← Назад к обзору

Любовь или наказание

Шепот на краю татами

Утро в спортивном зале встретило Веронику непривычной тишиной. Обычно в это время здесь уже гремела музыка, слышались выкрики тренера и глухие удары по макиварам, но сегодня тренировку перенесли на час позже из-за собрания судей. Девушка толкнула тяжелую дверь, надеясь застать Катю пораньше, но вместо подруги увидела лишь одну знакомую фигуру в центре зала.

Тима Матвийчук был в одном добоке, верхняя часть которого была небрежно наброшена на плечи, не скрывая атлетичного телосложения. Он отрабатывал серию ударов в воздухе, двигаясь с такой грацией и яростью одновременно, что Вероника на мгновение замерла в дверях. Его движения были отточенными, почти гипнотическими. Каждый выпад сопровождался резким выдохом, а капли пота блестели на его висках в свете утренних ламп.

– Долго будешь стоять и любоваться, Гаенко? – не оборачиваясь, бросил Тима. Его голос эхом разнесся по пустому залу.

Вероника вздрогнула, моментально возвращая на лицо привычную маску безразличия и легкого презрения. Она прошла к скамье, намеренно громко ставя сумку.

– Ты слишком высокого о себе мнения, Матвийчук. Я просто пришла тренироваться, а не смотреть на твои балетные па.

– Балетные па? – Тима наконец остановился и повернулся к ней. На его губах играла та самая дерзкая усмешка, которая всегда выводила её из себя. – Если это балет, то ты — главный критик, который не пропускает ни одного моего выступления.

– Я вынужденная зрительница, – парировала она, начиная завязывать волосы в тугой хвост. – Мой брат дружит с тобой, и мне приходится терпеть твоё присутствие. Это как побочный эффект от хорошей жизни.

Тима медленно подошел к ней, сокращая расстояние. В пустом зале его присутствие казалось подавляющим. Вероника чувствовала исходящий от него жар после тренировки и тонкий запах его парфюма, смешанный с адреналином.

– Знаешь, Ника, – он впервые за долгое время назвал её по имени, а не по фамилии, и это заставило её сердце пропустить удар. – Твоя проблема в том, что ты слишком много врешь. Самой себе.

– О чем ты говоришь? – Она вскинула подбородок, глядя ему прямо в глаза.

– О том, как ты смотрела вчера, когда я вышвырнул того придурка из зала. О том, как ты куталась в мою куртку. Ты можешь хамить мне сколько угодно, но твои глаза говорят другое.

– Мои глаза говорят, что ты самовлюбленный индюк, – прошипела она, хотя её голос слегка дрогнул. – Отойди, мне нужно переодеться.

– Зал пустой, – Тима сделал еще один шаг, так что их разделяло всего несколько сантиметров. – Нам никто не помешает наконец-то выяснить, почему мы так сильно друг друга ненавидим. Или это вовсе не ненависть?

Вероника почувствовала, как спина уперлась в холодную стену. Бежать было некуда. Она видела каждую ресничку в его карих глазах, чувствовала его дыхание на своих губах. Это было то самое напряжение, которое копилось между ними месяцами, годами, и сейчас оно достигло точки кипения.

– Ты просто бабник, Тима, – прошептала она, теряя остатки своей уверенности. – Тебе просто нужна новая победа в список. Но я не Кристина и не те дурочки из холла.

– Мне плевать на Кристину, – его голос стал низким, почти рычащим. – И на всех остальных. Они не смотрят на меня так, будто хотят одновременно ударить и поцеловать. А ты смотришь.

Он протянул руку и коснулся пряди её волос, выбившейся из хвоста. Вероника замерла, ожидая подвоха, едкой шутки или издевки, но Тима был непривычно серьезен. Его пальцы скользнули по её щеке, и она невольно прикрыла глаза от этого мимолетного, нежного жеста.

– Эй, голубки, вы залу не перепутали? – Громкий голос Артема, раздавшийся от входа, подействовал как ушат ледяной воды.

Тима мгновенно отстранился, принимая невозмутимый вид, а Вероника едва не споткнулась, пытаясь отойти к своей сумке. Артем зашел в зал, за ним следовали Денис и Катя. Брат подозрительно переводил взгляд с сестры на лучшего друга.

– Что тут происходит? – Артем нахмурился, подходя к ним. Его веселое настроение как рукой сняло.

– Ничего, Артем, – Вероника лихорадочно схватила свои вещи. – Матвийчук просто в очередной раз доказывал, что он пуп земли. Я иду переодеваться.

Она почти бегом скрылась в раздевалке, чувствуя, как горят щеки. Катя последовала за ней, хитро улыбаясь.

– Ник, я всё видела, – прошептала подруга, когда дверь за ними закрылась. – Вы стояли так близко, что между вами и лист бумаги бы не пролез. О чем вы говорили?

– Ни о чем, Кать! Он просто... он невыносим! – Вероника начала стягивать джинсы, едва не запутавшись в штанинах. – Он думает, что может так просто подойти и... и...

– И что? И влюбить тебя в себя? – Катя присела на скамью. – По-моему, он уже это сделал, а ты просто слишком гордая, чтобы признать поражение.

– Это не поражение, потому что нет никакой войны! – Выкрикнула Вероника. – Он бабник, Катя. Ты видела ту блондинку вчера? Он меняет их как перчатки. Я для него просто очередная цель, потому что я единственная, кто не вешается ему на шею.

– Или он единственный, кто видит в тебе не «сестру Гаенко», а девушку, – мягко заметила Катя. – Подумай об этом.

В это время в зале обстановка тоже была натянутой. Артем подошел к Тиме и положил руку ему на плечо, сжимая его чуть сильнее, чем требовалось для дружеского жеста.

– Тим, мы друзья, – начал Артем, глядя другу прямо в глаза. – Но Ника — моя сестра. Я знаю тебя, знаю, как ты общаешься с девчонками. Не вздумай играть с ней. Она хоть и колючая, но она не такая, как твои фанатки.

– Ты думаешь, я этого не понимаю? – Тима сбросил руку друга. – Артем, успокойся. Я не собираюсь её обижать. Она сама кого хочешь обидит.

– Я серьезно, Матвийчук, – голос Артема стал жестким. – Если я увижу, что она из-за тебя плачет, наши тренировки превратятся в реальные бои без правил. Понял?

– Понял, – буркнул Тима, отходя к мешку. – Давай тренироваться уже.

Тренировка прошла в тяжелом ритме. Вероника старалась не смотреть на Тиму, но постоянно чувствовала его взгляд на себе. Сегодня они отрабатывали спарринги в парах, и, по иронии судьбы или по злому умыслу тренера, в конце занятия их поставили друг против друга.

– Ну что, Гаенко, покажешь свой знаменитый удар с разворота? – Тима надел шлем и закрепил протектор. – Или будешь только языком чесать?

– Приготовься к поражению, Матвийчук, – Вероника встала в стойку. Её глаза горели азартом. Весь накопившийся за утро стресс требовал выхода.

Они начали двигаться по кругу. Тима был выше и сильнее, но Вероника была быстрее и гибче. Она сделала ложный выпад, пытаясь зайти сбоку, но Тима легко заблокировал её удар.

– Слишком медленно, – подначил он.

– Это была разминка! – Она провела серию быстрых ударов по корпусу, заставив его отступить.

Зал замер, наблюдая за ними. Даже Артем перестал бить по груше, следя за каждым движением сестры и друга. Это не был обычный учебный спарринг. Это была битва характеров.

Вероника прыгнула, нанося удар «нерио-чаги» сверху вниз, но Тима уклонился и, перехватив её за талию, осторожно, но уверенно повалил на маты. Он навис над ней, удерживая её руки.

– Попалась, – выдохнул он.

– Отпусти! Это против правил! – Вероника пыталась вырваться, её лицо раскраснелось от напряжения.

– В любви и на войне правил нет, – тихо сказал он, так, чтобы слышала только она.

В этот момент тренер свистнул, объявляя конец тренировки. Тима тут же отпустил её и поднялся, подавая ей руку. Вероника проигнорировала его жест и встала сама, поправляя добок.

– Ты жульничаешь, – бросила она, уходя с татами.

– А ты проигрываешь, – ответил он ей в спину.

После тренировки компания решила зайти в ближайшее кафе. Денис и Артем весело обсуждали предстоящие соревнования, Катя что-то показывала в телефоне Веронике, но та была погружена в свои мысли. Тима сидел напротив, лениво помешивая кофе и время от времени перекидываясь фразами с парнями.

– Слушайте, – Денис отложил меню. – А помните того парня, Макса? Мне сегодня звонили из клуба, сказали, что он ищет Тиму. Похоже, тот инцидент в зале его не успокоил.

Артем помрачнел.

– Пусть ищет. Если он появится еще раз, я вызову полицию. Нам не нужны проблемы перед сборами.

– Он не один будет, – добавил Денис. – У него там какая-то компания из района. Тима, будь осторожен, когда будешь поздно возвращаться.

– Я справлюсь, – коротко ответил Тима, его взгляд невольно метнулся к Веронике.

Девушка почувствовала, как внутри всё сжалось от тревоги. Она знала, что Тима сильный, но Макс выглядел как человек, не знающий правил честного боя.

Вечер опустился на город внезапно. Вероника вышла из кафе позже всех — она задержалась, чтобы забрать забытый шарф. Когда она вышла на парковку, то увидела, что машина Тимы всё еще стоит там, а сам он о чем-то спорит с двумя парнями у входа в переулок. Это был Макс и еще один крепкий парень.

– Опять ты? – Услышала она голос Тимы. – Я же сказал, не приближайся к нам.

– А я не к «вам», я к тебе пришел, – Макс ухмыльнулся, поигрывая складным ножом. – Хочу посмотреть, какой ты крутой без своих дружков и тренера.

Вероника замерла. Её первой мыслью было закричать, позвать Артема, но она понимала, что ребята уже уехали. Она быстро достала телефон, набирая номер брата, но в этот момент Макс сделал выпад.

Тима среагировал мгновенно. Он уклонился от удара, перехватил руку Макса и резким движением выбил нож. Второй парень кинулся на помощь другу, и завязалась драка. Тима отбивался профессионально, используя навыки тхэквондо, но против двоих, один из которых был вооружен, приходилось тяжело.

– Тима! – Не выдержав, закричала Вероника, выбегая на свет фонарей.

Нападавшие на секунду отвлеклись. Этого времени Тиме хватило, чтобы нанести решающий удар Максу, отправив того в нокаут. Второй парень, увидев, что дело принимает серьезный оборот и появилась свидетельница, подхватил друга и потащил его к припаркованной неподалеку машине.

– Уходим, Макс! Черт с ними!

Машина взвизгнула шинами и скрылась за поворотом. Тима стоял, тяжело дыша, на его скуле наливалась ссадина, а костяшки пальцев были сбиты в кровь.

– Ты... ты в порядке? – Вероника подбежала к нему, её руки дрожали. Она начала осматривать его, забыв о своей гордости и вражде. – Зачем ты полез? Нужно было вызвать полицию!

– Они бы не успели, – Тима поморщился, когда она коснулась его лица. – Всё нормально, Гаенко. Просто царапина.

– Ничего не нормально! У тебя кровь! – Она достала из сумки влажные салфетки и начала бережно вытирать его лицо. – Ты сумасшедший, Матвийчук. Вечно лезешь на рожон.

Тима перехватил её руку, останавливая её движения. Он смотрел на неё так проникновенно, что Вероника забыла, как дышать.

– Ты испугалась за меня? – Тихо спросил он.

– Я... я просто не хочу, чтобы Артем расстраивался из-за твоего разбитого носа, – попыталась пошутить она, но голос выдал её.

– Врунья, – улыбнулся он. – Признай это. Тебе не всё равно.

Вероника посмотрела на его сбитые руки, на ссадину на лице, которую он получил, защищая, по сути, её покой, и вся её защита рухнула.

– Да, мне не всё равно! – Почти выкрикнула она, и слезы всё-таки брызнули из глаз. – Ты меня бесишь, ты невыносимый, ты бабник, но я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось! Ты доволен?

Тима не ответил словами. Он просто притянул её к себе и крепко обнял. Вероника уткнулась носом в его плечо, чувствуя запах пота, табака и того самого парфюма. Она больше не сопротивлялась.

– Я не бабник, Ника, – прошептал он ей в волосы. – Просто я долго не мог найти ту, ради которой захочется перестать им быть. И, кажется, нашел. Хотя она и самая вредная девчонка в этом городе.

– Я тебя ненавижу, – всхлипнула она, обнимая его в ответ.

– Я знаю, – он поцеловал её в макушку. – Я тебя тоже.

В этот момент на парковку с визгом влетела машина Артема. Брат выскочил из салона, за ним — Денис.

– Где они?! – Орал Артем, озираясь по сторонам. – Ника позвонила и...

Он замолчал, увидев сестру в объятиях Тимы. Денис, стоявший рядом, только понимающе усмехнулся и покачал головой.

– Похоже, мы опоздали к началу драки, но успели к финалу драмы, – заметил Денис.

Артем медленно подошел к ним. Его лицо выражало целую гамму чувств — от облегчения до праведного гнева.

– Матвийчук, я же просил... – начал он, но Вероника отстранилась от Тимы и посмотрела на брата.

– Артем, замолчи. Он спас ситуацию. И вообще, мы едем в больницу, ему нужно обработать раны.

– Я сам могу... – попытался вставить Тима, но Вероника одарила его таким взглядом, что он мгновенно замолчал.

– Ты едешь с нами, и это не обсуждается.

Артем посмотрел на друга, на сестру, потом снова на друга.

– Ладно. Но учти, Тима, если это твой способ втереться в доверие к моей сестре, то он очень болезненный.

– Поверь, Артем, – Тима посмотрел на Веронику, и в его взгляде было столько тепла, что даже Гаенко-старший всё понял. – Оно того стоило.

Вечер закончился в приемном покое, где Вероника ни на шаг не отходила от Тимы, пока медсестра обрабатывала его ссадины. Артем и Денис ждали в коридоре, о чем-то тихо переговариваясь. Когда всё было кончено, и они вышли на ночную улицу, Тима подошел к своей машине.

– Тебя подвезти? – Спросил он Веронику.

Она посмотрела на брата. Артем вздохнул и махнул рукой.

– Езжай. Но чтобы в одиннадцать была дома. И Тима... не гони.

– Постараюсь, – улыбнулся Матвийчук.

Когда они остались вдвоем в салоне автомобиля, в воздухе снова повисло то самое напряжение, но теперь оно было другим — сладким и многообещающим.

– Значит, в одиннадцать ты должна быть дома? – Спросил Тима, заводя мотор.

– У нас есть еще сорок минут, – Вероника откинулась на сиденье. – Куда поедем?

– Туда, где нет Макса, Артема и лишних глаз, – он накрыл её руку своей. – Нам нужно закончить тот разговор в зале.

– Какой именно? – Прикинулась непонимающей она.

– Тот, который начался с «балетных па», а закончится... ну, увидишь.

Машина плавно тронулась с места, унося их в ночной город. Вероника смотрела на профиль Тимы и понимала, что её спокойная жизнь закончилась. Началась новая глава, где вместо бесконечных ссор будут другие битвы, а вместо ненависти — что-то гораздо более сильное и опасное. Но, глядя на его уверенные руки на руле, она поняла, что больше не боится разбитого сердца. Потому что рядом с ней был человек, который готов был драться за неё не только на татами, но и в реальной жизни. И это было самое важное открытие этого долгого, сумасшедшего дня.