Искуственный пилот Поттер
Крылья над бирюзой
– Ты нашла меня, Сесилия, – тихо произнес Гарри, глядя на нежные белые лепестки в своей ладони. – Среди обломков, в шуме сирен и в той пустоте, где я забыл собственное имя. Ты позвала меня обратно.
Сесилия не ответила словами. Ее глаза, чистые и глубокие, как безоблачное небо над Кентом, наполнились влажным блеском. Она подалась вперед, обвив руками его шею, и уткнулась лицом в изгиб его плеча. Гарри бережно прижал ее к себе, вдыхая тонкий аромат цветущих роз и легких духов. Белый бутон остался зажат между их пальцами, словно печать, скрепляющая негласный договор между двумя душами, прошедшими сквозь пепел и нашедшими друг в друге спасение.
– Мы больше никогда не расстанемся, – прошептала она в его шею. – Что бы ни приготовили твои бывшие мучители, какие бы интриги ни плели лорды... Ты — мой дом, Гарри. А я — твой.
– Принято, – ответил он с мягкой, почти неуловимой усмешкой, в которой больше не осталось ничего от мертвого «Объекта-Ноль». – Пожизненный контракт без права расторжения.
Сесилия тихо рассмеялась, отстраняясь и смахивая выступившую слезинку.
Оставшиеся два дня в поместье Олкотт пролетели словно прекрасный сон. Не было ни тревог, ни грохота орудий, ни назойливых вспышек фотокамер светских репортеров, осаждавших ворота после грандиозного скандала в ратуше. Британские газеты захлебывались сенсациями: арест бывшего старшего аврора Джеймса Поттера за попытку вооруженного нападения на государственном приеме, заморозка светских счетов рода Поттеров по иску дома Олкотт и триумфальное явление нового наследника древней фамилии. Но для Гарри и Сесилии этот шум оставался за глухими коваными воротами.
Они пили чай в беседке, гуляли по вересковым пустошам, спускаясь к белым меловым скалам, и вечерами сидели у камина в малой гостиной. Гарри, чья нервная система годами существовала на пределе биологического выживания, впервые почувствовал, как напряжение окончательно покидает его тело. Металлические порты на шее и позвоночнике перестали пульсировать фантомной болью — тепло заботы Сесилии и ее искренняя нежность оказались куда более сильным лекарством, чем любые армейские стабилизаторы.
Но небо не ждало вечно. Долг и приближающаяся буря звали их обратно на восток.
***
Транспортный конвертоплан Сил самообороны Японии с глухим гулом опустился на посадочную полосу военной базы на острове Окинава.
Едва гидравлические трапы коснулись раскаленного бетона, в лицо Гарри и Сесилии ударил влажный, горячий субтропический воздух, пахнущий водорослями, солью и разогретым авиационным керосином.
– Наконец-то! – донесся звонкий, нетерпеливый крик с края летного поля.
Лин Инфан, одетая в яркий желтый сарафан и соломенную шляпку, энергично размахивала руками, подпрыгивая на месте. Рядом с ней, прячась от палящего солнца под широким тканевым зонтом, стояла Шарлотта Дюнуа в легком белом платье. Чуть поодаль, сохраняя безупречную воинскую осанку даже в тридцатиградусную жару, застыла Хоки Синононо в строгой льняной рубашке.
Ичика Оримура, нагруженный двумя огромными сумками со спортивным инвентарем, с облегчением сбросил поклажу на асфальт и замахал руками:
– Гарри! Сесилия! Вы вовремя! Чифую-не уже трижды грозилась отправить нас кросс бегать по раскаленному песку, если вы задержитесь хоть на минуту!
Гарри спустился по трапу, неся легкий дорожный саквояж. На нем были простые серые брюки и черная футболка, открывавшая ровный контур плеч и тонкие металлические ободки верхних нейропортов у основания шеи. Сесилия шла следом, защищаясь от солнца изящным кружевным зонтиком, в легком кремовом комбинезоне, выглядя так, словно только что сошла со страниц журнала мод Лазурного берега.
– Гарри-кун! – из тени ангара выбежала Майя Ямада.
На учительнице был надет широкополый панамный козырек, поверх легкой блузки висел бейдж дежурного офицера, а в руках она сжимала портативный медицинский сканер. Не обращая внимания на хихиканье студенток, Майя подскочила к Гарри и принялась деловито водить датчиком вокруг его шеи:
– Температура в норме, синаптический фон стабилен... Боже, ты не представляешь, как я волновалась! Когда передали сообщение о беспилотниках над Кентом, у меня чуть сердце не остановилось!
– Со мной все в порядке, Майя, – Гарри мягко перехватил ее руку со сканером, заставив женщину остановиться. – Сесилия обеспечила идеальное прикрытие. Угроза была нейтрализована без критических перегрузок.
Майя шумно выдохнула, поправила сползшие очки и вдруг крепко, по-сестрински обняла его за шею, наплевав на устав:
– Глупый мальчишка... Ты должен был отдыхать, а не сбивать боевые дроны! Ладно, главное — ты цел.
– О, Сесилия-тян выглядит такой отдохнувшей! – лукаво протянула Шарлотта, подходя ближе и с улыбкой окидывая взглядом сияющую англичанку. – Кажется, чай в саду роз пошел на пользу не только дипломатическим отношениям?
Сесилия царственно вздернула подбородок, но румянец на ее щеках выдал истинные чувства:
– Дом Олкотт всегда держит марку, Дюнуа. Мы уладили все юридические формальности. Гарри теперь официально свободен от любых притязаний так называемой «магической Британии».
– И мы за это искренне рады, – сдержанно, но с неподдельной теплотой произнесла Хоки, слегка поклонившись Гарри. – Твой меч остался чист, а справедливость восторжествовала. Это достойно истинного самурая.
– Эй, а где Лаура? – огляделся Ичика, вытирая пот со лба. – Она же сама рвалась встречать конвертоплан.
– Кадет Бодевик на огневом рубеже, – раздался холодный, резкий голос Чифую Оримуры.
Инструктор подошла неслышно, в темных солнцезащитных очках, в легком черном армейском кителе с закатанными рукавами. В зубах у нее дымилась неизменная тонкая сигарета.
– Она с семи утра калибрует пушку «Черного Дождя». Сказала, что не намерена уступать британским аристократам в плотности огня.
Чифую остановилась перед Гарри, смерив его внимательным, цепким взглядом сквозь темные стекла очков. Ее губы едва заметно дрогнули в подобии одобрительной полуулыбки.
– С возвращением в строй, Поттер. Доклад британского штаба я изучила. Твой маневр на приеме лорда-мэра... красиво сработано. Магические консерваторы получили по зубам так, что не оправятся до следующего созыва парламента.
– Так точно, инструктор, – Гарри коротко вытянулся по струнке.
– Вольно, – бросила Чифую. – Хватит армейщины. Сегодня до вечера у вас свободный график. Раскладывайте вещи на вилле академии, купайтесь, жрите арбузы. Но завтра в шесть утра — общий подъем. Мы начинаем учения над открытой водой. И спуску я вам не дам. Ясно?
– ТАК ТОЧНО! – хором отозвался класс.
***
Вилла, выделенная Академией для первого курса на время сборов, располагалась на живописном скалистом мысу, откуда открывался потрясающий вид на бирюзовые воды океана.
После полудня, когда спал самый удушающий зной, песчаная коса перед виллой превратилась в филиал школьного хаоса.
Ичика, облаченный в простые плавки, отчаянно пытался расколоть арбуз деревянным мечом с завязанными глазами, в то время как Лин и Хоки наперебой выкрикивали взаимоисключающие подсказки: «Левее! Нет, дурак, правее на три шага! Бей прямо!». Закончилось все тем, что Ичика с размаху вогнал боккен в песок в полуметре от цели, едва не задев прыснувшую со смеху Шарлотту.
Чуть в стороне, под навесом из пальмовых листьев, за пластиковым столиком сидела Лаура Бодевик.
Немецкий лейтенант упорно отказывалась признавать прелести курортной жизни. На ней был темно-синий цельный спортивный купальник бундесвера с армейскими инвентарными номерами, на левом глазу красовалась подаренная Сесилией шелковая повязка, а перед ней лежала толстая папка с техническими чертежами охладителей IS.
– Анализ гидродинамического сопротивления при полете на высоте менее пяти метров над гребнем волны указывает на возможность кавитационного срыва, – монотонно бубнила она себе под нос, чертя стилусом в планшете.
– Лейтенант Бодевик, вы нарушаете базовый протокол термической адаптации, – раздался спокойный голос.
Лаура вскинула голову. Перед столиком стоял Гарри, протягивая ей запотевшую банку с холодным чаем из местных трав.
На нем были простые темные плавательные шорты. Солнечный свет очерчивал рельефную мускулатуру его тела — результат беспощадных физических нагрузок в тренировочных комплексах «Фантом Таск». Но больше всего привлекали внимание шрамы: аккуратные серебристые полосы вокруг портов на груди и плечах, оставленные скальпелями хирургов. Гарри больше не прятал их. Они были частью его пути, свидетельством того, через какой ад ему пришлось пройти, чтобы стоять здесь, под мирным солнцем.
Лаура невольно сглотнула, задержав взгляд на его торсе, и ее щеки мгновенно залил густой румянец. Она торопливо выхватила банку из его руки, пряча глаза в планшет:
– Я... я просто оптимизирую параметры «Черного Дождя»! Инструктор Чифую сказала, что морские маневры требуют повышенной мощности от гравитационных компенсаторов!
– Мощность бесполезна, если пилот страдает от теплового удара, – Гарри сел на соседний шезлонг. – Твой когнитивный процессор перегрет. Ты не спала прошлой ночью, изучая телеметрию боя в Кенте?
Лаура вздрогнула, сжав банку в кулаке.
– Откуда ты...
– Я видел запрос логов через закрытый канал бундесвера, – ровно ответил он. – Тебя интересует, как перстень Олкоттов нейтрализовал вирусную активацию «Фантом Таск»?
Девушка медленно опустила планшет на стол. Ее единственный открытый алый глаз смотрел на Гарри с редкой, почти болезненной искренностью.
– Да, – призналась она глухим шепотом. – Мои создатели всегда говорили, что нейросети и наномашины — это высшая ступень эволюции. Что воля, чувства, привязанности — это атавизмы, которые мешают солдату выполнять задачу. Но ты... тебя ломали сильнее, чем меня. Твои порты глубже. И все же ты отбросил их код, как грязь. Из-за нее? Из-за этой английской графини?
– Не только из-за нее, – Гарри посмотрел на берег, где Ичика наконец-то разнес арбуз на куски, вызвав бурю радостных воплей у девочек. – «Фантом Таск» заставлял меня верить, что я — лишь оружие. Но оружие существует только в момент разрушения. Когда нет войны, оружие ржавеет на складе или подлежит утилизации.
Он повернулся к Лауре:
– Человек существует ради того, что происходит между битвами. Ради вкуса холодного чая. Ради дурацких игр на пляже. Ради возможности вернуться туда, где тебя ждут. Если ты сражаешься только ради приказов, Лаура, ты уже мертва. Но если ты сражаешься, чтобы защитить этот берег... твоя броня станет несокрушимой.
Лаура замерла, глядя на то, как по бирюзовой воде бегут солнечные зайчики. Ее рука невольно коснулась шелковой повязки на левом глазу. Там, под тканью, наномашины больше не жгли нервы яростным огнем — они дремали, словно убаюканные шумом прибоя.
– Ты странный, Поттер, – прошептала она, и на ее тонких губах впервые появилась робкая, неуверенная улыбка. – Очень странный. Но... спасибо за чай.
– Гарри! – донесся с берега звонкий, требовательный голос.
Сесилия Олкотт шла по кромке прибоя, и взгляды всех присутствующих на пляже невольно обратились к ней.
На ней был потрясающий раздельный купальник сапфирового цвета, идеально гармонирующий с оттенком ее доспеха «Голубые Слезы». Тонкие завязки подчеркивали безупречные изгибы ее фигуры, золотые волосы были собраны в небрежный высокий хвост, а на ее шее сиял серебряный кулон-активатор.
Она решительно подошла к навесу, с легким собственническим прищуром посмотрела на сидевшую рядом Лауру и протянула руку Гарри:
– Хватит обсуждать тактические схемы в тени, милорд. Вода идеальная. И я требую, чтобы мой официальный защитник составил мне компанию в заплыве до рифа!
Лаура фыркнула, но в ее жесте не было прежней злобы:
– Иди уже, «милорд». А то ее светлость прикажет открыть огонь из главного калибра по шезлонгам.
Гарри поднялся, переплетая свои пальцы с ладонью Сесилии.
– Протокол пляжного отдыха принят к исполнению, – с легкой улыбкой произнес он.
Сесилия победоносно улыбнулась, увлекая его за собой в прохладную, ласкающую синеву океана. Брызги соленой воды взлетали в воздух, искрясь в лучах полуденного солнца, и в этот миг казалось, что никакая тьма в мире не способна омрачить этот идеальный, заслуженный покой.
***
На следующее утро идиллия сменилась ревом реактивных турбин и свистом рассекаемого воздуха.
– Внимание всем бортам! Выход на эшелон четыре тысячи метров! Скорость — один и два десятых маха! Держать строй «Клин»! – командный голос Чифую Оримуры звучал в шлемофонах хлестко, как удар бича.
Инструктор лично вела строй, пилотируя свой легендарный «Белый Покров». Серебристо-белый доспех первого поколения двигался с грацией абсолютного хищника, не оставляя сомнений в том, почему Чифую считалась сильнейшим пилотом эпохи.
Позади нее летели шестеро курсантов.
«Бякусики» Ичики шел по правому флангу, сверкая лазурными стабилизаторами. Рядом держала строй Хоки на модернизированном «Утиганэ-Нисики», ее катана покоилась в зажимах на бедре. «Шэньлун» Лин Инфан и «Рафаль Ривайв» Шарлотты прикрывали тыл, ведя постоянную разведку пространства.
Центр ударной группы составляли «Полночный Ворон», «Черный Дождь» и «Голубые Слезы».
Гарри чувствовал каждую линию воздушных потоков над океаном. «Полночный Ворон» не просто летел — черный доспех словно скользил по невидимым гравитационным волнам. После интеграции с родовым перстнем Олкоттов мана-конвертеры Гарри работали с пугающей эффективностью. Сырая природная магия океана, пропитанная солью и силой штормов, мягко втягивалась в воздухозаборники доспеха, преобразуясь в чистую кинетическую энергию и снимая нагрузку с основных реакторов.
– Показатели синхронизации звена стабильны, – передал Гарри в тактическую сеть. – Сесилия, сместись на пятнадцать градусов вправо. Твой левый бит испытывает микротурбулентность от спутной струи «Черного Дождя».
– Поняла, милый, корректирую курс! – мгновенно отозвалась англичанка, плавно перестраивая свой лазурный доспех.
– Не командуй моим вектором, Поттер! – огрызнулась по каналу связи Лаура, но ее тяжелый доспех послушно сместился на полметра выше, давая снайперу чистое поле обзора. – Мой рельсотрон требует стабильной площадки для стрельбы!
– Хватит трепаться в эфире! – оборвала их Чифую. – Учебные мишени класса «Сигма» активированы в квадрате сорок два. Имитация атаки роя малых дронов противника. Задача: уничтожить тридцать целей за сорок пять секунд. Время пошло!
Впереди, над бескрайней водной гладью, вспыхнули десятки оранжевых световых маркеров. Высокоскоростные учебные дроны, имитирующие боевые единицы «Фантом Таск», рассыпались веером, заходя на группу с разных высот.
– Ичика, Хоки — ближний сектор! Сдерживайте центр! – скомандовал Гарри, мгновенно беря на себя функции тактического координатора. – Шарлотта, Лин — заградительный огонь по флангам! Сесилия, Лаура — залп по дальним целям на счет три!
– Есть! – слаженно отозвались голоса пилотов.
Это была идеальная симфония стали, огня и воли.
Ичика ринулся вперед, и его клинок Юкихира Нигата расчертил воздух ослепительными белыми дугами, разрубая мишени одну за другой. Хоки прикрывала его спину безупречными, отточенными ударами тренировочного меча, двигаясь синхронно с движениями Оримуры. Лин поливала небо плазмой из своих наплечных орудий, пока Шарлотта вела ювелирный отстрел скорострельными пулеметами.
А затем ударили тяжелые орудия.
Четыре снайперских битта «Голубых Слез» открыли огонь одновременно с рельсотроном «Черного Дождя». Лазурные лучи плазмы и гиперзвуковые кинетические болты смели остатки дронов на дистанции в три километра.
Но пять мишеней, запрограммированных на маневры уклонения высшей сложности, спикировали к самой воде, пытаясь уйти от перехвата.
– Мои, – коротко бросил Гарри.
«Полночный Ворон» сложил сегментированные крылья и сорвался в отвесное пике.
Никаких реактивных выхлопов. Доспех Гарри падал со скоростью метеора, используя искажение локальной гравитации. За секунду до столкновения с волнами черная птица расправила крылья, скользнув в сантиметрах над водной гладью. Водяной шлейф высотой в десять метров взметнулся за его спиной, рассекая океан надвое.
Встроенные вибро-клинки на предплечьях Гарри вспыхнули синим пламенем.
Пять микродвижений. Пять вспышек.
Черный силуэт пронесся сквозь строй мишеней на скорости в три маха. Обломки дронов рухнули в кипящую пену прибоя, не успев даже инициировать защитные протоколы.
«Полночный Ворон» свечой взмыл обратно в зенит, застыв рядом с «Белым Покровом» Чифую.
– Время выполнения — тридцать восемь секунд, – ровно доложил Гарри. – Все цели поражены. Потерь щитов в звене нет.
В шлемофонах повисла благоговейная тишина. Даже Чифую на несколько секунд замолчала, медленно выдыхая сигаретный дым в кокпите своего доспеха.
– Неплохо, – наконец произнесла инструктор, и в ее голосе звенела неприкрытая гордость. – Очень неплохо. Бодевик, Олкотт — взаимодействие артиллерии оцениваю на отлично. Поттер... твоя пространственная ориентация на бреющем полете превосходит нормативы инструкторов высшей категории. Где ты научился так чувствовать вектор гравитации?
– Практика в закрытых туннелях «Фантом Таск», – спокойно ответил Гарри. – Там ошибки на виражах стоили жизни.
– Что ж... по крайней мере, эта дрянь научила тебя летать, – Чифую развернула свой доспех в сторону базы. – На сегодня практические стрельбы окончены. Возвращаемся на базу для дозаправки и разбора поле...
Она не договорила.
Внезапно вся тактическая сеть Академии взвыла пронзительным, режущим слух сигналом тревоги наивысшего приоритета — «Красный Код».
Экраны визоров всех доспехов мгновенно залило багровым светом. Автоматическая система оповещения Министерства обороны Японии перехватила командные каналы:
*«ВНИМАНИЕ ВСЕМ ВОЕННЫМ ЕДИНИЦАМ. ЧРЕЗВЫЧАЙНАЯ СИТУАЦИЯ КЛАССА «АЛЬФА». НЕСАНКЦИОНИРОВАННАЯ АКТИВАЦИЯ АВТОНОМНОГО ДОСПЕХА ТРЕТЬЕГО ПОКОЛЕНИЯ «СЕРЕБРЯНЫЙ КОЛОКОЛ» (SILVER GOSPEL). ОБЪЕКТ ПОТЕРЯЛ УПРАВЛЕНИЕ В РАЙОНЕ СУБТРОПИЧЕСКОГО ПОЛИГОНА США И ДВИЖЕТСЯ В НАПРАВЛЕНИИ ЖИЛЫХ КВАРТАЛОВ ОСТРОВА ОКИНАВА. СКОРОСТЬ — ТРИ И ПЯТЬ ДЕСЯТЫХ МАХА. СТАТУС ЦЕЛИ: БЕЗУСЛОВНОЕ УНИЧТОЖЕНИЕ.»*
Воздух над строем первокурсников словно застыл.
– «Серебряный Колокол»?! – вскрикнула Шарлотта в эфире. – Это же экспериментальный беспилотный IS американского производства! Тяжелая летающая крепость с крыльями свободного преломления!
– Какого черта он делает в нашем секторе?! – яростно выплюнула Лин, сжимая рукояти управления «Шэньлуна».
Чифую уже открывала закрытый командный канал штаба:
– Майя! Доложи обстановку!
На экране связи возникло бледное, испуганное лицо Майи Ямады из командного бункера базы:
– Чифую-сан! Американские военные потеряли контроль над ядром машины во время испытаний новой боевой программы! «Колокол» уничтожил три перехватчика ВВС США и перешел в автономный режим поиска целей! Он идет прямо на курортную зону Окинавы! Там сотни тысяч гражданских, эвакуацию начать не успеют! Время до входа в воздушное пространство острова — семь минут!
– Проклятье... – процедила Чифую сквозь зубы. – Все боевые части Сил самообороны на учениях у Хоккайдо. Мы — единственный боеспособный отряд в этом секторе.
– Чифую-не, мы должны остановить его! – воскликнул Ичика. В голосе парня не было страха — только решимость спасти невинных людей. – Мы же тренировались! Мы сможем!
– Ичика, ты не понимаешь! – вмешалась Лаура, и ее голос дрогнул. – «Серебряный Колокол» — это машина третьего поколения абсолютного подавления! Его крылья способны генерировать кинетические взрывы направленного действия! Он разорвет обычный доспех еще на подлете!
В этот момент в разговор вмешался Гарри.
Его голос прозвучал так тихо, но с такой леденящей, несокрушимой властью, что все споры на канале мгновенно оборвались.
– Это не сбой программы.
Чифую резко повернула голову своего доспеха к «Полночному Ворону»:
– Что ты сказал, Поттер?
Гарри поднял правую руку в бронированной перчатке. Родовой перстень Олкоттов под композитной броней пульсировал частым, тревожным изумрудным светом.
Нейропорты на шее юноши горели, транслируя в его мозг не просто телеметрию, а саму структуру мана-фона приближающейся угрозы.
– В воздухе вирусный код «Фантом Таск», – произнес Гарри, глядя на юго-восточный горизонт, где небо начинало затягиваться странной, серебристой дымкой. – Та же сигнатура, что пыталась взломать мой разум над Кентом. Скволл и ее люди перехватили управление «Серебряным Колоколом». Они намеренно направили его на Окинаву.
– Зачем?! – выдохнула Сесилия, подлетая вплотную к его левому крылу.
– Чтобы проверить предел моих возможностей, – ответил Гарри. – И чтобы заставить меня сжечь себя, спасая вас. Для них этот бой — финальный тест «Объекта-Ноль».
На секунду в эфире повисла тяжелая тишина. Страх перед неизвестным чудовищем сплелся с яростью от цинизма террористов.
– Ну уж нет, – прорычала Сесилия. В ее голосе зазвенела такая аристократическая ярость, перед которой меркли любые шторма. – Эти трусливые крысы думают, что могут дергать за ниточки в моем присутствии?! Гарри, мы сотрем эту летающую жестянку в порошок!
– Инструктор, разрешите вступить в бой, – ровно произнес Гарри, обращаясь к Чифую. – Тактический расчет: «Белый Покров» и тяжелая артиллерия Лауры свяжут его основные крылья. Ичика наносит решающий удар «Воплощением нуля». Сесилия и остальные держат периметр от кинетических осколков. А я... я перегружу его командный блок через мана-резонанс.
Чифую посмотрела на шеренгу своих учеников. На испуганную, но готовую драться Хоки. На решительного Ичику. На Лауру, в чьем единственном глазу горело пламя истинного воина, нашедшего свою причину сражаться. На Сесилию, готовую закрыть Гарри собственной грудью. И на самого Гарри — мальчика, который восстал из мертвых, чтобы стать их щитом.
Старшая Оримура опустила визор своего легендарного шлема.
– Приказ по ударному крылу Академии, – ее голос прозвучал как удар набата. – Построение «Абсолютный Клин». Ведущие — «Белый Покров» и «Полночный Ворон». Цель: защита гражданского сектора Окинавы любой ценой. В атаку, кадеты! Покажем этим террористическим ублюдкам, из какого металла выкованы крылья Академии Небесного Доспеха!
– ЕСТЬ! – единый, громоподобный рев семи юных голосов разорвал субтропическое небо.
Семь боевых машин сорвались с места, пробивая звуковой барьер синхронным хлопком, от которого содрогнулись океанские волны.
Впереди, на границе лазури и грозовых туч, уже разворачивал свои гигантские серебряные крылья вестник апокалипсиса — обезумевший «Серебряный Колокол».
Но навстречу ему летели не перепуганные дети и не бездушные механизмы. Навстречу буре неслась стая свободных птиц, ведомая черным соколом с изумрудным огнем в глазах, готовым разорвать саму ткань судьбы ради тех, кого он назвал своей семьей.