Ледяной маг и Нэкомата
Ледяной пакт трех тронов
Утренний туман над городом Куо сегодня казался гуще обычного. Он стелился по асфальту тяжелыми, неподвижными волнами, заглушая звуки просыпающихся улиц. Барьеры высшего уровня, возведенные совместными усилиями демонических кланов Ситри и Гремори, связывали пространство в тугой узел, изолируя Академию Куо от мира людей. Смертным объявили о внеплановой дезинфекции и проверке несущих конструкций старых корпусов, но подлинная причина держала в напряжении все высшие круги сверхъестественного мира.
Саммит лидеров трех великих фракций должен был начаться в полдень.
В просторной гостиной особняка Люцифуг царила сосредоточенная тишина, нарушаемая лишь негромким позвякиванием фарфоровых чашек. За длинным столом из темного японского дуба собрался весь круг приближенных Гарри.
Юная Ле Фей Пендрагон, одетая в парадную лавандовую мантию с тончайшей серебряной вышивкой дома королей, сосредоточенно чертила защитные глифы на пергаменте, сверяясь с древним кельтским гримуаром. Рядом с ней, опершись подбородком на ладонь, сидела Киёме Абэ. Жрица клана онмёдзи сменила дорожное хакама на строгое белое кимоно с гербом пятиконечной звезды; дюжина ее зачарованных бумажных талисманов-офуда парила в воздухе над чайником, мягко очищая пар от малейших примесей духовной скверны.
– Пространственный контур школы нестабилен, – негромко произнесла Сона Ситри, поправляя очки кончиком пальца.
Президент студсовета сидела по правую руку от Гарри, разложив перед собой подробную схему школьных коммуникаций. Цубаки Шинра стояла за ее плечом, положив пальцы на рукоять своей неизменной катаны, в то время как Рея Кусака и Томоэ Мегури раскладывали свитки с донесениями патрулей.
– Мой клан и семья Гремори выставили все резервы, – продолжила Сона, бросив внимательный взгляд на Гарри. – Но если переговоры сорвутся... столкновение трех владык превратит префектуру в выжженную пустошь за секунды. Никакие барьеры не удержат чистую силу Сазекса-сама, Михаила и Азазеля.
– Они не сорвутся, – ровный, глубокий голос Гарри заставил всех присутствующих девушек невольно поднять глаза.
Юноша стоял у высокого окна, выходившего в сад. Он уже сменил привычную школьную форму на парадное одеяние Дома Люцифуг: темно-серый, почти черный камзол строгого кроя с высоким воротником, отделанным серебряной каймой, свободные брюки и высокие сапоги из мягкой кожи. На его плечи был накинут плащ цвета стылого зимнего неба, скрепленный массивной фибулой из черного льда в форме гербового цветка рода Блэк. Серебристо-пепельные волосы были гладко зачесаны назад, открывая холодное, аристократичное лицо, на котором серые глаза сияли непоколебимым, стылым спокойствием.
В этом облике не осталось ни следа от сломленного узника Азкабана, ни тени забытого сына Поттеров. Перед ними стоял суверенный лорд, равный по силе и праву древнейшим монархам.
Сзади к нему неслышно подошла Курока. Черное боевое юката нэкоматы было туго перехвачено шелковым поясом, два пушистых хвоста мерно покачивались за спиной, а ладони окутывало едва заметное лазурное марево природной энергии. Она мягко положила ладонь на его предплечье, встав вплотную.
– Мои духовные нити зафиксировали странные колебания в разломах под холмами, нья, – тихо промурлыкала она, и в ее голосе прорезались хищные нотки. – Не падшие и не ангелы. Что-то чужое... пахнущее гнилой змеиной кожей и старыми грехами Подземного мира.
– Бригада Хаоса, – констатировал Гарри, накрыв ее ладонь своими пальцами. – Они попытаются сорвать мирный договор. Старая фракция Люцифера во главе с потомками первородных демонов не смирится с утратой власти. А Вали Люцифер... Белый Дракон жаждет крови и достойной битвы.
– Пусть только сунутся, – раздался бархатный, вибрирующий темным обещанием голос.
Акено Химеджима, грациозно ступая по циновкам, подошла с другой стороны. На ней было изысканное жрическое одеяние с глубоким вырезом, открывавшим соблазнительную линию ключиц, а в ее фиалковых глазах плясали яростные искры золотых молний. Она встала по левую руку от Гарри, открыто и бесстыдно прижавшись бедром к его ноге.
– Если кто-то посмеет помешать нашему господину утвердить свой триумф, – прошептала полудемоница, коснувшись губами мочки уха юноши, – мои молнии очистят их плоть до самых костей.
Курока недовольно фыркнула, слегка царапнув коготком камзол Гарри:
– Слюни подбери, жрица, нья! Сначала сквозь мои когти пройдут, а потом уже твои грозы пригодятся.
Гарри лишь едва заметно усмехнулся, привычно принимая тепло обеих девушек. За последние недели его дом превратился в настоящую цитадель, где демоницы, жрицы, экзорцистки и потомки древних магов смертного мира нашли единый центр притяжения.
Дверь открылась, и в гостиную вошла Грейфия. Ее появление мгновенно заставило всех выпрямиться. Сильнейшая Королева Подземного мира несла в руках массивный ларец из лунного серебра.
– Пора, Адриан, – произнесла она, останавливаясь перед племянником. В ее взгляде сквозила сдержанная, но безграничная гордость. – Кортежи Небес и Григори уже вошли в воздушное пространство академии. Сазекс-сама ожидает нас в зале заседаний.
Она открыла ларец. На бархатной подушке лежал скипетр из цельного кристалла вечной мерзлоты — реликвия, принадлежавшая когда-то ее сестре Гретель, символ суверенитета младшей ветви Люцифуг.
Гарри взял скипетр. Кристалл отозвался мгновенно: серебряная волна холода прокатилась по комнате, узоры инея расцвели на стеклах окон, но этот мороз не причинил никому вреда. Он лишь подчеркнул совершенный, величественный статус своего владельца.
– Выдвигаемся, – произнес Гарри. – Сегодня мы перевернем страницу истории этого мира.
***
Главный корпус Академии Куо изменился до неузнаваемости.
Обычные учебные классы были объединены мощными пространственными заклинаниями в колоссальный зал заседаний, напоминавший античный сенат. По периметру зала замерли элитные стражи: серафимы в сияющих доспехах с золотыми крыльями, шестикрылые падшие ангелы в вороненой стали и благородные демоны высших домов преисподней. Воздух гудел от колоссальной концентрации божественной, демонической и световой энергий. Малейшая искра могла спровоцировать бойню.
Во главе круглого стола восседали трое.
Владыка Демонов Сазекс Люцифер — высокий, статный мужчина с волосами цвета свежей крови, одетый в церемониальный пурпурный камзол. Его лицо выражало абсолютное спокойствие, но за мягкой улыбкой скрывалась чудовищная сила Разрушения.
Напротив него сидел лидер Григори, генерал-губернатор падших ангелов Азазель. Он выглядел подчеркнуто небрежно: расстегнутый воротник темной рубашки, растрепанные черные волосы с золотой челкой и насмешливый, вечно любопытный прищур карих глаз. Рядом с ним стоял его телохранитель — Вали Люцифер в свободной куртке, скрестивший руки на груди и скучающим взглядом скользивший по присутствующим.
Третью сторону представлял архангел Михаил — златовласый предводитель Небесного Воинства в ослепительно-белых одеждах с двенадцатью крыльями из чистого света за спиной. Его лицо дышало святым благородством и глубокой, застарелой скорбью за судьбы мира.
Чуть позади стола стояли пэрские составы Риас Гремори и Соны Ситри. Иссей, закованный в алую броню перчатки, нервно сглатывал, Киба держал руку на эфесе объединенного свято-демонического меча, а Зеновия и Ирина застыли в почетном карауле за спиной архангела Михаила.
Тяжелые дубовые двери зала с глухим стуком распахнулись.
Звук шагов по мраморному полу заставил смолкнуть даже негромкие перешептывания стражи.
Воздух в зале мгновенно остыл на двадцать градусов. Пламя магических факелов на стенах колыхнулось и окрасилось в кристально-серебристый цвет.
В зал вошел Гарри. По правую руку от него шла Грейфия, держа руки в широких рукавах платья горничной, по левую — Курока, чьи два хвоста и синее пламя сендзюцу вокруг запястий говорили сами за себя. За ними следовали Акено, Ле Фей и Киёме Абэ, создавая свиту, равной которой не мог похвастаться ни один молодой наследник Подземного мира.
Азазель медленно выпрямился, его насмешливая улыбка сменилась выражением искреннего, глубокого интереса:
– А вот и главная загадка Дальнего Востока. Приятно наконец увидеть тебя вживую, парень. Донесения о том, как ты оторвал крылья Кокабиэлю за две минуты, звучали как байка пьяного барда. Но этот холод... да, слухи не врали ни на гран.
Михаил поднял ясный, лучезарный взгляд на Гарри. Архангел замер, почувствовав исходящую от юноши ауру:
– Кровь падшей аристократии демонов, закаленная в муках человеческого мира... и древнейшее благословение земли Альбиона. В тебе нет ненависти к Небесам, дитя. Лишь спокойствие вечного льда.
– Приветствую лидеров великих сил, – Гарри остановился перед столом, слегка склонив голову в безупречном поклоне европейского лорда. – Мое имя лорд Адриан Люцифуг. Я прибыл сюда, чтобы засвидетельствовать подписание пакта и гарантировать неприкосновенность человеческого мира.
– Присаживайся, Адриан, – тепло произнес Сазекс, указав на четвертое кресло из черного базальта, специально установленное за круглым столом. – Сегодня твой голос имеет такой же вес, как и наши. Ты доказал свое право на этот трон силой и честью.
Гарри занял свое место. Курока и Акено встали позади его кресла, словно две смертоносные тени, а Ле Фей робко прижалась к плечу Киёме, с тревогой вглядываясь в ряды охраны.
– Повестка дня проста, – начал Азазель, откинувшись на спинку стула и закинув ногу на ногу. – Война между нами окончена тысячелетия назад. Бога нет. Четыре владыки демонов прошлого мертвы. Мы тратим колоссальные ресурсы на бессмысленную вражду, пока бродячие психопаты вроде Кокабиэля пытаются поджечь весь мир ради собственного тщеславия. Григори готовы подписать безоговорочный пакт о ненападении.
– Небеса согласны с этими доводами, – мягко подтвердил Михаил, коснувшись золотого креста на груди. – Человечество не должно страдать из-за наших древних споров. Мы готовы передать часть систем молитв под нейтральный контроль и прекратить охоту на полукровок и ёкаев.
– Подземный мир ратифицирует договор, – кивнул Сазекс. – Но остается вопрос территорий. Земли Дальнего Востока, в частности город Куо, не могут принадлежать исключительно кланам Ситри или Гремори. Это точка пересечения всех потоков.
– Этот город останется нейтральной зоной, – спокойно взял слово Гарри. Его голос звучал твердо, не допуская возражений. – Под моим личным управлением. Кланы Гремори и Ситри сохранят свои филиалы, Церковь получит право держать здесь священные святилища под контролем клана Абэ, а Григори — исследовательские центры. Но любые вооруженные конфликты на этой территории будут караться немедленным и полным уничтожением нарушителей. Моим льдом.
Азазель тихо хмыкнул, одобрительно покачав головой:
– Жестко. Без дипломатических соплей. Мне это по душе.
Михаил и Сазекс переглянулись и синхронно кивнули, поднимая перья для подписания золотого свитка пакта.
Казалось, многовековой раскол сверхъестественного мира наконец-то затянется рубцом.
Но в этот момент пространство содрогнулось.
***
Звук был похож на глухой, скрежещущий удар гигантского колокола глубоко под землей.
Свет в зале мгновенно погас, сменившись зловещим, неестественным багровым сиянием. Воздух застыл.
Серафимы охраны замерли в неестественных позах, их золотые перья на крыльях застыли на лету. Падшие ангелы, слуги Риас, Иссей с открытым в крике ртом, Зеновия, Ирина — все, кроме тех, кто обладал божественной мощью владык или абсолютным ментальным контролем, превратились в живые статуи.
– Остановка времени?! – воскликнул Михаил, вскакивая с места. Его двенадцать крыльев вспыхнули ослепительным пламенем, отсекая воздействие заклинания от стола переговоров.
– Святой Механизм полукровки-вампира Гаспара Влади, – нахмурился Сазекс, в его ладонях закипели сферы Разрушения. – Кто-то взломал его силу и многократно усилил ее через чужеродную магию!
– Не просто взломал, – ледяным тоном произнес Гарри.
Он даже не шелохнулся. Черный хрустальный скипетр в его руке слабо засиял.
Холод Дома Люцифуг был не стихией, а абсолютным прекращением любого движения. Для того, кто владел концепцией абсолютного нуля, искусственная остановка времени была не более чем слабой попыткой подражания.
Гарри ударил концом скипетра о мраморный пол.
– *Фините Инкантатем: Морозное пробуждение.*
Звон разбитого стекла эхом прокатился по залу. Волна серебряного инея ударила во все стороны, срывая серые оковы временного паралича. Курока хищно оскалилась, выпустив когти; Акено взмыла в воздух, сверкая молниями; Сона и Цубаки мгновенно активировали защитные круги, прикрывая оттаявших слуг.
Снаружи здания раздался оглушительный взрыв.
Огромная часть восточной стены зала рухнула наружу, открывая вид на школьный двор. Небо над Куо было затянуто кроваво-красными тучами, из которых медленно падали хлопья черного пепла.
В воздухе над стадионом парил целый флот магов в темно-фиолетовых мантиях с гербами древних демонических родов, а впереди них на массивном круге телепортации стояла женщина поразительной, но безумной красоты. Длинные темно-зеленые волосы, заплетенные в сложные косы, открытые кожаные доспехи и глаза, пылающие ненасытной жаждой разрушения.
Катерея Левиафан. Прямой потомок истинного Левиафана, одна из лидеров мятежной Бригады Хаоса.
– Какая трогательная картина! – ее визгливый, искаженный демонической силой смех резанул по ушам. – Лже-владыки собрались, чтобы поделить крошки со стола человечества! Сазекс! Твое время истекло! Мы сотрем этот жалкий мирок и вернем преисподней ее первородное величие!
В ее руках пульсировала гигантская сфера черного света, внутри которой извивалась призрачная змея — частица силы Дракона Бесконечности, Офис.
– Катерея... – помрачнел Сазекс, сделав шаг вперед. – Твое безумие переходит все границы. Ты связалась со змеем, который сожрет тебя изнутри.
– Замолчи, узурпатор! – взвизгнула демоница, занося сферу для чудовищного удара, способного испарить весь школьный комплекс. – Сдохните все!
Она не успела метнуть снаряд.
– Твоя речь слишком утомительна, женщина, – раздался холодный, спокойный голос.
Гарри не бежал. Он не летел. Он просто сделал шаг с обрыва разрушенной стены — и прямо под его подошвами в воздухе соткались морозные ступени. Каждый его шаг порождал в атмосфере кристаллический звон.
Катерея опустила безумный взгляд на приближающегося юношу, и на ее лице проступило отвращение:
– Еще один выродок Люцифуг?! Жалкие цепные псы Сазекса! Сдохни под колесами нового порядка!
Она перенаправила сферу черного пламени прямо в грудь Гарри. Сгусток энергии Бесконечности, усиленный магией первородного демона, несся с чудовищной скоростью, сжигая сам воздух на своем пути.
– Адриан! – вскрикнула Риас, но Грейфия лишь властно положила ладонь на плечо золовки, удерживая ее на месте.
– Смотри, Риас, – тихо произнесла сильнейшая Королева. – Смотри, как сражается истинный наследник моего рода.
Гарри даже не поднял скипетр. Он лишь вытянул вперед левую руку, раскрыв бледную ладонь навстречу летящей погибели.
– *Glacies Aeterna: Черная пасть Коцита.*
Воздух перед Гарри сжался в гравитационную точку абсолютного холода. Черная сфера Катереи, обладавшая колоссальной кинетической мощью, влетела в зону действия его ауры... и начала стремительно замедляться.
Змея Офис внутри снаряда забилась в агонии. Черное пламя не сдетонировало. Оно начало замерзать.
Слой за слоем, секунда за секундой, разрушительная энергия превращалась в граненый, блестящий кристалл черного антрацитового льда. Чудовищная атака Катереи потеряла свою плотность, превратившись в идеальный ледяной шар размером с яблоко, который мягко опустился прямо в раскрытую ладонь Гарри.
Юноша сжал пальцы.
Раздался сухой хруст. Черный кристалл рассыпался на тысячи сверкающих блесток, безвредно растаявших на ледяном ветру.
Вся армия Бригады Хаоса замерла в гробовом молчании. Даже Азазель присвистнул, почесав затылок:
– Заморозить силу Офис голыми руками?.. Этот парень просто чудовище. Сазекс, где вы его прятали все эти годы?
Катерея попятилась назад по своему магическому кругу, ее лицо перекосило от смеси бешенства и первобытного ужаса:
– Невозможно... Эта сила... Ты не можешь быть просто Люцифугом! Кто ты такой?!
– Я тот, кого твои господа сочли незначительным, – Гарри поднял скипетр.
Его глаза вспыхнули чистым серебряным пламенем. Из его спины с оглушительным шелестом раскрылись четыре огромных крыла. Но это не были кожистые крылья демонов или пернатые крылья ангелов. Это были монолиты кристального, полупрозрачного серебряного льда, формой напоминавшие клинки древних мечей, окутанные мерцающей пыльцой абсолютного нуля.
– *Сектумсемпра: Ледяной шторм Блэков.*
Взмах ледяных крыльев породил ураган.
Миллионы невидимых, смертоносных лезвий из концептуального холода ударили по строю мятежных магов. В воздухе раздались тысячи звонких хлопков. Маги Бригады Хаоса даже не успевали вскрикнуть: их тела покрывались тончайшей сеткой глубоких порезов, в которые мгновенно въедался парализующий мороз. Целая армия мятежников начала падать с небес, превращаясь в застывшие ледяные глыбы еще до удара о землю.
Катерея взвыла, ее тело начало мутировать под воздействием змеиной силы, покрываясь чешуей:
– Я не сдамся! Я истинная владычица преисподней!
Она ринулась на Гарри, превратив руки в гигантские когти из темной материи.
Гарри не стал уклоняться. Он плавно шагнул ей навстречу. Скипетр в его руке удлинился, обратившись в длинный, тонкий палаш из черного хрусталя.
Один удар.
Чистый, выверенный, совершенный взмах клинка, которому его годами обучали призрачные портреты Арктура и Чарлуса Блэка в полумраке родовых библиотек.
Клинок Гарри прошел сквозь темную материю Катереи, словно сквозь утренний туман, и вонзился точно в центр ее груди — прямо в ядро, где пульсировала сила змеи.
– Твое время истекло тысячу лет назад, Катерея, – прошептал Гарри ей на ухо, оказавшись вплотную к застывшей демонице.
– Проклят... будь... – прохрипела она.
– *Авада Кедавра: Абсолютный покой.*
Он не произнес заклинание вслух — он вложил его ментальную концепцию напрямую в клинок. Смертельное проклятие, очищенное от зеленой гнили и соединенное с родовым льдом Люцифуг, ударило прямо в душу мятежницы.
Тело Катереи не разорвало на куски. Оно побелело, став кристально-прозрачным, словно тончайший богемский хрусталь. Секунда — и фигура последней наследницы Левиафана с мелодичным перезвоном рассыпалась на миллионы снежинок, развеявшихся по ночному небу Куо.
Ни следа скверны. Ни капли крови. Совершенное, чистое правосудие.
***
Но победа над Катереей была лишь началом.
Едва рассеялся морозный туман, как на противоположном конце школьного стадиона, прямо на крыше спортивного зала, вспыхнула яркая золотая вспышка.
– Браво. Поистине великолепное зрелище, – раздался спокойный, аристократичный голос с отчетливым британским акцентом.
На парапете стоял молодой человек лет двадцати. Безупречно сшитый светлый костюм-тройка, золотистые волосы, спадающие на лоб, и холодные сапфировые глаза. На его поясе в ножнах из древнего дуба покоился легендарный Святой Меч — Калибурн, клинок королей, предшественник Экскалибура.
Рядом с ним, зависнув в воздухе, расправил белые световые крылья Вали Люцифер. Белый Дракон довольно ухмылялся, глядя на ошеломленных лидеров фракций:
– Прости, Азазель. Но твой мирный договор слишком скучен. Бригада Хаоса предлагает куда более интересные перспективы. Я хочу сразиться с сильнейшими существами этого мира, а не протирать штаны на дипломатических чаепитиях.
– Вали... – глухо прорычал Азазель, его кулаки сжались до скрипа кожи перчаток. – Паршивец. Я растил тебя как сына.
– Ты дал мне кров, Азазель, и я благодарен, – хмыкнул Вали. – Но моя природа требует битвы.
В этот момент юная Ле Фей, стоявшая среди свиты Гарри, вскрикнула, прижав ладони к груди:
– Артур!.. Брат!
Блондин на парапете медленно перевел взгляд на сестру. В его глазах мелькнула тень эмоций, но он быстро подавил ее, холодно произнеся:
– Ты здесь, Ле Фей. Я надеялся, что ты одумаешься и вернешься в Европу. Кровь Пендрагонов не должна прислуживать демонам и падшим. Подойди ко мне. Мы вернем величие нашему роду вместе с Бригадой Хаоса.
Девочка задрожала, отступая назад. Слезы покатились по ее щекам, но в ее руках палочка из белого дерева встала в боевую стойку:
– Нет, Артур! Ты предал все, чему учил нас отец! Ты стал наемником чудовищ, желающих сжечь мир! Я не пойду с тобой!
Артур нахмурился, его рука легла на э рукоять Калибурна:
– Глупая девчонка. Тебя одурманили демонические чары. Я заберу тебя силой, если потребуется.
Он сделал шаг вперед, готовясь обнажить клинок, способный рассекать само пространство.
– Ты не сделаешь ни шага в ее сторону, потомок Артура, – раздался голос, от которого камень парапета под ногами мечника мгновенно покрылся коркой инея.
Гарри стоял между Артуром и Ле Фей. Его четыре ледяных крыла медленно покачивались за спиной, а серые глаза смотрели на английского лорда с ледяным презрением.
– Адриан Люцифуг, – прищурился Артур. – Я слышал о тебе. Полукровка из Англии, сбежавший от суда собственного министерства. Ты прячешься за спинами демониц и мнишь себя владыкой. Но против истинного клинка королей твой фокус со льдом бесполезен. Калибурн не знает преград.
– Ты говоришь о чести королей, Артур Пендрагон? – Гарри медленно пошел вперед, сокращая дистанцию. – В Англии я видел сотни таких, как ты. Высокомерные чистокровные глупцы, гордящиеся именами предков, но продавшие душу первому попавшемуся безумцу ради иллюзии власти. Твой великий предок Артур защищал свой народ от захватчиков. А ты пришел в чужую страну, как шакал, чтобы украсть собственную сестру для банды террористов. Ты не рыцарь. Ты позор своей крови.
Лицо Артура побелело от ярости.
– Замолчи! – взревел он, сорвав Калибурн с ножен.
Ослепительный золотой столб света ударил в небеса. Сила священного клинка была настолько колоссальной, что даже барьеры Соны Ситри жалобно застонали. Мечник сорвался с места с чудовищной скоростью, оставляя за собой борозду разорванного пространства.
Золотой клинок несся прямо к шее Гарри, неся в себе мощь, способную разрубить гору.
Гарри не обнажил меч.
Он просто вскинул левую руку, пальцы которой были окутаны древней, первородной магией британской земли — той самой магией, которую он изучал по тайным манускриптам Блэков и которую пробудил в нем скипетр Люцифуг.
– *Империум: Воля истинного суверена.*
Это не было обычным подчиняющим заклятием смертных волшебников. Это был древний приказ крови истинного мага Альбиона, поддержанный авторитетом абсолютного холода.
В трех сантиметрах от ладони Гарри сияющий клинок Калибурна внезапно задрожал.
Золотой свет меча начал захлебываться, уступая место серебристому сиянию инея. Древний клинок королей, признав в Гарри носителя чистейшей, незапятнанной магии древней Британии и несгибаемую волю истинного правителя, отказался разить юношу. Святая сталь с жалобным звоном изогнулась, упершись в невидимую ледяную стену.
Артур замер, его руки судорожно сжимали рукоять, но меч не двигался ни на миллиметр.
– Ч-что?.. Почему Калибурн не рубит тебя?! – в священном ужасе прохрипел мечник.
– Потому что меч выбирает достойных, Артур, – холодно произнес Гарри, глядя в расширенные зрачки блондина. – А в тебе нет ничего, кроме мелочной гордыни.
Гарри сделал резкое движение кистью.
Ледяной импульс чудовищной силы ударил прямо по лезвию Калибурна, передавшись в руки Артура. Раздался сухой треск — пальцы мечника разжались от мгновенного паралича нервов, и легендарный клинок с глухим звоном упал на асфальт, покрывшись слоем серебряного инея.
В следующее мгновение правая рука Гарри, сжатая в кулак и усиленная плотной броней из черного льда, врезалась Артуру прямо в солнечное сплетение.
Удар был такой силы, что пространственный барьер позади мечника лопнул. Артур Пендрагон, словно тряпичная кукла, пролетел через весь стадион и с грохотом врезался в железобетонную трибуну, выкашливая кровь и теряя сознание от сокрушительного болевого шока.
– Артур! – вскрикнул Вали. Белый Дракон мгновенно спикировал вниз, подхватив бессознательное тело товарища световыми лентами.
Вали завис в воздухе, глядя на Гарри с безумной смесью восторга, азарта и глубокого, неприкрытого благоговения:
– Победить сильнейшего мечника святых клинков без оружия... Адриан Люцифуг, ты невероятен! Наша битва станет легендой! Но сегодня... сегодня вы победили.
Белый Император Драконов вскинул руку, активируя массивный круг телепортации Бригады Хаоса:
– Мы еще встретимся, лорд льда! И в следующий раз я выйду против тебя в полной броне Джаггернаута!
Вспышка лазурного света поглотила Вали и Артура, оставив школьный стадион в звенящей, оглушительной тишине.
***
Битва была окончена.
Ученики школы и раненые стражи начали приходить в себя, пока жрицы Киёме и целители Небес накладывали исцеляющие заклинания на пострадавших от временного паралича.
Калибурн — легендарный меч королей — лежал у ног Гарри. Юноша наклонился, поднял холодное оружие за эфес и повернулся к своей свите.
Ле Фей стояла, опустив голову, ее плечи вздрагивали от беззвучных слез. Брат был жив, но его падение ранило ее чистое сердце.
Гарри подошел к девочке. Его ледяные крылья мягко растаяли, осыпавшись безвредной серебряной пылью. Он опустился на одно колено перед маленькой волшебницей и протянул ей рукоять легендарного меча:
– Он принадлежит тебе по праву крови, Ле Фей. Твой брат недостоин носить его. Отныне ты — хранительница наследия Пендрагонов.
Девочка подняла заплаканное лицо. Ее сапфировые глаза встретились с его теплыми, спокой