← Назад к обзору

«Кофе на двоих»

Шёпот стальных нитей и аромат горького кофе

В гостиной общежития класса 1-А царила та особенная атмосфера, которая возможна только поздним вечером после изнурительных тренировок. За окном стрекотали цикады, а внутри мягкий свет ламп заливал пространство, создавая уютные тени. На низком столике дымился чайник, стояла тарелка со сладостями, которые Мироку принесла из кондитерской неподалеку — она знала, что сахар помогает её одноклассницам восстановить силы не хуже, чем её собственная причуда.

Мироку сидела на ковре, обхватив колени руками. Её длинные тёмные волосы были распущены, и она лениво перебирала в пальцах маленькую металлическую фигурку кота, которую сама же и создала из обломка старой арматуры. Фигурка плавно меняла форму, то вытягивая хвост, то прижимая уши, повинуясь едва заметным движениям её воли.

– Девочки, я просто говорю, что Бакуго-кун стал вести себя ещё более… взрывоопасно в последнее время! – Мина Ашидо, развалившаяся на диване, закинула в рот мармеладку. – Вы видели, как он сегодня посмотрел на Тодороки во время спарринга? Я думала, у него искры из глаз полетят!

– Он всегда такой, – отозвалась Тсую, приложив палец к подбородку. – Ква. Но мне кажется, он просто нервничает перед практическими экзаменами.

– А мне кажется, – Хагакуре, чьё присутствие выдавали только парящие в воздухе шорты и майка, заерзала на месте от возбуждения, – что в нашем классе витает дух романтики! Весна ведь! Самое время для признаний и тайных свиданий под сакурой.

Мироку почувствовала, как кончики её ушей начинают гореть. Она постаралась еще ниже опустить голову, надеясь, что волосы скроют её лицо. Но от Мины было трудно что-то утаить.

– Кстати о романтике! – Ашидо резко выпрямилась, её глаза-щелочки хитро блеснули. – Мироку-тян, ты сегодня на тренировке трижды пропустила команду Айзавы-сенсея, потому что смотрела в окно на тренировочную площадку общего курса. Кого же ты там высматривала, а?

Металлический котик в руках Мироку мгновенно превратился в бесформенный комок стали.

– Я… я просто задумалась! – пропищала она, чувствуя, как её алые глаза становятся еще ярче от приливающей к лицу крови. – Там просто… небо было очень красивое. И облака необычной формы.

– Облака в форме высокого парня с фиолетовыми волосами? – хохотнула Тору, подлетая к Мироку. – Ну же, признавайся! Это кто-то из нашего класса? Может, это спокойный Шоджи? Или загадочный Токоями? О, я знаю! Это Каминари? Он сегодня так старался произвести на тебя впечатление своим новым приемом!

– Нет-нет, это совсем не Каминари-кун! – Мироку замахала руками, едва не задев Очако, которая сидела рядом и молча пила чай. – Мы просто друзья со всеми вами! Правда!

– «Просто друзья» — это классическая отговорка, – Мина спрыгнула с дивана и присела на корточки перед Мироку, заглядывая ей в лицо. – Ты краснеешь каждый раз, когда речь заходит о ком-то особенном. И ты постоянно носишь с собой ту банку кофе, хотя в нашем автомате его полно. Это ведь подарок, да?

Мироку прижала ладони к щекам. Она вспомнила, как Хитоши отдал ей эту банку после их последней встречи, пробормотав, что «она выглядит так, будто сейчас упадет в обморок от недосыпа». Это был самый обычный жест, но для неё он значил больше, чем любые слова.

– Это просто кофе, – едва слышно прошептала она. – Я люблю горький вкус. Это помогает сосредоточиться.

Очако Урарака, которая до этого момента тихо слушала подруг, поставила чашку на стол. Она посмотрела на Мироку — на её дрожащие руки, на то, как она бережно сжимает кусок металла, словно драгоценность. В памяти Очако всплыл момент со Спортивного фестиваля: Мироку, бегущая по коридору с таким выражением лица, будто от этого зависела её жизнь, а потом — её взгляд, устремленный на Шинсо Хитоши во время его боя. В том взгляде не было простого любопытства. Там была преданность, граничащая с обожанием.

– Девочки, хватит её мучить, – мягко сказала Очако, улыбнувшись. – Если Мироку-тян захочет, она сама расскажет. У каждого есть право на свои маленькие секреты.

Мироку бросила на Очако благодарный взгляд. Урарака подмигнула ей, давая понять, что её тайна в безопасности.

– Ну вот, Очако-тян всегда такая правильная! – надулась Мина, но всё же отсела назад. – Ладно, оставим твоего таинственного принца в покое… пока что. Но знай, Сугияма, я всё равно выясню, кто заставляет твои «рубины» так сиять!

Разговор плавно перетек на обсуждение новых костюмов и сложностей с домашним заданием, но Мироку уже не могла полностью включиться в беседу. Её мысли снова и снова возвращались к Хитоши.

Она вспомнила их последнюю встречу в библиотеке. Они сидели за самым дальним столом, заваленные учебниками. Хитоши готовился к переводу на геройский курс, и его нагрузки были колоссальными. Он выглядел изможденным, но его глаза горели тем самым огнем, который когда-то заставил Мироку поверить, что она — не монстр.

– Эй, Мироку, – позвал он тогда, не отрываясь от конспектов. – Почему ты всё время выбираешь самые сложные книги по анатомии? Тебе не хватает практики с твоей причудой исцеления?

– Я хочу знать, как работает каждая клетка, – ответила она, смущенно поправляя хвосты. – Чтобы, если я когда-нибудь… если мне придется лечить кого-то дорогого, я не совершила ошибку. Моя жизненная сила велика, но она бесполезна без знаний.

Хитоши тогда поднял на неё взгляд. Его лицо смягчилось, и он на мгновение накрыл её ладонь своей.

– Ты слишком много на себя берешь. Ты уже спасла меня — там, в средней школе, когда просто заговорила со мной. Это было покруче любого исцеления.

От этих воспоминаний сердце Мироку снова пропустило удар. Она чувствовала ту невидимую связь, которая укрепилась после Спортивного фестиваля. Иногда ей казалось, что она может ощутить его усталость или его решимость даже на расстоянии. Это было пугающе и прекрасно одновременно.

– Мироку-тян? Ты снова улетела в облака! – голос Тсую вернул её в реальность.

– Простите! – Мироку неловко улыбнулась. – Я, наверное, просто пойду к себе. Завтра ранняя тренировка, и мне нужно подготовить металлические пластины для костюма.

– Конечно, иди, – кивнула Яойорозу, которая до этого сосредоточенно читала книгу. – Отдых — это важная часть подготовки героя.

Мироку быстро собрала свои вещи и, попрощавшись с девочками, почти бегом направилась к лифту. Оказавшись в тишине своего коридора, она прислонилась спиной к прохладной стене и закрыла глаза.

В её кармане завибрировал телефон. Сердце подпрыгнуло, когда она увидела имя на экране.

«Ты еще не спишь? Выйди на балкон общего зала на минуту. Я прохожу мимо твоего корпуса».

Мироку замерла. Её общежитие находилось довольно далеко от корпуса общего курса. Что он здесь делает в такой час? Не раздумывая, она бросилась к запасному выходу, ведущему на небольшую террасу первого этажа.

Ночной воздух был свежим и пах влажной травой. В тени деревьев стояла высокая фигура. Хитоши Шинсо, засунув руки в карманы спортивной куртки, смотрел на луну. Услышав шаги, он обернулся.

– Привет, – сказал он своим низким, чуть хриплым голосом.

– Хитоши-кун! Что ты здесь делаешь? Уже поздно, комендантский час скоро начнется! – Мироку подбежала к нему, тяжело дыша.

– Я возвращался с дополнительной тренировки с Айзавой-сенсеем, – он пожал плечами, но в его взгляде она заметила тень смущения. – Просто… подумал, что ты, скорее всего, опять сидишь и накручиваешь себя из-за завтрашних занятий.

Мироку остановилась в метре от него. Свет луны отражался в её алых глазах, делая их похожими на два тлеющих уголька.

– Я… я просто сидела с девочками. Мы пили чай.

– Понятно, – Хитоши сделал шаг вперед. – Ты в порядке? Выглядишь так, будто тебя пытали расспросами.

– Мина и Тору… они думают, что мне кто-то нравится из класса, – Мироку опустила взгляд на свои пальцы. – Они пытались выпытать имя.

Шинсо замолчал. В воздухе повисло напряжение, такое густое, что его, казалось, можно было потрогать руками. Металлическая пуговица на куртке Хитоши начала мелко дрожать — причуда Мироку всегда реагировала на её сильные эмоции.

– И что ты им сказала? – спросил он, и в его голосе послышалось нечто, чего она не могла разобрать. Надежда? Страх?

– Я ничего не сказала, – прошептала она. – Я не могу им сказать.

– Почему? – он подошел еще ближе, так что она могла чувствовать тепло его тела. – Боишься, что они не поймут? Или боишься, что этот «кто-то» узнает?

Мироку подняла голову. Её страх потерять его, страх того, что он отвергнет её чувства и их дружба рухнет, на мгновение отступил перед искренностью в его глазах.

– Я боюсь, что если я произнесу это вслух, всё изменится, – честно ответила она. – Сейчас у нас есть этот мир, где мы понимаем друг друга без слов. Где твоя причуда и моя причуда — это не проклятия, а то, что нас связывает. Я боюсь потерять это.

Хитоши протянул руку и осторожно коснулся её щеки. Его пальцы были мозолистыми от тренировок, но прикосновение было невероятно нежным.

– Мироку, – тихо произнес он, – ты всегда была слишком доброй к этому миру. И ко мне. Но тебе не нужно бояться перемен со мной.

Он медленно наклонился, и Мироку затаила дыхание. Её сердце колотилось так сильно, что, казалось, металл во всем здании должен был прийти в движение. Но в этот момент со стороны входа в общежитие послышался смех — девочки решили выйти на улицу, чтобы посмотреть на звезды.

Хитоши мгновенно отстранился, его лицо снова приняло бесстрастное выражение.

– Тебе пора идти, – сказал он, отступая в тень деревьев. – Не хочу, чтобы у тебя были проблемы из-за меня.

– Хитоши-кун, подожди! – она потянулась к нему, но он уже развернулся, чтобы уйти.

– Увидимся завтра в библиотеке, Мироку, – бросил он через плечо. – И не забудь свой горький кофе. Тебе нужно быть бодрой.

Он исчез в темноте так же быстро, как и появился. Мироку стояла на террасе, прижав ладонь к щеке, где всё еще чувствовалось тепло его руки. Её сердце пело, несмотря на прерванный момент.

– Мироку-тян? Ты здесь? – раздался голос Очако за спиной.

Мироку обернулась. Подруга стояла в дверях, глядя на неё с понимающей улыбкой.

– Да, я просто… вышла подышать, – Мироку постаралась придать голосу спокойствие.

– Ночной воздух творит чудеса, правда? – Очако подошла и встала рядом. – Ты выглядишь гораздо счастливее, чем пять минут назад.

Мироку посмотрела на луну, чувствуя, как внутри неё разливается тепло. Та капля крови, которую она приняла на фестивале, давно усвоилась её организмом, но духовная связь, казалось, становилась только крепче.

– Знаешь, Очако-тян, – тихо сказала она, – я думаю, что скоро я всё-таки наберусь смелости и всё им расскажу. И ему тоже.

– Я буду рядом, чтобы поддержать тебя, – пообещала Урарака.

Они постояли в тишине еще немного. Мироку чувствовала, как металл в её кармане — тот самый комок стали — медленно принимает форму сердца. Она знала, что впереди еще много трудностей. Будут тренировки, будут опасности, будут новые козни тех, кто не понимает их причуд. Но пока у неё был Хитоши, а у него была она, никакой металл в мире не был прочнее их связи.

Она вернулась в общежитие, и этой ночью ей впервые за долгое время не снились кошмары о прошлом. Ей снились рубиновые искры на песке и фиолетовые глаза, в которых больше не было одиночества.