Мировой легион. История Гражданина.
Королевская Кровь и Сталь Джавелина
***
Высота 2456 превратилась в кипящий котел. Воздух, еще недавно чистый и разреженный, теперь был густым от запаха озона, гари, крови и раскаленного металла. Шале, служившее временной базой, стало эпицентром урагана, где Мировой легион и воины-скорпионы СильверЛейса сошлись в смертельной схватке с ордами Тайного ордена.
Лёня, зависнув в воздухе над полем боя, координировал оборону, и его голос, усиленный телепатической связью, звучал в головах каждого легионера – спокойный, холодный, как щелчок затвора.
– Сектор «Гамма», плотнее огонь! Не давайте элементалям подойти к позициям скорпионов! Катя, левый фланг!
– Поняла! – отозвалась она, и ее автомат, усиленный божественными чарами, выплюнул очередь светящихся трассеров, разрывая на куски ледяную гончую, что неслась на одного из гигантских арахнидов.
Скорпионы СильверЛейса были несокрушимой стеной. Их плазменные пушки и автоматические турели создавали перед шале настоящую зону смерти. Хитиновые панцири выдерживали удары огненных валунов, которые метали титаны Белрока, а мощные клешни кромсали тварей, которым удавалось прорваться. Но врагов было слишком много. Из разломов в земле, сотканные из чистого мрака, лезли уродливые создания короля Артура – безглазые, многосуставчатые твари, чьи когти могли рвать сталь.
– Зачистка! – скомандовал Лёня, и его отряд, состоящий из ветеранов видеоигровых войн, обрушился на них, как карающий молот.
Звуки боя слились в оглушительную какофонию: рев турелей, визг плазмы, грохот взрывов и яростные крики.
Выше, в багровом небе, кипела своя битва. «Валькирии» – Мэри, Таня, Иккинг, Том и их семьи – сошлись в смертельном танце с магами Мейлиса. Это был бой на равных. Враг был хорошо обучен и экипирован, но у «Валькирий» были опыт, ярость и Дар Единства.
– Виктория, прикрой меня! Захожу с фланга! – скомандовала Таня, и ее 203-й батальон, словно рой ос, совершил вираж, заходя в хвост вражеской эскадрилье.
А на земле, у подножия горы, под прикрытием огня Мериды, Райи и их семей, кипела другая, не менее важная работа. Рапунцель и Мирабель со своими близкими, рискуя жизнью, под градом магических разрядов и проклятий, собирали сброшенные с «Геркулеса» контейнеры. В них были боеприпасы, медикаменты и, самое главное, новое снаряжение от профессора Шугеля. Каждый ящик был на вес золота.
Битва бушевала, и казалось, ей не будет конца. Но это была лишь прелюдия. Настоящая драма разворачивалась в нескольких километрах отсюда, в лесу, где пламя и лед сошлись в смертельном объятии.
***
Лес стонал. Половина его была объята неестественно холодным, синим пламенем, превращавшим деревья в ледяные скульптуры, а другая – ревущим огнем, обращавшим землю в растрескавшуюся корку. Посреди этого безумия стихий, команда Джима Лейка-младшего отчаянно пыталась защитить Нари.
– Сестра, – прошипел Скраэл, его голос был похож на скрип льда. Он стоял посреди ледяного ада, и снежинки кружились вокруг него, не тая. – Ты была так близка. Так близка к возвращению домой.
– Мы заберем ее, – пророкотал Белрок, его тело пылало, как доменная печь. – И Орден снова будет един.
Но прежде чем они успели сделать шаг, путь им преградила стена из чистого, ревущего пламени, сотканная Морганой.
– Боюсь, сегодня ваши планы меняются, господа, – раздался спокойный, но полный стали голос.
Из огня, словно призрак из прошлого, вышел рыцарь в черных, покрытых зловещими рунами доспехах. Его лицо скрывал глухой шлем, но в руке он сжимал Экскалибур, чье лезвие светилось неземным, оскверненным светом.
– Артур… – выдохнула Моргана, ее лицо побледнело.
– Король Артур Пендрагон, – поправил он ее, его голос был искажен магией, лишен всех человеческих эмоций. – И я пришел забрать то, что принадлежит Тайному ордену.
– Ты мертв! – воскликнул Мерлин, опираясь на свой посох. – Я видел… Я чувствовал, как твоя жизнь угасла!
– Смерть – это лишь начало, старый друг, – усмехнулся Артур. – Орден даровал мне новую жизнь. И новую цель. Я служу им. И я выполню их волю. Отдайте мне девчонку.
– Никогда! – взревел Джим. Его меч, «Дневной свет», вспыхнул алым. – Ты был героем, Артур! Что они с тобой сделали?! Ты же был простолюдином, деревенщиной, пока не вытащил меч из камня! Ты был одним из нас!
– Они открыли мне глаза, Охотник на троллей, – ответил Артур. – Показали истинный путь. Человечество – это чума. И мы – лекарство.
Он поднял Экскалибур.
– Вы не оставили мне выбора.
Земля под их ногами задрожала. Из-под земли, из теней, из самой тьмы джунглей начали появляться твари. Искаженные, уродливые создания из ночных кошмаров, сотканные из мрака и злобы.
– Вы сразитесь с моей армией, – сказал Артур. – А я заберу то, за чем пришел.
С этими словами он исчез в столбе черного дыма, появившись рядом с Нари. Дукси и Зои, которые пытались привести ее в чувство, тут же создали защитный барьер, но Скраэл и Белрок ударили одновременно. Ледяной шторм и огненный смерч обрушились на барьер, и тот с треском рассыпался.
– Проклятые мозгляки! – вставил Дукси, отлетая в сторону.
– Да чтоб вы там сдохли, шайтановы отродья! – добавила Зои, выстреливая из своего посоха цепной молнией, которая лишь безвредно скользнула по огненной ауре Белрока.
Скраэл, не обращая внимания на сопротивление, схватил бесчувственную Нари. Рядом с ним раскрылся портал, похожий на рваную рану в реальности.
– Нет! – крикнул Мерлин, но было поздно.
Скраэл и Белрок, унося с собой Нари, шагнули в портал, и тот тут же захлопнулся.
А тем временем армия тьмы обрушилась на отряд Джима.
– За Аркадию! – крикнул он, и его команда, его семья, вступила в бой.
Мечи, бластеры, магия – все смешалось в смертельном вихре. Акиридианцы, король Фиалтор и королева Каранда, вместе с Ажей и Крелом, прикрывали фланги, сбивая вражеских магов, что пытались атаковать с воздуха. Их серраторы со свистом рассекали воздух, оставляя за собой лишь обезглавленные тела.
Но Артур, освободившись от необходимости захватывать Нари, теперь сосредоточил все свое внимание на Джиме. Их клинки столкнулись с оглушительным звоном, высекая снопы искр. Бой был яростным. Артур, несмотря на то, что был мертв и осквернен, не растерял своего мастерства. Он был быстрее, сильнее. Каждый его удар нес в себе мощь веков. Джим, несмотря на все свои тренировки, на уроки Варватоса, был на пределе. Он отступал, парировал, уклонялся, но чувствовал, как силы покидают его.
Стриклер, отбиваясь от тварей, кричал, пытаясь достучаться до разума короля:
– Ваше величество, опомнитесь! Это не вы! Они отравили ваш разум! Вы защитник, правитель Камелота!
Но Артур не слушал. Он видел перед собой лишь врага. Мощным ударом он выбил меч из рук Джима. «Дневной свет» отлетел в сторону и погас. Следующим ударом Артур сбил Охотника с ног. Он упал на спину, тяжело дыша. Артур занес над ним Экскалибур для последнего, смертельного удара.
Моргана видела это. Она только что очередью из своего STG-60 разорвала на куски десяток тварей, что пытались прорваться к ней. Ее глаза, полные слез, злости и безмерной печали, были прикованы к сцене в центре поляны. Ее брат. Ее Артур. Тот, кого она когда-то любила больше жизни, и тот, кого потом ненавидела всем сердцем. Сейчас он был чудовищем, готовым убить мальчика, который сражался за все то, во что они когда-то верили.
В ее душе что-то оборвалось.
Она с яростью отбросила автомат. Ее руки, дрожа, потянулись к Закипсу. Через мгновение в них лежал холодный, тяжелый FGM-148 Javelin. Современное оружие. Оружие, которое не знало ни чести, ни магии. Оружие, которое просто убивало.
Она припала на одно колено, вскидывая пусковую установку на плечо. Включила модуль CLU. В окуляре, подсвеченный зеленым, она увидела своего брата, занесшего меч над беззащитным Джимом. Тепловая сигнатура его тела горела ярким пятном на фоне холодного леса.
Слезы текли по ее щекам, смешиваясь с грязью и потом.
– Прощай, брат, – прошептала она. – Прости меня. За все.
Она нажала на спуск.
Ракета с оглушительным ревом сорвалась с направляющих. Она оставила за собой шлейф белого дыма, пронзая воздух, наполненный криками и звоном стали.
Артур, почувствовав угрозу, на мгновение обернулся. Но было поздно. Ракета, ведомая бездушной электроникой, ударила его точно в грудь.
Взрыв был чудовищным.
Тоби, видевший это, в последнюю секунду успел накрыть Джима своим телом, активировав защитное заклинание. Ударная волна с ревом пронеслась над ними, вырывая с корнем деревья и разбрасывая тварей Артура, как тряпичных кукол.
Когда дым рассеялся, все увидели его. Король Артур лежал на земле. Его черные доспехи были разорваны, из огромной дыры в груди валил черный дым. Он был еще жив. Едва- едва.
Моргана, бросив гранатомет, подбежала к нему. Она упала на колени, осторожно приподнимая его голову и снимая с него шлем.
Лицо Артура было бледным, из уголка рта стекала струйка крови. Но в его глазах, впервые за долгое время, не было безумия. Лишь боль и… узнавание.
– Моргана… – прохрипел он.
– Я здесь, Артур, я здесь, – плакала она, гладя его по спутанным волосам. – Не уходи! Прошу тебя, не уходи! Вернись ко мне!
Все остальные подошли, образовав вокруг них молчаливый, скорбный круг.
– Прости меня, сестра, – прошептал Артур, его дыхание становилось прерывистым. – Это я… я во всем виноват.
– Нет, что ты говоришь…
– Я… я не слушал тебя. Я был ослеплен гордыней. Властью. Гвиневра… ее смерть… это не твоя вина. Я знаю. Я всегда знал. Но мне было легче обвинить тебя, чем признать, что я не смог ее защитить. Я был королем… и я был дураком.
Слезы текли по лицу Морганы. Она не могла говорить, лишь качала головой.
– Ты не злая, Моргана, – его голос становился все тише. – Ты всегда хотела лишь справедливости. А я… я отнял у тебя все. Прости меня.
– Я прощаю тебя, Артур! Я давно простила! Только живи!
– Нет… Мое время вышло. Но ты… ты живи. Живи вечно, сестра. Будь счастлива.
Он закашлялся, и его тело содрогнулось в последней конвульсии. Его глаза, устремленные на лицо сестры, остекленели. Король Артур Пендрагон, легенда, герой и тиран, был мертв.
Моргана закричала. Это был крик не ведьмы, не королевы. Это был крик маленькой девочки, потерявшей своего брата.
Она долго сидела так, обнимая его безжизненное тело, пока Мерлин осторожно не коснулся ее плеча.
– Он ушел, дитя мое. Его душа свободна.
Моргана медленно подняла голову. Ее лицо было мокрым от слез, но в глазах больше не было той вечной боли. Лишь тихая скорбь.
– Его меч… – тихо сказал Стриклер. – Кто-то должен взять его. Он не может остаться здесь.
Все посмотрели на Экскалибур. Он лежал на земле, все еще светясь зловещим, багровым светом.
– Джим, – сказала Клер, подойдя к нему и помогая подняться. – Это должен быть ты.
Джим, все еще оглушенный, посмотрел на меч, потом на тело Артура, на плачущую Моргану. Он медленно подошел и, помедлив мгновение, протянул руку.
Как только его пальцы коснулись рукояти, меч взревел. Багровое свечение усилилось, пытаясь поглотить его, отравить его душу, как отравило душу Артура. Но Джим выдержал. Он вспомнил все: Аркадию, своих друзей, Клер, свою мать, Лёню, Катю, весь этот безумный Мировой легион. Он вспомнил, за что он сражается.
И его собственная воля, его свет, оказались сильнее.
Багровое пламя, шипя, отступило. Тьма, осквернившая клинок, испарилась, словно утренний туман. И Экскалибур снова засиял. Чистым, серебристо-голубым светом, светом надежды.
Джим поднял его. Меч был легким, словно продолжение его руки. Он посмотрел на свой старый, верный «Дневной свет», лежавший неподалеку. Подошел, поднял и его. Теперь у него было два меча. Меч Охотника на троллей и меч Короля.
Он подошел к Моргане.
– Мне жаль, – тихо сказал он.
Она лишь кивнула, вытирая слезы.
– Мы должны идти, – сказал Мерлин. – Битва еще не окончена.
Они покинули горящий и замерзший лес. Они одержали победу. Но эта победа была горькой. Они потеряли Нари. И они похоронили короля. Позади них, в пламени и льду, остался лежать Артур Пендрагон, а рядом с ним – ракета от «Джавелина», современный стальной крест на могиле древней легенды.