← Назад к обзору

Имератор

Пламя и Тень: Вкус Императорской Кухни

Политический климат Кореи изменился за одну ночь. Если раньше Сон Джинву воспринимался как единственный и неоспоримый столп стабильности, то теперь, после официального подтверждения его союза с Юки Окумурой, воздух в Сеуле буквально вибрировал от предвкушения. Китай и Корея — два гиганта, два Монарха, чьи силы не поддавались измерению, — объединились. И хотя формально это выглядело как дипломатический союз, все понимали: это нечто гораздо более глубокое и опасное для любых врагов человечества.

Черный «Майбах» Юки в сопровождении нескольких внедорожников теневой охраны Джинву плавно катил по горной дороге. Они направлялись в загородный дом Монарха Теней — место, скрытое от глаз прессы и любопытных охотников мощными барьерами.

Юки сидел на заднем сиденье, расслабленно откинувшись на кожаную спинку. На его коленях спал ШиньХуань, а Алекс, пристегнутый в детском кресле рядом, с любопытством разглядывал проплывающие мимо сосны. Джинву, сидевший напротив, не сводил глаз с юноши.

– Кстати, – Юки первым нарушил тишину, не открывая глаз. – Как твой сын? Как Сухо отреагировал на все эти новости? Не каждый день отец-одиночка объявляет о помолвке с шестнадцатилетним императором из другой страны.

Джинву вздохнул, и в этом вздохе слышалась усталость человека, пережившего эмоциональное истощение.

– Сухо... он в шоке, Юки. Но, как ни странно, это шок облегчения. Когда я рассказал ему правду о Хэ Ин и о том, что теперь в нашей жизни будешь ты, он долго молчал. А потом сказал, что ты — первый человек, который заставил меня выглядеть живым, а не просто памятником самому себе.

– Умный мальчик, – Юки приоткрыл один глаз, и в его небесно-голубой радужке блеснула искорка гордости. – Я же говорил, что в нем есть потенциал. Ему просто нужно было выйти из твоей тени.

– Он хочет познакомиться с твоими сыновьями, – добавил Джинву. – Он чувствует ответственность перед Миджун и, кажется, готов стать старшим братом для всей этой... маленькой армии драконов.

– Хорошо. Нам всем нужно время, чтобы привыкнуть к этому хаосу, – Юки выпрямился, когда машина остановилась перед величественным особняком из темного дерева и камня.

Дом Джинву был воплощением минимализма и силы. Никакой лишней роскоши, только функциональность и пространство. Едва они вошли внутрь, Юки, передав детей няням, которые следовали за ними во второй машине, направился прямиком на кухню.

– Что ты делаешь? – Джинву с удивлением наблюдал, как юноша снимает дорогой пиджак, закатывает рукава белой шелковой рубашки, обнажая мощные татуированные предплечья, и надевает простой черный фартук.

– Готовлю, – коротко ответил Юки, проверяя остроту ножей на кухне. – Я не доверяю твоему персоналу питание моих детей. И, честно говоря, я проголодался. Кухня — это единственное место, где я могу полностью контролировать процесс созидания, а не разрушения.

Джинву прислонился к дверному косяку, завороженно наблюдая за движениями Юки. Это было похоже на танец или на мастерское владение мечом. Юки работал быстро и уверенно: овощи превращались в идеальную соломку под его ножом, мясо мариновалось в специях, которые он привез с собой в небольшом дорожном кейсе.

Запахло имбирем, чесноком, дорогим соевым соусом и чем-то неуловимо древним. Юки готовил по рецептам, которые хранились в его семье веками — блюда, которые когда-то подавались к столу первого императора Китая.

– Знаешь, – негромко произнес Джинву, глядя на широкую спину Юки. – Я смотрю на тебя и не могу поверить, какая на твоих плечах лежит ответственность. Ты — король, ты император, ты отец двоих детей. И теперь... ты мой будущий муж. Тебе всего шестнадцать, Юки. Откуда в тебе эта сила?

Юки замер на мгновение, помешивая что-то в воке. Огонь плиты отразился в его голубых глазах, делая их почти прозрачными.

– Сила берется из необходимости, Джинву, – он повернулся к Монарху, и на его лице не было привычной усмешки. – Когда ты остаешься один с наследием, способным раздавить целые континенты, у тебя нет выбора — либо ты становишься сталью, либо тебя растирают в пыль. Мои дети — это мой якорь. Моя мудрость — это мой щит. А ты...

Юки подошел к Джинву, держа в руке кулинарную лопатку, и ткнул ею в грудь Монарха.

– А ты — это непредвиденная переменная, которая сделала мою жизнь намного сложнее и интереснее.

Джинву перехватил его руку. Его пальцы коснулись татуировок на запястье Юки, и между ними снова пробежал ток — смесь маны и чистой жизненной энергии Ци.

– Я серьезно отношусь к нашему союзу, Юки. Корея и Китай теперь связаны неразрывно. Но я хочу, чтобы мы были связаны не только договорами.

Джинву сделал шаг вперед, сокращая расстояние между ними до минимума. Юки был выше его, и Монарху приходилось чуть приподнимать голову, чтобы смотреть прямо в эти небесные глаза.

– Знаешь, о чем я подумал сегодня утром, глядя на то, как Миджун играет с твоими сыновьями? – голос Джинву стал ниже, вибрируя той самой силой, которая заставляла тени трепетать.

– О чем же? – Юки прищурился, чувствуя, как внутри него просыпается опасное любопытство.

– В будущем... я хочу, чтобы у нас был общий ребенок. Наш собственный. Плод союза Теневого Монарха и Императора Поднебесной. Ребенок, в котором мана и Ци сольются в нечто совершенное.

Юки замер. Лопатка в его руке едва не выпала. Он смотрел на Джинву так, будто тот только что объявил о начале новой межгалактической войны. Секунда, две, три...

– Хао... – выдохнул Юки, и его лицо медленно начало заливаться краской — не от смущения, а от гремучей смеси возмущения и шока. – Ты меня доконать хочешь, Сон Джинву? Ты хоть понимаешь, что ты сейчас сказал?

– Я сказал то, что чувствую, – Джинву не отвел взгляда, и в его глазах не было ни капли шутки.

– Общий ребенок? – Юки наконец обрел дар речи и, оттолкнув Джинву, вернулся к плите, яростно зашипев маслом в сковороде. – У меня двое сыновей, которым по два года! У тебя дочь и взрослый сын! У нас в доме скоро будет детский сад строгого режима, а ты мечтаешь о пополнении? Ты Монарх Теней или сумасшедший селекционер?

Джинву негромко рассмеялся, и этот звук был таким искренним, что гнев Юки начал стремительно таять.

– Я просто думаю о будущем, Юки. О вечности, которую мы проведем вместе.

– Вечность... – Юки фыркнул, раскладывая дымящуюся еду по тарелкам. – Сначала переживи сегодняшний ужин. И если ты еще раз заговоришь о детях, пока я держу в руках нож, я не гарантирую сохранность твоей бессмертной оболочки.

Он поставил перед Джинву тарелку с безупречно приготовленной уткой в медовом соусе и плошку с рисом.

– Ешь, Монарх. Великие дела не делаются на пустой желудок. И позови детей. Пора кормить наших «драконов».

Ужин прошел в удивительной атмосфере. Сухо, который присоединился к ним позже, сначала вел себя скованно, но стоило Алексу залезть к нему на колени и потребовать «кусочек мяса», как лед растаял. Миджун восторженно рассказывала ШиньХуаню о своих любимых мультфильмах, а тот слушал её с таким видом, будто она зачитывала ему государственные указы.

Джинву ел молча, наслаждаясь вкусом еды, который был несравним ни с чем, что он пробовал раньше. В каждом кусочке чувствовалась страсть, сила и забота Юки.

– Это лучшее, что я когда-либо ел, – признал Джинву, когда тарелки опустели.

– Естественно, – Юки уже достал сигарету и, выйдя на террасу, щелкнул зажигалкой. – Я не делаю ничего наполовину. Если я готовлю — это шедевр. Если я правлю — это империя. Если я вступаю в союз...

Он замолчал, глядя на звезды, которые в горах казались ярче и ближе. Джинву вышел к нему, встал рядом, плечом к плечу.

– Если ты вступаешь в союз? – подсказал он.

Юки повернул голову и посмотрел на него сквозь дым. Его полуулыбка была мягкой, почти нежной.

– Если я вступаю в союз, Сон Джинву, то это навсегда. И на счет ребенка... Хао... Дай мне хотя бы пару лет тишины, прежде чем мы начнем создавать нового бога.

Джинву улыбнулся и накрыл руку Юки своей. На фоне ночного неба две фигуры — одна окутанная тенями, другая сияющая внутренней силой — казались единым целым.

– У нас впереди вся вечность, Юки. Я могу подождать.

Юки лишь хмыкнул, выпуская дым в сторону луны. Он знал, что этот человек не отступит. Но он также знал, что впервые за многие годы он нашел кого-то, кто не боится его силы, не ищет его расположения ради выгоды и готов стоять рядом с ним, когда мир снова решит сойти с ума.

– Пошли в дом, Монарх, – Юки затушил сигарету. – ШиньХуань наверняка уже пытается построить твоего Игриса в шеренгу по два, а Алекс скоро начнет жевать твои занавески. Нам нужно уложить их спать.

– Ты прав, Император, – Джинву последовал за ним. – Семейная жизнь оказывается сложнее, чем битвы с Монархами.

– Это только начало, Джинву, – Юки усмехнулся, заходя в дом. – Только начало.

В ту ночь в загородном доме Сон Джинву не было места теням прошлого. В нем зародилось нечто новое — союз, построенный на правде, силе и странной, но неоспоримой связи двух душ, которые нашли свой дом друг в друге. Корея и Китай могли спать спокойно: их короли наконец-то договорились о самом главном. О будущем, в котором будет место и для величия, и для тихих семейных ужинов под сенью древних гор.