← Назад к обзору

Любовь монарха

Мерцание звёзд и вкус запретного плода

Прошло три месяца с того дня, когда стены Ассоциации Охотников содрогнулись от ярости Монарха и пламени Дракона. Раны Юкио затянулись, оставив на бледной коже едва заметные серебристые росчерки, которые он носил с какой-то тихой гордостью. Жизнь, казалось, вернулась в привычное русло: школа, тренировки, тихие вечера. Но приближался день рождения Сухо, и в воздухе витало предвкушение чего-то особенного.

Праздновать шумно не хотелось. После всего пережитого тишина ценилась больше, чем фейерверки. Вся семья — Джинву, Хэин, Сухо, а также Юкио со своей неизменной бабушкой Александрой — собрались за большим столом в доме Сон. Аромат запечённого мяса и домашних пирогов заполнял комнату, создавая ту самую атмосферу уюта, которую невозможно купить ни за какие деньги.

– Может, всё-таки устроим небольшую вечеринку в эти выходные? – Хэин обвела присутствующих тёплым взглядом. – Пригласим твоих друзей из школы, Сухо. Ты заслужил настоящий праздник.

– Можно, – Александра степенно отхлебнула чай из фарфоровой чашки. – Но только при одном условии: никакого спиртного. Ни капли. Даже если это будет «детское» шампанское.

Юкио, сидевший рядом с Сухо, картинно закатил глаза и издал тяжёлый вздох, полный вселенской скорби.

– Ба, ну серьёзно? – Он поправил серьгу в ухе, стараясь не смотреть на Сухо. – Ты теперь мне это до конца моих дней припоминать будешь?

– Да, буду, – отрезала Александра, и в её глазах блеснули озорные искорки. – Тебе, мой дорогой внук, пить вообще противопоказано. У тебя и так кровь кипит, а с алкоголем ты становишься... непредсказуемым.

– О чём это вы? – Сухо с любопытством перевёл взгляд с Юкио на его бабушку. – Юки и алкоголь? Не могу себе этого представить. Он же образец самоконтроля.

– Образец? – Александра звонко рассмеялась. – Этот балбес праздновал своё пятнадцатилетие ещё в Японии. Он с друзьями так набрался, что на следующее утро они очнулись на другом конце мира! Буквально! Я когда узнала, у меня от волнения вся посуда в доме перебилась — магия вышла из-под контроля. Пришлось выкупать их из полицейского участка в какой-то богом забытой деревне.

– Бабуль, ну не начинай, – пробормотал Юкио, густо краснея. Его уши стали почти пунцовыми, и он уткнулся носом в свою тарелку, отчаянно ковыряя палочками рис. – Мы просто... немного заблудились.

– Заблудились? – Александра повернулась к Джинву, который слушал историю с едва заметной улыбкой. – Они пытались оседлать призрачного кита в астральном плане, господин Сон! В пятнадцать лет! С тех пор я поклялась, что спиртное в его присутствии — под строжайшим запретом.

Сухо не выдержал и негромко рассмеялся, представляя взъерошенного и пьяного Юкио, пытающегося управлять мифическим существом.

– Теперь я понимаю, почему ты так любишь колу, – шепнул он на ухо парню.

– Заткнись, – беззлобно отозвался Юкио, пихнув его локтем в бок.

Вечер прошёл в тёплых разговорах и воспоминаниях. Когда пришло время прощаться, Александра и родители Сухо остались в гостиной, обсуждая планы на лето, а подростки ускользнули в комнату Сухо.

Как только дверь закрылась, Сухо снова прыснул от смеха, заваливаясь на кровать.

– Призрачный кит, Юки? Серьёзно? И как он на ощупь?

Юкио навис над ним, упираясь руками в матрас по обе стороны от головы Сухо. В полумраке комнаты его глаза светились мягкой лазурью, а на губах играла дерзкая, многообещающая усмешка.

– Тебе смешно, да? – Он прищурился, и в его голосе прорезались те самые низкие нотки, от которых у Сухо по спине пробегали мурашки. – Хочешь узнать, какой я, когда теряю контроль? Для этого мне не нужно вино, Сухо. Мне достаточно тебя.

Юкио склонился ниже, затыкая Сухо поцелуем — глубоким, властным и лихорадочным. Весь смех Сухо мгновенно испарился, сменившись тягучим жаром внизу живота. Юкио действовал уверенно: его ладони скользнули под край футболки Сухо, обжигая кожу холодом длинных пальцев.

– Юки... – выдохнул Сухо, когда поцелуй прервался на мгновение.

Юкио не ответил. Он одним ловким движением стянул с Сухо футболку, отбрасывая её куда-то в угол. Его губы переместились на шею парня, оставляя влажные следы и слегка покусывая чувствительную кожу. Сухо выгнулся, подставляясь под ласки, его пальцы невольно запутались в иссиня-чёрных волосах Юкио.

– Ты пахнешь дождём и чем-то сладким, – прошептал Юкио в самую ключицу, обдавая её горячим дыханием.

Его руки спустились ниже, расстёгивая ремень и стягивая с Сухо низ одежды. Юкио действовал не спеша, словно смакуя каждый момент. Он начал спускаться поцелуями вниз по животу Сухо, заставляя того мелко дрожать. Когда он мягко раздвинул бедра парня, Сухо издал приглушённый стон, хватаясь за простыни.

– Юки, пожалуйста... – Сухо чувствовал себя совершенно беззащитным и при этом невероятно живым под этим пристальным, горящим взглядом.

Юкио поднял на него глаза. В них не было насмешки — только обожание и дикая, первобытная страсть дракона, нашедшего своё сокровище. Он взял его в рот, делая сначала медленные, дразнящие движения. Сухо закусил губу, запрокидывая голову назад. Потолок комнаты поплыл перед глазами, сменяясь калейдоскопом искр.

– Ах... боже... – Сухо вцепился пальцами в плечи Юкио, чувствуя, как тот плавно увеличивает темп.

Юкио действовал виртуозно, умело лаская языком и нёбом, доводя Сухо до грани безумия. Одновременно с этим его свободная рука скользнула ниже. Пальцы, предварительно смазанные, начали осторожно растягивать Сухо, подготавливая его к большему.

Это было странное, двойственное ощущение: острая, почти болезненная сладость от рта Юкио и распирающее, горячее чувство внутри. Сухо тяжело дышал, его тело покрылось испариной.

– Юки, я сейчас... я не выдержу... – прохрипел он, чувствуя, как пик приближается с невероятной скоростью.

Юкио на мгновение отстранился, глядя на тяжело дышащего, раскрасневшегося Сухо. Он выглядел как падший ангел — растрёпанный, с затуманенным взглядом и губами, искусанными в кровь.

– Я хочу чувствовать тебя, – прошептал Юкио, поднимаясь выше. – Хочу быть внутри.

Он пристроился между бедер Сухо, медленно входя. Сухо вскрикнул, подаваясь навстречу, его ногти впились в спину Юкио, оставляя красные полосы. Это была не просто физическая близость — в этот момент их магия, тени и пламя, снова сплелись в один тугой узел.

– Смотри на меня, – Юкио взял лицо Сухо в свои ладони, заставляя его открыть глаза. – Только на меня.

Сухо смотрел. В небесной лазури глаз Юкио он видел своё отражение, свою любовь и свою судьбу. Он видел парня, который ради него готов был шагнуть в бездну, и который сейчас дарил ему целый мир ощущений.

Ритм ускорился, становясь рваным и яростным. Стены комнаты словно раздвинулись, пропуская их в иное измерение, где существовали только два сердца, бьющихся в унисон. Сухо стонал, не скрываясь, его голос тонул в тихих вскриках Юкио.

Когда наступила разрядка, она была похожа на взрыв сверхновой. Сухо выкрикнул имя Юкио, содрогаясь всем телом, и почувствовал, как тот изливается внутри него, заполняя всё существо невыносимым жаром.

Они долго лежали в тишине, прижавшись друг к другу. Дыхание постепенно выравнивалось. Юкио бережно укрыл Сухо одеялом, целуя его в висок.

– С днём рождения, Сухо, – прошептал он. – Прости, что без кита.

Сухо тихо рассмеялся, прижимаясь щекой к его плечу.

– К черту китов, Юки. Мне достаточно того, что ты здесь.

За дверью слышались приглушённые голоса родителей и звон посуды, но здесь, в коконе их общей тайны, время остановилось. И Сухо знал, что это — лучший подарок, который он когда-либо получал. Подарок в виде парня с фарфоровой кожей и сердцем, в котором жило вечное пламя.