаза, телосложение атлетическое... Данные не лгали.

Наташа замерла в дверях. Её сонная нега мгновенно испарилась, сменившись ледяным омерзением. Этот человек ей не нравился. От него пахло не порохом и честным потом боя, а дорогим одеколоном и старыми тайнами.

– Вы на меня так смотрите, генерал, будто решаете, куда приклеить инвентарный номер, – она не стала утруждать себя приветствием, сразу переходя к своей привычной манере общения. – Я — не имущество армии США.

Шепард усмехнулся, и эта улыбка не затронула его холодных глаз.

– Остра на язык. Мне такие нравятся. Капитан Прайс рассказал мне о ваших... уникальных знаниях. Вы — живой справочник по этой пандемии. И я решил, что вашим талантам тесно в полевых условиях.

Наташа прищурилась. Внутри неё зазвучал тревожный колокольчик.

– И что вы предлагаете? – спросила она, делая шаг в комнату. – Откроете мне личный кабинет с видом на свалку?

– Почти, – Шепард подошёл ближе. – Мне нужен личный секретарь с навыками оперативного аналитика. Кто-то, кто будет всегда под рукой, кто сможет консультировать меня по вопросам безопасности и... другим деликатным поручениям. Вы переезжаете в мой штаб. Прямо сегодня.

В комнате воцарилась тишина. Соуп, стоявший у двери, непроизвольно сжал кулаки. Наташа почувствовала, как внутри неё всё переворачивается. «Личный секретарь? Всегда под рукой? Деликатные поручения?» Она была не глупой и прекрасно понимала, что скрывается за этим вежливым предложением. Либо она станет его личным активом для шпионажа, либо — игрушкой для утех в перерывах между совещаниями. А скорее всего — и тем, и другим.

Она посмотрела на Гоуста. Тот не шевелился, но его пальцы едва заметно подрагивали на предплечьях.

– Генерал, при всём уважении, – голос Прайса был тихим, но в нём слышался скрежет стали. – Наташа — часть ОТГ-141. Она зачислена в штат как полевой специалист. Её навыки нужны здесь, на передовой.

– Ваши потребности меня не волнуют, Джон, – отрезал Шепард, даже не взглянув на капитана. – Это приказ. Девушка обладает информацией государственной важности. Она слишком ценна, чтобы рисковать ею в рейдах по помойкам.

Наташа почувствовала, как её маска безразличия начинает трещать от ярости. Она хотела высказать этому старику всё, что думает о его «деликатных поручениях», но внезапно почувствовала на себе взгляд Гоуста. Он едва заметно качнул головой.

– Я не пойду, – твёрдо сказала она, глядя Шепарду прямо в глаза. – Моё место здесь.

– Это не просьба, милочка, – Шепард сделал ещё один шаг, вторгаясь в её личное пространство. – У тебя нет документов, нет гражданства в этом мире. Ты — юридический призрак. Я могу оформить тебя как ценный ресурс, а могу — как подопытный образец для лабораторий. Выбирай.

Наташа почувствовала, как холодный пот пробежал по спине. Этот человек был опаснее любого «Титана», потому что он убивал не зубами, а подписями на бумаге.

– Ей нужно время, чтобы собрать вещи, – внезапно раздался хриплый голос Гоуста.

Наташа резко обернулась к нему, её глаза расширились от предательства. «Саймон? Ты просто отдаёшь меня ему?!» Внутри неё всё закричало от боли, а на лице отразилось такое презрение, что даже Шепард довольно хмыкнул.

– Правильный подход, лейтенант, – одобрил генерал. – Даю вам час. Мой вертолёт ждёт на площадке.

Когда Шепард вышел из кабинета, Наташа сорвалась. Она подлетела к Гоусту и с размаху ударила его кулаком в грудь. Это было всё равно что бить бетонную стену.

– Ты! Ты, масочник чёртов! – выкрикнула она, и слёзы ярости закипели в её глазах. – «Собрать вещи»?! Ты просто слил меня этому уроду! Ты видел, как он на меня смотрел?!

– Тише, Наташа, – Прайс быстро подошёл к двери и запер её на засов. – Успокойся и слушай.

– Что слушать?! – она задыхалась от обиды. – Как вы будете махать мне ручкой на прощание?!

Гоуст перехватил её запястья. Его хватка была железной, но не причиняла боли. Он наклонился к ней, и его маска-череп оказалась в сантиметрах от её лица.

– Посмотри на меня, – приказал он.

Наташа замерла, всхлипнув. В его глазах не было предательства. Там была холодная, расчётливая ярость охотника.

– Ты никуда не летишь, – прошептал он. – У нас на такие случаи есть протокол «Битый пиксель». Мы знали, что Шепард рано или поздно захочет прибрать тебя к рукам. Ты для него — идеальный рычаг и красивая обертка.

– О чём вы? – Наташа понемногу начала приходить в себя. Хаос внутри неё начал структурироваться.

– В пяти километрах отсюда есть заброшенный тоннель метро, – быстро заговорил Прайс, разворачивая на столе карту, которую он прятал под документами. – Мы инсценируем нападение на транспорт по пути к вертолёту. Соуп и Гас уже готовят заряды.

– Инсценируем? – Наташа вытерла лицо рукавом. – Но он же генерал! Он пришлёт целую армию!

– Пусть присылает, – Гоуст отпустил её руки. – Официально ты «погибнешь» при попытке похищения террористами или мутантами. Шепард не сможет забрать труп, потому что там будет слишком жарко. Мы спрячем тебя в «зелёной зоне» — у нас есть свои люди среди гражданских выживших, которых мы снабжаем втайне от командования.

– А вы? – Наташа посмотрела на них. – Вам же попадёт.

– Нам не привыкать ходить по краю, – усмехнулся Соуп от двери. – К тому же, кто заподозрит лучших псов Шепарда в том, что они украли у него косточку?

Наташа почувствовала, как тяжесть в груди сменяется странным теплом. Они рисковали всем ради неё. Ради девчонки, которая только и делала, что хамила им и строила рожи.

– У нас сорок минут, – Гоуст посмотрел на часы. – Наташа, иди в свою комнату. Возьми только самое необходимое. Ножи, патроны. Никаких лишних вещей. И... надень ту старую куртку, которую мы «не дочистили». Она должна выглядеть так, будто ты была в бою.

Наташа кивнула. Она уже не была сонной. Она была сосредоточенной и опасной.

– Спасибо, – прошептала она, прежде чем выйти.

– Не благодарь, – бросил ей вслед Прайс. – Мы просто не хотим, чтобы наше секретное оружие тратило время на перекладывание бумажек в штабе.

Через сорок минут Наташа стояла у джипа. Шепард уже ждал у вертолёта, нетерпеливо постукивая стеком по голенищу сапога.

– Готова, красавица? – спросил он, когда она подошла.

Наташа посмотрела на него со своим фирменным омерзением, но на этот раз оно было искренним на сто процентов.

– Готова, генерал. Вы даже не представляете, как сильно я хочу закончить этот день.

Они сели в машину. Гоуст был за рулём, Соуп — на пассажирском сиденье. Шепард со своей охраной ехал впереди на броневике. До вертолетной площадки было всего десять минут пути через руины пригорода.

– Держись крепче, колючка, – тихо сказал Соуп, проверяя чеку гранаты.

– Я всегда держусь крепче всех, – отозвалась она, сжимая в кармане рукоять ножа.

Когда они въехали в узкий коридор между разрушенными многоэтажками, мир взорвался. Первый заряд РПГ, выпущенный Гасом из засады, ударил в стену над броневиком Шепарда, обрушивая на дорогу тонны бетона.

– Засада! Контакт! – заорал Соуп в рацию.

Гоуст резко вывернул руль, уводя джип в боковой переулок. Пули забарабанили по кузову. Наташа видела, как охрана Шепарда посыпалась из машин, открывая ответный огонь в пустоту.

– Выходи! – Гоуст выдернул Наташу из машины и потащил в сторону открытого люка канализации.

– А как же взрыв? – спросила она на бегу.

– Сейчас будет, – Гоуст нажал на кнопку детонатора.

Джип, в котором они только что сидели, взлетел на воздух. Огненный шар поднялся к небу, скрывая их от глаз Шепарда.

– Вниз, быстро! – скомандовал Саймон.

Наташа скользнула в люк. Внизу пахло сыростью и старым бетоном — почти как дома. Гоуст спустился следом и задвинул крышку, закрепляя её изнутри.

Они оказались в узком техническом туннеле. Было темно, только тусклый свет фонаря Гоуста выхватывал из мрака его маску.

– Теперь ты мертва для всего мира, Наташа, – сказал он.

Она привалилась к стене, тяжело дыша. Внутри неё бушевал хаос, но это был хороший хаос. Она была свободна. Она была с ними.

– Значит, теперь я — привидение? – она попыталась улыбнуться, но получилось лишь кривое подергивание губ. – И что теперь?

– Теперь мы отведём тебя в убежище. Пересидишь пару недель, пока Шепард не успокоится и не найдёт себе новую секретаршу. А потом... потом придумаем, как вернуть тебя в строй под другим именем.

Они шли по туннелям долго. Наташа чувствовала, как усталость снова наваливается на неё. Сонная дымка, которую прервал Шепард, возвращалась, смешиваясь с адреналиновым откатом. Она начала спотыкаться.

– Эй, энциклопедия, не спать, – Гоуст подхватил её под локоть.

– Я не сплю, – соврала она, едва передвигая ногами. – Я просто... анализирую структуру бетона.

– Вижу я твой анализ, – он вздохнул и, прежде чем она успела возразить, подхватил её на руки.

Наташа хотела возмутиться, хотела сказать, что она — суровый выживальщик и не нуждается в услугах носильщика, но у неё просто не было сил. Она прижалась щекой к его бронежилету, чувствуя мерный стук его сердца.

– Ты... ты воняешь порохом, Райли, – пробормотала она, закрывая глаза.

– А ты — шоколадом и неприятностями, – отозвался он.

Внутри Наташа визжала от восторга: «Он несёт меня на руках! Сам Гоуст! В туннеле! Это как в кино, только пахнет канализацией!» Но снаружи она лишь плотнее сжала челюсти и сделала вид, что окончательно уснула.

Они вышли к небольшому бункеру под заброшенной школой. Там их уже ждал Прайс с горячим чаем и сухпайком.

– Жива? – коротко спросил капитан.

– Спит, – Гоуст аккуратно опустил Наташу на старую армейскую койку.

Она действительно спала. Её лицо в полумраке убежища казалось совсем детским, лишенным той маски презрения, которую она носила как щит.

– Шепард в ярости, – сообщил Прайс, прикуривая. – Рвёт и мечет. Обещал лично расстрелять тех «террористов», что украли его актив. Но он поверил. Думает, её разнесло взрывом вместе с машиной.

– Хорошо, – Гоуст сел на ящик рядом с койкой Наташи. – Пусть думает.

– Ты понимаешь, что мы теперь на крючке? – Прайс посмотрел на своего лейтенанта. – Если он узнает...

– Не узнает, – отрезал Саймон. – Она того стоит. Она знает об этом мире больше, чем все наши аналитики. И она... она настоящая.

Наташа во сне что-то пробормотала и перевернулась на бок, подтянув колени к груди. В этом жесте было столько беззащитности, что Гоуст невольно протянул руку и поправил одеяло, укрывая её плечи.

– Спи, колючка, – тихо сказал он. – Завтра начнём всё сначала.

В ту ночь Наташе впервые не снились зомби. Ей снился бесконечный запас шоколада, чистая форма и тихий шелест маски-черепа в темноте. Хаос внутри неё наконец-то нашёл свой берег. Она была дома. И пусть этот дом был заброшенным бункером в эпицентре апокалипсиса — пока в нём были эти люди, это был лучший дом на свете.

А Шепард... Шепард пусть ищет себе секретарш среди тех, кто умеет только улыбаться и печатать. Наташа была рождена для другого. Она была рождена, чтобы выживать. И теперь она будет делать это вместе с лучшими.

На губах спящей девушки появилась едва заметная, торжествующая улыбка. Маска была снята, но только для тех, кому она доверяла свою жизнь. Для остального мира она оставалась ледяной загадкой, призраком в руинах цивилизации. Призраком, который очень любит шоколад и ненавидит плохие манеры.