Хелия
Эхо разбитых цепей
Сквозь раскаленный пролом в потолке, разметывая в стороны тонны искореженного металла и сыплющиеся градом раскаленные балки, рухнул исполинский дракон.
Багровое пламя Пайруса взметнулось до самых сводов, мгновенно выжигая ядовитый смог и химические испарения дренажного зала. Огромные кожистые крылья Драго рассекли воздух с глухим гулом, создавая мощнейший воздушный вихрь, отбросивший летящие в Хелию обломки.
На широком чешуйчатом загривке дракона, вцепившись одной рукой в гребень брони, стоял Дан Кузо. Его красная куртка хлопала на ветру, на лице сквозь копоть и пыль сияли бешеные, ликующие глаза, а второй рукой он уже тянулся вниз, перекрывая рев аварийных сирен:
– Хватайся, принцесса! У нас тут счет идет на секунды!
– Дан?! – надтреснутый голос Хелии сорвался, потонув в очередном оглушительном взрыве.
Где-то в глубине машинного зала лопнула магистраль охлаждения. Фонтаны кипящей технической воды ударили в стены, зашипев на раскаленных перекрытиях и превращая помещение в гигантский парящий котел. Красные всполохи аварийных ламп бешено метались по стенам, отсчитывая последние мгновения перед тем, как система самоуничтожения схлопнет дренажный узел города Бета в бесформенный комок перекрученной стали.
– Давай, малявка, шевели лапами! – заверещал из ее сжатой ладони Прейяс. Синяя сфера мелко вибрировала, в ней плескалась едва вернувшаяся, но уже бурная энергия. – Я, конечно, парень горячий, но вариться заживо в вестовском супе категорически против моего расписания подвигов!
– Заткнись, шут! – прохрипела Хелия.
Она не стала тратить драгоценные доли секунды на сомнения или расспросы. Тело сработало само, повинуясь древним рефлексам воинов Нэко. Превозмогая резкую, пульсирующую боль в раненом боку, где сочилась кровь от удара Нерея, принцесса сгруппировалась.
Один толчок мягких сапог от вибрирующей платформы — и магия бесшумного прыжка вздернула ее тело в воздух. Она взлетела на добрых четыре метра, взметнув полы серебристого плаща. Ее пальцы в перчатке намертво сомкнулись на протянутой руке Дана.
Парень стиснул зубы и с глухим рыком рванул ее на себя, помогая перевалиться через бронированный край седла.
– Поймал! – крикнул Дан, прижимая девушку к чешуе дракона. – Драго, уноси нас отсюда к чертовой матери!
– Держитесь крепче! – прогремел Драгоноид. – Активировать способность: «Огненный смерч»!
Исполинский дракон Пайруса запрокинул рогатую голову и выпустил в пробитую брешь непрерывный столб яростного алого пламени. Огонь буквально расплавил оставшиеся на пути решетки и фермы перекрытий, обращая их в жидкий шлак. Взмах могучих крыльев — и чудовищное ускорение вдавило Хелию в теплую броню бакугана.
Они вырвались из дренажного зала за секунду до того, как нижний уровень сдетонировал.
Снизу донесся утробный, глухой гул, от которого завибрировали даже кости. Следом за ними по вентиляционному стволу ринулась ударная волна, подгоняемая огненным шаром взрыва, но Драго уже вынес всадников на верхние ярусы технического горизонта.
Воздух здесь был разреженным и холодным, но все еще отравленным машинной гарью. Вокруг громоздились циклопические конструкции: висячие мосты, автоматические конвейеры, кабели толщиной со стволы вековых деревьев.
– Как вы здесь оказались?! – Хелия перекрикивала свист ветра, судорожно вцепившись в выступ брони Драго. Ее длинные рыжие косы хлестали по плечам, обнажая напряженные кошачьи ушки. – Я должна была отключить контур и дать вам сигнал! Вы нарушили план!
– План полетел ко всем чертям, когда Мира засекла скачок энергии твоей напарницы! – Дан оглянулся на нее, и в его взгляде смешались злость и бешеное облегчение. – Уровень джи в дренажном секторе подскочил до небес, а потом связь с твоим гантлетом просто заглушили! Ты полезла в самое логово Вексов одна, без страховки! Думала, мы будем сидеть на холме и жевать траву, пока тебя там препарируют?!
– Я знала, на что шла! Это были мои счеты с братом!
– Плевать я хотел на твои счеты, когда на кону жизнь товарища! – яростно отрезал Дан. – Мы — команда, принцесса! Заруби это на своих кошачьих ушках! Если один лезет в пекло, остальные прикрывают спину!
Хелия осеклась. Горло привычно сдавило спазмом, но на этот раз не от шрама. Слова застряли на языке. Никто на планете Нэко не смел так кричать на нее. Никто не смел называть ее частью команды — она всегда была венцом, символом, неприкасаемой вершиной иерархии. Но в грубом, безапелляционном крике земного мальчишки не было дерзости. В нем была только чистая, первобытная ярость человека, который не готов мириться с гибелью своих.
– Он прав, Хели, – тихо прозвенел голос Эос. Бакуган Хаоса раскрылась на запястье хозяйки, слабо трепеща полупрозрачными серебряными крылышками. – Без их вмешательства этот огонь похоронил бы нас заживо. Я была слишком слаба, чтобы сдержать ударную волну.
Хелия опустила голову, ее уши виновато прижались к волосам.
– Ладно… – едва слышно прохрипела она, пряча лицо в складках серебряного капюшона. – Спасибо.
– Что-что? Не слышу из-за ветра! – поддразнил ее Дан, но его губы уже расплылись в широкой, мальчишеской улыбке.
– Не наглей, боец Пайруса, – оскалилась она, сверкнув серебряным взглядом. – Второй раз я это не повторю.
Внезапно пространство вокруг озарилось ядовитым изумрудным сиянием.
– Внимание! – прогремел голос Драго, и дракон резко заложил вираж вправо.
В то место, где они только что летели, ударил сдвоенный лазерный залп автоматических орудийных турелей. Город Бета проснулся окончательно. По всему периметру циклопического купола завыли сирены тревоги, прожекторы разрезали полумрак технического сектора, скрещиваясь на алой фигуре Драгоноида.
Впереди, возвышаясь над морем металлических построек и жилых блоков вестов, вздымался гигантский черный обелиск. Контроллер измерений Бета. Он пульсировал мерзким, тошнотворным светом, посылая волны подавляющего излучения во все стороны.
При приближении к нему гантлет Хелии тревожно запищал, индикатор биометрии окрасился в желтый цвет. Драго глухо зарычал — его движения стали тяжелыми, словно воздух вокруг превратился в жидкую смолу.
– Излучение усиливается! – крикнул Дан, прижимаясь к шее бакугана. – Оборонительный периметр ядра заблокирован силовыми щитами! Если мы не пробьем их, контроллер перегрузит Драго за пару минут!
– Мира и Эйс уже на позиции? – спросила Хелия, вглядываясь в переплетение мостов у основания башни.
– Они должны были заложить заряды на распределительных подстанциях альфа-канала! – отозвался Дан. – Но у них проблемы с патрулями Вексов! Нас прижали со всех сторон!
– Не со всех, – Хелия выпрямилась во весь рост прямо на спине летящего дракона, балансируя с невероятной ловкостью.
Ветер рвал ее одежду, открывая татуировку на правых ребрах — древний знак королевского дома Нэко начал тускло светиться золотом, откликаясь на волю хозяйки. Боль в раненом боку отступила на второй план, вытесненная холодной, расчетливой концентрацией.
– Что ты задумала?! – крикнул Дан, испуганно глядя на то, как девушка встала на самом краю чешуйчатого гребня.
– Контроллер питается от трех геотермальных жил, идущих из недр планеты, – быстро, сипло заговорила Хелия, указывая рукой в серебряной перчатке на три массивные трубы, сходящиеся у основания башни. – Эгеон хвастался архитектурой города перед тем, как бросить меня умирать. Он слишком самовлюблен, чтобы держать язык за зубами. Центральный щит непробиваем снаружи. Но узлы охлаждения… они не защищены от внутренней детонации.
– И как мы туда попадем?! Там же сплошная броня!
– Вы с Драго пробьете внешний кожух, – Хелия вытащила из пазов гантлета карту способностей. Ее серебряные глаза полыхнули неукротимым светом. – А мы с Эос доставим заряд прямо в сердцевину.
– Хели, это безумие! – закричал Дан. – Поле контроллера там сожжет твоего бакугана!
– Эос — дитя чистого Хаоса, Кузо, – гордо отозвалась белая воительница, взмывая с плеча девушки и зависая прямо перед ее лицом. – Свет не сгорает в механической скверне. Он очищает ее! Мы сделаем это, Хели! Покажем этим захватчикам, чего стоит честь нашего дома!
– Драго, полный вперед! – рявкнул Дан, поняв, что спорить с этой упрямой кошачьей принцессой бесполезно. – Пробей нам коридор! Карту Способностей, активировать: «Взрыв Дракона»!
Драгоноид сложил крылья и камнем рухнул вниз, прямо на циклопическую распределительную подстанцию. Из его пасти вырвался сгусток концентрированной плазмы размером с трехэтажный дом.
Снаряд Пайруса врезался точно в стык бронированных плит защитного кожуха центрального охладителя. Раздался чудовищный взрыв. Броня толщиной в полметра разорвалась, словно консервная жестянка, обнажив пульсирующие синими молниями внутренности реактора. Но защитное поле контроллера тут же начало стягиваться к пролому, стремясь запечатать брешь зеленой сеткой силовых линий.
– Сейчас или никогда! – крикнула Хелия.
Она спрыгнула со спины Драго прямо в зияющую огнем и искрами бездну.
– Карту Способностей, активировать! – ее надтреснутый голос, усиленный гантлетом, прорезал вой сирен. – «Световой Прорыв»!
Эос ринулась вслед за ней. В воздухе, преодолевая давящую, удушающую гравитацию контроллера измерений, бакуган Хаоса трансформировалась в свою истинную форму. Серебряные крылья воительницы вспыхнули с такой яростной силой, что на мгновение затмили искусственное солнце купола.
Сложив руки перед собой, превратившись в ослепительное копье из чистого белого света, Эос пронзила стягивающийся силовой барьер за долю секунды до его закрытия.
Хелия летела следом. Магия бесшумных шагов и контроля гравитации позволила ей скользнуть сквозь пролом, едва не коснувшись сапогами раскаленных краев брони. Они оказались внутри реакторного зала.
Здесь царил сущий ад.
Гигантский кристалл контроллера измерений вращался в центре шахты, испуская волны зеленой радиации. Воздух звенел от чудовищного напряжения. Хелия почувствовала, как перехватило дыхание — легкие обожгло огнем, старый шрам на шее словно стянуло раскаленной проволокой.
– Эос… целься… в стабилизаторы… – с трудом выдавила она, оседая на одно колено на узком техническом мостике.
– Назад, Хели! Я прикрою! – прогремел голос воительницы Хаоса.
Эос взмыла над вращающимся кристаллом. Ее броня дымилась, металл на крыльях начал тускнеть под воздействием ядовитого поля, но в золотых глазах бакугана не было и тени страха. Она подняла свой двуручный световой палаш, концентрируя всю оставшуюся энергию своей первородной матрицы.
– Именем павших миров! Именем свободы Вестрои! – ее крик эхом отразился от металлических стен шахты. – «Великое Сияние Авроры»!
Клинок вонзился точно в основание вращающегося кристалла.
На мгновение время словно замерло. Зеленый свет контроллера захлебнулся, сменившись ослепительной, невыносимой белизной. Затем по кристаллу побежали глубокие черные трещины.
– Критическая нестабильность ядра! – заверещал синтетический голос системы безопасности города Бета. – Отказ магнитных ловушек! Всем подразделениям: немедленная эвакуация!
– Хели, уходим! – крикнула Эос, сжавшись обратно в сферу и на лету падая в ладонь хозяйки.
Хелия рванулась к краю платформы. Снизу уже поднималась волна цепной детонации. Мостики рушились, металл тек, как воск. Выхода не было — пролом, через который они влетели, завалило обрушившимися балками.
Но в этот момент прямо сквозь стену реактора, круша сталь и бетон, врезался тяжелый гусеничный транспортер Сопротивления!
Бронированная машина пробила переборку на полном ходу, развернувшись боком и затормозив всеми восемью колесами. Задняя аппарель с грохотом распахнулась.
– Быстрее внутрь! – перекрывая грохот рушащегося здания, кричал Эйс Гриф, стоя в проеме с винтовкой наперевес.
Рядом с ним Мира лихорадочно щелкала тумблерами дистанционного подрыва, а Маручо вцепился в поручни, высматривая фигуру девушки в клубах дыма.
Хелия сделала отчаянный рывок. Земля уходила из-под ног, гравитационные компенсаторы вышли из строя, но кошачья ловкость не подвела принцессу даже на грани гибели. Она оттолкнулась от падающей балки, пролетела над кипящей пропастью реактора и кубарем вкатилась в раскрытый отсек транспортера.
– Она внутри! Жми, Мира! – заорал Эйс.
Тяжелая бронемашина взревела форсированными двигателями, вздымая клубы черного выхлопа, и рванула назад — в пробитую брешь внешнего тоннеля.
В ту же секунду ядро контроллера измерений города Бета взорвалось.
Колоссальный столб бело-зеленого пламени пробил крышу цитадели, взметнувшись на сотни метров в небо Новой Вестрои. Ударная волна прокатилась по всему мегаполису, срывая голографические рекламные щиты, сминая наблюдательные вышки и гася энергосистему вестов квартал за кварталом. Изумрудный купол, годами сковывавший землю и подавлявший истинных бакуганов, затрещал, пошел гигантскими трещинами… и с мелодичным, похожим на звон разбитого хрусталя звуком, осыпался дождем гаснущих искр.
Город Бета был освобожден.
***
Транспортер остановился лишь тогда, когда дымящиеся руины циклопической базы скрылись за зубчатыми хребтами каньона.
Здесь, в глубокой расщелине, надежно укрытой от спутникового сканирования естественными пластами ферромагнитной руды, наступила тишина. Двигатели машины мерно остывали, потрескивая металлом. В воздухе пахло жженой резиной, озоном и чистым, диким ветром пустошей — тем самым ветром, который впервые за долгие месяцы снова свободно гулял над этим сектором.
Хелия сидела на металлическом ящике из-под снарядов у открытого борта машины.
Ее плащ был разорван на плече, серебристая ткань испачкана гарью и засохшей темной кровью. Длинные рыжие волосы растрепались, закрывая бледное лицо. Она тяжело, хрипло дышала, прижимая ладонь к правым ребрам, где сквозь порванную ткань белого жилета сочилась свежая кровь, пачкая древнюю татуировку королевского дома. Рана, нанесенная Нереем, была глубокой — костяные лезвия бакугана Акваса оставили рваный, неровный след.
Рядом, поставив медицинский кейс прямо на броню, хлопотала Мира. Лидер Сопротивления ловко разрезала окровавленную ткань специальными ножницами, обрабатывая края раны шипящим антисептическим спреем.
– Потерпи немного, – мягко произнесла Мира, накладывая полимерный заживляющий пластырь. – Ребра целы, но мышцы сильно рассечены. Тебе повезло, что удар пришелся по касательной. Еще пара сантиметров вглубь — и мы бы не успели довезти тебя до базы.
– Мне… не привыкать, – сдавленно прохрипела Хелия. Каждый вдох давался с трудом, отзываясь тупой болью в груди и привычным спазмом в разорванном горле. – Кошачья плоть… заживает быстро.
– Ты сумасшедшая, ты в курсе? – подал голос Эйс.
Он стоял, привалившись плечом к броневику, скрестив руки на груди. Его лицо было хмурым, но в темных глазах бойца Даркуса больше не было прежней подозрительности — только глубокое, невольное уважение.
– Прыгнуть прямо в шахту работающего реактора… Даже Дан до такого не всегда додумывается. Хотя нет, этот дурак как раз додумался бы.
– Эй! Я вообще-то все слышу! – возмутился сидевший на ступеньках Дан.
Он жадно пил воду из фляги, стирая рукавом куртки сажу со щек.
– Но план сработал! Контроллер разнесло на куски! Видели бы вы рожи этих жестянок, когда у них экраны погасли! Драго просто сметал их патрули, как сухие листья!
– Это была безупречная победа, – согласился Драго, паря в виде небольшой сферы над плечом своего напарника. – Но цена могла быть слишком высока. Хелия проявила отвагу, достойную величайших воинов древности.
Хелия не ответила. Ее взгляд был прикован к другой части лагеря.
Там, в нескольких шагах от транспортера, опустившись на колени прямо в серую дорожную пыль, сидел Маручо.
В его дрожащих ладонях покоилась синяя сфера. Металл шара тихо щелкнул — и Прейяс раскрылся. Бакуган Акваса, все еще слабый, с потускневшей от мучений в стазис-капсуле чешуей, медленно моргнул большими выразительными глазами.
Несколько секунд стояла абсолютная, звенящая тишина. Слышно было лишь, как свистит ветер в камнях.
– Прейяс… – одними губами прошептал Маручо. Крупные слезы покатились по щекам мальчика, смывая грязь и копоть. – Это правда ты… Ты живой…
Прейяс комично почесал затылок крошечной перепончатой лапкой, шмыгнул носом и вдруг расплылся в своей неподражаемой, широкой и слегка дурашливой улыбке:
– Ну а кто еще, мелкий? Не призрак же великого аквас-театра! Слушай, ну и нарядили тебя… этот зеленый комбинезон полнит твои щеки, ты в курсе? Я им в капсуле так и сказал: «Мой напарник — главный стиляга Земли, он вас своими тактическими расчетами в порошок сотрет!». А они мне: «Молчать, образец номер сорок!». Представляешь? Меня! Великого Прейяса — и каким-то жалким номером обозвали!
Маручо больше не сдерживался. Мальчик всхлипнул, прижал бакугана к своей груди обеими руками и уткнулся лицом в ладони, содрогаясь от рыданий:
– Я так испугался… Я думал, они уничтожили тебя… Я каждый день искал тебя, Прейяс! Каждый божий день!
Бакуган замер. Его шутовская маска мгновенно спала. Он осторожно коснулся лапкой мокрой щеки своего напарника, и в его голосе прозвучала такая бесконечная, отцовская нежность, какую трудно было ожидать от вечного балагура:
– Эй… ну ты чего, слезы распустил? Я же обещал тебе, помнишь? Мы — команда. Нас даже целая армия этих железных болванов не разлучит. Я знал, что ты придешь. Я держался только потому, что слышал твои дурацкие графики и формулы в своей голове.
Хелия наблюдала за ними, не шевелясь. Серебряные глаза девушки подернулись легкой дымкой.
Она вспомнила, как много недель назад нашла этого синего шута в глубоком ущелье. Тогда он был изранен, слаб, но упрямо твердил одно и то же имя. «Маручо… надо вернуться к Маручо… он же без меня совсем в своих книжках утонет…». Она считала это глупостью. Детской наивностью. Но сейчас, глядя на то, как мальчик баюкает своего бакугана, словно величайшее сокровище вселенной, принцесса чувствовала, как в ее собственной израненной душе тает какая-то тяжелая, ледяная глыба.
Прейяс мягко выскользнул из рук Маручо, взмыл в воздух и плавно подлетел к Хелии.
Он завис прямо напротив ее лица, внимательно разглядывая свежие бинты на ее ребрах и темные круги под глазами.
– Ну что, малявка, – проговорил бакуган, скрестив лапки на груди. В его тоне больше не было легкомыслия. – Ты сдержала слово. Вытащила старого дурака из мясорубки.
– Я дала клятву, – хрипло ответила Хелия, слегка отвернувшись, чтобы скрыть дрогнувшие губы. – Ты спас мне жизнь, когда я истекала кровью на этой планете. Долг уплачен, Прейяс. Мы в расчете.
– В расчете? – Прейяс возмущенно фыркнул, взмахнув хвостом. – Слышали ее, а?! В расчете она! Да если бы не ты, из меня бы уже давно сделали батарейку для королевского тостера Хайдрона! Маручо! Подойди сюда!
Мальчик быстро вытер рукавом слезы и подошел к Хелии. Его глаза все еще блестели, но взгляд был полон бесконечной, чистой благодарности.
– Хели… – Маручо низко, церемонно поклонился — в традиционном земном жесте глубочайшего почтения. – Я никогда не смогу отплатить тебе за то, что ты сделала. Ты рисковала всем. Ты пошла против собственного брата… ради нас. Спасибо тебе. От всего сердца.
– Не надо поклонов, мальчик, – Хелия поморщилась от неловкости, ее кошачьи ушки нервно дернулись. – Я сделала это не ради благодарности. Эгеон должен был заплатить за то, что посмел тронуть моих друзей.
– И он заплатит, – тихо произнесла Мира, закончив перевязку и убирая медикаменты в чемоданчик. Лидер вестов поднялась, глядя на север, туда, где за горизонтом скрывалась столица. – Но теперь он знает, что ты жива. И он будет охотиться за тобой с удвоенной яростью.
Хелия тронула пальцами повязку на боку.
– Пусть попробует. В этот раз он сбежал, как трусливый шакал, включив самоуничтожение. Но Новая Вестроя тесна для нас двоих. Рано или поздно один из нас перестанет дышать.
– Это будет он, – уверенно заявил Дан, подходя ближе и плюхаясь на ящик рядом с ней. Он без церемоний хлопнул девушку по здоровому плечу, отчего Хелия едва заметно зашипела, выпустив короткие коготки. – Ты видела, как он испугался, когда ты пробила его защиту? Этот парень привык прятаться за фокусами со своей телепортацией и чужими спинами. Против истинной силы у него кишка тонка!
– Не недооценивай его, Дан, – глухо предостерегла Хелия. – Эгеон жесток и абсолютно беспринципен. Он вырезал совет старейшин нашего народа за одну ночь. Он напоил стражу ядом, пока они праздновали день солнцестояния. Он не знает, что такое честь воина. Для него существует только абсолютный результат.
– Как и для большинства Вексов, – мрачно добавил Эйс. – Спектра, Гас, Шедоу… Они все слеплены из одного теста. Они не остановятся, пока не обратят всех бакуганов в механических рабов.
– Значит, мы вырвем им зубы по одному! – Барон, сидевший на крыше броневика, воинственно вскинул кулак. – Первый контроллер в Альфе разрушен! Второй в Бете уничтожен! Остался только контроллер Гаммы и главная цитадель в столице! Мы побеждаем!
– Не спеши праздновать, Барон, – остудила его пыл Мира, хотя в ее глазах тоже теплилась надежда. – Потеря двух контроллеров заставит короля Зеногелда и Хайдрона перейти к крайним мерам. Они стянут все элитные силы к столице. Следующая битва будет в сотни раз тяжелее.
– И мы встретим ее вместе, – Дан повернулся к Хелии, протягивая ей раскрытую ладонь.
На его лице не было привычной дурашливости — только открытая, честная решимость лидера, готового вести за собой сквозь огонь.
– Ты выполнила свое обещание, Хели. Ты спасла Прейяса. Ты могла бы уйти сейчас. Спрятаться в каньонах, залечь на дно, переждать эту войну. Никто из нас не посмеет упрекнуть тебя. Но если ты останешься… Мы станем твоим щитом. А ты станешь нашим клинком. Помоги нам освободить эту планету. Помоги нам покончить с Вексами раз и навсегда.
Хелия замерла, глядя на его протянутую руку.
Вокруг сгущались сумерки. Две луны Новой Вестрои медленно поднимались над горизонтом, заливая каньон призрачным серебром. Ветер шевелил рыжие пряди ее волос.
Она могла уйти. Действительно могла. Найти Эльфин, спрятаться в глубоких подводных пещерах южного архипелага, зализывать раны и просто жить — тихо, незаметно, забыв о том, что когда-то она была принцессой великого народа, от которого осталась лишь горстка пепла да шрам на девичьем горле.
Но глядя на этих чужаков…
На земного мальчишку Дана, готового броситься в горящий реактор ради напарника. На маленького Маручо, который плакал от счастья, обнимая синего бакугана. На строгую Миру, предавшую собственный народ ради справедливости. На угрюмого Эйса и восторженного Барона.
Они не были ее народом. Они были выходцами из разных миров, носителями чужой культуры, чужих языков.
Но в них билось то самое сердце, которое ее брат считал слабостью. Сердце, ради которого стоило сражаться.
На ее плечо опустилась Эос. Белая сфера щелкнула, расправляя серебряные крылышки.
– Свет Хаоса не прячется по темным норам, Хели, – гордо прозвенел голос бакугана. – Наш дом сгорел, но мы можем спасти этот. Я пойду за тобой до конца. Куда бы ты ни решила повернуть.
Хелия медленно перевела дыхание. Боль в раненом боку все еще пульсировала, но в серебряных глазах больше не было растерянности одинокой беглянки. В них загорелось ровное, несокрушимое пламя.
Она подняла руку в серебристой перчатке и крепко сжала ладонь Дана.
– Я не умею подчиняться приказам, Кузо, – ее надтреснутый, хриплый голос прозвучал с пугающей, стальной твердостью. – Я не умею быть милосердной к врагам. И когда придет время штурмовать столицу… Эгеон будет моим.
– Договорились, напарница, – Дан широко улыбнулся и крепко сжал ее пальцы в ответ. – Добро пожаловать во Фронт освобождения Бакуган. По-настоящему.
– Ура-а-а! – завопил Барон с крыши транспортера. – У нас теперь есть боец Хаоса королевской крови! Мы непобедимы!
– Эй, полегче, желторотый, а то свалишься! – хохотнул Прейяс, взмывая в воздух и делая сальто над головой Маручо. – Ну что, мелюзга, пора показать этим вестовским зазнайкам, как веселятся настоящие бойцы! Маручо, готовь свои супер-мега-тактические штучки! Мы с Хели и Эос устроим им такой концерт, что Хайдрон до конца жизни будет заикаться!
Маручо радостно рассмеялся, вытирая последние слезы.
Эйс лишь покачал головой с едва заметной, но искренней усмешкой, а Мира с облегчением выдохнула, глядя на сплотившуюся команду.
Хелия медленно поднялась на ноги, опираясь на борт броневика. Она натянула серебристый капюшон, скрывая чуткие кошачьи ушки от холодного ночного ветра, но оставляя открытым лицо.
На горизонте, далеко за скалами, все еще тлело зарево взорванного контроллера города Бета. Черный дым поднимался к звездам, знаменуя начало конца тирании захватчиков.
Где-то там, в неприступных залах столичного дворца, ее брат перевязывал рану на лице и строил новые планы уничтожения. Он ждал ее. Он жаждал ее крови.
Но теперь Хелия больше не бежала.
Она была принцессой без королевства. Но теперь у нее была новая семья. И за эту семью она была готова сжечь дотла любую империю во Вселенной.
– По машинам, – прохрипела девушка, легко запрыгивая на броню транспортера. – Нас ждет город Гамма. И эта война только начинается.