← Назад к обзору

Мировой легион. История Гражданина.

Колыбельная для Ада

***

Лёня сидел на полу рядом с диваном, прислонившись спиной к его мягкой обивке. Его рука покоилась на плече спящей Кати. Ее дыхание было ровным, спокойным. Впервые за долгое, очень долгое время он видел ее такой умиротворенной. Он окинул взглядом гостиную, превратившуюся в причудливый лагерь беженцев из разных эпох и сказок. Спящие лица, еще недавно искаженные ужасом и яростью, теперь были расслаблены. Эльза и Джек, Агнар и Идуна, викинги, юные герои Аркадии, Мирабель, Мэри… Целая армия, уснувшая сном праведников посреди Преисподней. Это было настолько абсурдно, что казалось правильным.

В дверях пентхауса, готовые заступить на дежурство, замерла вторая половина их невозможного отряда. Герои, для которых война была не трагедией, а работой. Думгай, Мастер Чиф, Кратос, Геральт, Дюк Нюкем, Серьезный Сэм, Би Джей Бласковиц, Гордон Фримен и остальные. Они молча смотрели на спящих.

– Спят прямо как ангелы! – ласково прошептал Гордон, его голос, усиленный динамиком костюма, все равно был едва слышен.

– Ангелочки чёртиков! – шёпотом хмыкнул Дюк, вынимая изо рта незажженную сигару.

– Ну, тс-с-с, заткнись, сексуальный болван, – так же шепотом прервал его Сэм, с укоризной глядя на блондина.

– Ладно, ладно. Не будем их будить! – Грейсон Хант махнул рукой в сторону выхода. – Пройдемте, тупицы! Пускай они отдохнут!

Он первым вышел из люкса, и остальные бесшумно последовали за ним, осторожно прикрыв за собой тяжелую дверь. Тишина вернулась в пентхаус, нарушаемая лишь мерным дыханием спящих.

Внизу, в огромном, отделанном мрамором холле небоскреба, царил холодный полумрак. Думгай и Кратос заняли пост у разбитых главных дверей. Они не разговаривали. Им не нужны были слова. Один был воплощением неукротимой божественной ярости, другой – нечеловеческой, ледяной решимости. Они просто стояли, как две гранитные статуи, вслушиваясь в тишину мертвого города.

Прошла минута. Две. А затем из темноты улицы донесся первый звук. Протяжный, полный безнадежной тоски стон. А за ним – еще один, и еще. И шарканье сотен ног по асфальту.

Думгай медленно поднял голову. Кратос крепче сжал рукояти своих Клинков Хаоса, и руны на них вспыхнули тусклым огнем.

В проем разбитых дверей начали вваливаться первые фигуры. Зомби. Не те, что были в Нексусе, с хедкрабами на головах. Эти были другими. Раздутые, гниющие тела, пустые глазницы, в которых горел нечестивый зеленый огонек. Монстры из мира Думгая.

Они брели вперед, ведомые единым голодным инстинктом. Но их ждал сюрприз.

Как только первая десятка пересекла невидимую черту, стены холла озарились вспышками. Автоматические турели, снятые с пентхауса и установленные по периметру, с сухим механическим треском открыли огонь. Крупнокалиберные пули рвали гниющую плоть, отрывали конечности, разносили головы в кровавую труху.

Но зомби было слишком много. Они шли и шли, волна за волной, переступая через тела своих павших собратьев.

Думгай не стал тратить патроны. Он шагнул вперед, в самую гущу. Его кулак в бронированной перчатке врезался в череп ближайшего зомби с таким звуком, будто раскололся перезрелый арбуз. Он двигался с пугающей скоростью и эффективностью. Удар, захват, рывок – и вот уже очередной мертвец летит в толпу, сбивая с ног еще троих. Наручное лезвие с хищным щелчком выскочило из его брони, и он начал просто кромсать врагов, превращая их в бесформенную массу.

Рядом с ним танцевал свой смертоносный танец Кратос. Клинки Хаоса, обвитые цепями, со свистом рассекали воздух. Это была не бойня. Это была поэзия огня и стали. Он вращался, нанося удары по широкой дуге, подтягивал к себе дальних врагов цепями, чтобы тут же испепелить их, или, наоборот, в прыжке обрушивался в самую гущу, создавая вокруг себя огненный вихрь.

За пять минут все было кончено. Пол холла был завален горой дымящихся останков. Турели замолкли, экономя боезапас.

Но тишина не вернулась.

Из темноты донесся новый звук. Тяжелый топот, злобное рычание и пронзительный визг летящих ракет.

– А вот и основное блюдо, – пророкотал Кратос, глядя, как из мрака появляются новые силуэты.

Огромные, рогатые Рыцари Ада, размахивающие когтистыми лапами. Розовые, похожие на безголовых быков Пинки, с ревом несущиеся напролом. И самое худшее – Ревенанты. Высокие скелеты с двумя ракетными установками на плечах.

Первый залп ракет ударил в колонну рядом с Кратосом, осыпав его каменной крошкой. В тот же миг из боковых коридоров хлынули солдаты Альянса. Вторжение было скоординированным.

На третьем этаже, в пустом офисе с выбитыми окнами, Грейсон Хант припал к прицелу своей снайперской винтовки «Скальпировщик».

– Сэмми, у нас гости, – бросил он. – Стрелки на девять часов.

– Вижу, – отозвался Серьезный Сэм, устраивая свою массивную винтовку «Кобра» на подоконнике.

Они открыли огонь одновременно. Их работа была похожа на диалог двух профессионалов.

– Беру того, что за машиной, – сказал Грей.

Выстрел. Голова солдата Альянса разлетелась кровавым облаком.

– Мой тот, что на крыше напротив, – доложил Сэм.

Еще один выстрел. Еще один труп.

Внизу Думгай и Кратос приняли на себя основной удар. Думгай выхватил свою двустволку и с оглушительным ревом всадил оба заряда в несущегося на него Пинки, превратив его переднюю часть в месиво. Кратос метнул топор «Левиафан» в одного из Ревенантов. Ледяное лезвие срубило скелета пополам, прежде чем вернуться в руку бога войны.

Но тут из рядов пришельцев вырвались десять фигур и, окутанные зеленоватым сиянием, взмыли вверх, вдоль стены небоскреба. Контролёры. Их огромные, вскрытые черепа пульсировали зловещей энергией.

– Яйцеголовые ублюдки! – грозно заметил Грей, переводя прицел. – Они хотят испортить сон нашим товарищам! Надеюсь, там кто-нибудь наверху за этим следит.

– Я попробую снять кого-нибудь! – вставил Грей.

Он переключил винтовку в режим усиленного заряда. Прицел налился красным. Он нажал на спуск. Из ствола вырвался не просто снаряд, а тонкий, как игла, луч раскаленной энергии. Он пронзил первого Контролёра, заставив его взорваться, и, не теряя мощи, ударил во второго, который летел чуть выше. Тот, в свою очередь, детонировал, и осколки его тела поразили еще двоих. Четверо за один выстрел.

– Неплохо, – одобрительно хмыкнул Сэм.

Но шестеро оставшихся продолжали свой полет.

На двадцать пятом этаже, в темном проеме разбитого окна, их уже ждали. Гордон Фримен и Би Джей Бласковиц.

– Мои, – коротко бросил Бласковиц и, высунувшись, дал длинную очередь из двух штурмовых винтовок. Свинцовый ливень изрешетил троих Контролёров, и их безжизненные тела рухнули вниз.

Оставшиеся трое попытались атаковать, выпуская в сторону окна шары психической энергии. Но Гордон Фримен, не выходя из укрытия, выстрелил из своей импульсной винтовки. Темно-энергетический шар, вырвавшись из ствола, полетел навстречу атакующим, поглотил их снаряды и, врезавшись в группу, аннигилировал их с глухим хлопком.

Внизу бой тоже подходил к концу. Последний Рыцарь Ада пал под ударами Клинков Хаоса, а последнего солдата Альянса Думгай просто разорвал пополам голыми руками.

Наступила короткая передышка. Но воины не расслаблялись. Они знали – это еще не конец.

И они были правы. Земля содрогнулась. Тяжелая, мерная вибрация, от которой зазвенели уцелевшие стекла. Из-за угла соседнего здания, с лязгом и скрежетом, вышли пять огромных шагающих машин. Две мощные ноги-опоры, массивный торс, увенчанный множеством орудий, и единственная красная оптика. Ходячие танки Строггов из мира Quake.

– Сукины дети! – донеслось по связи от Грея. – Заметил.

– Они подтянули сюда тяжёлую технику! – раздался в общем канале голос Думгая.

– Я попробую их взять на себя! – в эфир ворвался голос Кейна, бойца из отряда «Носорог», который держал оборону на одном из нижних этажей.

К нему тут же присоединились Думгай и Ло Ванг, спустившиеся с верхних этажей.

– Время для вечеринки в стиле «большой бада-бум»! – хохотнул Ло Ванг, увешанный взрывчаткой, как новогодняя елка.

Троица выскользнула из здания через черный ход. Начался смертельный танец Давидов против пяти Голиафов. Кейн, используя свой опыт борьбы со Строггами, поливал их огнем из своего футуристического автомата, целясь в сочленения ног. Это отвлекало танки, заставляя их сосредоточить огонь на нем. А в это время Думгай и Ло Ванг, словно два призрака, скользили между руинами, подбираясь к машинам вплотную.

Ло Ванг, с ловкостью акробата, запрыгнул на ногу одного из танков, пробежал по ней и установил заряд С-4 прямо под «головой» меха. Спрыгнув, он нажал на детонатор. Взрыв оторвал танку орудийную платформу.

Думгай действовал еще более прямолинейно. Он подбежал к другому танку, увернулся от очереди из плазменной пушки и, запрыгнув на корпус, начал голыми руками отрывать броневые листы, добираясь до проводки и гидравлики.

Один за другим, под градом гранат, ракет и взрывчатки, ходячие танки выходили из строя. Последний Строгг, видя участь своих товарищей, попытался отступить, но Кейн точным выстрелом из гранатомета перебил ему ногу. Машина накренилась и рухнула на бок. Ло Ванг подбежал к поверженному гиганту, заглянул в его потухшую оптику и помахал рукой.

– Ну что, съели, а? Инопланетные тараканы! Накатиська-выкусите! – крикнул он в пустоту.

На пятидесятом этаже, где Геральт и Дюк Нюкем скучали на своем посту, тоже началось движение. Из багрового неба, хлопая кожистыми крыльями, спикировала стая из двадцати виверн.

– О, детка, дичь сама летит в руки! – обрадовался Дюк и вскинул свой дробовик.

– Только не поджарь их всех, оставь немного мне, – проворчал Геральт, выхватывая серебряный меч.

То, что последовало дальше, было похоже на абсурдный балет. Дюк, хохоча, палил из дробовика по пикирующим тварям, превращая их в кровавые ошметки. А Геральт, двигаясь с ведьмачьей грацией, уворачивался от когтей и зубов, нанося точные, смертельные удары мечом. Он делал короткие пассы рукой – и знак Аард, как невидимый кулак, сбивал виверну с курса, а знак Игни окутывал другую огнем. За пару минут небо над ними было очищено.

И тут наступил финал ночного концерта.

Из-за горизонта, с характерным рокотом несущих винтов, показались семь точек. Они быстро приближались, превращаясь в силуэты ударных вертолетов «Апач».

– Вот же наглые и глупые курицы! – донесся по связи голос Грея.

Раздался сухой, хлесткий выстрел его винтовки. Один из вертолетов дернулся, из его двигателя повалил черный дым, и он, кувыркаясь, начал падать. Второй выстрел – и еще один «Апач», с развороченной кабиной, последовал за первым.

Оставшиеся пять вертолетов вышли на боевой курс, их целью был пентхаус.

Внизу, в холле, Кратос поднял голову. Он увидел приближающуюся угрозу. С нечеловеческим рыком он раскрутил свой топор «Левиафан» и с невероятной силой метнул его вверх. Топор, светясь морозным огнем и оставляя за собой голубоватый след, взмыл на высоту пятидесяти этажей. Он прошел сквозь кабину третьего вертолета, как нож сквозь масло, и, описав дугу, полетел обратно, вернувшись точно в протянутую руку бога войны.

Думгай не стал полагаться на холодное оружие. Он вскинул на плечо ракетную установку. Четыре быстрых выстрела. Четыре огненных следа устремились в небо. Четыре огненных шара расцвели в ночном мраке, когда последние вертолеты разлетелись на горящие обломки.

Бой закончился.

Над Иртангом снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь треском догорающих остовов.

***

В пентхаусе царил покой. Сквозь панорамные окна пробивались первые лучи багрового рассвета. Лёня открыл глаза. Он не слышал ни выстрелов, ни взрывов. Но все его тело было напряжено, как у зверя, который спал, но был готов к прыжку. Он оглядел остальных. Все спали, но их сон был чутким. Они держали ухо востро. Инстинкт, отточенный бесчисленными битвами, не давал им полностью расслабиться даже во сне.

Он осторожно высвободился из объятий Кати и встал. Подошел к двери и приоткрыл ее. В холле стояли его ночные стражи. Они не выглядели уставшими. Думгай протирал ствол своей двустволки. Кратос точил свои клинки. Дюк пытался закурить сигару. Они просто кивнули ему, словно ничего не произошло. Лёня кивнул в ответ и закрыл дверь, ничего не понимая. Ночь прошла спокойно. Слишком спокойно.

Через час весь отряд был на ногах. Аромат крепкого кофе и жареного бекона, который приготовили Рапунцель и Анна, окончательно развеял остатки сна. Герои мультфильмов, отдохнувшие и полные решимости, выглядели совсем иначе, чем вчера. В их глазах снова горел огонь. Они были готовы к бою.

После завтрака Лёня собрал всех в гостиной.

– Итак, – начал он, разворачивая на огромном экране карту, полученную из файлов Мейлиса. – У нас две цели: «Чёрная Меза» и замок Вольфенштейн. В каждом из этих мест спрятана часть ключа к Гарнилу. Судя по данным, «Чёрная Меза» ближе и, предположительно, менее защищена. Начнем с нее.

Он обвел взглядом свою команду.

– Это будет не разведка. Это будет штурм. Мы врываемся, забираем то, что нам нужно, и уходим. Никаких промедлений. Мы должны действовать как единый, неудержимый механизм. Быстро, жестоко, эффективно. Как лавина. Поэтому наша первая вылазка за руной получает кодовое название: операция «Чингисхан».

Название было неожиданным, но всем понравилось. Оно идеально отражало их настрой.

Они вооружились, проверили снаряжение, запаслись боеприпасами, едой и медикаментами, которые Катя и ее импровизированная команда медиков успели рассортировать. Герои мультфильмов больше не выглядели как случайные попутчики. Они двигались уверенно, их глаза были полны холодной решимости. Они сталкивались с подобными вещами и раньше, каждый в своем мире, но никогда – все вместе. И эта общность придавала им невероятную силу.

– Все готовы? – спросил Лёня.

Ответом ему было молчаливое, но единодушное согласие.

– Тогда вперед.

Вся команда – принцессы и боги, солдаты и волшебники, викинги и герои будущего – вошла в просторную кабину золотого лифта. Лёня нажал кнопку первого этажа. Двери бесшумно закрылись, и лифт плавно поехал вниз, в самое сердце поля битвы, о котором половина из них даже не подозревала.

Крестовый поход за спасение всех миров начинался. И первой его остановкой была «Чёрная Меза».