← Назад к обзору

Изментт судьбу

Сталь, мука и тихие клятвы

Ночь в нашем доме всегда ощущалась иначе, чем в любом другом месте на земле. Здесь тьма не была угрожающей; она была живой, дышащей и бесконечно преданной. Мои тени, рассредоточенные по углам, замерли, превратившись в безмолвных стражей нашего покоя.

Я лежал на спине, глядя в потолок, и слушал мерное дыхание Юки. Даже во сне он выглядел изящным, его фарфоровая кожа в лунном свете казалась почти прозрачной. Но идиллия была слегка нарушена. Посреди ночи к нам, как обычно, пробрался Алекс. Наш первенец не признавал границ, когда дело касалось родительской близости.

Малыш спал в самой невообразимой позе — он лежал поперек, закинув ногу на живот Юки и уткнувшись лицом в его плечо. Юки во сне чуть нахмурился, чувствуя тяжесть четырехлетнего «захватчика», но не проснулся, лишь инстинктивно приобнял сына, прижимая его к себе.

Я осторожно приподнялся на локте. Мои движения были бесшумными — тело монарха помнило тысячи битв, где малейший шорох означал смерть. Я склонился над ними и коснулся губами лба Юки, а затем поцеловал взъерошенную макушку Алекса. В груди разлилось тепло, которое было сильнее любой маны.

В детской, дверь в которую была приоткрыта, спали близнецы. Я почувствовал их присутствие: Сухо, чья мана уже сейчас была плотной и темной, как моя, и Миджун, чья энергия была мягкой и светлой. Они спали крепко, защищенные моими лучшими воинами, скрытыми в их тенях.

Тихо, чтобы не скрипнула ни одна половица, я выбрался из постели. Сон не шел. События вчерашнего дня всё еще стояли перед глазами. Гнев Юки, его решимость защитить детей... и эта злосчастная сковорода.

Я натянул простую черную футболку и джинсы, набросил куртку и спустился на кухню. Внизу было прохладно. Я щелкнул выключателем, и мягкий свет залил помещение. На кухонном острове лежала она — героиня вчерашнего вечера.

Я взял чугунную сковороду в руки и осмотрел её. Тяжелая, надежная, она всё же не выдержала столкновения с укрепленным магией шлемом охотника Ассоциации. Дно слегка деформировалось, а ручка погнулась под неестественным углом. Я невольно усмехнулся. Мой нежный пекарь, мой Юки... кто бы мог подумать, что он способен на такое?

– Нужно купить точно такую же, – прошептал я сам себе. – Нет, даже лучше. Самую лучшую, какую только можно найти в Сеуле.

На холодильнике висел список продуктов, написанный аккуратным почерком Юки. Мука высшего сорта, черника, сливки, тростниковый сахар... и в самом низу приписка: «Джин Ву, если пойдешь в магазин, не забудь купить Алексу те наклейки с драконами, о которых он просил».

Я снял листок, сложил его и убрал в карман. Часы показывали начало пятого утра. Самое время. Круглосуточные гипермаркеты уже начали выкладывать свежий товар, а улицы еще были пусты от назойливых папарацци и фанатов.

Я вышел из дома, и прохладный утренний воздух ударил в лицо. Гараж открылся бесшумно. Я сел за руль своего черного внедорожника и медленно выехал на дорогу.

Пока машина скользила по пустынным улицам Сеула, мои мысли невольно вернулись к Ча Хэ Ин. Вчерашняя сцена в Ассоциации всё еще вызывала у меня глухое раздражение. Как она могла позволить этому случиться? Как она посмела допустить мысль, что моих детей можно рассматривать как «ресурс» или «объект для изучения»?

Я сжал руль так сильно, что кожаная оплетка жалобно скрипнула.

– Хэ Ин... – мой голос в пустом салоне прозвучал как приговор. – Ты совершила ошибку, решив, что наше прошлое дает тебе право на вмешательство в моё настоящее.

Я представил её лицо — волевое, красивое, но такое далекое. Если она сделает еще хоть один шаг в сторону моей семьи, если из её уст вылетит хоть одно слово, ставящее под сомнение безопасность Юки или детей, я уничтожу её. И мне будет всё равно, что она — сильнейший охотник страны или что когда-то Система пророчила нам общую судьбу.

Судьба изменилась в тот момент, когда я впервые переступил порог пекарни «Лазурный берег». Моя судьба пахла свежим хлебом и смотрела на меня небесно-голубыми глазами Юки. И ради этой судьбы я был готов сжечь весь мир дотла.

Гипермаркет встретил меня тихим гулом холодильников и редкими сотрудниками, которые, увидев меня, замирали на месте. Я привычно натянул кепку пониже, стараясь не привлекать внимания, хотя моя аура всё равно выдавала меня с головой.

Я шел между рядами, сверяясь со списком. Мука... пять мешков. Юки много печет, а Алекс обожает помогать ему, рассыпая половину по полу. Черника... я выбрал самую крупную и свежую. Сливки...

В отделе посуды я задержался надолго. Я пересмотрел десятки сковородок, вызывая недоумение у продавца-консультанта, который робко подошел ко мне.

– Вам чем-нибудь помочь, господин? – пролепетал парень, едва дыша от страха.

– Мне нужна самая прочная чугунная сковорода, – ответил я, не глядя на него. – Такая, которая выдержит... интенсивное использование.

– Вот эта модель от французского бренда, – он дрожащей рукой указал на массивное изделие с титановым напылением. – Она практически вечная. Выдерживает любые температуры и механические воздействия.

Я взял её в руки. Вес был правильный. Балансировка — почти как у хорошего меча. Я представил её в руках Юки и удовлетворенно кивнул.

– Беру три.

– Т-три? – удивился продавец.

– На всякий случай, – отрезал я.

Загрузив полную тележку продуктами и заветными наклейками с драконами, я направился к кассе. Расплатившись, я вышел на парковку, где уже начинало светать. Небо окрасилось в нежно-розовые тона, напоминая цвет щек Юки после долгой прогулки.

Я уже собирался сесть в машину, когда почувствовал чужое присутствие. Не враждебное, но знакомое. Слишком знакомое.

– Джин Ву.

Я медленно обернулся. В нескольких метрах от меня стояла Ча Хэ Ин. Она была в своей боевой форме, хотя оружия при ней не было. Её лицо было бледным, под глазами залегли тени. Видимо, она ждала меня здесь, отследив мой сигнал маны.

– Ты не спишь в такое время, – произнес я холодно, не выпуская из рук пакеты с продуктами.

– Я хотела поговорить, – она сделала шаг вперед, но тут же остановилась, почувствовав, как мои тени зашевелились у её ног. – Без свидетелей. Без Ассоциации.

– Нам не о чем говорить, Хэ Ин. Я всё сказал вчера.

– Ты не понимаешь, – она отчаянно взмахнула рукой. – Мир меняется. Появляются новые угрозы, которые мы даже не можем классифицировать. Твои дети... они обладают потенциалом, который может либо спасти этот мир, либо...

– Либо что? – я прервал её, и мой голос стал подобен скрежету стали. – Либо они станут угрозой, которую ты захочешь «устранить»? Или «взять под опеку»?

– Нет! – воскликнула она. – Я просто хочу, чтобы они были готовы!

– Они будут готовы, – я подошел к ней вплотную, и моя тень накрыла её, несмотря на рассветное солнце. – Но они будут готовы под моим руководством. И под защитой своего второго отца. Юки — их семья. Я — их семья. А ты для них — никто.

Хэ Ин опустила голову, её плечи дрогнули.

– Ты действительно любишь его, да? Этого пекаря?

– Я не просто люблю его, – я почувствовал, как на губах появляется жесткая улыбка. – Он — моя душа. Он — то, что делает меня человеком, а не просто Теневым Монархом. И если ты или кто-то еще попытается встать между нами или причинить вред моим детям... Хэ Ин, я забуду о том, что мы когда-то сражались на одной стороне.

– Ты угрожаешь мне? – она подняла взгляд, в котором блеснули слезы.

– Я предупреждаю, – я развернулся к машине. – Это последний раз, когда я позволяю тебе приближаться ко мне так близко. Не ищи встреч. Не присылай своих людей. Забудь дорогу к нашему дому.

Я сел в машину и захлопнул дверь. В зеркало заднего вида я видел, как она осталась стоять на пустой парковке — маленькая фигурка на фоне просыпающегося города. Мне не было её жаль. Моё сочувствие принадлежало только тем, кто ждал меня дома.

Когда я подъехал к нашему особняку, солнце уже полностью взошло. Я вошел в дом, стараясь не шуметь, но на кухне уже кипела жизнь.

Юки, в уютном домашнем халате, стоял у кофемашины. Увидев меня, он просиял.

– Ты где был? Я проснулся, а тебя нет. И Алекса в кровати тоже нет, он уполз куда-то в гостиную строить форт из подушек.

– Ходил за продуктами, – я поставил тяжелые пакеты на стол. – И купил тебе подарок.

Я достал новую сковороду и торжественно вручил её мужу. Юки взял её, оценил вес и восхищенно присвистнул.

– Ого! Джин Ву, это же... это же профессиональная серия! На ней можно жарить без масла.

– И шлемы охотников она тоже должна выдерживать лучше, – добавил я с серьезным видом.

Юки рассмеялся и, потянувшись, поцеловал меня в щеку.

– Ты неисправим. Спасибо. Поможешь мне с завтраком?

– Конечно. Что в планах?

– Блинчики с черникой. Алекс просил, чтобы они были в форме драконов.

Я начал доставать продукты, чувствуя, как утренний холод и раздражение от встречи с Хэ Ин окончательно исчезают.

– Кстати, – Юки замер, глядя на меня внимательно. – Ты встретил её, да?

Я перестал разбирать пакеты и посмотрел ему в глаза. От Юки невозможно было ничего скрыть — он чувствовал мои эмоции лучше, чем любой эмпат.

– Встретил.

– И?

– И я сказал ей то, что должен был. Больше она не появится в нашей жизни.

Юки подошел ко мне и положил ладони на мои плечи. Его небесно-голубые глаза смотрели с такой нежностью и пониманием, что у меня перехватило дыхание.

– Джин Ву, я не боюсь её. И я не боюсь Ассоциации. Пока ты рядом, мне ничего не страшно. Но я не хочу, чтобы ты превращался в монстра ради нас.

– Я не превращаюсь в монстра, Юки, – я накрыл его руки своими. – Я просто защищаю своё сокровище.

– Твоё сокровище сейчас требует наклейки с драконами! – раздался звонкий голос из коридора.

Алекс влетел на кухню, на ходу пытаясь натянуть футболку задом наперед. За ним, лениво переваливаясь, шел Бер, который, видимо, всю ночь исполнял роль «стены форта».

– Отец принес! – я достал из кармана лист с яркими наклейками.

– Ура-а-а! – Алекс схватил добычу и тут же начал лепить самого большого красного дракона прямо на дверцу нового холодильника.

Юки вздохнул, но не стал ругаться, лишь обменялся со мной многозначительным взглядом.

Вскоре дом наполнился запахом жареного теста и ягод. Проснулись близнецы, и кухня превратилась в филиал контролируемого хаоса. Я кормил Сухо из бутылочки, пока Юки укачивал Миджун, одновременно следя за тем, чтобы Алекс не съел всю чернику до того, как она попадет в блинчики.

– Джин Ву, смотри, – тихо сказал Юки, кивая в сторону окна.

В саду, на траве, сидели мои тени. Игрит и еще несколько рыцарей устроили некое подобие пикника, используя свои плащи как подстилки. Они не ели, конечно, но сама сцена была пропитана миром и спокойствием.

– Они тоже чувствуют, что мы в безопасности, – прошептал я.

– Мы всегда будем в безопасности, – Юки прислонился к моему плечу, глядя на наших детей. – Потому что у нас есть то, чего нет у Ассоциации и у всех этих охотников.

– И что же это?

– Мы есть друг у друга. И у нас есть лучшая сковорода в мире.

Я рассмеялся — искренне и громко. В этот момент я окончательно понял: линии судьбы, которые когда-то пугали меня своей неопределенностью, теперь сплелись в идеальный узор.

Пусть Хэ Ин строит свои планы, пусть мир содрогается от новых врат. Здесь, в этом доме, за этим столом, Теневой Монарх нашел свою тихую гавань. И я буду стоять на страже этого рая вечно.

Я посмотрел на новую сковороду, висящую на стене, на улыбку моего мужа и на смеющихся детей. Моя армия теней была велика, но моя армия любви была непобедима.

– Ну что, Монарх, – Юки подмигнул мне, переворачивая очередной блинчик. – Пора завтракать. У нас впереди великие дела. Нам нужно построить самый большой замок из кубиков в истории человечества.

– К вашим услугам, мой капитан, – ответил я, чувствуя себя самым счастливым человеком во всех существующих мирах.

И в этом утре, наполненном светом и ароматом черники, не осталось места для тьмы. Только для нас. Только для любви.