← Назад к обзору

любовь

Пурпурный неон и горький дым

Вечер пятницы в квартире Тани обычно означал приглушенный свет, негромкий джаз и абсолютный покой, в котором она могла наконец снять маску железной леди. Но сегодня Алла была сама не своя. Она крутилась перед зеркалом в вызывающем алом платье, которое едва прикрывало бедра, и умоляюще смотрела на Таню своими огромными карими глазами.

– Танечка, ну пожалуйста! Всего на пару часов! Там сегодня открытие нового клуба, все наши знакомые будут, – Алла подошла к подруге, которая сидела на диване с планшетом, и нежно провела ладонями по ее плечам. – Мне так хочется потанцевать. С тобой.

Таня подняла взгляд от экрана. Ее голубые глаза были холодными и усталыми. Она не любила шумные места, где контроль над ситуацией часто ускользал из рук из-за толпы и громкой музыки.

– Алла, ты же знаешь, я не фанат таких заведений, – сухо ответила Таня, поправляя воротник своей черной шелковой рубашки. – Там грязно, шумно и слишком много лишних глаз.

– Но я буду только с тобой! – Алла опустилась на колени перед Таней, кладя голову ей на бедра. – Я буду самой послушной девочкой, обещаю. Я просто хочу немного праздника. Ты ведь не откажешь своей малышке?

Таня вздохнула. Она чувствовала, как ее решимость тает под этим преданным взглядом. Власть над Аллой была приятной, но иногда она требовала уступок, чтобы «пленница» не чувствовала себя в клетке.

– Хорошо, – наконец сдалась Таня, запуская пальцы в каштановые волосы подруги. – Мы поедем. Но у меня есть условия. Ты не отходишь от меня ни на шаг. Ты не пьешь ничего крепче сока. И если я скажу, что мы уходим – мы уходим в ту же секунду. Поняла?

– Да, госпожа! – радостно воскликнула Алла, сияя от восторга. – Всё, что скажешь!

Клуб встретил их оглушительным битом и густым маревом парфюма и сигаретного дыма. Таня сразу заняла столик в VIP-зоне, откуда открывался вид на танцпол, но где было чуть меньше суеты. Она заказала себе минеральную воду, сохраняя привычную отстраненность.

Алла же, напротив, казалась наэлектризованной. Она пританцовывала на месте, ее глаза лихорадочно блестели. Через полчаса, когда Таня отвлеклась на телефонный звонок по работе, Алла подошла к бару.

– Два «Лонг-Айленда», пожалуйста, – прошептала она бармену, воровато оглядываясь на Таню.

Обычно Алла почти не пила – Таня строго следила за ее здоровьем и состоянием. Но сегодня в Алле проснулся дух противоречия. Ей хотелось почувствовать ту грань, за которой заканчивается послушание и начинается хаос.

Первый коктейль провалился в нее почти незаметно. Второй ударил в голову теплым, липким туманом. Когда Алла вернулась к столику, ее походка стала чуть более свободной, а улыбка – вызывающей.

– Ты что-то долго, – заметила Таня, не глядя на нее. – Я же просила не отходить.

– Ой, Танечка, там такая очередь была за водой, – соврала Алла, придвигаясь к ней вплотную.

Она чувствовала, как алкоголь развязывает ей язык и убирает все внутренние барьеры. Ей больше не хотелось быть «милой и хорошей». Ей хотелось спровоцировать Таню, увидеть, как в этих ледяных глазах вспыхнет настоящий гнев.

– Знаешь, здесь так жарко, – Алла потянула за тонкую лямку своего платья, намеренно обнажая плечо. – Мне кажется, я перегрелась.

Она смело положила руку на колено Тани и начала медленно поднимать ее выше, к самому краю коротких шорт, которые Таня надела под пиджак.

– Алла, убери руку, – негромко, но властно произнесла Таня. – На нас смотрят.

– Пусть смотрят, – дерзко ответила Алла, прижимаясь губами к уху подруги. – Пусть все видят, какая ты у меня красивая. И какая ты... напряженная. Тебе нужно расслабиться.

Таня резко перехватила запястье Аллы и сжала его так, что та вскрикнула, но не от боли, а от внезапного возбуждения.

– От тебя пахнет спиртным, – Таня сузила глаза, изучая лицо подруги. – Ты пила?

– Совсем чуть-чуть, – Алла хихикнула, глядя прямо в голубые глаза. – Для храбрости. Чтобы сказать тебе, чего я на самом деле хочу.

– И чего же ты хочешь? – голос Тани стал опасно низким.

– Я хочу кальян, – заявила Алла, указывая на соседний столик, где компания пускала густые клубы дыма. – Клубничный. Или с мятой.

Таня нахмурилась. Она терпеть не могла кальяны, считая их вредной и глупой забавой, и всегда запрещала Алле даже думать об этом.

– Нет. Мы это обсуждали. Это вредно, и я не хочу, чтобы ты вдыхала эту гадость.

– Пожалуйста, Таня... – Алла перекинула ногу через бедро подруги, усаживаясь к ней на колени прямо посреди VIP-зала. – Сегодня мой вечер. Ты обещала. Один разок. Я буду так благодарна... я сделаю всё, что ты захочешь, когда мы вернемся.

Она начала тереться бедрами о Таню, бесстыдно и открыто, игнорируя редкие взгляды проходящих мимо людей. Ее развратность была непривычной, почти пугающей. Алкоголь превратил мягкую Аллу в маленькую хищницу, которая знала слабые места своей хозяйки.

Таня чувствовала, как внутри нее борется гнев и растущее желание наказать эту девчонку прямо здесь. Непослушание Аллы заводило ее сильнее, чем она готова была признать.

– Ты ведешь себя как последняя дрянь, Алла, – прошептала Таня, впиваясь пальцами в ее бедра