Кружева
Кружево, смазка и шепот в пустоте
Тишина в Выручай-комнате стала почти осязаемой, тяжелой, как бархатные портьеры в гостиной Слизерина. Гарри тяжело дышал, его грудная клетка мерно вздымалась, едва не касаясь бледной кожи Драко. Взгляд Поттера, обычно такой прямой и честный, сейчас был затуманен чем-то темным, первобытным. Он медленно отстранился, но лишь для того, чтобы дотянуться до небольшой тумбочки, которую комната услужливо подставила под руку.
Когда Гарри выпрямился, в его руке был небольшой флакон. Драко проследил за его движением, и его горло судорожно дернулось. Он узнал содержимое — вязкая, прозрачная субстанция, бликующая в свете догорающих свечей. В животе у Малфоя всё скрутилось в тугой узел. Это был момент истины. Одно дело — дразнить, кусаться и обмениваться колкостями, и совсем другое — позволить Поттеру, своему вечному врагу и тайному объекту одержимости, зайти так далеко.
Драко почувствовал, как по спине пробежал холодок, смешанный с обжигающим предвкушением. Его разум, привыкший всё контролировать, лихорадочно заработал. Он начал мысленно перебирать заклинания очищения — «Тергео», «Эскуро», — пытаясь вспомнить самые быстрые и эффективные способы привести себя в порядок после... этого. Он не хотел идти через всю школу в душ, рискуя быть пойманным Филчем или, что еще хуже, Снейпом. Ему нужно было решение, которое позволит сохранить остатки достоинства.
– О чем ты думаешь, Малфой? – Шепот Гарри прорезал тишину, заставляя Драко вздрогнуть.
Гарри стоял совсем рядом, его лицо было в дюйме от лица Драко. Он видел, как бегают глаза блондина, как тот закусывает губу, уходя в свои мысли.
– О том, какой ты неотесанный гриффиндорец, Поттер, – попытался огрызнуться Драко, но голос подвел его, сорвавшись на хрип. – И о том, что мне придется потратить час на очищающие чары, чтобы избавиться от твоего присутствия.
Гарри коротко, горько усмехнулся. Он подался вперед, прижимаясь губами к самому уху Драко, обжигая его дыханием.
– Тебе не придется ни о чем думать, – прошептал он, и от этого низкого, властного тона у Драко подкосились ноги. – Я сам о тебе позабочусь. Просто расслабься. Если сможешь.
Драко замер, когда почувствовал, как магия комнаты откликнулась на желание Гарри. Внезапно по его телу разлилось странное ощущение — прохладный ветерок прошелся по коже, а внутри, там, где страх боролся с желанием, возникло чувство абсолютной, почти стерильной чистоты. Выручай-комната сама подготовила его, избавив от необходимости произносить заклинания. Это было пугающе интимно — магия Хогвартса словно благословляла их грехопадение.
Гарри улыбнулся, глядя прямо в расширенные зрачки Драко. Эта улыбка была обещанием, от которого невозможно было сбежать. Он выдавил немного смазки на пальцы — звук был влажным и чересчур громким в этой тишине. Драко снова закусил нижнюю губу, так сильно, что почувствовал металлический вкус крови. Его бледная кожа на фоне смуглых рук Гарри казалась почти прозрачной.
– Поттер... – выдохнул он, когда почувствовал, как широкая ладонь Гарри легла на его бедро, властно разводя ноги в стороны.
– Молчи, Драко, – Гарри не просил, он приказывал.
Он медленно, с мучительной неторопливостью, надавил пальцами на самое сокровенное, проникая в узкое, горячее кольцо мышц. Драко вскрикнул, его спина выгнулась дугой, а пальцы впились в плечи Гарри, раздирая ткань рубашки. Это не было больно — холод смазки и тепло пальцев Гарри создавали сводящий с ума диссонанс.
– Черт, ты такой узкий, – прорычал Гарри, его самообладание трещало по швам.
Он смотрел, как лицо Малфоя искажается от смеси удовольствия и шока. Гордый аристократ, наследник Малфоев, сейчас дрожал в его руках, полностью обнаженный, если не считать клочков черного кружева на запястьях, которые Гарри намеренно оставил как напоминание о проигранном споре.
– Я... я тебя ненавижу... – простонал Драко, закидывая голову назад. Его платиновые волосы рассыпались по плечам Гарри, создавая нимб в тусклом свете.
– Ври больше, – Гарри добавил второй палец, расширяя его, заставляя Драко всхлипнуть. – Ты жаждал этого больше, чем победы в квиддиче. Ты годами доводил меня, чтобы я сделал это. Ну что, Малфой? Ты получил то, что хотел?
Драко не мог ответить. Его мир сузился до ощущений внутри, до тяжелого тела Гарри, которое давило на него, до запаха пота и магии. Он чувствовал, как Гарри внутри него нащупывает ту самую точку, и когда пальцы Гриффиндорца уверенно нажали на нее, Драко буквально ослеп от вспышки удовольствия.
– Пожалуйста... – это слово сорвалось с его губ прежде, чем он успел его осознать.
Гарри замер на секунду, его глаза вспыхнули зеленым пламенем. Мольба в голосе Драко стала последней каплей, разрушившей плотину его сдержанности. Он вытащил пальцы, заставляя Малфоя разочарованно простонать, и начал лихорадочно расстегивать свои брюки.
– Ты сам напросился, – выдохнул Гарри, подхватывая Драко под бедра и прижимая его к стене.
Драко обхватил его ногами, чувствуя, как твердая, горячая плоть Гарри упирается в него. В этот момент не было ни факультетов, ни войны, ни семейных обязательств. Была только эта дикая, неправильная тяга друг к другу, которая наконец нашла выход.
– Смотри на меня, – потребовал Гарри, входя в него одним резким, мощным толчком.
Драко закричал, его голос эхом отразился от каменных стен. Он широко открыл глаза, встречаясь взглядом с Гарри. В этом взгляде было всё: годы взаимных обид, невысказанная страсть, ярость и какое-то странное, извращенное признание.
– Да... именно так... – прохрипел Драко, впиваясь ногтями в спину Гарри. – Не смей... не смей останавливаться.
Гарри начал двигаться — сначала медленно, наслаждаясь тем, как плотно и горячо его принимает тело врага, а затем всё быстрее и жестче. Каждый толчок выбивал из Драко обрывки слов, стоны и всхлипы. Он был полностью во власти Поттера, и, к своему ужасу и восторгу, он наслаждался каждой секундой этого подчинения.
Кружево на его запястьях натирало кожу, напоминая о цене проигрыша, но сейчас это казалось лучшим украшением. Гарри целовал его — грубо, жадно, кусая губы и язык, словно пытаясь выпить саму душу Малфоя. Они были как два столкнувшихся заклинания, вызывающих магический выброс невероятной силы.
– Ты... мой... – повторял Гарри между толчками, и Драко не мог с этим спорить.
В какой-то момент Драко почувствовал, что достигает предела. Его тело натянулось, как струна, магия внутри него забурлила, ища выхода. Гарри, почувствовав его состояние, ускорился, его движения стали почти неистовыми.
– Вместе, Драко, – прошептал Гарри, накрывая губы Малфоя своими в последнем, сокрушительном поцелуе.
Разрядка накрыла их одновременно. Это был взрыв, ослепительный и оглушающий. Драко уткнулся лицом в шею Гарри, содрогаясь в его руках, чувствуя, как горячая волна удовольствия смывает остатки сознания. Гарри прижался к нему всем телом, тяжело дыша, пытаясь прийти в себя.
Прошло несколько минут, прежде чем тишина снова воцарилась в комнате. Гарри медленно опустил Драко на ковер, но не отпустил его, продолжая придерживать за плечи. Блондин выглядел совершенно разбитым: волосы спутаны, губы распухли, на бледной коже расцветали красные пятна от поцелуев и пальцев Гарри.
Драко медленно открыл глаза и посмотрел на обрывки черного кружева, валяющиеся на полу. Затем перевел взгляд на Гарри. В его глазах больше не было высокомерия — только усталость и что-то похожее на облегчение.
– Поттер, – тихо произнес он, пытаясь вернуть голосу привычную твердость. – Если ты хоть кому-нибудь об этом расскажешь...
– Я знаю, Малфой, – перебил его Гарри, слабо улыбнувшись. Он протянул руку и убрал прилипшую прядь волос со лба Драко. – Ты проклянешь меня. Или твой отец узнает.
Драко фыркнул, но не отстранился от прикосновения.
– Мой отец об этом точно не узнает. Как и твой драгоценный Уизли.
Гарри кивнул, его взгляд стал серьезным.
– Это останется здесь. В этой комнате.
– Хорошо, – Драко наконец отстранился, пытаясь найти свою одежду. – Потому что завтра я снова буду тебя ненавидеть.
– А я буду ненавидеть тебя, – согласился Гарри, помогая ему подняться. – Но мы оба знаем, что это ложь.
Драко ничего не ответил. Он быстро оделся, стараясь не смотреть на Гарри, хотя чувствовал на себе его жгучий взгляд. Когда он уже подошел к двери, он обернулся.
– Кстати, Поттер... – Малфой на мгновение вернул себе свою фирменную ухмылку. – Метлу я тебе всё равно не отдам.
Гарри рассмеялся, и этот звук был самым искренним, что слышали эти стены за долгое время.
– Оставь себе, Малфой. У меня теперь есть трофей получше.
Драко закатил глаза и вышел из Выручай-комнаты, чувствуя, как внутри него всё еще вибрирует магия Гриффиндорца. Он знал, что это не конец. Это было только начало их новой, гораздо более опасной игры. И, честно говоря, он уже ждал следующего раунда.