← Назад к обзору

Любовь или наказание

Холодный песок и горячий шепот

– Матвийчук, если ты еще раз плеснешь на меня водой, я клянусь, твоя машина завтра не заведется, – Вероника Гаенко поправила солнцезащитные очки, стараясь сохранить невозмутимый вид, хотя капли речной воды неприятно холодили кожу.

Они выбрались на дикий пляж за городом всей компанией. Это была идея Артема – дать всем передохнуть от душного зала и вечного запаха талька. Солнце нещадно палило, отражаясь в глади воды, а воздух был пропитан ароматом соснового леса и жареного мяса.

– Ой, напугала, – Тима Матвийчук вышел из воды, стряхивая капли с темных волос. Он был в одних плавательных шортах, и солнечные блики подчеркивали каждый рельеф его тренированного тела. – Ты сначала до капота дотянись, Гаенко. С твоим ростом тебе только колеса пинать.

– Рост – это не главное, когда знаешь, куда бить, – огрызнулась Вероника, демонстративно отворачиваясь к Кате.

Девушки сидели на большом пледе, окруженные сумками с едой и кремами для загара. Катя тихо хихикнула, наблюдая за этой перепалкой.

– Ник, ну признай, он сегодня в ударе, – шепнула подруга, кивая в сторону Тимы. – Видишь, как на него те девчонки с соседнего пирса смотрят?

Вероника мельком глянула в указанном направлении. Группа девушек в ярких бикини действительно не сводила глаз с Матвийчука. Одна из них, высокая блондинка, даже что-то крикнула ему, помахав рукой. Тима в своей привычной манере ослепительно улыбнулся и кивнул в ответ.

Внутри у Вероники что-то неприятно кольнуло. Она знала, что Тима пользуется успехом, знала, что он бабник, но видеть это вживую, когда он находился в пяти метрах от нее, было невыносимо. Она резко встала, отряхивая песок с коротких шорт.

– Пойду помогу Артему с мангалом, – бросила она, не глядя на Матвийчука.

Артем и Денис возились у кромки леса. Артем, как всегда, что-то весело рассказывал, размахивая шампуром, а Денис спокойно подкладывал угли, изредка вставляя дельные замечания.

– О, мелкая пришла, – Артем улыбнулся сестре. – Что, Матвийчук совсем довел?

– Он просто идиот, Артем. Почему мы всегда таскаем его с собой? – Вероника принялась раскладывать овощи на пластиковой тарелке.

– Потому что он мой лучший друг, Ника. И отличный паек привез, между прочим, – Артем кивнул на сумку-холодильник. – Смирись. Вы как кошка с собакой, честное слово.

Денис поднял взгляд на Веронику и мягко произнес:

– Тебе стоит просто игнорировать его подколы. Он же видит, что ты реагируешь, вот и забавляется.

– Я стараюсь, Денис, честно, – вздохнула она.

В этот момент к их лагерю подошел парень. Высокий, подтянутый, с белозубой улыбкой. Он явно был не из их компании, скорее из тех, кто отдыхал неподалеку.

– Привет, ребята! – парень остановился рядом с Вероникой. – У вас тут так вкусно пахнет, что я не удержался. Я Стас. Мы там волейбол затеваем, не хотите присоединиться? Особенно ты, красавица, – он посмотрел прямо на Веронику.

Вероника, почувствовав на себе пристальный взгляд Стаса, вдруг выпрямилась. Краем глаза она заметила, как Тима, который только что лениво растянулся на песке, внезапно сел.

– Тхэквондисты в волейбол? – Артем усмехнулся. – Ну, можно попробовать. Только чур ногами не бить.

– Я только за, – Вероника улыбнулась Стасу чуть шире, чем того требовала вежливость. – Давно хотела размяться.

Стас протянул ей руку, помогая перешагнуть через корягу. В ту же секунду Тима Матвийчук оказался рядом. Он возник словно из ниоткуда, его лицо, еще минуту назад расслабленное, теперь напоминало грозовую тучу.

– Ника никуда не идет, – голос Тимы прозвучал низко и опасно.

Вероника замерла, чувствуя, как внутри всё напряглось.

– Это еще почему, Матвийчук? Ты мне не отец и не брат.

– Потому что мы сейчас будем обедать, – Тима сделал шаг вперед, вторгаясь в личное пространство Стаса. – А ты, приятель, шел бы к своей сетке. Мы в посторонней компании не нуждаемся.

Стас нахмурился, оценивая габариты Тимы.

– Парень, полегче. Девушка сама решит, что ей делать.

Тима медленно сжал кулаки. Вероника увидела, как его костяшки побелели, а на шее вздулась жилка. Это была та самая «животная» ревность, о которой предупреждал Денис. Матвийчук выглядел так, будто готов был вцепиться Стасу в горло прямо здесь, на глазах у всех.

– Я сказал – она остается здесь, – Тима процедил слова сквозь зубы. – Повторить еще раз или с первого раза дошло?

– Тима, остынь! – Артем вмешался, вставая между ними. – Стас, извини, у нас тут свои терки. Давай в другой раз.

Стас, решив не искушать судьбу, поднял руки в примирительном жесте и отошел. Вероника стояла, задыхаясь от возмущения.

– Ты что творишь?! – она накинулась на Тиму. – Какое право ты имеешь так разговаривать с людьми?

Тима резко повернулся к ней. Его глаза потемнели, став почти черными.

– Чтобы я больше не видел, как ты улыбаешься всяким встречным уродам, Гаенко. Ты поняла меня?

– Да пошел ты! Ты мне никто! – выкрикнула она и бросилась прочь к воде.

Она бежала по песку, чувствуя, как слезы закипают в глазах. Почему он так себя ведет? Почему он позволяет себе распоряжаться ее жизнью, когда сам не пропускает ни одной юбки?

Вероника зашла в воду по колено, глядя на горизонт. Она слышала, как позади Артем что-то выговаривает Тиме, а тот лишь огрызается в ответ. Через десять минут всё стихло.

– Ник, – Денис подошел к ней тихо, стараясь не напугать. – Он идиот, мы это знаем. Но он просто... он не умеет по-другому.

– Он ведет себя как собственник, Денис. Но я не его вещь.

– Я знаю. И он знает. Просто... посмотри на него сейчас.

Вероника обернулась. Тима сидел в отдалении на бревне, уставившись в одну точку. Он выглядел потерянным и злым одновременно. К нему подошла та самая блондинка с пирса, пытаясь завязать разговор, но он даже не повернул головы, что-то коротко бросив ей. Девушка обиженно фыркнула и ушла.

Вероника почувствовала странное удовлетворение. «Так тебе и надо», – подумала она, но горечь в груди не исчезла.

***

Вечер опустился на берег прохладой. Компания переместилась к костру. Артем достал гитару, и над рекой поплыли тихие мелодии. Вероника сидела рядом с Катей, укутавшись в плед. Тима сидел напротив, через костер. Свет пламени плясал на его лице, делая его черты еще более резкими.

– Помните, как мы в первый раз в зал пришли? – Денис улыбнулся, вороша угли палкой. – Вероника тогда была такая маленькая, с огромными бантами.

– И сразу врезала Матвийчуку, потому что он занял ее любимое место у зеркала, – засмеялся Артем.

– Она и сейчас не прочь врезать, – тихо сказал Тима, не сводя взгляда с Вероники.

– Если заслужишь – обязательно, – ответила она, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Катя толкнула ее локтем и кивнула на телефон. Пришло сообщение: «Посмотри на него. Он же сейчас дыру в тебе прожжет».

Вероника проигнорировала сообщение, но внутри всё затрепетало. Она чувствовала этот взгляд каждой клеточкой кожи.

– Слушайте, – Артем отложил гитару. – Мы с Денисом пойдем дров поищем, а то эти быстро прогорят. Девчонки, вы как?

– Мы с Катей пойдем к машине, я там кофту забыла, – Вероника поднялась.

– Я с вами, – Тима встал следом.

– Обойдемся, – отрезала Вероника.

– Я не спрашивал, – Матвийчук подошел к ней вплотную.

Катя, быстро сообразив, что к чему, пробормотала что-то про то, что ей нужно помочь Денису, и испарилась в темноте. Артем лишь вздохнул и пошел в лес. Вероника осталась один на один с Тимой в неверном свете затухающего костра.

– Зачем ты это делаешь? – спросила она, глядя в сторону.

– Что именно?

– Ревнуешь меня к каждому столбу. Устраиваешь сцены. А потом идешь и улыбаешься всем подряд. Думаешь, я не вижу? Кристина, те девчонки на пляже...

– Кристина в прошлом, Ника. А те девчонки... мне на них плевать, – он сделал шаг к ней. – Ты действительно не понимаешь?

– Не понимаю что? Что ты бабник, который хочет, чтобы все игрушки принадлежали только ему?

Тима внезапно схватил ее за плечи. Его руки были горячими, а хватка – железной.

– Ты для меня не игрушка, Гаенко. Ты – единственная, кто заставляет меня терять контроль. Когда тот придурок коснулся твоей руки, я чуть не сошел с ума. Я хотел сломать его, просто за то, что он дышит рядом с тобой.

Вероника замерла. Она видела, как ходят желваки на его лице. Это было пугающе и притягательно одновременно.

– Ты сумасшедший, – прошептала она.

– Возможно. Но я не могу по-другому. И ты это знаешь.

Он наклонился к ней, и на мгновение ей показалось, что он ее поцелует. Но Тима лишь коснулся своим лбом ее лба, тяжело дыша.

– Не провоцируй меня, Ника. Пожалуйста. Я не железный.

Он отпустил ее так же внезапно, как и схватил, и ушел в темноту леса, оставив ее одну у костра. Вероника стояла, обхватив себя руками, чувствуя, как внутри всё переворачивается. Это была не просто ссора. Это было признание, завернутое в ярость.

***

Через пару дней они встретились в городе. Артем позвал всех в кино на вечерний сеанс. Вероника пришла вместе с Катей. Она выбрала легкое платье, которое подчеркивало ее фигуру, и распустила свои русые кудри.

Тима уже ждал их у входа. Он был в черной рубашке с подвернутыми рукавами, и выглядел так, будто сошел с обложки журнала. Когда он увидел Веронику, его взгляд на секунду смягчился, но тут же стал привычно холодным.

– Опять вырядилась, – бросил он вместо приветствия. – Для кого это всё?

– Для себя, Матвийчук. Учись ценить прекрасное, – Вероника прошла мимо него, обдав ароматом своих духов.

В фойе кинотеатра было многолюдно. Пока Артем и Денис покупали билеты, к Веронике подошел какой-то знакомый по университету.

– Ника! Привет! Прекрасно выглядишь, – парень улыбнулся и попытался обнять ее за талию в знак приветствия.

Вероника краем глаза увидела Тиму. Он стоял у автомата с попкорном, и в тот момент, когда рука знакомого коснулась ее платья, стакан с кукурузой в руках Матвийчука жалобно хрустнул. Тима не подошел, не устроил скандал, как на пляже. Он просто стоял и смотрел. Но этот взгляд был страшнее любого крика. Его костяшки пальцев, сжимавших остатки стакана, побелели так, что казалось, кожа сейчас лопнет.

– Привет, Олег, – Вероника мягко отстранилась. – Мы в кино спешим, извини.

Она подошла к Тиме, который всё еще сверлил взглядом Олега.

– Ты сейчас стакан сломаешь, – тихо сказала она.

Тима медленно перевел взгляд на нее.

– Я бы лучше сломал ему что-нибудь другое.

– Успокойся. Это просто знакомый.

– Мне плевать, кто он. Пусть держит руки при себе.

Весь сеанс прошел для Вероники как в тумане. Она чувствовала напряжение, исходящее от Тимы, сидевшего по правую руку от нее. Он не смотрел на экран, он смотрел на нее. В темноте зала это ощущалось особенно остро.

Когда фильм закончился, они вышли на ночную улицу. Воздух был свежим и приятным.

– Пойдемте в парк, прогуляемся? – предложила Катя.

– Я пас, – сказал Денис. – Завтра ранняя тренировка. Артем, ты как?

– Я тоже, пожалуй, домой. Ника, тебя подвезти?

– Я подвезу, – отрезал Тима.

Артем посмотрел на сестру, та лишь кивнула.

– Ладно. Только без фокусов, Матвийчук.

Они остались вдвоем на пустой парковке. Тима молча открыл ей дверь машины. Поездка до ее дома прошла в тишине, но эта тишина была наэлектризована до предела.

– Ты весь вечер вел себя как маньяк, – сказала Вероника, когда они остановились у ее подъезда.

– А ты весь вечер вела себя так, будто меня нет рядом, – ответил он, не глуша мотор. – Тебе нравится это, Ника? Нравится видеть, как я выхожу из себя из-за каждого встречного урода?

– Мне не нравится твоя грубость, Тима. Но мне нравится... – она замолчала, подбирая слова.

– Что? Что тебе нравится?

– Что тебе не всё равно, – прошептала она, глядя в окно. – Хотя ты и бабник.

Тима внезапно рассмеялся, но в этом смехе не было радости.

– Бабник. Если бы ты знала, сколько раз я отказывал тем «фанаткам», о которых ты постоянно говоришь, просто потому, что в голове была ты. Твои хамские шуточки, твои зеленые глаза, твоя привычка спорить...

Вероника повернулась к нему. Ее сердце колотилось где-то в горле.

– Ты сейчас серьезно?

– Более чем.

Он протянул руку и коснулся ее щеки. На этот раз его жест был нежным, почти боязливым.

– Я ревную тебя, потому что боюсь потерять. Боюсь, что кто-то более спокойный и правильный, чем я, заберет тебя. И я не смогу с этим ничего поделать.

Вероника накрыла его руку своей.

– Ты идиот, Матвийчук. Самый настоящий.

– Я знаю.

Он наклонился к ней, и на этот раз не было ни ветра, ни костра, ни лишних глаз. Только запах его парфюма и тихий рокот мотора. Поцелуй был долгим и глубоким, в нем смешались все их обиды, ссоры и та скрытая нежность, которую они так долго подавляли.

Когда они отстранились, Вероника почувствовала, что у нее кружится голова.

– Значит, теперь мы не враги? – спросила она, пытаясь вернуть привычный дерзкий тон.

– Мы всегда были врагами, Ника. Просто теперь мы на одной стороне в этой войне, – он улыбнулся своей фирменной улыбкой, но теперь она предназначалась только ей.

– Артем убьет тебя, ты же знаешь.

– Пусть попробует. У меня черный пояс и очень сильная мотивация остаться в живых.

Вероника вышла из машины, чувствуя себя невероятно легкой. Она обернулась у самой двери подъезда и помахала ему рукой. Тима дождался, пока в ее окне загорится свет, и только после этого тронулся с места.

Этой ночью Вероника долго не могла уснуть. Она вспоминала его белые костяшки пальцев, его яростный взгляд и то, как он прижимал ее к себе. Ревность Тимы была пугающей, но она была доказательством чего-то настоящего. А ее собственная ревность... она теперь знала, что ей больше не нужно следить за ним издалека. Потому что теперь он принадлежал ей, так же сильно, как и она ему.

А завтра в зале их снова ждали тренировки, спарринги и, конечно, новые ссоры. Ведь они не могли по-другому. Но теперь под этой колючей броней скрывалось что-то, что было дороже любого кубка и любой победы на татами. И это было только их секретом, спрятанным за хамскими шутками и громким смехом.