← Назад к обзору

Мафия

Печать Бездны на золотом ободке

Мой кабинет всегда казался мне крепостью. Высокий этаж, панорамные окна с видом на деловой центр Сеула, дубовый стол, за которым решались судьбы крупнейших корпораций и заминались самые громкие скандалы Ассоциации Охотников. Но сегодня этот кабинет превратился в клетку. И моим тюремщиком был тринадцатилетний мальчик, который сидел в моем кресле, закинув ноги на полированную столешницу.

Сон Алекс. Или, как он предпочитал называть себя теперь, Окумура Д. Алекс.

На нем была простая белая футболка и черные брюки, но эта обыденность одежды лишь подчеркивала пугающую холодность его небесно-голубых глаз. Рядом с ним, словно статуи из кошмаров, замерли две тени: рыцарь в доспехах, от которой веяло могильным холодом, и Королева Ос, чей едва уловимый гул заставлял мои зубы ныть.

На столе перед ним лежал документ в кожаной папке и открытая бархатная коробочка.

– Читай, Ли Вон, – произнес он, и его голос, лишенный детской звонкости, прозвучал как приговор. – Я не люблю, когда мои партнеры подписывают что-то, не осознавая всей тяжести своих обязательств.

Я дрожащими руками взял папку. Брачный договор. Само название казалось абсурдным, безумным сюрреализмом. Но, вчитываясь в пункты, я чувствовал, как холодный пот стекает по спине. Это не был договор о любви или совместном быте. Это был акт о полной передаче собственности, прав и, что самое важное, жизни.

Каждое слово было выверено с точностью до миллиметра. Алекс продумал всё: от передачи его семье «Мортэ» всех моих офшорных счетов до пунктов о неразглашении, которые подкреплялись не только законом, но и «магическим контрактом крови». Если я нарушу хотя бы запятую, моя душа станет собственностью его теней.

– Ты... ты прописал здесь даже доступ к архивам сектора «Зеро», – прохрипел я, поднимая глаза. – Ты понимаешь, что если Ассоциация узнает, они не просто убьют меня? Они сотрут меня из истории.

Алекс усмехнулся, и я снова увидел эти хищные клыки.

– Именно поэтому ты подпишешь это, – он кивнул на коробочку с кольцами. – Ассоциация боится огласки. Но они еще больше боятся того, что стоит за моей спиной. Став моим мужем, ты переходишь под юрисдикцию «Мортэ». А я, в отличие от председателя Го Гунхи, своих людей не скармливаю химерам ради «общего блага».

Я посмотрел на кольца. Они были шедеврами ювелирного искусства, но для меня они выглядели как кандалы. Одно — из желтого золота с орнаментом из белых лилий и прозрачными камнями. Второе — из белого золота с золотыми лилиями и глубокими, как океан, синими сапфирами. Контраст металлов, вечная борьба света и тени, запечатленная в драгоценном металле.

– Эти лилии... – я запнулся. – Флёр-де-лис. Символ королевской власти.

– Символ возрождения из пепла, – поправил он меня. – Лилия растет в грязи, Ли Вон, но остается чистой. Как и моя организация. Мы — та грязь, которая очистит этот город от фальшивого золота Охотников. Подписывай.

Я взял ручку. Моя рука дрожала, но под пристальным взглядом голубых глаз у меня не было выбора. Если я откажусь, я труп. Если соглашусь — стану частью чего-то гораздо более страшного, чем мафия. Я стану частью его легенды.

Скрип пера по бумаге прозвучал в тишине кабинета как выстрел. Я поставил свою подпись на каждой странице, скрепляя свою судьбу с тринадцатилетним Монархом теней.

Алекс удовлетворенно кивнул и встал. Он подошел ко мне, и я невольно вжался в спинку стула. Несмотря на свой рост, он доминировал над пространством так, как не мог даже его отец, великий Сон Джинву. В Джинву была мощь океана, но в Алексе была пустота космоса.

– Кольцо, – приказал он.

Я взял кольцо из белого золота с сапфирами. Оно было холодным, почти ледяным. Когда я надел его на тонкий палец Алекса, я почувствовал легкий укол — словно невидимая игла проткнула мою кожу. Капля моей крови впиталась в металл, и сапфиры на мгновение вспыхнули зловещим фиолетовым светом.

Алекс взял второе кольцо — золотое с прозрачными камнями. Он надел его мне на безымянный палец правой руки. В ту же секунду я почувствовал, как по моей руке разливается жар. Это не была мана. Это была его воля, проникающая в мои вены, связывающая мою нервную систему с его присутствием.

– Теперь ты мой, – прошептал он.

Прежде чем я успел осознать смысл этих слов, Алекс резко сократил дистанцию. Его рука, неожиданно сильная и жесткая, схватила меня за затылок, пальцы запутались в моих волосах. Он потянул меня вниз, заставляя склониться, и поцеловал.

Этот поцелуй не был актом нежности. Это была печать. Это было клеймо владельца на своей собственности. Я почувствовал вкус металла и чего-то древнего, горького, как полынь. Мир вокруг меня поплыл, стены кабинета словно растворились в густой черной дымке, и на мгновение мне показалось, что мы стоим посреди бескрайнего поля битвы, усеянного костями богов.

Когда он отстранился, я тяжело дышал, хватаясь за край стола, чтобы не упасть. Мои колени подгибались.

– Теперь ты мой, адвокат Чо Ли Вон, – повторил Алекс, вытирая губы тыльной стороной ладони. – И я не позволю ни одному человеку, ни одному Охотнику, ни одному существу из врат тронуть тебя. Ты — мой голос в их мире. Мой щит и мой меч в судах, которые они так любят использовать против слабых.

Он отошел к окну, глядя на закатное солнце, которое окрашивало Сеул в кроваво-красные тона.

– Моя семья думает, что они контролируют ситуацию, – продолжал он, не оборачиваясь. – Отец прислал Беру следить за мной. Сухо думает, что может научить меня «самообороне». Они всё еще видят во мне ребенка, Ли Вон. Но ты... ты видел, что я сделал в доках. Ты единственный, кто знает правду.

– Они... они ведь придут за тобой, Алекс, – мой голос всё еще дрожал. – Твой отец... он не позволит тебе разрушить Ассоциацию.

Алекс обернулся, и на его лице была странная, почти печальная улыбка.

– Мой отец слишком благороден, чтобы уничтожить то, что он защищал. Он — Монарх Теней, но он всё еще человек в своей душе. А я? Я никогда не был «просто человеком», Ли Вон. Я родился в мире, где мана была везде, но у меня её не было. Я научился черпать силу из самой пустоты.

Он подошел к папке с договором и захлопнул её.

– Ассоциация проводит эксперименты над людьми, потому что боится исчезновения маны. Они думают, что если источники иссякнут, они станут никем. Но они не понимают одного: истинная сила не в кристаллах. Она в тени, которую отбрасывает каждый из них. И я — хозяин этих теней.

– Что мне делать дальше? – спросил я, глядя на кольцо на своем пальце. Оно теперь казалось частью моей плоти, я почти не чувствовал его веса, только странное пульсирующее тепло.

– Завтра ты подашь документы о регистрации нашего союза, – Алекс снова сел в кресло, на этот раз приняв позу истинного короля. – Пусть это станет официальным. Пусть Ассоциация гадает, почему их лучший юрист связался с «бракованным сыном» Сон Джинву. Это создаст необходимый шум. А пока они будут обсуждать этот скандал, мы начнем изымать данные из сектора «Зеро».

– Ты хочешь уничтожить их изнутри?

– Я хочу вырвать им сердце, Ли Вон. А ты будешь тем, кто подпишет свидетельство о смерти.

В дверь кабинета постучали. Это был мой секретарь, но я знал, что Алекс не позволит ему войти, пока не закончит. Королева Ос у двери издала угрожающий щелчок, и шаги в коридоре поспешно удалились.

– Иди домой, адвокат, – Алекс махнул рукой, отпуская меня. – Отдохни. Тебе понадобятся силы. На банкете в честь годовщины победы над Монархами мы официально объявим о наших отношениях. Представь лица верхушки Ассоциации... и лицо моего отца.

Я представил. И мне стало по-настоящему страшно. Не за себя, а за этот мир, который считал себя спасенным.

– Алекс... – я остановился у двери. – Почему именно я? Ты мог выбрать любого. У тебя есть сила, у тебя есть деньги «Мортэ». Зачем тебе этот спектакль с браком?

Мальчик посмотрел на меня, и на мгновение в его голубых глазах отразилась такая бездна одиночества, что у меня перехватило дыхание.

– Потому что ты боишься меня, Ли Вон. Но ты боишься меня правильно. Ты не смотришь на меня как на ребенка, не смотришь как на монстра. Ты смотришь на меня как на неизбежность. А мне нужен кто-то, кто не будет закрывать глаза, когда я начну сжигать этот мир до основания.

Я вышел из кабинета, чувствуя, как кольцо на пальце слегка сжалось, словно напоминая о невидимой нити, связывающей нас. В лифте я посмотрел в зеркало. Я выглядел как обычно: дорогой костюм, безупречная укладка. Но в моих глазах появилось что-то новое. Тень. Тень, которая больше не принадлежала мне.

Спустившись на парковку, я сел в свою машину и долго просто смотрел на руль. На золотом ободке кольца лилии из белого золота казались живыми, они словно шевелились в полумраке салона.

Я вспомнил его поцелуй. Вкус тьмы и власти.

– Ты сумасшедший, Окумура Алекс, – прошептал я в пустоту.

– Но он — твой сумасшедший, – раздался тихий, свистящий голос с заднего сиденья.

Я резко обернулся. Там, в полумраке, сидела Королева Ос. Её огромные фасеточные глаза мерцали в темноте.

– Маленький господин велел проводить тебя до дома, – прострекотала она. – Дороги нынче опасны для тех, кто носит его печать.

Я сглотнул, повернул ключ зажигания и нажал на газ. В этот вечер Сеул казался мне другим. Город света, город Охотников... он был лишь декорацией. Настоящая жизнь бурлила в подворотнях, в старых доках, в закрытых лабораториях и в голове тринадцатилетнего мальчика, который только что сделал меня своим самым ценным активом.

Подъезжая к своему дому, я увидел у входа черную машину без номеров. Из неё вышел человек в строгом костюме и почтительно склонил голову, когда я проезжал мимо. Это были люди «Мортэ». Моя новая охрана. Или мои новые надзиратели. Теперь разницы не было.

Я вошел в свою пустую квартиру, бросил ключи на столик и подошел к бару. Налив себе виски, я посмотрел на кольцо. Прозрачные камни между золотыми лилиями сверкали в свете люстры.

«Теперь ты мой».

Эти слова эхом отдавались в моей голове. Я понимал, что с этого момента моя жизнь больше не принадлежит закону, Ассоциации или мне самому. Я стал частью тени. И, как ни странно, в этой тени я впервые за долгие годы почувствовал себя в безопасности.

Потому что если Теневой Монарх — это бог, то его сын — это дьявол, который решил, что ад слишком тесен для него. И я был готов последовать за ним, даже если в конце нас ждал только пепел.

Я допил виски и достал телефон. Нужно было подготовить документы к утру. Свадьба века, которая разрушит мир — это то, ради чего стоило стать адвокатом дьявола.

В ту ночь мне снились тени. Они танцевали вокруг меня, сплетаясь в сложные узоры из лилий и черного пламени. И в центре этого танца стоял Алекс, протягивая мне руку.

– Идем, Ли Вон, – говорил он. – Нам еще нужно переписать историю.

И я шел. Потому что у тени нет выбора, кроме как следовать за тем, кто её отбрасывает.