Крах монарха
Первый год новой эры
Солнце заливало террасу нашего нового дома в горах ярким, почти ослепляющим светом. Воздух здесь был таким чистым, что кружилась голова, а внизу, в долине, расстилался густой хвойный лес, над которым периодически пролетали искры электричества — отголоски магии, которую Алекс невольно оставлял за собой.
Сегодня был особенный день. Год. Прошел ровно год с того момента, как Сухо и Юки ворвались в этот мир, окончательно перевернув наши представления о возможном. Первый день рождения моих сыновей.
Я стоял у перил, наблюдая, как Алекс пытается справиться с огромным пакетом продуктов и праздничных украшений, которые он настоял привезти сам, не доверяя доставке. На нем были простые серые брюки и черная майка, открывающая вид на его татуированные руки, которые теперь, казалось, стали еще рельефнее.
— Джинву, клянусь, если этот пакет порвется, я испепелю этот супермаркет! — ворчал он, перехватывая ношу поудобнее. — Почему мы не взяли с собой Игриса? Он бы тащил это всё с королевским достоинством, а я бы просто шел рядом и выглядел красиво.
Я не смог сдержать улыбки. Мои серые глаза, в которых раньше отражалась лишь бесконечная пустота, теперь светились мягким теплом.
— Ты и так выглядишь красиво, Алекс. Даже когда ворчишь, как старый дракон.
— Я не старый! — он фыркнул, подходя ко мне и ставя пакет на пол. — Я в самом расцвете сил. И вообще, это твой отец подбивает меня на ворчание своими советами по воспитанию.
Алекс подошел ближе и притянул меня к себе. От него пахло свежестью, озоном и тем самым сладким ароматом персиков, который стал для меня синонимом дома. Он заглянул мне в глаза, и в его синих зрачках на мгновение промелькнула нежность, которую он показывал только мне.
— Я быстро отнесу пакеты на кухню и вернусь, — прошептал он, обжигая дыханием мои губы. — Мы еще не всё взяли из машины, там остались подарки для мелких. Подожди меня здесь.
Он коротко, но властно поцеловал меня, оставляя на губах покалывающее ощущение электрического разряда, и, подхватив сумки, скрылся в дверях дома.
Я остался один на террасе, вдыхая прохладный горный воздух. Внутри дома слышались приглушенные звуки: смех моей матери, восторженные вскрики Юки, который уже вовсю практиковался в создании крошечных молний, и серьезное «агу» Сухо, который, кажется, пытался призвать свою первую тень в виде плюшевого медведя.
Мир казался идеальным. Слишком идеальным.
— Джинву.
Этот голос разрезал тишину, словно ржавый нож. Я замер, и мои чувства Монарха мгновенно обострились. Тени у моих ног вздрогнули, вытягиваясь в сторону источника звука. Я медленно обернулся.
На краю террасы, прямо у лестницы, ведущей в сад, стояла женщина. Она была одета в дорогое белое пальто, её волосы были безупречно уложены, а на лице лежал слой косметики, который всё равно не мог скрыть усталости и затаенной злобы в глазах.
Ча Хэ Ин.
— Ну, здравствуй, — произнес я сухо. Мой голос звучал ровно, без тени эмоций, которые она, возможно, ожидала услышать.
— Здравствуй, Джинву, — она сделала шаг вперед, оглядывая дом с каким-то болезненным любопытством. — Значит, это здесь ты прячешься от мира? В этом... логове?
— Я не прячусь, Хэ Ин. Я живу. Впервые за долгое время.
Она издала короткий, резкий смешок, который больше походил на всхлип.
— Живешь? Ты называешь это жизнью? Ты, величайший охотник человечества, Теневой Монарх, променял свой статус, свою честь и меня на... на это? На сожительство с каким-то дикарем и воспитание детей, которые даже не должны существовать?
Я почувствовал, как внутри меня шевельнулась Тень. Не от гнева, а от холодного осознания того, насколько она до сих пор ничего не понимает.
— Хэ Ин, ты пришла сюда в день рождения моих сыновей, чтобы читать мне лекции о статусе? Уходи. Тебе здесь не рады.
— Твоих сыновей? — она выделила это слово с неприкрытым отвращением. — Ты серьезно считаешь их своими? Ты хоть понимаешь, как ты выглядишь в глазах общества? Охотники шепчутся за твоей спиной. Твоя гильдия «Арджин» теперь ассоциируется не с силой, а с... извращением природы.
— Мне плевать на общество, — я сделал шаг к ней, и температура на террасе заметно упала. — И мне плевать на то, что шепчут охотники. Если ты пришла сюда, чтобы оскорблять мою семью, я советую тебе уйти сейчас, пока Алекс не вернулся. Он не так терпелив, как я.
Хэ Ин побледнела, но не отступила. В её глазах вспыхнуло безумие человека, который потерял всё и теперь хочет, чтобы другие страдали так же.
— Ты думаешь, он любит тебя? — она почти прошипела это. — Он просто использует тебя, Джинву. Ему нужна была твоя сила, твоя Тень, чтобы создать своих монстров. Как только дети подрастут, он бросит тебя, как бросил Акнология этот мир. Драконы не знают верности, они знают только доминирование.
— Ты ошибаешься, — раздался голос за моей спиной.
Алекс вышел на террасу. Он не бежал, не кричал. Он шел медленно, и с каждым его шагом небо над домом начинало темнеть, затягиваясь тяжелыми, свинцовыми тучами. Его аура Громового Дракона развернулась во всю мощь, заставляя Хэ Ин пошатнуться под этим давлением.
— Ты снова лезешь не в свое дело, женщина, — Алекс встал рядом со мной, его рука легла мне на поясницу, и я почувствовал, как его магия мгновенно сплетается с моей, создавая непробиваемый щит. — Я предупреждал тебя, чтобы ты не приближалась к нему.
— Алекс, не надо, — тихо сказал я, кладя руку ему на грудь. — Она того не стоит.
Алекс взглянул на меня, и в его синих глазах яростное пламя на секунду сменилось беспокойством.
— Она оскорбляет тебя в твоем собственном доме, Джинву. Она называет наших детей монстрами.
Он снова повернулся к Хэ Ин. Его лицо теперь напоминало маску хищника, лишенную всякой человечности.
— Слушай меня внимательно, Хэ Ин, — его голос вибрировал, откликаясь раскатами грома в небе. — Ты можешь ненавидеть меня. Ты можешь проклинать тот день, когда я вошел в этот дом. Но если ты еще раз произнесешь хоть одно слово о моих сыновьях или о моем муже... я не просто уничтожу твою карьеру. Я сотру саму память о тебе. Драконы не прощают тех, кто покушается на их гнездо.
Хэ Ин смотрела на него с ужасом. Она была сильным охотником, одной из лучших, но перед лицом истинного Монарха и сына Короля Драконов она была никем. Её гордость, которая вела её сюда, рассыпалась в прах под давлением первородной силы.
— Ты... ты действительно изменился, Джинву, — прошептала она, глядя на меня. — В тебе больше нет того человека, которого я знала.
— Того человека никогда не существовало, Хэ Ин, — ответил я спокойно. — Была лишь оболочка, которую ты принимала за меня. Теперь уходи. И больше не возвращайся.
Она постояла еще мгновение, её губы дрожали, но она не нашла, что сказать. Развернувшись, она почти бегом спустилась по лестнице и скрылась в тени деревьев.
Тучи над домом начали медленно рассеиваться, уступая место солнечному свету. Алекс глубоко вздохнул, его аура постепенно свернулась, возвращаясь в привычное, спокойное состояние.
— Прости, — буркнул он, отводя взгляд. — Я обещал, что сегодня будет идеальный день, а в итоге позволил этой... женщине всё испортить.
Я подошел к нему и обнял его, прижимаясь лбом к его плечу.
— Ты ничего не испортил, Алекс. Ты защитил нас. Как и всегда.
Он обхватил меня руками, крепко сжимая в объятиях.
— Я просто ненавижу, когда она так говорит. Как будто то, что у нас есть — это ошибка.
— Это не ошибка, — я поднял голову и посмотрел ему прямо в глаза. — Это единственное правильное решение, которое я принял за всю свою долгую, бессмертную жизнь.
Алекс улыбнулся, и на его щеках появились те самые ямочки, которые я так любил. Он наклонился и нежно поцеловал меня в нос.
— Ладно, Монарх. Пойдем внутрь. Там Сухо, кажется, пытается съесть праздничный торт раньше времени, а Юки активно ему помогает, отвлекая твою маму вспышками молний.
Мы вошли в дом рука об руку. В гостиной действительно царил организованный хаос. Моя мать пыталась поймать Юки, который с поразительной для годовалого ребенка скоростью ползал под столом, а Сухо с самым серьезным видом сидел перед тортом, протягивая к нему крошечную ручку, окутанную темной дымкой.
— Эй, мелкие бандиты! — крикнул Алекс, подхватывая Юки на руки и подбрасывая его в воздух. Малыш залился восторженным смехом, а в его волосах затрещали искры. — Кто тут хочет подарков?
Я подошел к Сухо и взял его на руки. Он посмотрел на меня своими серыми глазами, и я увидел в них отражение самого себя — но не того, старого Джинву, а нового, нашедшего смысл в каждом вдохе.
— С днем рождения, сын, — прошептал я, целуя его в лоб.
Вечер прошел в атмосфере тепла и радости. Пришли мои родители, Анна и даже Акнология, который, вопреки своим обычным ворчаниям, привез внукам два огромных кристалла чистой магии, которые дети тут же начали использовать как прорезыватели для зубов.
Когда гости разошлись, и дети наконец уснули в своих колыбелях, мы с Алексом вышли на балкон спальни. Ночь была тихой, звездной.
— Ты действительно счастлив? — спросил Алекс, прислонившись к перилам и глядя на меня.
Я подошел к нему со спины и обнял, переплетая наши пальцы.
— Больше, чем ты можешь себе представить.
— Знаешь, — он повернулся в моих руках, его лицо было серьезным. — Отец сказал мне сегодня, что Сухо и Юки — это только начало. Что наш союз может породить целую династию.
Я приподнял бровь, глядя на него с легкой усмешкой.
— Династию, значит? И сколько же Монархов и Драконов ты планируешь выпустить в этот мир?
Алекс хитро прищурился, притягивая меня ближе за воротник рубашки.
— Ну, я думаю, еще парочка нам не помешает. Но это обсудим позже. А сейчас...
Он замолчал, впиваясь в мои губы страстным, требовательным поцелуем. Я ответил с той же силой, чувствуя, как внутри меня снова просыпается тот хищник, которого Алекс разбудил год назад.
Нам было плевать на Хэ Ин, на мнение охотников и на законы природы. Мы сами были законом. Мы были Тенью и Громом, слитыми воедино.
И пока мы были вместе, ни одна тень прошлого не могла омрачить наше будущее.
Я закрыл глаза, отдаваясь его ласкам, и в голове промелькнула последняя мысль перед тем, как страсть окончательно захлестнула нас обоих: «Спасибо тебе, Алекс, за то, что научил меня не просто существовать, а гореть».
Над горами снова прогремел гром, но на этот раз он звучал как триумфальный марш. Наша история только начиналась. И впереди нас ждала целая вечность, полная света, молний и любви, которая оказалась сильнее богов.