Мировой легион. История Гражданина.
Стальной Кошмар
***
Удушливая, вибрирующая тьма вагона давила со всех сторон. Воздух, густой от пыли железной руды, забивал ноздри и скрипел на зубах. Тела, вжатые в рыхлую породу, затекли, но никто не шевелился. Отряд «Гадюка» превратился в часть груза, в безмолвный и смертоносный балласт, который поезд, тяжело грохоча, вез прямо в пасть стального зверя.
Райя, приоткрыв один глаз, смотрела сквозь щель в борту вагона. Мимо проплывали гигантские, закопченные конструкции, опутанные паутиной труб и кабелей. Оранжевые отблески доменных печей плясали на мокрых от дождя стенах цехов, создавая сюрреалистическую картину ада, сошедшего со страниц индустриального романа. Грохот стоял невообразимый: лязг металла, вой турбин, шипение пара и низкий, утробный гул, от которого, казалось, вибрировали сами кости.
Поезд начал замедляться. Скрежет колес о рельсы резанул по ушам. Они въезжали в огромное, тускло освещенное пространство депо. Здесь было тише, но гул производства не стихал, доносясь отовсюду. Состав остановился.
– Мы на месте, – раздался в телепатической сети голос Райи. – Ждем.
Они лежали, затаив дыхание, прислушиваясь. Снаружи раздавались грубые крики надсмотрщиков-орков и тяжелые шаги патрулей. Но охрана здесь, в самом сердце производственного цикла, была немногочисленной и расслабленной. Вся работа была автоматизирована или выполнялась рабским трудом гоблинов и огров, которых никто не считал за угрозу.
Мирабель, выглянув из-за края вагона, тут же зажала рот рукой, чтобы не вскрикнуть. Там, в центре огромного зала, под переплетением стальных балок и цепей, висел он. Дюк Нюкем. Изможденный, грязный, в одних рваных штанах. Его знаменитые мускулы обвисли, светлые волосы спутались и почернели от копоти. Он был прикован к стальной колонне, а прямо над его головой замер огромный, пустой ковш для расплавленного металла.
– Ох, мама… – еле слышно прошептал Дюк, поднимая голову. Его голос был хриплым и слабым.
– Вижу цель, – доложила Райя. – Состояние… плачевное. Охрана минимальная. Мы готовы. Даю сигнал.
Она на мгновение закрыла глаза, посылая короткий, как выстрел, ментальный импульс.
– Сигнал пошел.
И в тот же миг Лёня, сидевший в зловонном коллекторе в нескольких километрах отсюда, ответил:
– Принято, «Гадюка». «Гудини», начинайте!
***
Операция «Стальной Кошмар» началась.
Для всего гигантского комплекса это было похоже на внезапный апоплексический удар. В одну секунду погасло все. Оранжевое пламя в доменных печах захлебнулось и сникло. Замерли конвейеры. Потухли экраны мониторов в диспетчерских. Отключились камеры наблюдения. Замолчали рации и телефоны. И самое главное – замерли, ослепнув, грозные турели «Фаланксов» и радары «Пэтриотов» на крышах. Весь завод, этот кипящий, ревущий монстр, погрузился в почти полную темноту и звенящую, неестественную тишину, нарушаемую лишь затихающим гулом остывающего металла.
И в эту тишину, словно удар молнии, ворвался рев маго-реактивных двигателей.
Первыми в бой пошли «Валькирии». Мэри и Таня, словно два ангела-мстителя, вырвались из-за облаков и обрушились на беззащитные системы ПВО.
– Зачистка неба! – скомандовала Мэри.
Ее батальон и батальон Тани, работая с хирургической точностью, начали методично уничтожать зенитные установки. Розовые лучи винтовок Сью смешивались с разрывными заклинаниями магов Дегуршафф. «Фаланксы» и «Пэтриоты» разлетались на куски, не успев сделать ни единого выстрела. Вражеские маги, патрулировавшие небо, были застигнуты врасплох. Они пытались организовать сопротивление, но против слаженных действий двух элитных подразделений, усиленных дарами и опытом сотен битв, у них не было ни шанса. Это была не битва, а показательная казнь. Асы из разных миров, Мэри и Таня, устроили в небе настоящую пляску смерти, сбивая одного вражеского мага за другим.
Иккинг и Том со своими семьями взяли на себя истребительное прикрытие, не давая врагу опомниться и перегруппироваться. Они носились между цехами, поливая огнем все, что пыталось взлететь или оказать сопротивление с земли.
Сразу за ними в атаку пошла группа «Тамогавк». Десятки легионеров, пикируя с небес, обрушили на наземные силы противника всю свою ярость. Гранаты и ракеты разносили в клочья БТРы и броневики. Пулеметные очереди косили боевиков, выбегавших из казарм. Радиовышка, центр связи всего комплекса, рухнула, перебитая у основания точным выстрелом из ракетницы Серьезного Сэма.
Затем легионеры, приземлившись на крыши цехов, начали зачистку. Они врывались внутрь через световые фонари и технические люки, сея смерть и панику. В огромных, гулких залах, где орки, огры и гоблины в поте лица обрабатывали и отливали железо, начался сущий ад. Рабы, увидев, что их надсмотрщики падают, сраженные пулями с небес, подняли бунт. Они хватали раскаленные заготовки, молоты, ломы и набрасывались на своих мучителей. Производство встало окончательно, утонув в хаосе и крови.
Враг пытался сопротивляться, но это были предсмертные конвульсии. Лишенные связи, командования и поддержки с воздуха, они были обречены. Потери были колоссальными.
***
В депо отряд «Гадюка» не стал дожидаться, пока хаос начнется снаружи. Как только погас свет, они выпрыгнули из вагонов.
– Огонь! – крикнула Райя.
Короткие, точные очереди из автоматов с глушителями скосили немногочисленную охрану у колонны. Двое орков, стоявших у пульта управления краном, рухнули, не успев нажать тревожную кнопку.
Легионеры тут же окружили Дюка.
– Спокойно, товарищ, – сказала Мирабель, подбегая к нему, чтобы перебить цепи. Она наморщила нос. – Фу, ну ты и воняешь!
– Ох, прасти, пожалуйста, малышка! – извиняющимся тоном прохрипел Дюк. Его обычная бравада испарилась без следа. – Эти гады сожрали все мои освежающие одеколоны! Ну пожалуйста, вытащите меня отсюда! Ужасно висеть тут, как груша, питаться помоями и испражняться где попало, как животное в зоопарке!
– Держись, мы тебя вытащим! – твердо сказала Райя.
Ее меч, сверкнув в тусклом аварийном свете, одним ударом разрубил толстые звенья цепи. Обессиленный Дюк рухнул на руки подхвативших его бойцов.
***
В тот же миг, когда Райя подала сигнал, Лёня отдал приказ. Небольшой заряд пластида, установленный на ржавой решетке коллектора, сработал с глухим хлопком. Путь был свободен.
– «Кобра», вперед!
Отряд ворвался в литейный цех. Зрелище было апокалиптическим. В тусклом свете аварийных ламп и отблесках остывающего в ковшах металла метались тени. Гоблины и огры, бросив работу, в панике пытались понять, что происходит.
– Зачистить!
Лёня и Катя, двигаясь как единое целое, неслись вперед. Его катана и ее тесак пели смертельную песню. Семья Эльзы действовала как ледяная буря, замораживая и разбивая врагов на куски. Бой был коротким и жестоким.
– Джек, Эльза! Кромешник – ваш! – крикнул Лёня, прикрывая их огнем из автомата. – Остальные – со мной! Прикрываем их!
Джек и Эльза, не сговариваясь, рванулись к отдельно стоящему офисному зданию. Дверь была заперта.
– Отойди! – крикнул Джек.
Небольшой заряд С-4, прилепленный к замку, превратил бронированную дверь в груду искореженного металла.
Они ворвались внутрь. Кабинет начальника цеха. Роскошная, неуместная в этом индустриальном аду мебель. И он.
Кромешник.
Он стоял у огромного панорамного окна, спиной к ним, и смотрел на хаос, царящий на заводе. Высокий, худой, одетый в идеально черный, развевающийся плащ. Настоящий шайтан, сотканный из теней и страха.
Он медленно обернулся. Его лица не было видно – лишь тьма под глубоким капюшоном.
– Я ждал тебя, Фрост, – его голос был подобен шелесту сухих листьев и скрипу могильной земли. – Ты все-таки пришел. Пришел умереть. Снова.
– Сегодня умрешь ты, тварь, – ледяным тоном ответил Джек.
– Глупый мальчишка, – усмехнулся Кромешник. Он щелкнул пальцами, и из теней по углам комнаты начали выползать они. Кошмары. Искаженные, уродливые существа, сотканные из первобытных страхов: гигантские пауки с человеческими лицами, бесформенные, склизкие твари с десятками глаз, тени с когтями вместо пальцев.
– Эльза! – крикнул Джек.
Королева Эренделла не нуждалась в приказах. Она вскинула руки, и комната наполнилась ледяным вихрем. Ледяные шипы, острые как бритва, полетели в тварей, пригвождая их к стенам и полу. Она создала ледяной барьер, отрезая Джека и Кромешника от основной массы кошмаров.
– Иди, – сказала она, ее глаза горели синим пламенем. – Я их задержу.
Джек, не раздумывая, бросился вперед. Кромешник с презрительной усмешкой выхватил из-под плаща два длинных, изогнутых клинка из черного, как ночь, металла.
Их мечи встретились с оглушительным звоном. Начался танец смерти. Джек дрался с яростью и отчаянием того, кто сражается не за жизнь, а за отмщение. Его катана, подарок от Ло Вэнга, описывала в воздухе смертоносные дуги. Он вкладывал в каждый удар всю свою боль, всю свою ненависть к этому существу, которое отняло у него все.
Кромешник был быстрее, изворотливее. Он двигался как тень, его удары были коварны и непредсказуемы. Он не дрался, он играл, наслаждаясь страхом и яростью своего противника.
Но он недооценил Джека. Недооценил его волю. И недооценил его друзей.
Эльза, сдерживая натиск кошмаров, нашла момент и выпустила в Кромешника тонкую ледяную стрелу. Она не ранила его, но заставила на долю секунды потерять концентрацию.
Этой доли секунды Джеку хватило.
Он ушел от выпада, прокрутился и нанес молниеносный удар. Лезвие катаны прошло по руке Кромешника, державшей меч. Тот взвыл от боли и ярости, отшатнувшись. Джек не дал ему опомниться. Второй удар – и он выбил второй клинок из его руки.
Кромешник остался безоружен. Он попытался раствориться в тенях, но Джек был быстрее. Он схватил его за горло, прижал к стене.
– Это за тех, кого ты мучил, – прошипел он.
Лезвие катаны сверкнуло.
– Это за тех, кого ты убил.
Короткий, резкий взмах.
– А это – за меня.
Кровь, черная и густая, как смола, хлынула из перерезанного горла. Кромешник захрипел, его тело задергалось в конвульсиях. Джек, не отпуская его, выхватил из-за пояса Стилет. Багровый кристалл на рукояти жадно вспыхнул. Он вонзил иглу в сердце Повелителя Кошмаров.
Раздался душераздирающий, нечеловеческий вопль. Тело Кромешника затряслось, оно начало съеживаться, сохнуть, превращаясь в прах. Стилет жадно высасывал его темную, злобную душу. Через несколько секунд все было кончено. На пол с тихим шорохом осыпалась горстка серой пыли. Остался лишь черный плащ и два клинка. А в руках у Джека был Стилет, в кристалле которого теперь бился, словно пойманное сердце, еще один сгусток багровой энергии.
К нему подошла Эльза. Ее семья, разобравшись с остатками кошмаров, вошла в кабинет. А следом за ними – Лёня и Катя.
Джек стоял, тяжело дыша, и смотрел на Стилет в своей руке. Он сделал это. Он отомстил.
Лёня положил ему руку на плечо.
– Все кончено, Джек. Он больше никого не тронет.
Джек медленно кивнул, все еще не веря.
Лёня активировал рацию.
– Говорит «Гражданин». Всем группам доложить обстановку.
– Говорит «Валькирия-1», – отозвалась Мэри. – Небо чистое. Сопротивление в воздухе подавлено.
– Говорит «Тамогавк-1», – доложил Стоик. – Завод под нашим контролем. Враг разгромлен. Собираем пленных.
– Говорит «Гадюка-1», – раздался голос Райи. – Задача выполнена. Дюк Нюкем спасен. Он жив и сейчас в безопасности. Оказываем ему первую помощь.
Лёня посмотрел на Джека, на кристалл в его руке, на пустой черный плащ на полу.
– «Кобра-1» на связи, – сказал он в рацию. – Цель ликвидирована. Кромешник мертв. Его душа у нас. Операция «Стальной Кошмар» завершена. Всем группам собраться в главном депо. Пора домой, легион. Пора домой.