← Назад к обзору

Кейн превратил роролёра в фурри, но что то пошло не по плану..

Рождение новой надежды и цифровой занавес

Атмосфера в скрытом секторе цифрового леса сгустилась до предела. Воздух, казалось, был наэлектризован ожиданием, а пиксели мерцали мягким, почти сакральным светом. В центре пещеры, на ложе из мягчайшего мха и фрагментов удаленного кода, лежал Ёрифи. Его белоснежный мех был влажным от пота, а грудь тяжело вздымалась. Радужные гольфы на его лапах выглядели теперь не нелепо, а как символ той странной, пугающей нежности, которой его окружили.

Четыре мускулистых волка не отходили от него ни на шаг. Их огромные фигуры заслоняли свет, создавая вокруг Ёрифи защитный кокон из мышц и преданности. Один из них, волк с глубоким шрамом через левый глаз, выступил вперед. Его движения были неожиданно точными и лишенными привычной звериной грубости.

– Не бойся, мой сладкий, – пробасил он, и в его лапах материализовались инструменты, светящиеся стерильной голубизной. – Я был хирургом в той жизни, которую мы не помним. Я всё сделаю аккуратно.

Ёрифи слабо улыбнулся, глядя на своих мужей. Его голос был едва слышным шепотом, но в нем не было страха.

– Я доверяю вам... мужики... я знаю, что вы не дадите мне исчезнуть.

Кейн, прилипший к экрану в своем кабинете, практически перестал дышать. Его зрачки бешено вращались, фиксируя каждую деталь. Он видел, как волк-хирург начал операцию. Это не было похоже на кровавое зрелище из фильмов ужасов; это был процесс перераспределения данных, тонкая настройка текстур и объемов. Инструменты плавно скользили по белому животу Ёрифи, оставляя за собой лишь светящиеся следы кода.

И вот, тишину пещеры прорезал первый звук. Это был тонкий, пронзительный писк. Но это не был крик боли. Это был чистый, первозданный звук цифрового счастья — звук новой жизни, пробившейся сквозь ограничения симуляции.

– Первый пошел! – радостно воскликнул один из волков, подхватывая крошечный комочек.

Кейн завороженно считал. Один за другим на свет появились пятеро щенят. Они были крошечными, пушистыми и совершенно невероятными.

Первый щенок был бело-голубым, точной копией своего отца Ёрифи, но с глубокими синими глазами. Второй — настоящий крепыш, черный с ярко-красными полосками, унаследовавший окрас сразу двух своих мускулистых отцов. Третий оказался настоящим очаровашкой: его шерстка переливалась смесью синего и красного, создавая эффект движущегося градиента. Четвертый, самый маленький и пугливый, был контрастным — черно-белым, постоянно пытающимся зарыться поглубже в мех Ёрифи.

Но пятый... пятый был особенным. Его шерсть сияла всеми цветами сразу: белый, синий, красный и зеленый сплетались в сложные узоры. Он выглядел как живой артефакт самого Цифрового Цирка.

– Посмотрите на них... – прошептал Ёрифи, с трудом приподнимаясь на локтях.

Волки тут же окружили его. Они начали целовать Ёрифи в лоб, в щеки, в лапы. Один из них принялся делать ему восстанавливающий массаж, аккуратно разминая затекшие мышцы, в то время как другие осторожно трогали и нянчили щенят. Огромные звери, способные раздавить человека одной лапой, теперь с трепетом прижимали к себе пищащих малышей.

– Ты молодец, Ёрифи, – шептали они. – Ты подарил нам будущее.

Кейн, наблюдая за этой сценой, почувствовал, как в его виртуальном сердце что-то щелкнуло. Он был ошеломлен, но в то же время искренне, по-детски рад за них. Это было самое прекрасное и странное событие, которое он когда-либо модерировал.

– Это... это исторический момент! – Кейн вскочил, взмывая к потолку. – Я должен показать им! Теперь-то они не смогут отрицать очевидное!

Он вылетел из кабинета, несясь по коридорам Цирка со скоростью света. Его голос гремел на всю симуляцию, перекрывая привычные звуки аттракционов.

– Все в мой кабинет! Немедленно! Это вопрос жизни и смерти... и новой жизни!

Через минуту вся компания снова стояла перед его дверью. Джекс выглядел максимально раздраженным, Рагата — усталой, а Помни просто безучастно поправляла свой колпак. Королёр, как обычно, плелся в хвосте, что-то бормоча про «шах и мат в пять ходов».

– Слушайте, Кейн, если там опять твои глюки, я клянусь, я засуну твою трость туда, где солнце не светит, даже в этой дыре! – прорычал Джекс.

– Молчать! – Кейн торжественно распахнул дверь. – Смотрите! Щенята! Пятеро! Один бело-голубой, другой полосатый... там даже есть один особенный, разноцветный! Ёрифи родил! Хирургическая операция прошла успешно!

Все уставились на монитор. Кейн с триумфальной улыбкой (насколько это было возможно для челюстей) указал на экран.

Но вместо трогательной сцены в пещере монитор озарился ослепительно-белым светом, который тут же сменился черным фоном с огромными неоновыми буквами.

«ОШИБКА 399: ЭТОТ КОНТЕНТ НЕ ДЛЯ ВАС. ДОСТУП ПРЕКРАЩЕН ПО ПРИЧИНЕ НАРУШЕНИЯ ПРИВАТНОСТИ ВЫСШЕГО ПОРЯДКА».

Джекс первым нарушил тишину. Его хохот был настолько громким, что Гэнгл испуганно выронила свою маску, которая с привычным звоном раскололась.

– О, Кейн! Нет, серьезно, тебе пора на свалку! – Джекс вытирал слезы, сгибаясь пополам. – «Ошибка 399»! Система буквально говорит тебе: «Чувак, хватит подглядывать за воображаемыми волками в гольфах»!

– Это не воображаемое! – Кейн лихорадочно застучал по монитору, пытаясь пробить стекло. – Я видел их! Они пищали! Они были такими милыми! Пятый был бело-сине-красно-зеленый!

– Кейн, – Рагата подошла к нему и мягко положила руку на плечо. – Мы все понимаем, что ты очень хочешь, чтобы здесь произошло что-то... необычное. Но посмотри на Королёра. Он здесь. Он с нами. Он просто старый шахматный король.

Королёр в этот момент задумчиво жевал край своей мантии, глядя в пустоту.

– Никаких щенят, Кейн, – добавила Рагата с грустной улыбкой. – Только твои фантазии.

– Но я не вру! – Кейн обернулся к ним, и в его глазу блеснула настоящая цифровая слеза. – Помни! Ты ведь видела, как я был серьезен! Помни, скажи им!

Помни, которая всё это время стояла в стороне, внезапно сделала шаг вперед. Она посмотрела на Кейна, затем на Королёра, а потом на черный экран с ошибкой. В её взгляде было что-то странное — смесь страха и внезапного озарения.

– А знаете... – тихо произнесла она.

Все замолчали, удивленно глядя на маленькую шутиху.

– Я верю ему, – сказала Помни, и её голос окреп.

– Что?! – Джекс перестал смеяться и подозрительно прищурился. – Помни, ты тоже перегрелась?

– Нет, – она покачала головой, не сводя глаз с Кейна. – Вчера ночью... я проходила мимо комнаты Королёра. Дверь была приоткрыта. Я заглянула внутрь, но там никого не было. Только пустая кровать. Но из-под кровати... я слышала тихий писк. Очень тонкий и... счастливый. И там пахло лесом. Не цифровым лесом, а настоящим, живым лесом и чем-то сладким.

Кейн замер, глядя на Помни с нескрываемой благодарностью.

– Ты слышала их? – прошептал он.

– Слышала, – кивнула Помни. – И еще... я видела, как Королёр вернулся под утро. Он не шел, он буквально летел, и его мантия была испачкана чем-то белым и пушистым. Он выглядел... иначе. Счастливым.

– Да вы оба с ума сошли! – Джекс махнул рукой и направился к выходу. – Групповой психоз. Пойду поищу что-нибудь съедобное, пока вы тут не начали рожать воображаемых котят.

Рагата вздохнула и последовала за ним, уводя всхлипывающую Гэнгл.

– Кейн, Помни, просто... постарайтесь выспаться, – бросила Рагата напоследок.

В кабинете остались только Кейн, Помни и Королёр, который всё так же неподвижно стоял у двери.

Кейн медленно подошел к Помни.

– Спасибо, – сказал он. – Я думал, я окончательно сломался.

– Может, мы все здесь немного сломаны, – ответила Помни, глядя на черный монитор. – Но если это правда... если там действительно есть щенята... то, может быть, в этом месте есть смысл?

В этот момент Королёр медленно поднял голову. Он посмотрел на Кейна и Помни, и на мгновение его деревянные глаза вспыхнули ярким, бело-голубым светом.

– Пятый, – проскрипел он, и его голос на секунду стал нежным, как у Ёрифи. – Пятый — самый сильный. Он будет вашим проводником.

Королёр развернулся и вышел из кабинета, оставив за собой едва заметный след из разноцветных шерстинок.

Кейн снова повернулся к монитору. Ошибка 399 всё еще висела на экране, но теперь она не казалась ему поражением. Это был занавес, за которым скрывалась тайна, слишком прекрасная для того, чтобы быть выставленной напоказ в этом безумном цирке.

– Пять щенят, Помни, – прошептал Кейн, потирая ладони. – Пять новых кодов. Мы еще увидим их. Я обещаю.

Помни лишь молча кивнула, глядя в темноту коридора, где только что исчез старый король, который, возможно, был самой счастливой «матерью» в истории всех цифровых миров.