← Назад к обзору

Королева для монархов

Искушение в бирюзовых тонах

Экзамен по биологии был сдан на «отлично». Профессор Пак долго рассыпался в похвалах, отмечая «невероятную глубину проработки темы межвидового взаимодействия и инстинктивного влечения», а Юми в это время мечтала только об одном — провалиться сквозь землю. Каждый раз, когда профессор произносил слова «репродуктивный успех» или «физический контакт», перед глазами Юми всплывали картины из пентхауса Сон, от которых дыхание перехватывало, а щеки начинали пылать так ярко, что она напоминала перезрелый помидор.

Сон Джинву и Сон Сухо сидели по обе стороны от неё с абсолютно невозмутимыми лицами. Джинву лишь изредка бросал на неё глубокий, понимающий взгляд, в котором плясали тени, а Сухо под столом то и дело сжимал её ладонь, заставляя девушку вздрагивать.

С того дня их жизнь превратилась в странную, тягучую игру. Стоило им найти хоть один свободный угол в колледже, где не было камер и лишних глаз — будь то пустая лаборатория, дальний стеллаж библиотеки или тупик в старом крыле здания — «братья» Сон тут же зажимали её. Они не делали ничего предосудительного на людях, но их шепот, жаркие касания губ к её шее и то, как они вдвоем нависали над ней, лишая воли, заставляло Юми чувствовать себя совершенно беззащитной и в то же время невероятно желанной.

Но сегодня был особенный вечер. Выпускной бал был уже не за горами, и Юми, оставшись дома одна, решила наконец примерить платье, которое заказала специально для этого случая.

Она распустила свои длинные черные волосы, которые обычно прятала под капюшоном. Они тяжелым шелком рассыпались по плечам, доходя до самой талии. Юми бережно извлекла наряд из чехла. Это было не просто платье — это было заявление миру о том, что «серая мышка» окончательно умерла.

Платье было выполнено в глубоком черном цвете, который идеально контрастировал с её фарфоровой кожей. Лиф в форме сердечка плотно облегал грудь, подчеркивая пышные формы, которые раньше скрывались за безразмерными толстовками. Ткань была украшена мелким, едва заметным узором, напоминающим морозные знаки на стекле. Талию стягивал широкий бирюзовый пояс с изящным бантом, а юбка... юбка была настоящим произведением искусства.

Длинная, в пол, она имела вызывающе высокий разрез спереди, открывающий стройную ногу почти до середины бедра. Сбоку юбка расходилась многослойными оборками с бирюзовой отделкой, а внутренняя часть, видимая при движении, была расшита темными, загадочными узорами на ярко-бирюзовом фоне.

Юми надела черное колье с фиолетовыми вставками, которые перекликались с цветом её татуировки и блеском глаз Теневого Монарха. В волосы она вколола украшение в виде экзотического цветка. Завершали образ туфли — черные, на высоком каблуке, украшенные синими драгоценными камнями и элементами, напоминающими перья сказочной птицы.

Она подошла к зеркалу и нанесла легкий макияж: чуть-чуть туши, чтобы подчеркнуть голубизну глаз, и прозрачный блеск на губы. Юми замерла, глядя на свое отражение. Она выглядела как темная принцесса из забытых легенд.

Внезапно воздух в комнате стал холодным и густым. Тени в углах зашевелились, сплетаясь в знакомые силуэты.

– Ты выглядишь слишком опасно для этого мира, Юми, – раздался низкий голос Джинву.

Юми резко обернулась. Они стояли в дверях её спальни. Джинву в строгом черном костюме, который сидел на нем как вторая кожа, и Сухо, чей пиджак был небрежно расстегнут, открывая вид на безупречную белую рубашку.

– Как вы вошли? – выдохнула она, хотя знала ответ. Для них не существовало замков.

– Тени доложили, что наше сокровище решило явить себя во всей красе, – Сухо медленно прошел в комнату, его взгляд скользил по её фигуре с неприкрытым обожанием и голодом. – Отец, кажется, мы совершили ошибку, позволив ей купить это платье.

– Почему? – Юми инстинктивно прикрыла разрез на юбке рукой, но тут же расправила плечи.

– Потому что на балу мне придется убить каждого мужчину, который посмотрит на тебя дольше секунды, – Джинву подошел вплотную, его рука легла ей на талию, прямо на бирюзовый бант. – А Сухо, вероятно, сожжет всё здание от ревности.

– Это платье... – Сухо встал с другой стороны, касаясь кончиками пальцев её шеи, чуть выше колье. – Оно подчеркивает именно то, что я хотел бы видеть только в нашей спальне. Бирюзовый тебе чертовски идет, Юми. Он напоминает мне цвет магии, когда она достигает пика.

– Я хотела выглядеть красиво, – прошептала она, чувствуя, как от их близости кружится голова. – Вы ведь сами говорили, что мне не нужно больше прятаться.

– Мы говорили, – Джинву склонился к её уху, его дыхание опалило кожу. – Но мы не учли, что наше собственное самообладание имеет пределы.

Он мягко развернул её к зеркалу, так что теперь они стояли втроем. Юми — в центре, в своем великолепном наряде, и два Монарха за её спиной, словно два темных ангела-хранителя.

– Посмотри на себя, – приказал Джинву. – Ты видишь то же, что и мы?

Юми посмотрела. В отражении она видела не просто девушку в красивом платье. Она видела женщину, чья красота была дополнена силой двух богов. Фиолетовые камни в колье мерцали, отражая свет, а разрез платья дразняще приоткрывал ногу при каждом вдохе.

– Я вижу... – она замялась, – я вижу, что я больше не одна.

– Ты никогда не будешь одна, – Сухо опустился на одно колено, аккуратно беря её за лодыжку. Его пальцы коснулись сложного узора на туфли. – Эти камни... они светятся, когда ты волнуешься. Ты знала?

Юми покачала головой. Она чувствовала, как жар поднимается от его ладоней.

– Юми, – Джинву развернул её к себе, его ладони легли ей на щеки. – Этот выпускной... он станет началом. Мир узнает, что ты под нашей защитой. Но сегодня... сегодня я хочу, чтобы ты была только нашей. Без свидетелей. Без колледжа.

– Но я только надела платье... – попыталась возразить она, хотя в её голосе уже не было уверенности.

– Оно великолепно, – прошептал Сухо, поднимаясь и обнимая её сзади, его руки скользнули по многослойным оборкам юбки. – И оно будет выглядеть еще лучше на полу нашего пентхауса.

– Сухо, – укоризненно, но с улыбкой произнес Джинву. – Дай ей хоть немного насладиться своим триумфом.

Джинву протянул руку и коснулся украшения в её волосах.

– Ты пахнешь персиками и чем-то... древним, – заметил он. – Твоя татуировка пульсирует. Она чувствует нас.

Юми действительно чувствовала, как фиолетовое пламя на её плече начинает греть кожу. Это была странная связь, которую она до конца не понимала, но которая делала её частью их мира.

– Вы ведь не дадите мне просто пойти на бал и потанцевать с однокурсниками, да? – она посмотрела на Сухо, который уже начал расстегивать верхнюю пуговицу её лифа.

– Танцевать ты будешь только с нами, – отрезал Сухо. – И поверь, наши танцы тебе понравятся гораздо больше.

– Юми, – Джинву перехватил её взгляд, его глаза стали бездонными колодцами тьмы. – Ты готова принять то, что следует за этой красотой? Быть королевой теней — это не только платья и украшения. Это вечность, полная страсти и власти.

– Я уже приняла это, – тихо, но твердо ответила она, подаваясь вперед и касаясь губами подбородка Джинву. – В ту ночь, когда вы пришли ко мне в библиотеку.

Джинву издал низкий звук, похожий на одобрительное рычание своих теней. Он подхватил её на руки, и бирюзовые оборки платья каскадом рассыпались по его рукам.

– Тогда к черту выпускной, – прошептал Сухо, щелкая пальцами.

Свет в комнате погас, и тени мгновенно поглотили всех троих, перенося их туда, где никто не мог помешать Монархам наслаждаться своим самым драгоценным сокровищем.

В пентхаусе, под светом луны, Юми снова почувствовала, что значит быть желанной существами, для которых не существует преград. Платье, которое она так тщательно выбирало, действительно вскоре оказалось на полу, представляя собой бирюзовое море на темном паркете.

Джинву был нежен, его прикосновения были медленными, исследующими каждый сантиметр её кожи, словно он заново перечитывал любимую книгу. Сухо же был воплощением страсти — его руки были везде, его шепот заставлял её дрожать, а поцелуи оставляли на коже новые «созвездия», которые завтра снова заставят её краснеть.

– Ты — наше пламя, Юми, – шептал Джинву, когда они вдвоем прижимали её к прохладным простыням. – Единственное, что согревает нашу холодную вечность.

– И мы никогда не дадим этому пламени погаснуть, – добавил Сухо, накрывая её губы своими.

Этой ночью Юми поняла, что бирюзовый — это не просто цвет её платья. Это цвет новой жизни, в которой она была богиней для двух богов. И когда на рассвете она уснула между ними, укрытая тенями, как самым теплым одеялом, на её губах играла улыбка.

Она знала, что на выпускном балу она будет ослепительна. Но она также знала, что самое главное украшение — это не камни на туфлях и не шелк юбки. Это метки на её сердце и теле, оставленные теми, кто правил самой смертью.

А проект по биологии... что ж, она действительно усвоила его лучше всех. Ведь настоящая биология — это когда два Монарха готовы перевернуть мир ради одной девушки, которая пахнет персиками и носит бирюзовое платье.