← Назад к обзору

Королева монархов

Четыре биения сердца в унисон

Пять лет пролетели как одно мгновение, сотканное из аромата ванили, корицы и бесконечного обожания двух самых могущественных существ на планете. Пекарня «Теневой Сад» стала не просто популярным местом в Сеуле, она превратилась в легенду. Люди выстраивались в очереди с пяти утра, чтобы попробовать те самые персиковые тарталетки, рецепт которых Юми хранила в строжайшем секрете. Но секрет был прост: капля маны Джинву для идеального роста плодов и капля энергии Сухо для того, чтобы тесто всегда оставалось воздушным.

Юми, теперь уже официально Сон Юми, стояла за прилавком, поправляя выбившийся локон. Её кожа всё так же напоминала фарфор, а в голубых глазах теперь постоянно плясали искры фиолетового пламени — знак её связи с Монархами. Она была счастлива, но в последние недели что-то изменилось.

Привычная бодрость сменилась странной тяжестью. Любимый запах свежего хлеба внезапно стал казаться приторным, а утренняя чашка кофе, которую Сухо по традиции приносил ей в постель, вызывала лишь глухое раздражение в желудке.

– Юми, ты побледнела, – Джинву возник рядом с ней так тихо, что даже колокольчик над дверью не звякнул. Он осторожно коснулся её лба ладонью. – Твоя мана ведет себя странно. Она пульсирует.

– Всё в порядке, Джинву, – она слабо улыбнулась, стараясь скрыть дрожь в руках. – Просто переутомилась. Завтра большой заказ от мэрии, я полночи составляла смету.

– Ты лжешь, – раздался голос Сухо со стороны кухни. Он вышел, вытирая руки полотенцем, и его золотистые глаза сузились. – Твой пульс участился, как только отец заговорил о мане. Мы договорились: никаких секретов.

Юми вздохнула, понимая, что обмануть двух существ, которые чувствуют каждое движение её души, невозможно.

– Я записалась к врачу на сегодня. Просто... хочу провериться. Наверное, авитаминоз.

– Мы пойдем с тобой, – одновременно произнесли отец и сын.

– Нет! – Юми выставила руки вперед. – Пожалуйста. Вы оба слишком... заметные. Доктор решит, что я привела с собой личную гвардию. Дайте мне пару часов побыть обычной женщиной.

Джинву и Сухо переглянулись. В их взглядах читалась тревога, граничащая с паникой. Для них любое недомогание Юми было напоминанием о той хрупкости человеческой жизни, которую они так отчаянно пытались защитить.

– Хорошо, – наконец сдался Джинву. – Но Игрис будет ждать у входа в клинику. В тени. Ты его не увидишь, но он будет там.

Юми лишь покачала головой. Спорить с Монархом Теней, когда дело касалось её безопасности, было бесполезно.

Клиника «Хансон» встретила её стерильной чистотой и мягким светом. Юми сидела в кабинете гинеколога, нервно теребя край своей неизменной толстовки — на этот раз темно-синей, скрывающей фигуру. Доктор Ли, пожилая женщина с добрыми глазами, закончила осмотр и жестом пригласила Юми к аппарату УЗИ.

– Давайте посмотрим, что там у нас, госпожа Сон, – мягко произнесла врач, нанося прохладный гель на живот Юми.

На экране появилось зернистое черно-белое изображение. Юми затаила дыхание. Она видела, как доктор Ли внезапно замерла, её брови поползли вверх, а рука, сжимающая датчик, чуть дрогнула.

– Доктор? – голос Юми прозвучал тонко. – Что-то не так? Слишком мало маны? Или...

Доктор Ли молчала, быстро перемещая датчик по животу пациентки. Она перепроверяла изображение снова и снова, её губы беззвучно шевелились, будто она вела подсчет.

– Госпожа Сон, – наконец заговорила она, оборачиваясь к Юми с выражением крайнего потрясения. – Я работаю тридцать лет, но такое вижу впервые. Ваша биология... она удивительна.

– О чем вы? – Юми почувствовала, как по спине пробежал холодок.

– Поздравляю, госпожа Сон, вы беременны, – доктор улыбнулась, но в её улыбке было больше шока, чем радости. – И у вас не один ребенок. Я вижу четыре эмбриона. Четверня. И у каждого из них аномально высокий энергетический фон.

Юми замерла, глядя на экран. Мир вокруг неё на мгновение потерял краски.

– Чего? – она вцепилась пальцами в края кушетки. – Что вы сказали? Четыре?

– Именно так, – доктор Ли распечатала снимок. – Четыре крошечных биения сердца. Они развиваются синхронно, и, судя по всему, они уже начинают формировать общую магическую оболочку. Это невероятно редкий случай, особенно учитывая... статус вашей семьи.

Юми не слышала последних слов. В её голове крутилась только одна мысль: «Четыре маленьких Монарха». Она представила Сухо, который и так вел себя как гиперактивный подросток, и Джинву, чья серьезность могла подавить любого. А теперь их будет четверо. И у каждого, вероятно, будет сила, способная разнести её любимую пекарню в щепки одним чихом.

– Мне нужно... мне нужно выйти, – пробормотала она, сползая с кушетки.

– Госпожа Сон, вам нужно беречь себя! – крикнула вслед доктор Ли. – Никаких нагрузок! Никакой магии!

Юми вышла в коридор, прижимая снимок к груди. Ноги были ватными. Как только она переступила порог клиники, из тени ближайшей колонны бесшумно соткался Игрис. Высокий рыцарь в доспехах склонил голову, его алое перо на шлеме качнулось.

– Госпожа, – прозвучал его голос в её голове. – Вы кажетесь встревоженной. Приказать остальным теням оцепить периметр?

– Нет, Игрис, – Юми прислонилась к стене, чувствуя, как её начинает разбирать истерический смех. – Периметр тут не поможет. Нам нужно домой. Срочно.

Дома её ждала тишина, которая была обманчивой. Джинву сидел в кресле, читая книгу, но книга была перевернута вверх ногами. Сухо мерил шагами гостиную, и от его шагов на дорогом паркете оставались подпалины.

Как только дверь открылась, они оба оказались перед ней.

– Ну? – Сухо схватил её за плечи. – Что сказал врач? Ты ранена? Проклята? Кто это сделал, я его уничтожу!

– Сухо, успокойся, – Джинву мягко отстранил сына и заглянул Юми в глаза. – Ты дрожишь. Что случилось?

Юми молча протянула им снимок УЗИ.

Джинву взял листок. Сухо заглянул через его плечо. Несколько секунд в комнате царила абсолютная, мертвая тишина. Даже тени в углах замерли, перестав пульсировать.

– Это... – Джинву запнулся, чего с ним не случалось последние сто лет. – Это маленькие точки.

– Это не просто точки, отец, – прошептал Сухо, и его голос был полон священного ужаса. – Я чувствую их. Они... они пахнут как ты. И как я. И как Юми.

– Юми, – Джинву поднял на неё взгляд, в котором смешались восторг, страх и бесконечная нежность. – Доктор сказала, сколько их?

– Четверо, – выдохнула она, закрывая лицо руками. – У нас будет четверо детей, Джинву. Четыре маленьких Монарха.

Сухо издал странный звук, средний между всхлипом и смехом, и рухнул на диван.

– Четыре... – он схватился за голову. – Я буду старшим братом для четверых? Да они же разнесут этот дом за неделю! Отец, ты понимаешь, что нам нужно строить отдельный замок? Нет, отдельное измерение!

Джинву не слушал его. Он подошел к Юми и осторожно, будто она была сделана из самого хрупкого фарфора в мире, обнял её. Он прижался лбом к её лбу, и она почувствовала, как его мана — обычно холодная и величественная — окутывает её теплым, защитным коконом.

– Четверо, – повторил он тихо. – Значит, наша вечность станет еще громче.

– Ты не злишься? – Юми подняла на него глаза. – Это ведь... это огромная ответственность. Даже для тебя.

Джинву улыбнулся — той самой редкой, искренней улыбкой, которую видела только она.

– Злиться? Юми, я правил армией мертвых тысячи лет. Я вел за собой легионы теней. Но я никогда не думал, что смогу дать жизнь чему-то настолько... живому. Это величайший дар, который ты могла мне принести.

Сухо подскочил к ним и обнял их обоих, едва не раздавив в своих объятиях.

– Так, – заявил он решительно. – С этого момента Юми запрещено подходить к плите. Никакой муки! Никаких заказов! Я сам буду печь эти чертовы круассаны, если понадобится!

– Ты их сожжешь в первую же минуту, – сквозь слезы улыбнулась Юми.

– Значит, я заставлю Бера учиться кондитерскому делу! – Сухо взмахнул рукой. – Он быстр, у него острые когти, он идеально нарежет фрукты!

Юми представила огромного муравья-монстра в поварском колпаке, украшающего торт кремом, и всё-таки рассмеялась. Напряжение последних часов начало спадать.

– Джинву, – она посерьезнела, касаясь его щеки. – Доктор сказала, что у них очень высокий магический фон. Что, если они... что, если я не справлюсь?

– Ты справишься, – твердо сказал Джинву. – Потому что ты сильнее любого из нас. Ты — та, кто приручила Монарха Теней. А я... я разделю с тобой эту ношу. Моя мана будет поддерживать их, пока они не окрепнут. Тебе не о чем беспокоиться.

В этот вечер «Теневой Сад» был закрыт по «техническим причинам», хотя на самом деле в пекарне творилось нечто невообразимое. Сухо действительно вызвал Бера, и тот, дрожа от усердия, пытался взбить сливки, не разрушив миксер. Игрис стоял на страже у входа, не подпуская к зданию даже бродячих кошек.

А в жилых комнатах наверху трое сидели на ковре, рассматривая снимок УЗИ так, словно это была карта к самому ценному сокровищу во вселенной.

– Четыре девочки? Или мальчики? – рассуждал Сухо, потирая подбородок. – Если мальчики, я научу их владеть мечом раньше, чем они научатся ходить. Если девочки... ну, тогда всему миру конец, потому что я им позволю абсолютно всё.

– Сухо, не балуй их раньше времени, – мягко осадил его Джинву.

– Ты сам будешь баловать их больше всех, отец, не притворяйся. Ты уже сейчас смотришь на этот снимок так, будто готов отдать за эти четыре точки все свои владения.

Джинву не стал спорить. Он действительно был готов.

Юми положила голову на плечо мужа, чувствуя, как внутри неё пульсируют четыре крошечные искры жизни. Она знала, что её мечта о тихой пекарне только что превратилась в нечто гораздо более масштабное. Её жизнь больше не принадлежала только ей или двум Монархам. Теперь она была сосудом для будущего, которое могло изменить этот мир навсегда.

– Знаете, – прошептала она, закрывая глаза. – Я всегда хотела большую семью. Но я думала... ну, хотя бы по одному за раз.

– Сон Джинву не делает ничего наполовину, – Сухо подмигнул ей. – Если уж он решил продолжить род, то так, чтобы у богов в другом мире заложило уши.

– Тише, – Джинву приложил палец к губам. – Кажется, они реагируют на твой голос.

Все трое замерли. В комнате воцарилась тишина, наполненная магией и ожиданием. В этот момент Юми отчетливо почувствовала легкий толчок — едва уловимый, почти призрачный. Один из них, самый нетерпеливый, подал знак.

– Привет, – прошептала Юми, прижимая ладонь к животу. – Мы вас очень ждем.

Вечность больше не казалась Джинву и Сухо длинной и холодной дорогой. Теперь она была наполнена смыслом, который не могла дать ни одна битва, ни одна победа. Четыре биения сердца в унисон с их собственными — это была их самая главная победа.

И пока Сеул засыпал, в пентхаусе над городом двое Монархов и одна женщина строили планы на будущее, в котором аромат персиков будет смешиваться с детским смехом, а тени станут лучшими няньками в истории человечества.

– Джинву, – позвала Юми уже засыпая.

– Да?

– Нам всё-таки нужно купить тот замок в горах. Четыре кроватки в этой квартире точно не поместятся.

– Завтра же начну строительство, – ответил Монарх Теней, и в его голосе не было ни тени шутки. Для своей королевы и своих наследников он был готов перестроить саму реальность.

А Сухо уже сидел в интернете, заказывая четыре комплекта крошечных тренировочных мечей, игнорируя тот факт, что дети еще даже не родились. Ведь в семье Сон всё всегда было на высшем уровне.