Love is too stupid.
Яд и шелк
Утро в коллеже Франсуа Дюпон выдалось серым и промозглым, что идеально соответствовало настроению Лоика Стомпе. Без Рэймонда в школьных коридорах не хватало того особого напряжения, которое обычно вибрировало в воздухе, заставляя слабых жаться к стенам. Лоик шел по главному холлу, намеренно громко стуча подошвами ботинок, и его узкое лицо с пепельной челкой выражало крайнюю степень высокомерия.
– Смотрите-ка, кто это у нас тут прячется за колонной? – Лоик остановился, заметив Зои Ли, которая увлеченно что-то обсуждала с Роуз и Джулекой.
Зои вздрогнула, её плечи напряглись, но она заставила себя обернуться. В её глазах промелькнула искра страха, которую Лоик ловил с жадностью истинного хищника.
– Лоик, мы просто разговариваем, – тихо сказала она, пытаясь сохранить самообладание.
– Разговариваете? – Лоик подошел вплотную, вторгаясь в её личное пространство. – О чем же? О том, как жалко ты выглядела в Нью-Йорке, когда тебя вышвырнули из элиты? Или о том, что твой единственный защитник Адриан сегодня слишком занят, чтобы вытирать тебе сопли?
– Оставь её в покое! – Роуз сделала шаг вперед, её лицо раскраснелось от возмущения. – Ты просто злишься, потому что Рэймонда нет рядом и тебе некому поддакивать!
Лоик медленно повернул голову к Роуз, и его взгляд стал ледяным.
– Осторожнее, маленькая розовая катастрофа. Рэймонд скоро вернется, и поверь мне, он будет очень недоволен, узнав, что ты открываешь рот без разрешения. А пока его нет, я здесь за главного.
Он снова перевел взгляд на Зои, которая заметно побледнела.
– Знаешь, Зои, я вчера навестил Рэя. Он просил передать тебе, что твои попытки казаться «доброй и милой» вызывают у него тошноту. Ты ведь знаешь, что мы найдем способ вытащить всё твое грязное белье на свет? Это лишь вопрос времени.
Лоик наслаждался моментом. Без холодного контроля Рэймонда его собственная жестокость становилась более хаотичной и импульсивной. Он задел плечом Джулеку, проходя мимо, и направился в класс, чувствуя, как адреналин бурлит в венах. Весь день он провел, рассылая едкие комментарии в школьном чате, подставляя подножки Кимy и высмеивая каждый неловкий жест одноклассников. Ему нужно было накопить побольше «трофеев», чтобы вечером было о чем рассказать Рэймонду.
Когда занятия закончились, Лоик, не заходя домой, направился прямиком к особняку Пюньянов. Родители Рэя снова отсутствовали — кажется, их светская жизнь была куда важнее здоровья собственного сына. Экономка привычно пропустила его, лишь устало вздохнув.
В спальне Рэймонда царил полумрак. Запах лекарств стал еще тяжелее, смешиваясь с ароматом дорогого парфюма. Рэй лежал на кровати, обложенный подушками, его лицо было мертвенно-бледным, а под глазами залегли глубокие тени. Тот самый хвост, который Лоик поправлял вчера, окончательно растрепался, превратившись в бесформенный комок светлых волос.
– О, явился мой личный вестник апокалипсиса, – прохрипел Рэймонд, не открывая глаз.
– Ты не представляешь, какой сегодня был день, Рэй, – Лоик сбросил рюкзак на пол и по-хозяйски уселся в кресло, закинув ноги на край кровати. – Я устроил Зои настоящий ад. Она была на грани слез еще до первого звонка.
Рэймонд приоткрыл один глаз, и в его циановом зрачке блеснул интерес.
– Рассказывай. Всё. До мельчайших деталей.
– Сначала я напомнил ей о Нью-Йорке при свидетелях, – начал Лоик, активно жестикулируя. – Ты бы видел лицо Роуз, она пыталась её защитить, но я быстро поставил эту девчонку на место. Потом, на большой перемене, я «случайно» пролил кофе на её тетрадь с эскизами. Она так забавно задыхалась от ярости, но побоялась что-то сказать.
Рэймонд издал сухой, лающий смешок, который тут же перешел в приступ кашля. Лоик подождал, пока он успокоится, и протянул ему стакан воды.
– Ты настоящий садист, Стомпе, – выдохнул Рэй, отпив воды. – Жаль, я этого не видел.
– Ничего, я всё заснял на видео, – Лоик достал телефон и придвинулся ближе к кровати, показывая экран. – Посмотри на этот кадр. Здесь она понимает, что ей никто не поможет.
Они провели следующий час, просматривая записи и обсуждая новые способы давления. Рэймонд, несмотря на слабость, давал ценные указания, его аналитический ум работал даже сквозь пелену лихорадки. Лоик ловил каждое слово, чувствуя, как их связь крепнет. Это было не просто сотрудничество — это было единение двух темных душ, находящих утешение в чужих страданиях.
– Ты сегодня выглядишь еще хуже, чем вчера, – заметил Лоик, когда тема Зои была исчерпана. – Температура спала?
– Не знаю, – Рэймонд откинулся на подушки, тяжело дыша. – Кажется, меня знобит еще сильнее. Эти таблетки — мел, они не помогают.
Лоик встал и приложил ладонь ко лбу друга. Кожа была обжигающе горячей.
– Черт, Рэй, ты реально горишь. Твои предки вообще в курсе, что у них сын может откинуть копыта?
– Им плевать, Лоик. Отец прислал сообщение, что вернется только завтра вечером. Мать на каком-то показе в Милане.
Лоик почувствовал внезапный укол злости на чету Пюньян. Он и сам не был образцом добродетели, но бросать своего в таком состоянии казалось ему верхом идиотизма.
– Ладно, – Лоик решительно стащил куртку. – Я остаюсь. Снова.
– Ты не обязан, – пробормотал Рэймонд, хотя в его голосе прозвучало облегчение.
– Конечно, не обязан. Но кто тогда будет слушать твои ядовитые комментарии? Нельсон? Он уснет через пять минут.
Лоик сходил в ванную, принес свежее полотенце, смоченное холодной водой, и осторожно положил его на лоб Рэймонда. Тот вздрогнул от холода, но затем расслабился, испустив долгий вздох.
– Знаешь, Стомпе... – Рэймонд заговорил тише, его голос стал совсем слабым. – В школе все думают, что мы дружим только потому, что нам выгодно. Что если один из нас упадет, второй его добьет.
– А разве это не так? – Лоик усмехнулся, усаживаясь на край кровати.
– Возможно. Но ты сидишь здесь второй вечер подряд. И ты не используешь мою слабость против меня. Почему?
Лоик замолчал, глядя на свои руки. Он и сам не знал точного ответа. Может быть, потому что в этом жестоком мире Рэймонд был единственным зеркалом, в котором Лоик видел себя настоящего.
– Потому что без тебя мне будет чертовски скучно, – наконец ответил он. – И потому что я хочу быть рядом, когда ты снова встанешь и мы вместе раздавим эту девчонку.
Рэймонд ничего не ответил, его дыхание стало более ровным. Лекарства наконец начали действовать, погружая его в тяжелый, но необходимый сон.
Лоик не заметил, как наступила полночь. Он пытался читать какую-то книгу из библиотеки Рэя, но буквы расплывались перед глазами. Усталость после длинного дня, полного стычек и напряжения, навалилась на него свинцовым грузом. Он выключил основной свет, оставив только тусклое сияние ночника.
В комнате стало прохладно. Лоик посмотрел на огромную кровать, где Рэймонд занимал лишь небольшую часть. Ему не хотелось уходить в гостевую комнату или спать в неудобном кресле. Здесь, рядом с другом, он чувствовал себя странно спокойно.
Он осторожно, стараясь не разбудить Рэймонда, забрался на край кровати поверх покрывала.
– Только попробуй лягнуть меня во сне, – прошептал Лоик в темноту, закрывая глаза.
Сон пришел мгновенно. Сначала Лоик спал чутко, реагируя на каждый шорох, но постепенно провалился в глубокое забытье. В какой-то момент ночи Рэймонд, метавшийся в лихорадочном бреду, инстинктивно потянулся к источнику тепла рядом. Он прижался плечом к Лоику, его горячее дыхание щекотало шею друга. Лоик, не просыпаясь, лишь плотнее закутался в край одеяла, которое они теперь делили на двоих.
В этом безмолвии роско