Изгой собственного сердца
Отзвук погасшей звезды
– Ты ведь знаешь, что стекло не рождается от простого сквозняка, малявка.
Голос капитана Ями Сукэхиро упал на плечи Лиоры с тяжестью погребального свода. Густой, горький дым от его сигареты смешался с запахом талой воды и застоявшегося болотного ила, забивая ноздри, щипля глаза. Тень здоровяка полностью накрыла хрупкую фигурку девочки, отрезая ее от закатного багрянца, в котором медленно утопали обугленные крыши Сосси.
Лиора не пошевелилась. Она продолжала стоять по струнке, вжав подбородок в воротник своего платья, опустив лавандовые глаза на носки стоптанных туфель. Кончики пальцев в белоснежных перчатках едва заметно онемели от холода, но внутри нее океан первозданного света послушно свернулся в тугую, едва тлеющую спираль. Ни единой лишней вибрации. Ни единого всплеска.
– Я... я не понимаю, о чем вы говорите, капитан, – прошептала она, и ее голос дрогнул с безупречно выверенной, почти болезненной неуверенностью. – Господин Аста нанес такой сокрушительный удар... Камни не выдержали столкновения антимагии и льда. Разве... разве такое не бывает?
Ями не ответил сразу. Он медленно выдохнул серую струю прямо перед собой, сквозь зубы придерживая окурок. Металлическая пластина на его наплечнике глухо звякнула, когда маг тьмы наклонился ближе – так близко, что Лиора отчетливо разглядела застарелые шрамы на его широком подбородке и черные, как бездна, зрачки, в которых не отражался закат.
– Бывает, – спокойно согласился Ями. – Когда этот полоумный карапуз бьет своей железякой, щепки летят во все стороны, а земля трещит по швам. Но вот незадача: его ржавый тесак гасит магию. Он рассекает ее в пыль, ломает формулы, стирает заклинания. Антимагия не плавит камень. Она не превращает мерзлую грязь в прозрачный хрусталь толщиной в палец за одну десятую долю секунды.
Капитан вытянул руку, и его тяжелая, мозолистая ладонь с хрустом костяшек легла на верхушку ледяной статуи, в которую превратился Хит Грайс.
– Этот парень был скотиной, – пальцы Ями сжали замерзший лоб трупа; тонкие кристаллы льда осыпались с тихим звоном. – Но он не был слабаком. Его защита выдержала бы прямой таран конницы. А он застыл в ужасе еще до того, как клинок Асты снес ему челюсть. Знаешь, почему?
Лиора молчала. Она чувствовала, как под ребрами бешено бьется сердце, словно пойманная в силки ласточка.
– Потому что его лед подточили изнутри, – Ями убрал руку от статуи и ткнул пальцем в грудь Лиоры. Толстая кожа его перчатки коснулась ткани платья ровно там, где под белым полотном и заговоренной иллюзией покоился гримуар. – Не снаружи. Из самой сердцевины. Маленький, аккуратный лучик чистого жара. Словно солнечный зайчик проскочил сквозь замочную скважину.
Капитан замолчал на долгие пять секунд. В наступившей тишине было слышно, как вдалеке плачет чей-то ребенок, как Финрал суетливо успокаивает деревенских женщин, и как Аста с глухим рычанием помогает крестьянам оттаскивать обрушившуюся стропилину от входа в амбар.
– Слушай меня сюда, мышь, – в голосе Ями не было ярости, но прорезалась такая чудовищная, сокрушительная сила, что земля под ногами девочки мелко задрожала. – Мне плевать, кто ты такая. Плевать, чей герб ты прячешь в памяти и от кого бежишь. В Черных быках у каждого второго руки в дерьме или душа набекрень. Я не лезу в твои секреты, пока они не угрожают моим идиотам.
Он затянулся в последний раз и бросил окурок в лужу, где тот погас с тихим шипением.
– Но если наступит день, когда ты решишь отсидеться за их спинами... если из-за твоей трусости или твоего проклятого страха показать зубы сдохнет хоть один из этих придурков – Аста, принцесса, Магна, да хоть Финрал... Я рассеку твой свет пополам вместе с твоей шеей. Ты меня поняла?
Лиора медленно подняла голову.
Ее лавандовые глаза больше не казались влажными от слез. В них, глубоко за зрачками, вспыхнул ледяной, несгибаемый огонь – чистый свет полудня, выжигающий саму возможность сомнения. Она встретила взгляд мага тьмы прямо, без покорности и без вызова. Как равный встречает равного на краю бездны.
– Я вступила в ваш отряд не для того, чтобы прятаться за чужими спинами, капитан, – четко, почти беззвучно произнесла она. Каждое слово было выточено из алмаза. – Моя сила останется в тени ровно до тех пор, пока она не потребуется, чтобы спасти им жизнь. Это моя клятва.
Ями криво усмехнулся, обнажив крепкие зубы. Напряжение, сгустившееся вокруг них плотным узлом, мгновенно лопнуло, словно мыльный пузырь.
– Вот и не вякай, – он смачно хлопнул ее по затылку тяжелой ладонью, отчего Лиора едва не клюнула носом в мерзлую жижу. – А то развели тут сопли: «я испугалась, я упала»... Тошнит от твоего притворства. Пошли, поможешь раненым, пока принцесса не затопила всю деревню своими крокодильими слезами.
Капитан развернулся и, шаркая тяжелыми сапогами по грязи, побрел в сторону ратуши, громко окликая старосту:
– Эй, Сейхи! Где обещанная выпивка?! Мы ваших свиней на тот свет отправили, гони причитающееся, а то я заставлю Финрала выпить весь ваш запас уксуса!
Лиора выдохнула. Длинный, дрожащий вздох вырвался белым облачком пара. Ее колени на мгновение ослабли, но она удержалась на ногах, судорожно вцепившись пальцами в ткань собственной накидки.
«Он знает. Не всё, но главное. Он почувствовал свет».
Но странно – страха не было. Вместо удушающей паники, преследовавшей ее долгие годы в деревне, внутри разлилось странное, тяжелое спокойствие. Ями Сукэхиро не собирался сдавать ее инквизиции магов или придворным следователям. Для капитана Черных быков она была просто еще одним бродячим псом с опасными клыками, которого подобрали на обочине дороги.
– Лиора! – раздался звонкий, взволнованный голос.
Из-за угла разрушенного сарая торопливо шла Ноэль. Ее серебристые хвосты растрепались, подол мокрого платья был перепачкан сажей, но на щеках горел лихорадочный, живой румянец. В руках девушка неловко держала глиняный кувшин с чистой колодезной водой.
– Ты... ты в порядке? – Ноэль остановилась в шаге от нее, высоко вздернув подбородок, но ее фиалковые глаза беспокойно скользнули по фигуре Лиоры, выискивая раны. – Капитан Ями выглядел таким свирепым... Он что, отчитывал тебя за то, что ты не помогала в бою?
Лиора мгновенно вернула на лицо маску скромной, застенчивой сироты. Она опустила плечи, мягко улыбнулась уголками губ и слегка склонила голову:
– Нет, леди Ноэль. Капитан лишь... напомнил мне о дисциплине. Я была слишком медлительна и растерялась, когда ледяные пики начали расти из земли. Простите меня за мою бесполезность.
– Глупости! – Ноэль раздраженно фыркнула, хотя румянец на ее щеках стал заметно ярче. Она сунула кувшин Лиоре прямо в руки. – Никто не ждал от тебя подвигов! Ты ведь маг поддержки... наверное. Главное, что ты не лезла под ноги и не мешала мне концентрироваться! Мое «Гнездо Морского Дракона» требует идеальной точности, знаешь ли! Одно неверное движение – и вся эта деревня ушла бы под воду!
– Ваше заклинание было великолепным, – совершенно искренне произнесла Лиора, принимая глиняный сосуд. – Без вашей защиты господин Магна и старейшина погибли бы. Вы спасли их всех.
Ноэль поперхнулась воздухом. Она явно приготовилась защищаться от привычных колкостей или насмешек, но встретила лишь тихую, неподдельную благодарность. Девушка нервно поправила край своей черной мантии, торопливо отвернувшись:
– П-подумаешь! Для члена королевской семьи это сущие пустяки! Просто помни свое место и в следующий раз держись ко мне поближе, чтобы я могла защитить тебя своим барьером, поняла?!
– Слушаюсь, леди Ноэль, – Лиора вежливо наклонила голову, пряча в лавандовых глазах теплую усмешку.
– Э-Э-ЭЙ! СМОТРИТЕ, ЧТО Я НАШЕЛ!
Крик Асты эхом прокатился над площадью. Парень вылетел из-за полуразрушенной ратуши, высоко подпрыгивая на одном месте. На его плече сидела странная, пухлая черная птица с изогнутыми рожками на голове и двумя раздвоенными перьями на хвосте. Птица с ожесточенным упорством долбила Асту острым клювом прямо в макушку, но тот, казалось, вовсе не замечал боли.
В вытянутой руке Аста сжимал круглый, тускло мерцающий камень размером с грецкий орех.
– Эта пернатая бестия клевала меня, пока я не сунул руку под завал! – радостно вопил парень, подбегая к девушкам. – А там лежала вот эта штуковина! Она так странно гудит, будто внутри сидит шмель!
Лиора замерла.
Воздух вокруг камня казался густым, словно сироп. Стоило Асте приблизиться, как ее скрытый гримуар под одеждой мелко, панически задрожал. Четыре лепестка отозвались на присутствие артефакта глубоким, утробным резонансом – чистейшая древняя мана, спавшая внутри минерала, вступила в контакт с ее абсолютным светом.
«Магический камень... – обожгло догадкой сознание девочки. – Не тот ли самый, о котором хрипел Хит перед смертью?»
– Какая безвкусная стекляшка, – Ноэль скрестила руки на груди, презрительно разглядывая находку. – Обычный кусок неочищенной руды. И сними эту отвратительную птицу с головы, она сейчас загадит твои волосы!
Птица внезапно прекратила долбить череп Асты. Ее круглые, темные бусинки глаз медленно повернулись в сторону.
Она посмотрела прямо на Лиору.
Взгляд этой маленькой твари не был птичьим. В нем читался древний, невероятно усталый, тяжелый человеческий разум. Птица слегка наклонила голову набок, ее перья на загривке встали дыбом. Она не стала приближаться к Лиоре, как к Асте, не попыталась сесть на плечо. Она замерла, словно почуяла присутствие чего-то бесконечно опасного и одновременно... смутно знакомого.
Лиора медленно отвела взгляд, сделав шаг назад.
«Она видит сквозь морок, – поняла девочка, холодея. – Эта птица... она не из нашего времени. Что, во имя рассвета, здесь происходит?»
– Эй, мелюзга! – рявкнул подошедший Магна. Все его тело было покрыто чистыми бинтами, которые наложили деревенские женщины, но на лице сияла гордая, разбойничья ухмылка. – Хватит лапать всякий мусор! Капитан сказал упаковываться! Мы возвращаемся на базу! Старик Сейхи накормил нас картошкой с салом, так что долг закрыт!
– Есть, господин Магна! – Аста моментально сунул светящийся камень в карман штанов, совершенно не заботясь о его ценности, и побежал к ожидавшему у ворот Финралу. Птица на его макушке даже не пошевелилась, прочно вцепившись когтями в серые вихры.
Лиора пошла следом, чувствуя на своей спине тяжелый, изучающий взгляд темных бусинок пернатого создания.
***
Замок Черных быков встретил их глубокой ночью, скрипом перестраивающихся коридоров и оглушительным звоном разбитой посуды.
– С ВОЗВРАЩЕНИЕМ, ГЕРОИ! – пьяный вопль Ванессы сотряс каменные своды холла, едва зеленоватый портал Финрала захлопнулся за последним из прибывших. Ведьма покачивалась на спинке дивана в распахнутом кружевном халате, размахивая полупустой бутылкой эля. – Вы спасли целую деревню! Это надо отметить! Чарми, неси мясо!
– МЯ-Я-СО-О-О! – раздался радостный писк, и гигантский бараний окорок на серебряном блюде спланировал на стол прямо перед носом ошарашенного Асты, несомый стаей крошечных хлопковых овечек.
– ЕДА-А-А! – Аста рухнул на колени перед блюдом, забыв обо всем на свете, и впился зубами в хрустящую корочку.
Начался привычный, дикий, оглушительный балаган. Лакк с безумным смехом требовал от израненного Магны подробностей боя и метал молнии в люстру; Гош сидел в дальнем углу, заливая пол носовой кровью над новой колдографией своей сестры Мари; Гордон что-то неразборчиво и жутко шептал в ухо нарисованной на стене кукле, а капитан Ями уже закрылся в уборной, захлопнув дверь так, что с потолка посыпалась вековая штукатурка.
Ноэль, сославшись на «невыносимую усталость от общения с плебеями», торопливо ускользнула на второй этаж, хотя Лиора успела заметить, как девушка бережно прижимала к груди выданный жителями Сосси маленький букетик полевых цветов.
Лиора не стала задерживаться в зале.
Она тихо, словно тень, проскользнула мимо пирующих товарищей, поднялась по винтовой лестнице на четвертый этаж и заперлась в своей комнате.
Тяжелый железный засов с глухим стуком встал на место.
Только оказавшись в абсолютном одиночестве, Лиора позволила себе закрыть глаза и прислониться затылком к холодному граниту двери. Все ее тело ломило. Удержание колоссальной энергии в узких каналах требовало в десятки раз больше сил, чем ее свободное высвобождение. Мышцы рук под белыми перчатками мелко дрожали, а в висках пульсировала тупая, давящая боль.
– Рассейся, – прошептала она.
Иллюзорная вуаль спала.
Гримуар с четырьмя лепестками взмыл в воздух над деревянным столом. Золотой и серебряный свет, чистый и первозданный, мгновенно заполнил убогую комнатку, вытесняя затхлый запах сырости ароматом весеннего рассвета и грозового озона. Четвертый лепесток горел мягким, ровным пламенем.
Лиора подошла к столу, медленно расстегнула серебряные пуговицы на манжетах и стянула перчатки.
Ее запястья горели. Вдоль тонких вен проступали золотые светящиеся нити – перегруженные каналы маны, сквозь которые она пропустила тепловой фокус в деревне. Шрамы от старых ожогов побелели, резко контрастируя с бледной кожей.
Она достала из потайного кармашка жилетки оплавленный наконечник охотничьего дротика отца и положила его рядом со своим гримуаром. Затем вытащила из рукава крошечный кристалл – обломок льда Хита Грайса, который она незаметно подобрала с брусчатки перед тем, как тело наемника остекленело окончательно. Благодаря ее микроскопическому барьеру света лед не таял даже в тепле.
– Покажи, – приказала Лиора своему свету, коснувшись пальцем книги.
Гримуар распахнулся на чистой странице.
Золотые лучи протянулись от пергамента к двум артефактам. Свет прошел сквозь оплавленный металл отцовского оружия и сквозь мертвый лед слуги Глаза Белой Ночи.
Лиора затаила дыхание.
В воздухе над столом начали формироваться полупрозрачные геометрические проекции. Это были магические круги – остаточные структуры плетения двух заклинаний, разделенных семью годами и сотнями миль расстояния.
И они совпали.
Не полностью – стихии были разными. Наконечник нес в себе след колоссального жара, а кристалл – мертвого холода. Но основа... Архитектура узлов. Метод запечатывания маны. И самое главное – способ маскировки источника, использующий редчайшие руны древнего королевского наречия.
– Тот же круг, – выдохнула Лиора, и ее сердце пропустило удар. – Тот же тайный орден.
Хит Грайс перед смертью назвал имя: «Лихт». И организацию: «Глаз Белой Ночи».
Это не были простые бандиты. Они охотились за магическими камнями. Деревня Сосси стояла на древних руинах, и камень был спрятан там веками. Но что искали эти люди семь лет назад в глухом пограничном лесу на Окраинах, где жили ее родители?
Лиора закрыла глаза, погружаясь в воспоминания того рокового вечера.
Ей восемь лет. Она сидит на пороге покосившейся избы, сжимая в руках деревянную ложку. Солнце садится за холмы. Отец перед уходом на охоту был непривычно хмур. Он чистил дротики и переговаривался с матерью шепотом, думая, что маленькая дочь не слышит.
«В лесу чужие, – говорил отец. – Не наши крестьяне и не пограничные стражники. На них белые мантии с золотым глазом. Они копают землю у Чертова кургана. Если они увидят нас...»
«Не ходи туда, Томас, – умоляла мать. – Пусть забирают что хотят. Нам-то какое дело до их раскопок?»
«Они оскверняют святилище, Марта. Если они раскопают то, что спит под курганом, от наших деревень пепла не останется».
Отец ушел. Мать пошла следом за ним через час, не выдержав тревоги.
А на следующее утро охотники принесли два изуродованных тела. И староста, жадно пряча в карман туго набитый золотом кошель с незнакомым клеймом, велел закопать их без лишних расспросов, объявив смерть делом клыков дикого вепря.
– Они нашли что-то, – прошептала Лиора, глядя на мерцающие в воздухе золотые руны. – Отец и мать попытались помешать им. Или увидели их лица. И тогда их уничтожили... как мусор.
Свет над столом дрогнул, отразившись в ее расширившихся лавандовых глазах.
Хит Грайс был лишь пешкой. Исполнителем, подчинявшимся этому загадочному Лихту. Но откуда у изгоев и фанатиков королевская магия? Откуда доступ к тайным знаниям столицы?
Ответ мог быть только один: у Глаза Белой Ночи были покровители в самом сердце королевства Клевер. Среди дворян. Среди тех, кто сидел в высоких башнях столицы и вершил судьбы мира за бокалом вина.
– Я доберусь до вас, – Лиора сжала кулаки. Свет внутри ее вен пульсировал с такой силой, что деревянный стол под ее ладонями начал тихо тлеть. – Кем бы вы ни были. Лорды, капитаны или сам король. Я выжгу вашу ложь дотла.
Она резко захлопнула гримуар, прерывая проекцию. Магический кристалл льда рассыпался в пыль, а наконечник дротика вернулся в карман.
В дверь тихо, нерешительно поскреблись.
Лиора мгновенно набросила вуаль преломления, превращая четырехлистник в невзрачный серый фолиант, торопливо натянула белые перчатки и подошла к двери.
Отодвинув засов, она приоткрыла створку.
На пороге стояла Ноэль.
Девушка уже переоделась в простую ночную сорочку из тонкого шелка, поверх которой была накинута тяжелая мантия Черных быков. Ее волосы были распущены и мягкими серебряными волнами падали на плечи. В руках она держала небольшую фарфоровую баночку.
– Леди Ноэль? – Лиора удивленно моргнула, слегка склонив голову. – Что-то случилось? Вам нездоровится?
Ноэль нервно кашлянула, отводя взгляд в темный коридор, где как раз пролетала чья-то призрачная посуда. Ее уши слегка порозовели.
– Вовсе нет! С чего бы мне хворать?! Я в абсолютном порядке! – быстро, на одном дыхании выпалила аристократка. Затем она протянула баночку вперед, почти ткнув ею Лиоре в грудь. – Вот. Возьми.
Лиора осторожно приняла сосуд. Сквозь полупрозрачный фарфор проступал слабый зеленоватый свет, а от крышки исходил тонкий аромат мяты и целебных трав.
– Это... заживляющая мазь дома Сильва, – с нарочитым безразличием протянула Ноэль, разглядывая каменную кладку стены над головой Лиоры. – Ее изготавливают лучшие придворные алхимики столицы. Она восстанавливает поврежденные каналы маны и снимает мышечные спазмы после перегрузок.
Лиора замерла. Ее пальцы в белых перчатках сжали прохладный фарфор.
– Зачем вы даете это мне, госпожа?
Ноэль раздраженно дернула плечом, но краска на ее щеках выдавала ее с головой:
– Потому что ты выглядишь как ходячий мертвец, вот почему! Думаешь, я слепая?! На площади ты еле на ногах держалась, а сейчас у тебя под глазами тени темнее, чем у того жуткого парня с зеркалом! Если ты свалишься с лихорадкой, мне придется самой убирать за тобой в замке, а я член королевской семьи, мои руки не созданы для мытья полов!
Она замолчала, переведя дыхание, и добавила уже тише, почти неслышно:
– В общем... намажь запястья. Я видела, как ты их прячешь. И... спокойной ночи, простолюдинка.
Не дожидаясь ответа, Ноэль круто развернулась на босых пятках и стремительно зашагала по коридору, взметнув подол мантии, словно спасалась бегством от собственного великодушия.
Лиора стояла на пороге, глядя ей вслед.
В темном, сыром замке, среди сумасшедших, пьяниц и изгоев, эта гордая, покалеченная собственной семьей девочка только что протянула ей лекарство, стоящее целое состояние.
Лиора посмотрела на баночку в своих руках. В груди разлилось странное, щемящее чувство – теплое и непривычное. Семь лет она жила в мире, где сирота могла рассчитывать только на зуботычины старосты и злые плевки деревенских мальчишек. В мире, где слабость каралась презрением.
А здесь... здесь слабость никого не удивляла. Здесь ее лечили мятой и жареным кабаном.
– Спасибо, леди Ноэль, – тихо прошептала Лиора в пустой коридор, закрывая дверь на засов.
***
Утро началось с грохота, который мог бы разбудить даже спящего под землей дракона.
– ПОДЪЕМ, ДАРМОЕДЫ! – рев Ями сотряс перекрытия четвертого этажа. – ЖИВО ВНИЗ, А НЕ ТО Я СНЕСУ КРЫШУ ЭТОГО КЛОПОВНИКА ВМЕСТЕ С ВАШИМИ КРОВАТЯМИ!
Лиора распахнула глаза за секунду до удара. Она уже была одета: вычищенное белое платье, серебряная жилетка, свежие, безупречно накрахмаленные белые перчатки. Мазь Ноэль сотворила чудо – ноющая боль в каналах маны утихла, оставив лишь легкую, приятную прохладу в запястьях.
Когда она спустилась в общий зал, вся база уже была на ногах.
Магна с перебинтованной головой яростно спорил с Лакком о том, кто быстрее добежит до столицы на четвереньках. Финрал судорожно приглаживал челку перед карманным зеркальцем, Ванесса лениво зевала, кутаясь в неизменный плащ, а Аста висел на одной руке на потолочной балке, отсчитывая двухтысячное подтягивание.
Ноэль сидела за столом с идеальной осанкой, делая вид, что вчерашнего ночного визита не было и в помине. Лишь когда Лиора тихо прошла мимо и едва заметно склонила голову в знаке благодарности, серебровласая девушка быстро, украдкой кивнула в ответ и тут же уткнулась в свою чашку с чаем.
Ями стоял посреди зала. Перед ним на столе лежали три увесистых кожаных кошеля, туго набитых монетами.
– Слушайте сюда, сопляки, – капитан выпустил кольцо дыма, смерив взглядом новичков. – Вчера вы закрыли миссию. Старик Сейхи передал награду через курьера, а Король Магов... хм, Юлиус накинул сверху за то, что вы не дали перерезать крестьян.
Магна аж подпрыгнул на месте:
– Звезды?! Капитан, нам дали звезды?!
– Ага, держи карман шире, – хмыкнул Ями. – Нам списали две звезды за прошлый разнесенный рынок в Китене, так что наш счет теперь... минус двадцать девять. Праздник, черт подери. Мы растем.
Ветераны дружно застонали, но Ями лишь отмахнулся:
– Заткнитесь. Деньги настоящие. Это ваша первая зарплата, салаги.
Он сгреб кошели со стола и по очереди швырнул их в троих новичков.
Аста поймал свой мешок зубами, чуть не свалившись с балки от восторга:
– ДЕНЬГИ-И-И! НАСТОЯЩИЕ ЗОЛОТЫЕ! Я ОТПРАВЛЮ ВСЕ В ЦЕРКОВЬ! ОТЕЦ ОРСИ СМОЖЕТ КУПИТЬ НОВУЮ КРЫШУ! И МЯСА ДЛЯ ДЕТЕЙ!
Ноэль поймала кошелек двумя пальцами с видом человека, которому подсунули дохлую мышь, но в ее глазах блеснула нескрываемая гордость:
– Мои первые заработанные средства... Не то чтобы я нуждалась в подачках, но... это плата за мой труд как рыцаря.
Третий кошель мягко опустился в руки Лиоры.
Тяжелый. Кожа приятно холодила пальцы сквозь белое полотно перчатки. Лиора посмотрела на мешочек, чувствуя, как к горлу подкатывает странный ком.
В деревне за год каторжного труда на полях старосты ей платили мешком гнилой репы и парой медных грошей, которых едва хватало на соль и нитки. А сейчас в ее руках было столько золота, сколько ее отец не заработал за всю свою охотничью жизнь.
Плата за защиту людей.
– Не стой столбом, тихоня, – бросил Ями, почесывая щетину. – Деньги не для того, чтобы на них молиться. Финрал!
– Да, капитан? – отозвался пространственный маг.
– Открывай дыру в Королевскую столицу. Базарный день в Нижнем городе. Бери этих троих балбесов и проследи, чтобы они спустили свое жалованье на шмотки, жратву или нормальное оружие. И чтобы не вляпались в драку с дворянами раньше обеда. У меня сегодня дела у Юлиуса, не хочу вытаскивать вас из тюрьмы.
– Слушаюсь, капитан! – просиял Финрал, подмигивая Ноэль. – Прогулка по столице с прекрасными дамами – это мой священный долг!
Слово «Столица» отозвалось в сознании Лиоры подобно удару колокола.
Королевская столица.
Сердце Клевера. Место, где сходятся все нити. Там находились Великие Архивы рыцарских орденов – хранилище отчетов обо всех инцидентах за последние полвека. Там жили великие дома, чьи тайные слуги использовали королевскую магию жара и холода. И там... там скрывался след тех, кто отдал приказ семь лет назад.
– Собирайтесь, – скомандовал Магна, закидывая биту на плечо. – Я поеду с вами! Надо присмотреть, чтобы столичные франты не обижали наших новичков!
– Я ГОТО-О-ОВ! – взревел Аста, спрыгивая с балки и потрясая кошельком.
Ноэль торопливо поправила прическу перед осколком стекла:
– Что ж... полагаю, мне не помешает обновить гардероб. Столичные лавки как раз получили осенние шелка из Алмазного королевства.
Лиора медленно спрятала кошель с золотом за пояс, под полу черной мантии с оскаленной мордой быка.
Ее лавандовые глаза были спокойны, как поверхность лесного озера перед грозой. Под белой тканью перчаток сжались тонкие пальцы.
«Я иду, – подумала она, глядя, как перед ними разворачивается бирюзовая воронка пространственного портала, ведущего в самое сердце королевства. – Прячьтесь за своими замками и родовыми гербами. Стройте козни. Ищите магические камни. Но помните одно: даже в самой глубокой тьме полуденное солнце всегда найдет трещину».
Она шагнула в мерцающий свет портала вслед за своими шумными, безумными товарищами, готовая встретить свою судьбу лицом к лицу.