LOSK a.k.a RWBY
Анатомия хаоса: Когда боги спускаются на землю
Небо над Биконом окрасилось в цвет запекшейся крови. Пылающие обломки атласских кораблей падали на город, словно огненные слезы гибнущей цивилизации. Гул сотен двигателей Гримм-дронов смешивался с воем Неверморов, оглашавших окрестности предсмертными криками академии.
Лионель Стар стоял на вершине центральной башни, его плащ развевался на ледяном ветру. Он смотрел вниз, где хаос пожирал улицы Вейла. Система оповещения надрывно кричала о критической угрозе, но для него этот шум был лишь фоном.
– Парни, – негромко произнес он в гарнитуру, и его голос, усиленный аурой, прозвучал в наушниках друзей чисто и холодно. – Лимит сдержанности исчерпан. Мы больше не студенты. Мы — те, кто остановит этот цирк. Самаэль, Корвин — южный сектор. Орфис — площадь перед академией. Я займусь центром и «своими».
– Принято, Лидер, – отозвался Самаэль. В его голосе слышался пугающий азарт. – Я как раз проголодался.
– Лио, – подал голос Корвин, и послышался звук ломающихся костей. – Скажи Озпину, что счет за мою новую куртку я выставлю лично Салем.
Лионель глубоко вздохнул. Его глаза вспыхнули ослепительным серебром, а затем он широко развел руки в стороны.
– Room... – прошептал он.
Голубоватая полусфера, обычно едва достигавшая размеров тренировочной площадки, начала расширяться с невероятной скоростью. Она прошла сквозь стены башни, охватила территорию академии, скользнула по лесам и, наконец, накрыла собой добрую половину Вейла. Воздух внутри этой зоны задрожал, подчиняясь воле одного человека.
***
В южном секторе, у доков, ситуация была критической. Адам Таурус, лидер Белого Клыка, стоял над поверженными Блейк и Янг. Его меч, красный от накопленной энергии, был занесен для финального удара. Блейк, прижимаясь к земле, смотрела на него с ужасом, а Янг, уже лишившаяся руки, едва держалась в сознании.
– Ты была ошибкой, Блейк, – прорычал Адам. – И я сотру эту ошибку...
Он не успел договорить. Пространство вокруг них внезапно щелкнуло, как переключатель. Вместо Адама перед девушками возник Лионель.
– Shambles, – коротко бросил он.
Адам обнаружил себя в десяти метрах над водой, падающим вниз, а Лионель, даже не оборачиваясь к нему, присел рядом с Янг. Его руки уже светились зеленым светом «Зоны».
– Потерпи, блондинка, – произнес он, и пространство вокруг обрубка руки Янг исказилось. Молекулы начали сшиваться с невероятной скоростью, останавливая кровотечение и блокируя болевой шок. – Самаэль, они твои. Я должен найти Нео.
Из тени ближайшего склада вышел Самаэль Велзер. Его кожа казалась бледнее обычного, а глаза горели красным.
– Оставь их мне, Лио, – Самаэль полоснул себя по предплечьям. – Эй, рогатый! Ты любишь кровь? Сейчас я покажу тебе, что такое настоящая резня.
Адам, выбравшись из воды, бросился в атаку, но Самаэль лишь щелкнул пальцами. Кровь, вытекающая из его рук, не упала на землю. Она превратилась в сотни тончайших нитей, которые в мгновение ока сплели вокруг Тауруса клетку.
– Кровавая тюрьма: Девятый круг, – негромко произнес Самаэль.
Адам ударил мечом по прутьям, но те лишь спружинили, вытягивая из него энергию. В следующую секунду Самаэль соединил ладони, и кровь в его руках начала вращаться с диким ревом. Секунда — и в его руках материализовалась массивная бензопила, зубья которой были сделаны из зазубренных кристаллов гемоглобина, вращающихся на невероятной скорости.
– Давай проверим твою ауру на прочность, – ухмыльнулся Самаэль, и рев кровавой бензопилы заглушил крики Гримм.
***
Тем временем на площади перед главным входом в Бикон Орфис Маррель шел навстречу легиону дронов Атласа, захваченных вирусом Синдер. Рядом с ним, прикрывая спину, отбивались остатки команды JNPR и RWBY, но Орфис двигался так, будто прогуливался по парку.
– Уйдите с дороги, – бросил он Жому и Пирре. – Вы только мешаете обзору.
Он снял повязку. Его серебряные глаза светились так ярко, что казались дырами в иное измерение.
– Пространство — это не пустота, – заговорил он, обращаясь скорее к самому себе. – Это ткань. И я знаю, как её сминать.
Он сложил пальцы в причудливую печать.
– Иллюзорная масса: Фиолетовый.
Перед его ладонями возникла сфера аннигиляции. Фиолетовый сгусток чистой гравитационной энергии сорвался с его пальцев, стирая всё на своем пути. Дроны, Гримм, обломки зданий — всё превращалось в пыль, едва коснувшись этой сферы.
Но врагов было слишком много. Небо почернело от Неверморов. Орфис вздохнул и широко развел руки.
– Расширение территории: Бесконечная пустота.
Мир вокруг площади внезапно схлопнулся и развернулся вновь. Для всех, кто находился внутри, небо исчезло, сменившись бесконечным звездным пространством, заполненным фракталами и потоками чистой информации. Тысячи Гримм замерли. Их примитивные разумы не выдержали потока бесконечной информации, который Орфис обрушил на них. Они просто стояли, пуская слюну, пока их тела не начали распадаться под давлением абсолютного ничто.
***
На другом конце города, у разбитого транспортника, Роман Торчвик отчаянно отстреливался от наступающих орд Гримм. Нео, чья аура уже мерцала, прикрывала его своим зонтиком, но её движения стали медленнее. Огромный Беовульф-альфа занес лапу для удара, когда Нео споткнулась об обломок.
– Нео! – крикнул Роман, бросаясь к ней, но он был слишком далеко.
Пространство вокруг Нео внезапно «запищало», и время словно замедлилось. Лапа Гримм замерла в сантиметре от её лица, а затем голова монстра просто отделилась от тела и улетела в сторону, замененная на пустую мусорную корзину.
– Кажется, я вовремя, – Лионель приземлился рядом, мгновенно заключая Нео в объятия одной рукой, а другой удерживая «Зону».
Нео прижалась к нему, её глаза испуганно меняли цвета, пока не остановились на глубоком розовом. Она быстро нацарапала на табличке: «Ты опоздал на три минуты. Я обижена».
– Я компенсирую это ужином, если мы выживем, – улыбнулся Лио. Он посмотрел на Романа. – Хватай её и дуй к докам. Там мои парни расчистили путь.
– Парень, ты безумен! – крикнул Роман, перезаряжая трость. – Ты держишь этот купол уже десять минут! Ты же сгоришь!
– Я — русский, Роман, – Лионель поднял глаза к небу, где Синдер в ореоле пламени Девы Осени спускалась к ним. – Мы не горим. Мы закаляемся.
***
В это время Корвин Майклсон развлекался по-своему. Он стоял на пути у огромного Голиафа — слоноподобного Гримм, который крушил баррикады.
– Ну давай, большая туша, – Корвин раскинул руки. – Ударь меня.
Голиаф взревел и обрушил на парня всю свою мощь. Кости Корвина хрустнули, грудная клетка провалилась внутрь, и он отлетел на добрую сотню метров, превратившись в кровавое месиво.
Блейк, которую Самаэль уже успел подлечить, вскрикнула от ужаса.
– Он мертв! Самаэль, сделай что-нибудь!
Самаэль даже не повернул головы, продолжая поливать наступающих врагов очередями из кровавого минигана, который он вырастил прямо из своего плеча.
– Спокойно, кошечка. Корвин — самый наглый тип, которого я знаю. Смерть для него — это просто способ перезарядки.
И действительно, «труп» Корвина внезапно дернулся. Серебряное сияние окутало его останки, и через секунду парень вскочил на ноги, хрустнув шеей. Его аура вспыхнула с новой силой, став в два раза мощнее, чем до «смерти».
– О да! – Корвин оскалился. – Physical Hunt: Max Power!
Он рванул к Голиафу со скоростью молнии. Каждое его движение высасывало жизнь из окружающих Гримм. Он ударил монстра кулаком, и огромная туша просто лопнула, не выдержав накопленной кинетической энергии, которую Корвин «занял» у самой земли во время своего падения.
***
Лионель встретил Синдер в воздухе. Она была воплощением ярости и огня, но внутри его «Зоны» она была лишь еще одним объектом для манипуляции.
– Ты думаешь, твои фокусы спасут этот город? – прошипела Синдер, создавая лук из черного стекла. – Я — Дева! Я — сила этого мира!
– Ты — просто вирус в системе, – Лионель щелкнул пальцами. – А я — антивирус.
Синдер выстрелила, но стрела, не долетев до него, превратилась в охапку розовых лепестков. Лионель использовал «Shambles», меняя местами её атаку с остатками иллюзий Нео, которые всё еще висели в воздухе.
– Gamma Knife, – произнес Лионель, и в его руке сформировался клинок из чистой энергии ауры.
Он не стал рубить её. Он просто прошел сквозь её защиту, используя пространственный сдвиг. Клинок коснулся её груди, не оставив раны снаружи, но Синдер внезапно выгнулась в крике. Лионель уничтожал её внутренние органы на клеточном уровне, разрушая саму структуру её ауры.
– Это за Бикон, – он нанес второй удар. – Это за Пирру, которую ты чуть не убила. И это за то, что ты испортила мое свидание.
Синдер рухнула вниз, теряя силы Девы, которые начали хаотично искать нового носителя. Но Лионель не дал им уйти. Он сжал кулак, и «Зона» начала сужаться, концентрируя всю энергию серебряных глаз в одной точке.
– Вы все, – Лионель обратился к своим друзьям через связь, – на счет «три».
Орфис закрыл глаза, подготавливая финальный «Фиолетовый». Самаэль направил всю свою кровь в одну гигантскую стрелу. Корвин, накопивший энергию тысячи ударов, приготовился к прыжку.
– Раз. Два... ТРИ!
Вспышка серебряного света была видна даже с Атласа. Четыре потока невероятной мощи соединились в центре Вейла, создавая волну, которая выжгла всех Гримм в радиусе десяти километров. Тьма отступила, испаряясь под натиском сил, которые не принадлежали этому миру.
Когда пыль улеглась, Лионель стоял посреди разрушенной площади. Его «Зона» медленно таяла, а сам он тяжело дышал, чувствуя, как аура истощена до предела.
К нему подошли друзья. Самаэль вытирал кровь с лица, Корвин довольно потягивался, а Орфис снова надевал повязку на глаза.
– Ну что, Лидер, – Корвин хлопнул его по плечу. – Мы это сделали. Теперь нас точно либо казнят, либо объявят богами.
– Скорее, заставят писать объяснительные, – буркнул Орфис.
Лионель почувствовал, как маленькая ладонь в перчатке легла в его руку. Нео стояла рядом, целая и невредимая. Она посмотрела на разрушенную академию, затем на него и показала табличку: «Ты обещал ужин. И я хочу двойную порцию мороженого».
Лионель рассмеялся, впервые за этот долгий день.
– Будет тебе мороженое, Нео. И черт с ним, с Биконом. У нас еще есть целая планета, которую нужно привести в порядок.
На горизонте вставало солнце, освещая руины, но на этот раз в этом свете не было страха. Команда LOSK стояла на страже Ремнанта, и этот мир, нравится ему это или нет, начал учиться жить по новым правилам. По правилам четырех парней, которые просто не умели проигрывать.