← Назад к обзору

Любовь императора

Танцы под дождем и императорский этикет

Солнце над Академией Кузко внезапно решило взять выходной, уступив место тяжелым, пушистым тучам, которые лениво перекатывались через горные пики. Для обычного ученика это означало лишь одно: пора доставать зонт из листьев пальмы и готовиться к сырости. Но для Кузко это была катастрофа вселенского масштаба.

– Нет, вы посмотрите на это! – Кузко стоял у окна в коридоре, возмущенно указывая пальцем на первую упавшую каплю. Он обернулся к камере, которая послушно сфокусировалась на его драматически нахмуренных бровях. – Небо плачет, потому что я сегодня не надел свою новую тунику с золотой каймой. Или потому, что мир несправедлив к будущим императорам. Мэлина, скажи им!

Мэлина, проходившая мимо с охапкой свитков, даже не замедлила шаг.

– Небо плачет, Кузко, потому что это сезон дождей. И если ты не перестанешь разговаривать со стенами, ты опоздаешь на урок танцев и этикета. Мистер Молегуако сказал, что это решающее занятие перед балом в честь середины семестра.

– Танцы? Этикет? – Кузко картинно зевнул. – Я — Кузко. Я и есть танец. Я и есть этикет. Зачем мне учиться тому, что у меня в крови?

– Затем, что на прошлом занятии ты наступил на ногу директору и попытался убедить его, что это новый стиль «хромой ламы», – напомнила Мэлина, скрываясь за углом.

Кузко фыркнул, но тут его взгляд упал на Машу. Она шла по коридору, и, вопреки серости за окном, казалось, что свет всё еще следует за ней. Её длинные светлые волосы были заплетены в сложную косу, в которую она вплела несколько маленьких синих цветов.

– О, привет, Кузко! – Маша подошла к нему, и серое утро мгновенно окрасилось в розовый цвет в глазах юноши. – Ты тоже идешь в танцевальный зал? Говорят, сегодня мы будем разучивать официальный вальс империи.

– Вальс? – Кузко мгновенно выпрямился, приняв позу благородного статуса. – Маша, дорогая, вальс — это моя стихия. Я кружусь так изящно, что у облаков кружится голова. Хочешь, я буду твоим партнером? Это редкая возможность, обычно за право танцевать со мной дерутся лучшие ламы королевства.

Маша тихо рассмеялась, прикрыв рот ладонью.

– Я с удовольствием, Кузко. Но обещай, что не будешь пытаться делать сальто посреди танца.

– Обещать не могу, это зависит от вдохновения, – подмигнул он ей, и они вместе направились в зал.

Танцевальный зал Академии был украшен золотыми статуями (естественно, изображающими Кузко в разных танцевальных па). Мистер Молегуако уже стоял в центре, притопывая ногой в такт воображаемой музыке.

– Итак, ученики! – прокричал учитель, когда класс собрался. – Этикет — это лицо империи! Сегодня мы тренируем торжественный вход и парный танец. Кузко! Встань в пару с Машей. Кронк... почему на тебе кухонный фартук?

– Это для аэродинамики, сэр! – Кронк, стоявший в паре с Измой (которая снова замаскировалась под «юную нимфу» в сетчатом платье), бодро отсалютовал половником. – И если кто-то проголодается во время пируэта, у меня в кармане есть запасные сухарики.

Изма раздраженно дернула Кронка за рукав.

– Заткнись и танцуй, ты, гора мускулов! Мы должны показать этому выскочке Кузко, что такое настоящая грация. Если мы будем танцевать лучше всех, директор может назначить нас королем и королевой бала, а это — прямой путь к власти!

Музыка началась — медленная, торжественная мелодия флейт и барабанов. Кузко осторожно положил руку на талию Маши, стараясь не наступить на свои собственные длинные полы туники.

– Смотри и учись, – прошептал он Маше. – Сейчас я покажу тебе «шаг императорского величия».

Он сделал широкий шаг, изящно взмахнул рукой и... чуть не сбил с ног Мэлину, которая танцевала рядом.

– Кузко! – шикнула она. – Соблюдай дистанцию!

– Это не я, это пространство слишком маленькое для моего таланта! – огрызнулся он, но тут же смягчился, встретившись взглядом с Машей.

Она двигалась удивительно легко. Её светлые волосы плавно покачивались в такт музыке, и Кузко вдруг поймал себя на мысли, что он перестал смотреть в зеркала, расставленные по периметру зала. Он смотрел только на неё.

– У тебя отлично получается, – искренне сказала Маша. – Ты просто слишком стараешься казаться важным. Расслабься. Представь, что мы не на уроке, а просто... гуляем под дождем.

– Гуляем под дождем? – Кузко скептически поднял бровь. – Маша, дождь портит прическу. А моя прическа — это государственное достояние.

– А ты попробуй, – она вдруг резко сменила ритм, увлекая его в более быстрый поворот.

В этот момент Изма, решившая, что пришло время для ее «коронного номера», прошептала Кронку:

– Сейчас! Делай «подброс горного орла»!

– Есть, мисс Изма! – Кронк подхватил Изму и подбросил её в воздух с такой силой, что она едва не задела люстру.

– Кронк, идиот! Не так высоко! – завизжала Изма, болтая ногами в воздухе.

Она приземлилась прямо на стол с напитками, вызвав фонтан из фруктового сока. Мистер Молегуако схватился за голову.

– Изма! Кронк! Вон из зала! Идите отмывать скатерти!

– Но, сэр, это была импровизация! – попытался оправдаться Кронк, уводя кипящую от ярости Изму под локоть.

Кузко и Маша остались стоять посреди зала, пока остальные ученики суетились, убирая беспорядок. Музыка всё еще играла, но теперь она казалась тише и уютнее.

– Знаешь, – Кузко посмотрел на Машу, – кажется, наш урок закончен досрочно. Но я так и не показал тебе свой лучший поворот.

– Тогда пойдем, – Маша схватила его за руку и потянула к выходу.

– Куда? Там же ливень! – Кузко упирался, но скорее для вида.

Они выбежали на внутренний двор. Дождь лил стеной, превращая пыльные дорожки в блестящие ручьи. Маша выбежала на середину двора, раскинув руки, и закружилась. Ее длинные волосы мгновенно намокли, потемнели, но в глазах плясали искорки настоящего счастья.

– Кузко, иди сюда! Это потрясающе!

Кузко стоял под навесом, с ужасом глядя на свои намокшие сандалии.

– Моя туника... Моя корона... Моё достоинство... – бормотал он.

Но потом он посмотрел на Машу. Она выглядела такой живой, такой настоящей, что все его страхи перед испорченным внешним видом внезапно показались мелкими и глупыми. Он сделал шаг под дождь. Вода была прохладной и освежающей.

– Ладно, мир, смотри! – выкрикнул он в небо. – Я танцую под дождем! И я всё еще выгляжу великолепно!

Он подбежал к Маше, подхватил её за руки, и они начали кружиться. Это не был официальный вальс, которому их пытался научить мистер Молегуако. Это был хаотичный, веселый и совершенно неправильный танец. Кузко скользил по мокрым плитам, Маша смеялась, и их смех заглушал шум грозы.

– Видишь? – крикнула она сквозь шум воды. – Ничего страшного не случилось!

– Кроме того, что я теперь похож на мокрую крысу! – отозвался Кузко, но при этом он широко улыбался. – Но, признаю, эта крыса чертовски обаятельна!

Они остановились, тяжело дыша. Вода стекала с их лиц. Маша подошла ближе и аккуратно поправила его учебную корону, которая съехала набок.

– Ты сейчас выглядишь гораздо больше похожим на императора, чем когда важничаешь в классе, – тихо сказала она.

– Правда? – Кузко замер, чувствуя, как капли дождя щекочут шею. – Без фанфар и золотых носилок?

– Правда. Потому что сейчас ты настоящий.

Кузко посмотрел на неё. Её светлые волосы, намокшие и тяжелые, облепили плечи, а на ресницах дрожали капли воды. В этот момент он понял, что готов танцевать под дождем вечно, если она будет рядом.

– Знаешь, Маша... – он замялся, что было для него совершенно нехарактерно. – Я тут подумал. Быть императором — это, конечно, план номер один. Но, возможно, быть императором, который умеет ценить дождь... это план номер один-а.

Маша улыбнулась и внезапно поцеловала его в мокрую щеку.

– Ты делаешь успехи, Кузко.

В этот момент из окна академии высунулась голова Измы.

– Кузко! Ты промокнешь и заболеешь! А я не могу позволить тебе умереть от простуды, я должна лично тебя уничтожить! Кронк, неси полотенце и мой ядовитый чай! То есть, просто чай!

Кузко закатил глаза и обернулся к воображаемой камере.

– Вы это видели? – прошептал он, сияя от счастья. – Она меня поцеловала. Под дождем. Это же сцена из лучшего фильма в истории империи! И плевать на тунику. Я завтра закажу себе новую. С вышивкой в виде капель дождя.

Он снова повернулся к Маше и, галантно поклонившись, предложил ей руку.

– Позвольте проводить вас в сухое место, о прекрасная дева водных стихий. И, кстати, у Кронка в заначке наверняка остались те пирожки. После такого танца я готов съесть даже шпинат.

Они направились обратно в здание, оставляя за собой мокрые следы и ощущение того, что этот дождь смыл всё лишнее, оставив только самое важное. Кузко шел, гордо подняв голову, и впервые в жизни ему не нужно было зеркало, чтобы знать: он выглядит абсолютно, невероятно, императорски счастливым.

– Кузко? – позвала Маша, когда они уже подошли к дверям.

– Да, свет моих очей?

– У тебя белка на плече.

Кузко вскрикнул и начал бешено вращаться, пытаясь стряхнуть Бики, который решил, что мокрая голова императора — отличное место для просушки хвоста. Маша снова рассмеялась, и этот звук стал лучшим завершением самого странного и прекрасного урока в жизни Кузко.

– Ладно, Бики, оставайся, – вздохнул Кузко, успокоившись. – Сегодня я добрый. Сегодня я — император дождя и повелитель белок. Но завтра... завтра я снова буду просто совершенством.

Он подмигнул Маше, и они вошли в теплое сияние факелов академии, готовые к новым приключениям, которые обязательно ждали их за следующим поворотом судьбы.