← Назад к обзору

Хоррор в реальной жизни

Король Хаоса: Последнее проклятие

Серый саван неба давил на плечи тяжелее, чем вся мощь небесного воинства, с которой я когда-то сражался. Сеул замер. Даже вечно спешащие машины на шоссе вдали, казалось, приглушили свой гул. Сегодня был день, когда мир официально прощался с Сон Юки.

Я стоял у края разверстой могилы, облаченный в безупречный черный костюм. Моя новая рука, созданная из чистой маны и плоти, ощущалась чужой, словно протез, хотя внешне ничем не отличалась от прежней. Но внутри... внутри всё выгорело. Я, Монарх Теней, повелитель жизни и смерти, стоял перед ямой, в которую должны были опустить гроб с моим младшим сыном. И я был тем, кто наполнил этот гроб.

Хэ Ин стояла рядом. Её лицо, скрытое под черной вуалью, казалось высеченным из холодного мрамора. Она не плакала. Её слезы закончились еще три дня назад, когда я принес его тело домой. Теперь в ней жила лишь ледяная, пронзительная пустота, которая пугала меня больше, чем ярость Юки. Сухо стоял чуть поодаль, ссутулившись, словно на его плечи обрушилось всё небо.

– Скажи мне правду, Джинву, – её голос прозвучал внезапно, тихий и острый, как скальпель. Она не смотрела на меня, её взгляд был прикован к лакированной крышке гроба. – Ты — Монарх Теней. Ты видишь сквозь стены, ты чувствуешь каждое движение маны в этом городе. Как ты мог этого допустить? Как ты мог позволить «наемникам» подойти к нему так близко?

Я сжал кулаки так, что ногти впились в ладони. Ложь, которую я соткал, начала трещать по швам под тяжестью её горя.

– Я не успел, Хэ Ин, – мой голос был хриплым, чужим. – Я был слишком далеко.

– Ты лжешь, – прошептала она, и в этом шепоте было больше боли, чем в крике. – Ты всегда успеваешь. Ты бог этого мира. Но для собственного сына ты не нашел и секунды.

В этот момент к нам приблизился человек в строгом сером костюме. Он не был похож на охотника или чиновника Ассоциации. Скорее, на юриста или курьера по особым поручениям. Он выглядел бледным, его руки заметно дрожали, когда он протягивал нам плотный конверт из крафтовой бумаги.

– Простите, госпожа Чха... господин Сон, – пробормотал он, стараясь не встречаться со мной взглядом. – Мне было велено передать это вам именно сегодня. В час похорон.

Хэ Ин резким движением выхватила конверт. На нем не было обратного адреса, только одна надпись, сделанная размашистым, дерзким почерком, который я узнал бы из тысячи. Почерк Юки.

Она жадно разорвала бумагу. Внутри был сложенный вдвое лист и небольшая флешка. Хэ Ин начала читать, и я видел, как её пальцы белеют, сжимая бумагу, а дыхание становится рваным.

– Читай, – она протянула лист мне, и в её глазах, когда она подняла вуаль, вспыхнуло нечто такое, что заставило даже мое сердце замереть. Это была не просто печаль. Это было осознание катастрофы.

Я взял письмо. Каждая строчка жгла мне глаза багровым пламенем.

«Если вы читаете это письмо, значит, отец всё-таки убил меня. Надеюсь, теперь вы наконец-то наслаждаетесь своей "идеальной" жизнью без балласта в моем лице.

Вы, наверное, гадаете, куда девались те деньги, что я получал за свои заказы? Вы ведь думали, что я трачу их на наркотики или шмотки? Ошибаетесь. Часть я отдавал на благотворительность — тем детям, которых ваш хваленый закон не смог защитить. А остальное... остальное я клал на счет для моей дочери.

Да, у меня есть дочь. Ей всего полгода. Она — моя кровь, моя нежить, моя маленькая искра в этой бездне. Но она — не ваша внучка. И вы никогда не узнаете, где она и кто её прячет. Мои "друзья" позаботятся о ней лучше, чем вы когда-либо заботились обо мне. Вы не достойны называться бабушкой и дедушкой, потому что вы облажались. Вы променяли собственного сына на имидж идеальной семейки.

Джинву, если твои тени начнут прочесывать город в её поисках — берегись. Мой мальчик, Пожиратель, уже ждет их. Он не просто тень, он — голод Бездны.

Будьте счастливы, идеальная семейка Сон. Юки, Король Хаоса и Нежити».

Лист выпал из моих рук. Мир вокруг пошатнулся. Дочь? У Юки была дочь? Маленькое существо, несущее в себе его гены и его проклятие, спрятанное где-то в трущобах Сеула или в складках самой Бездны?

– Джинву... – Голос Хэ Ин был похож на треск ломающегося льда. – Ты убил не только сына. Ты убил отца. Ты лишил этого ребенка единственного человека, который его любил.

– Я не знал... – проговорил я, чувствуя, как внутри закипает ярость, смешанная с отчаянием. – Хэ Ин, я не знал!

– Ты ничего не знал! – закричала она, и этот крик заставил присутствующих на похоронах вздрогнуть и отступить. – Ты смотрел на него и видел только проблему! Ты видел татуировки, ты видел сигареты, ты видел бунт, но ты не видел человека! У него была семья, Джинву! Своя, настоящая семья, которую он создал втайне от нас, потому что здесь ему не было места!

Сухо подошел к нам, поднял письмо и быстро пробежал его глазами. Его лицо исказилось.

– Дочь... – прошептал он. – У меня есть племянница? И она где-то там, одна, с монстрами Юки?

– Она не одна, – я резко повернулся к курьеру, который пытался незаметно исчезнуть. Моя аура придавила его к земле, заставляя рухнуть на колени. – Кто дал тебе это? Где ребенок?

– Я... я не знаю! – закричал мужчина, задыхаясь. – Мне заплатили через анонимный счет! Сказали просто доставить конверт! Господин Сон, пощадите!

Я отпустил его. Он был прав. Юки был слишком умен, чтобы оставить прямые следы. Он годами водил меня за нос, скрывая свою деятельность, свою личную жизнь, свою истинную мощь. Он был Королем Хаоса, и его последним ходом было разрушение нашей семьи даже после собственной смерти.

– Джинву, найди её, – Хэ Ин сделала шаг ко мне, и в её взгляде не было любви. Только требование. – Найди мою внучку. Если ты этого не сделаешь... я никогда тебя не прощу. Больше, чем сейчас.

Я закрыл глаза.

– Берг. Игрис.

Две величайшие тени соткались из воздуха за моей спиной. Присутствующие ахнули, по кладбищу пронесся шепот ужаса.

– Обыщите каждый переулок, каждое подземелье, каждую теневую зону в этой стране, – приказал я, и мой голос вибрировал от сдерживаемой мощи. – Ищите след маны Юки. Ищите ребенка, чья аура пахнет Бездной.

– Слушаемся, Повелитель, – хором ответили тени и исчезли.

Но я знал, что слова Юки в письме не были пустой угрозой. «Мой мальчик, Пожиратель, уже ждет их». Юки создал нечто, способное противостоять моим теням. Он не просто призывал существ из Бездны, он модифицировал их, кормил их своей яростью и болью.

Я посмотрел на гроб, который начали медленно опускать в землю.

– Ты победил, Юки, – прошептал я так, чтобы слышал только он. – Ты оставил после себя хаос, который я не смогу упорядочить. Ты заставил меня охотиться за собственной кровью, зная, что я могу причинить ей вред.

Похороны продолжались, но это было лишь формальностью. Главное действие разворачивалось сейчас, в тенях города. Я чувствовал, как мои солдаты начинают прочесывать Сеул, и почти сразу я почувствовал первый отпор.

Где-то на окраине города, в старом промышленном районе, один из моих разведчиков просто... исчез. Не был уничтожен, не вернулся в мою тень. Он был поглощен. Словно сама тьма в том месте обрела зубы и волю.

– Он начал жатву, – прошептал я.

– Кто? – Сухо подошел ко мне, сжимая кулаки.

– Пожиратель. Существо, которое Юки оставил охранять дочь. Оно ест мои тени, Сухо. Оно питается маной Монарха.

Хэ Ин стояла у края могилы, бросая первую горсть земли на гроб. Её движения были механическими. Когда она обернулась, её лицо было абсолютно спокойным — тем самым страшным спокойствием, которое предшествует буре.

– Я иду с вами, – сказала она.

– Нет, Хэ Ин, это опасно, – начал я, но она оборвала меня взмахом руки.

– Это мой внук или внучка. И это вина моего сына. Я не позволю тебе снова «не успеть». Если ты боишься, что Юки создал монстра, способного убить тебя — что ж, возможно, это было бы справедливо. Но я не остановлюсь, пока не увижу этого ребенка.

Мы покинули кладбище, оставив позади свежий холм земли и сотни недоуменных взглядов. Наша «идеальная семейка» теперь официально превратилась в группу преследователей, охотящихся за призраком.

В машине царило гробовое молчание. Я пытался анализировать сигналы от своих теней. Пожиратель перемещался. Он был невероятно быстр и обладал способностью полностью скрывать свое присутствие, проявляясь лишь в момент атаки. Юки действительно создал идеального стража.

– Он назвал его Королем Хаоса, – внезапно произнес Сухо, глядя в окно на проносящиеся мимо здания. – Себя. Он не хотел быть Монархом. Он хотел быть тем, кто разрушает правила. И его дочь... она ведь тоже будет такой?

– Она ребенок, Сухо, – отрезала Хэ Ин. – Ей всего полгода. Она не может быть монстром.

– Юки тоже когда-то был ребенком, – тихо напомнил я.

Мы подъехали к заброшенному складу в доках. Именно здесь мои тени зафиксировали самый мощный всплеск маны Бездны. Воздух вокруг здания дрожал, искажая пространство. Казалось, склад обернут в невидимую, пульсирующую пленку.

– Оставайтесь здесь, – приказал я, выходя из машины.

– Даже не думай, Джинву, – Хэ Ин вышла следом, призывая свой меч. Её аура Охотника ранга S вспыхнула чистым, холодным светом.

Мы вошли внутрь. Склад был огромен, заставлен ржавыми контейнерами. В центре, под единственным работающим прожектором, стояла колыбель. Обычная, простая деревянная колыбель, которая смотрелась здесь совершенно нелепо.

Но между нами и колыбелью стояло Оно.

Это было существо, сотканное из абсолютной тьмы. У него не было четкой формы — оно постоянно менялось, то вытягиваясь вверх, то растекаясь по полу черной лужей. Но из этой тьмы на нас смотрели десятки алых глаз — точно таких же, какие были у Юки в его последние минуты. И у него были щупальца. Сотни тонких, острых, как бритва, щупалец, которые вибрировали от ярости.

– Пожиратель, – прошептал я.

Существо издало звук, от которого заложило уши. Это не был рык. Это был коллективный шепот тысяч голосов, слившихся в один неразборчивый гул.

– Отойди, – я шагнул вперед, выпуская свою мощь. – Я пришел за ребенком. Я её дед.

Пожиратель ответил мгновенно. Десятки щупалец рванулись ко мне, и я едва успел заблокировать их «Гневом Камиша». Удар был такой силы, что меня отбросило на несколько метров. Клинки, созданные из зубов дракона, заскрежетали, когда тьма попыталась их разъесть.

– Он поглощает ману! – крикнул я Сухо и Хэ Ин. – Не используйте дистанционные атаки, он станет только сильнее!

Начался хаос. Мы втроем пытались пробиться к колыбели, но Пожиратель был везде. Он был самой тенью этого склада. Хэ Ин двигалась с грацией молнии, её меч рассекал черную плоть, но раны мгновенно затягивались. Сухо использовал свою силу, чтобы возводить барьеры, но щупальца прошивали их, как бумагу.

– Юки... – выдохнула Хэ Ин, парируя очередной удар. – Он вложил в это существо всю свою ненависть к нам. Оно запрограммировано не пускать нас!

Я чувствовал это. Каждое движение Пожирателя было пропитано обидой Юки. Это была его последняя стена. Его последний «фак» этому миру.

– Игрис! Берг! Все ко мне! – я призвал всю свою армию.

Сотни теней заполнили склад. Началась эпическая битва. Теневые солдаты гибли десятками, Пожиратель буквально всасывал их в себя, становясь всё больше и массивнее. Его алые глаза горели всё ярче.

– Джинву, остановись! – вдруг крикнула Хэ Ин. Она стояла в нескольких шагах от колыбели, тяжело дыша. – Ты не видишь? Чем больше ты сражаешься, тем яростнее оно становится! Ты пытаешься взять это силой, как всегда!

Я замер. Пожиратель тоже застыл, его щупальца замерли в сантиметрах от моего лица.

– Убери оружие, – сказала она, опуская меч. – Убери тени.

– Хэ Ин, оно убьет тебя! – выкрикнул я.

– Нет. Оно защищает ребенка от врагов. А мы... мы не должны быть врагами.

Она медленно, шаг за шагом, начала приближаться к существу. Пожиратель зашипел, его щупальца угрожающе затрепетали, но Хэ Ин не остановилась. Она убрала ауру. Она стала просто женщиной. Просто матерью, которая потеряла сына.

– Я знаю, ты меня слышишь, – тихо произнесла она, глядя в центральное скопление алых глаз. – Ты — часть Юки. Ты — его последняя воля. Я не причиню ей вреда. Я хочу просто увидеть её. Пожалуйста.

Существо задрожало. Голоса внутри него зазвучали громче, превращаясь в стон. Щупальца медленно начали опускаться. Тьма, из которой состоял Пожиратель, начала светлеть, приобретая очертания... Юки.

На мгновение перед нами возник призрачный образ моего сына. Он стоял у колыбели, положив руку на её край. Его лицо было спокойным, без багрового тумана. Он посмотрел на Хэ Ин, затем на меня. В его взгляде не было прощения. Только бесконечная, холодная меланхолия.

– Прощай, мам, – прочитал я по его губам.

Призрак растаял, и Пожиратель внезапно сжался, превратившись в маленькую черную тень, которая скользнула под колыбель и затихла там.

Мы бросились вперед.

В колыбели