← Назад к обзору

Истинный наследник

Наследство Хаоса и неловкие тени

Сеульская ночь за окном особняка Сон была тихой, но внутри Алекса бушевал шторм, который он старательно подавлял. После зачистки Врат ранга А его тело ныло от избытка энергии. Джин Ву думал, что видел его истинную силу, когда тот сокрушил Колосса одним ударом, но Монарх ошибался. То, что Алекс продемонстрировал в подземелье, было лишь верхушкой айсберга, жалкой крупицей той мощи, что дремала в его крови.

Когда Алекс использовал силу на сто процентов, его облик менялся. Кожа бледнела до цвета кости, волосы удлинялись, а за спиной разворачивались призрачные крылья, сотканные из первобытной тьмы, которая существовала еще до появления системы и игроков. Но это был его секрет. Его козырь в игре против отца, который бросил его мать, и против мира, который считал его лишь «ошибкой».

Вернувшись в выделенное ему крыло особняка, Алекс первым делом отправился в душ. Горячая вода смывала пыль подземелья и кровь монстров, но не могла смыть липкое ощущение чужого присутствия. Он знал, что за ним следят. Тени Джин Ву были повсюду, но Алекс научился «ослеплять» их, создавая вокруг себя вакуум, в который не мог проникнуть даже Бер.

Выйдя из ванной комнаты, Алекс натянул только свободные черные штаны. Его торс оставался обнаженным, демонстрируя атлетичное, но не перекачанное телосложение. Капли воды стекали по рельефным мышцам живота, исчезая под резинкой брюк. На плече тускло поблескивала татуировка, которая после боя казалась более объемной, почти живой.

Он вытирал взлохмаченные черные волосы полотенцем, когда услышал шорох в своей гостиной.

– Ли Вон? – Алекс прищурился, входя в комнату. – Ты что здесь забыл в такой час?

Адвокат сидел в кресле, закинув ногу на ногу. Его пиджак был переброшен через спинку, а верхние пуговицы рубашки расстегнуты. В руках он держал какую-то папку.

– Твой отец попросил меня занести документы о твоем новом статусе, – Ли Вон поднял взгляд и на мгновение замер. Его серые глаза медленно скользнули по обнаженному торсу подростка, задерживаясь на каплях воды и черном пирсинге под губой. – Но я вижу, ты занят... гигиеническими процедурами.

– Положи на стол и проваливай, – буркнул Алекс, бросая полотенце на диван.

– Не так быстро, принц, – Ли Вон встал, его движения были ленивыми и грациозными. – Нам нужно обсудить пункт о неразглашении твоих способностей. То, что ты сделал в подземелье...

– Я сказал — уходи, – Алекс сделал шаг к нему, его голос стал опасно низким.

– А если нет? – Ли Вон усмехнулся, подходя вплотную. – Ты снова меня поцелуешь, чтобы я замолчал?

Алекс почувствовал, как внутри него всколыхнулось раздражение, смешанное с тем самым странным азартом, который вызывал у него этот наглый адвокат. Он протянул руку, чтобы схватить Ли Вона за воротник и выставить за дверь, но тот неожиданно ловко уклонился.

– Охотник ранга А, забыл? – подмигнул Ли Вон.

Алекс хмыкнул и сделал резкий выпад. Они начали двигаться по комнате — это не был бой, скорее странный танец. Ли Вон использовал свою скорость, чтобы ускользать, а Алекс — свою мощь, чтобы загонять его в угол. В какой-то момент Ли Вон зацепился ногой за край дорогого ковра, который постелили здесь по приказу Джин Ву.

Адвокат потерял равновесие и начал падать назад. Алекс, не желая упускать добычу, рванулся вперед, чтобы перехватить его, но инерция сыграла с ним злую шутку.

Раздался глухой звук падения на мягкий ворс ковра.

Секунду спустя ситуация выглядела максимально двусмысленно. Ли Вон лежал на спине, его белая рубашка задралась, обнажая полоску кожи на животе, а волосы, обычно идеально уложенные, теперь были живописно растрепаны. Алекс находился прямо над ним, нависая всем телом и упираясь руками в пол по обе стороны от головы адвоката. Его влажные волосы рассыпались по лбу, а капли воды с кончиков прядей упали прямо на лицо Ли Вона.

Они замерли. Тяжелое дыхание Алекса смешивалось с прерывистым дыханием Ли Вона. Небесно-голубые глаза встретились с серыми. В этот момент между ними не было ни Монархов, ни законов, ни прошлого — только странное, пульсирующее напряжение, которое, казалось, можно было потрогать руками.

– Знаешь, – прошептал Ли Вон, и на его губах появилась его фирменная, чуть порочная улыбка, – если бы я знал, что документы доставляются таким способом, я бы приходил к тебе каждый час.

Алекс почувствовал, как к его лицу приливает жар — то ли от злости, то ли от чего-то другого. Его взгляд невольно опустился к губам адвоката.

– Ты слишком много болтаешь, – прохрипел он.

В этот самый момент тяжелая дубовая дверь в комнату открылась без единого звука. На пороге стоял Сон Джин Ву.

В комнате воцарилась такая тишина, что было слышно, как тикают часы в другом конце коридора. Воздух мгновенно стал холодным и тяжелым. Тени в углах комнаты начали удлиняться и изгибаться, словно живые существа, чувствуя гнев своего господина.

Джин Ву молча смотрел на эту картину. Его сын — почти обнаженный, мокрый, прижимающий к полу его личного адвоката. И Ли Вон — растрепанный, с задравшейся рубашкой и вполне довольным видом.

Алекс медленно, очень медленно повернул голову к двери. Его лицо не выражало ничего, кроме ледяного безразличия, хотя внутри него всё кричало от неловкости ситуации.

– Отец, – произнес он, не спеша подниматься. – Ты не научился стучать, когда заходишь в чужие покои?

Джин Ву сделал шаг в комнату. Его взгляд был направлен на Ли Вона, и адвокат, несмотря на свою обычную наглость, почувствовал, как по спине пробежал холодок.

– Ли Вон, – голос Джин Ву был тихим, но в нем слышался рокот приближающейся бури. – Я просил тебя занести документы, а не устраивать здесь... это.

Адвокат кашлянул и, мягко отстранив Алекса, сел на ковре, поправляя рубашку.

– Господин Сон, я могу всё объяснить, – начал он, возвращая себе маску профессионализма, хотя его раскрасневшиеся щеки говорили об обратном. – Мы просто... обсуждали пункты контракта. В очень экспрессивной манере.

– Встань, – приказал Джин Ву, обращаясь к сыну.

Алекс нехотя поднялся. Он стоял перед отцом, выпрямив спину, и не отводил взгляда. В этот момент они были похожи как две капли воды — два хищника, делящих территорию.

– Ли Вон, уходи, – Джин Ву даже не посмотрел на адвоката. – Мы закончим наш разговор завтра в офисе.

Ли Вон быстро поднялся, подхватил свой пиджак и папку. Проходя мимо Алекса, он на мгновение задержался и едва слышно прошептал:

– Увидимся, принц.

Когда дверь за адвокатом закрылась, Джин Ву подошел к Алексу почти вплотную.

– Что это было? – спросил он, и в его глазах вспыхнул фиолетовый огонь.

– То, что ты видел, – огрызнулся Алекс. – Мы дурачились. Тебе-то что? Ты пришел сюда, чтобы прочитать мне лекцию о морали? После того, как сам разрушил свою семью за один вечер?

Джин Ву глубоко вздохнул, пытаясь подавить нарастающее раздражение.

– Я пришел сказать, что завтра мы отправляемся на встречу с представителями Ассоциации России. Они требуют твоего возвращения. Твои показатели в подземелье привлекли слишком много внимания.

Алекс усмехнулся, скрестив руки на груди.

– Пусть требуют. Я не вещь, которую можно передавать из рук в руки. И я не собираюсь возвращаться в страну, где я был никем.

– Теперь ты не никто, – Джин Ву посмотрел на татуировку на плече сына. – Ты — мой наследник. И это накладывает определенные обязательства. В том числе и в выборе компании.

– Ты мне не отец, – Алекс сделал шаг вперед, сокращая дистанцию. – Ты просто человек, который делит со мной ДНК и магический фон. Не пытайся контролировать мою жизнь. Тебе не понравилось, что я был с Ли Воном? А что, если я скажу тебе, что он — единственный человек в этом проклятом городе, который не смотрит на меня как на твое продолжение?

Джин Ву замолчал. Он видел в Алексе ту же ярость и то же одиночество, которые когда-то сжигали его самого. Но у Алекса это было помножено на юношеский максимализм и отсутствие страха перед смертью.

– Ли Вон опасен, Алекс, – тише сказал Джин Ву. – Не потому, что он охотник ранга А. А потому, что он видит в людях их слабости.

– Моя единственная слабость — это то, что я стою здесь и слушаю тебя, – отрезал парень. – Уходи. Я хочу спать.

Джин Ву еще несколько секунд смотрел на сына, затем молча развернулся и вышел.

Алекс остался один в тишине гостиной. Он подошел к окну и прижался лбом к стеклу. Его сердце всё еще колотилось. Образ Ли Вона под ним, его серые глаза и растрепанные волосы никак не выходили из головы.

– Черт, – выругался он, ударив кулаком по подоконнику.

В углу комнаты из тени медленно материализовался Бер. Муравей склонил голову, его жвалы тихо щелкнули.

– Молодой господин... – проскрежетал он. – Мой Король очень обеспокоен вашим поведением.

– Пошел вон, Бер, – не оборачиваясь, бросил Алекс. – И передай своему «королю», что если он еще раз пришлет ко мне шпионов, я скормлю их своим теням.

Бер замер, почувствовав исходящую от подростка волну чистой, первобытной тьмы. Это не была сила Теневого Монарха. Это было нечто иное — более хаотичное, более древнее. Муравей низко поклонился и растворился в воздухе.

Алекс снова посмотрел на свои руки. Его татуировка на плече начала едва заметно светиться золотистым светом. Он знал, что завтрашний день принесет новые проблемы. Россия, Ассоциация, интриги Ча Хэ Ин... Но сейчас его волновало только одно.

Он коснулся своих губ, вспоминая мимолетный поцелуй в коридоре и то, как близко было лицо Ли Вона сегодня на ковре.

– Ты играешь с огнем, адвокат, – прошептал Алекс в темноту. – И я не уверен, что ты готов к тому, что произойдет, когда этот огонь вырвется на волю.

Он лег на кровать, не гася свет. Завтра ему предстояло показать миру, кто он такой на самом деле. Но сегодня он просто хотел забыться сном, в котором не было ни войн, ни богов, ни теней — только серые глаза и обещание чего-то, что он до сих пор боялся назвать своим именем.

А в другом крыле особняка Сон Джин Ву стоял на балконе, глядя на звезды.

– Игрис, – позвал он своего верного рыцаря.

– Да, Мой Король, – тень возникла рядом.

– Следи за Ли Воном. Если он сделает хотя бы один неверный шаг в сторону Алекса... уничтожь его. Но сделай это так, чтобы мой сын никогда об этом не узнал.

– Будет исполнено, Мой Король.

Джин Ву сжал перила балкона так, что камень треснул. Он знал, что теряет контроль над ситуацией. Его сын был не просто наследником. Он был бурей, которую Джин Ву сам вызвал к жизни, и теперь ему оставалось только надеяться, что эта буря не разрушит всё, что он так долго строил.

Впереди был Сеул, полный опасностей, и два Монарха — один старый и мудрый, другой молодой и яростный, — чьи пути неизбежно должны были столкнуться в битве за истину и право быть самим собой. И в этой битве Ли Вон, кажется, уже выбрал свою сторону.