← Назад к обзору

Имератор

Наследие Поднебесной и Теневой Альянс

– Хао... Новости разлетаются быстрее, чем легионы моих предков захватывали провинции, – Юки усмехнулся, глядя в экран планшета, где на главных страницах всех мировых СМИ красовались заголовки о «Разводе Века» и шокирующем заявлении Монарха Теней.

Юки сидел в просторной гостиной своего пентхауса, закинув ногу на ногу. Его черные взъерошенные волосы были слегка влажными после душа, а татуировка на щеке казалась еще темнее на фоне бледной кожи. На столе перед ним дымился крепкий чай, а рядом лежала пачка дорогих сигарет.

– Этот Монарх окончательно сошел с ума, – Юки рассмеялся, выпуская облако дыма. – Сделать предложение мне? Публично намекнуть на союз двух тронов? Джинву, ты либо гений, либо самый отчаянный самоубийца в истории этого мира.

Его размышления прервал тихий, но настойчивый стук в массивную дубовую дверь. Юки жестом приказал охране — элитным бойцам из Китая, лично преданным его семье, — открыть.

В комнату вошли две няни, ведя за руки двоих маленьких мальчиков. Юки мгновенно преобразился. Вся его циничная усмешка и холодная аура императора испарились, уступая место мягкости, которую он позволял себе проявлять только рядом с ними.

– Папа! – звонко выкрикнул старший, Окумура Алекс, и бросился к Юки.

Алексу было всего около двух лет, но он уже был удивительно рослым для своего возраста. Он был точной копией Юки: такие же яркие небесно-голубые глаза, в которых отражалась бездонная глубина, и непослушные черные вихры. Его движения были уверенными, в них уже чувствовалась та атлетичность, которая позже превратит его в сокрушительную силу.

Следом, более степенно, подошел второй мальчик — ШиньХуань. Глядя на него, Юки каждый раз чувствовал, как по спине пробегает холодок. ШиньХуань был живым воплощением своего легендарного пра-пра-прадедушки Цинь Шихуанди. Тот же разрез глаз, те же черты лица, которые когда-то внушали трепет всей Поднебесной. Единственным отличием были глаза — такие же пронзительно-голубые, как у Юки, наследие их общего рода.

– Мои маленькие драконы, – Юки подхватил обоих на руки, легко удерживая их мощными, татуированными руками. – Как прошел перелет? Вы не слишком капризничали в самолете?

– Алекс спал, а Шинь смотрел в окно и молчал, – ответила одна из нянь на русском языке.

Юки на мгновение замер, и в его глазах промелькнула тень печали. Русский язык всегда напоминал ему об их матери. Она была удивительной женщиной — русской красавицей с железной волей и хрупким телом. Она знала, что неизлечимо больна, знала, что роды станут для неё концом, но её желание подарить Юки наследников, продолжить его великую кровь, было сильнее страха смерти. Юки долго не соглашался, но её любовь была такой сокрушительной, что он уступил. Она умерла счастливой, держа его за руку и зная, что их дети будут править миром.

– Вы свободны, – бросил Юки няням на безупречном русском. – Я сам ими займусь.

Он усадил мальчиков на диван и достал из вазы спелые персики. ШиньХуань взял плод с такой грацией, будто это была императорская печать, а Алекс просто с энтузиазмом впился зубами в сочную мякоть.

– Значит, ваш папа теперь знаменитость в Корее не только из-за своей силы, – прошептал Юки, обращаясь к сыновьям. – Монарх Теней решил, что нам нужна полная семья. Что скажете? Хотите себе второго «папу», который командует армией мертвецов?

Мальчики, конечно, не могли ответить на такие сложные вопросы, но ШиньХуань посмотрел на отца так серьезно, будто действительно взвешивал все «за» и «против».

В этот момент телефон Юки снова завибрировал. Это был видеозвонок. На экране появилось лицо Сон Джинву. Монарх выглядел спокойным, но в его глазах плясали те же искры, что и вчера.

– Я вижу, твои гости прибыли, – произнес Джинву, заметив детей на заднем плане.

– Ты следишь за моим пентхаусом, Джинву? – Юки приподнял бровь, не скрывая насмешки. – Это уже похоже на сталкинг. И что это за заявление в прессе? «Предложение Императору»? Ты хоть понимаешь, какой хаос ты вызвал в дипломатических кругах?

– Я не привык ходить вокруг да около, Юки, – ответил Монарх Теней. – Ты пришел в мою жизнь и разрушил ложь, в которой я тонул. Ты показал мне, что такое истинная власть и истинная мудрость. Моя дочь Миджун заслуживает того, чтобы расти рядом с такими детьми, как твои. А я... я заслуживаю того, чтобы рядом со мной был равный.

Юки затянулся сигаретой, глядя на экран.

– Ты сумасшедший, Монарх. Я парень, мне шестнадцать. Моим детям по два года. У нас разные миры.

– Возраст для нас — пустой звук, ты сам это сказал, – парировал Джинву. – Твоя кровь древнее этого города, а моя сила держит этот мир на плаву. Наш союз — это не просто брак, это рождение новой эпохи. Подумай об этом. Я приеду через час. Хочу познакомиться с твоими сыновьями лично.

Связь прервалась. Юки откинул телефон в сторону и потер виски.

– Хао... Кажется, мой визит в Сеул затягивается на неопределенный срок.

Через час, как и обещал, Сон Джинву прибыл в отель. На этот раз он был не один — за руку он вел маленькую Миджун. Девочка выглядела напуганной, но, увидев Алекса и ШиньХуаня, любопытно вытянула шею.

Юки открыл им дверь сам. Он стоял в дверном проеме — огромный, татуированный, с младенцем на одном бедре и сигаретой в другой руке.

– Проходите, «жених», – хмыкнул Юки, отступая в сторону. – Миджун, привет. Не бойся, мои драконы не кусаются. По крайней мере, пока они сыты.

Джинву вошел в пентхаус, и две мощнейшие ауры планеты снова столкнулись, но на этот раз не в конфликте, а в странном, вибрирующем резонансе.

– Это Алекс, – Юки указал на мальчика с голубыми глазами, который уже пытался вскарабкаться на колено Джинву. – А это ШиньХуань. Будь с ним осторожен, в нем живет дух человека, который казнил людей за неправильно завязанный пояс.

Джинву присел на корточки перед ШиньХуанем. Мальчик не отвел взгляда. Он смотрел на Монарха Теней с таким достоинством, что Джинву невольно почувствовал уважение.

– Наследие Цинь Шихуанди, – негромко произнес Джинву. – Невероятно. Юки, ты понимаешь, что эти дети — будущее этого мира?

– Я понимаю это лучше тебя, – Юки подошел к бару и налил две пиалы сакэ. – Именно поэтому я не спешу принимать твоё предложение. Мои сыновья не должны расти в тени чужого трона.

– Они не будут в тени, – Джинву поднялся и взял пиалу. – Мои тени станут их слугами. Моё царство станет их игровой площадкой. Мы создадим мир, где им не придется воевать, если они того не захотят.

Миджун тем временем робко подошла к мальчикам и протянула Алексу свою любимую игрушку — небольшого тряпичного рыцаря, похожего на Игриса. Алекс радостно схватил подарок, а ШиньХуань одобрительно кивнул, словно принимая подношение от вассала.

Юки наблюдал за этой сценой, и его сердце, обычно холодное и расчетливое, дрогнуло. Он видел, как его сыновья тянутся к этой девочке, как Джинву смотрит на них не как на угрозу, а как на часть чего-то большего.

– Знаешь, Джинву... – Юки подошел к окну, глядя на панораму Сеула. – Моя жена, мать этих мальчиков, была русской. Она была очень сильной женщиной. Она умерла, чтобы они жили. Перед смертью она сказала мне: «Юки, не ищи любви, ищи того, кто разделит с тобой твою ношу».

Он повернулся к Монарху, и его небесно-голубые глаза светились странным светом.

– Ты предлагаешь мне разделить ношу? Или ты просто хочешь, чтобы я решал твои проблемы с совестью?

– Я предлагаю тебе всё, что у меня есть, – Джинву подошел вплотную. – Свою силу, свою верность и свою жизнь. Ты — единственный, кто не боится меня. Единственный, кто видит во мне человека, а не бога. Это стоит больше, чем все сокровища мира.

Юки усмехнулся, туша сигарету.

– Ты очень убедителен для мертвеца. Ладно. Я не говорю «да». Но я остаюсь в Корее. Нам нужно посмотреть, как наши дети уживутся вместе. И... – он ткнул пальцем в грудь Джинву. – Если я увижу хоть тень лжи в твоих глазах, я заберу своих сыновей и превращу твой Сеул в пепел. Мой предок умел строить великие стены, но он также умел их разрушать.

Джинву улыбнулся — впервые за долгое время это была настоящая, теплая улыбка.

– Договорились, Император.

Вечер прошел в странной, почти семейной обстановке. Двое самых опасных мужчин в мире сидели на полу в окружении детей, обсуждая не планы захвата мира, а то, какие персики лучше покупать и как правильно развивать магические способности у двухлеток.

– Хао... – Юки лениво потянулся, глядя, как Алекс уснул прямо на плече у Джинву. – Кто бы мог подумать, что мой визит в Сеул закончится няньками с Монархом Теней.

– Мир полон сюрпризов, Юки, – тихо ответил Джинву, боясь разбудить ребенка. – Особенно когда в него врывается кто-то вроде тебя.

Юки посмотрел на ШиньХуаня, который продолжал внимательно наблюдать за Джинву, будто изучая своего будущего союзника. В этом маленьком мальчике Юки видел надежду на то, что кровь Цинь Шихуанди больше никогда не будет одинокой.

– Завтра мы поедем смотреть твой загородный дом, – скомандовал Юки, вставая. – Моим детям нужен простор и свежий воздух. И никакой прессы. Если я увижу хоть одну камеру, я лично скормлю репортера твоему Беру.

– Беру будет только рад, – усмехнулся Джинву.

Когда Монарх и Миджун ушли, Юки долго стоял у окна, куря одну сигарету за другой. На его правой руке татуировки дракона пульсировали мягким синим светом. Он чувствовал, что этот союз изменит всё. Система, Монархи, Властители — всё это казалось мелким по сравнению с той силой, которую они только что зародили в этой комнате.

– Ну что, Шинь, – обратился он к сыну, который всё еще не спал. – Кажется, у нас намечается очень большая семья. Ты не против?

Мальчик лишь молча прижался к отцу, скрывая лицо в его шелковой рубашке. Юки обнял его, чувствуя тепло маленького тела.

– Мы построим новую империю, – прошептал Юки. – Империю, где больше не будет гнили. Только кровь, честь и тени, которые служат свету.

На следующее утро Сеул проснулся от новой сенсации: личный кортеж Монарха Теней был замечен у отеля «Шинла», но вместо охраны в машинах были детские кресла. Весь мир замер в ожидании, понимая, что два величайших наследника силы наконец-то объединились. И это было только начало. Юки Окумура, шестнадцатилетний император с голубыми глазами, пришел в этот мир, чтобы не просто играть — он пришел, чтобы переписать его правила. И теперь у него был напарник, способный удержать небо, пока Юки перекраивает землю.