Мировой легион. История Гражданина.
Гнев Тритона
***
Пять «Тризубцев», словно стая хищных рыб, одновременно ушли под воду. Мир за бронестеклом мгновенно сменился. Яркий, но болезненный свет дня Оргастра уступил место густым багровым сумеркам. Вода была плотной, мутной, словно разбавленная кровь, и лучи мощных прожекторов с трудом пробивали эту взвесь, выхватывая из мрака причудливые силуэты подводных скал, похожих на кости доисторических чудовищ.
Они покинули храм и затонувший город, который снова погрузился в свою вековую тишину. Пять батисфер, словно стая серебристых рыб, начали подъем на поверхность. Первый ключ был у них. Впереди ждали неприступные горы Шыйсар и выжженная солнцем пустыня Фэролайт. Бездна отпустила их. Но это было лишь начало. Гамбит Нептуна был выигран, но впереди ждали новые, еще более опасные партии.
Лёня со своим легионом возвращался обратно к батисферам, чувство выполненного долга смешивалось с тревожным ощущением чужеродности этого мира. Они парили над крышами затонувших зданий, и их маго-реактивные модули оставляли за собой едва заметные вихри в мутной воде.
– Какая тишина… – прошептала Рапунцель, с восхищением оглядывая величественные руины. – Будто время остановилось.
Но тишина была обманчивой. Внезапно над ними, на самой границе видимости, промелькнула еще одна колоссальная тень. Она была иной, нежели тень Кракенга. Более быстрой, хищной, извивающейся.
– Что это? – спросила Рапунцель, ее голос в радиосети прозвучал встревоженно.
– А, наверное, еще очередной… – начал было Лёня, но его слова потонули в оглушительном, предсмертном реве, который донесся до них через воду и передался вибрацией по корпусам скафандров. Это был звук, полный боли и ужаса. Звук, который мог издать только Кракенг.
– Вот дьявол! – выругался Лёня, резко разворачиваясь. – Кого-то там небось съели!
– Товарищ Гражданин! – в эфире раздался взволнованный голос Тома из головного «Тризубца». – На Кракенгов нападают! Какие-то другие, здоровые и довольно злые твари!
Лёня активировал максимальное увеличение на визоре своего шлема. То, что он увидел, заставило кровь застыть в жилах. На центральной площади, где они совсем недавно прощались с древним стражем, разыгрывалась кровавая бойня. Десятки новых тварей, похожих на кошмарные гибриды змеи и дракона, атаковали Кракенгов. Эти существа были длинными, гибкими, с множеством коротких, но мощных лап-плавников, двумя хвостами, увенчанными острыми костяными шипами, и огромной зубастой пастью, над которой, словно у морского черта, висел светящийся отросток-приманка.
– Ох, варварство… – пророкотал Варватос Векс, сжимая в руках свой пневматический гарпун. – Славно!
Одна из гидр, извернувшись с невероятной скоростью, вцепилась в тело Кракенга, с которым говорила Моана. Ее челюсти сомкнулись, и кусок плоти, размером с автомобиль, был вырван с чудовищной силой. Кракенг взревел от боли, его щупальца в агонии молотили по воде.
– Да он похож на морского чёрта! – поправила Оливия, наблюдая за бойней через камеры «Тризубца».
– Он… он убил его! – голос Моаны сорвался на крик. Она видела, как ловко и безжалостно гидра разорвала Кракенга в клочья. Его гигантское тело медленно оседало на дно, окрашивая воду в еще более густой багровый цвет.
– Да чтоб их там всех сдохнуть! – выплюнул Лёня и тут же переключился на закрытый канал связи со штабом. – Профессор Хайден, ВЕГА! Прием! Тут на стражей города напала какая-то здоровая тварь, похожая на дракона!
– Мы видим, Гражданин, – ответил бесстрастный голос Хайдена. – Это Ялюсткая гидра. Высшие хищники этих глубин. Они живут в самых темных впадинах и охотятся только на крупную добычу.
– Гидра?! – в голосе Лёни прозвучало неподдельное изумление. – Серьезно, мать вашу?! Что дальше? Ктулху на обед?
– Эти существа обычно держатся подальше от поверхности и избегают освещенных участков, – добавил ВЕГА. – Вероятно, ваша активность и свет прожекторов привлекли их. Рекомендуем немедленно покинуть зону. Ваша миссия выполнена.
– Мы не можем! – крикнула Моана, ее голос дрожал от ярости и слез. – Мы не можем бросить их! Мы только что… мы подружились!
– Дочь моя, это не наша война, – попытался успокоить ее вождь Туи.
– Это наша война! – отрезала она. – Они защищали этот город, а теперь их убивают! Мы не можем просто уплыть!
Лёня молчал. Логика подсказывала, что Хайден и ВЕГА правы. Их миссия – ключи. Рисковать всем легионом ради спасения подводных монстров, пусть и разумных, было безумием. Но потом он вспомнил глаза Моаны, когда она касалась Кракенга. Вспомнил, как его легион, его семья, без колебаний бросался спасать друг друга. Они не бросали своих. А Кракенги, пусть и на короткое время, стали своими.
– Нет, Моана, – тихо сказал он в общую сеть. – Мы не бросим их.
Повисла тишина.
– Но, Гражданин… – начал было Хайден.
– Профессор, – перебил его Лёня, и в его голосе прозвучала сталь. – Ялюсткие гидры – это высшие хищники, так? Значит, они представляют угрозу и для ваших подводных лодок. И для наших. Мы зачистим этот сектор. Это больше не просьба. Это приказ Мирового легиона.
– Но…
– Конец связи, – отрезал Лёня и переключился на общую волну. – Легион! Слушать мой приказ! Мы вступаем в бой! «Тризубцы», ваша задача – отвлечь основную стаю! Атакуйте их торпедами, гарпунами, чем угодно! Не дайте им добраться до уцелевших Кракенгов! Моана, Мерида, отряды «Хвостокол» и «Кронос»! Ваша задача – защита Кракенгов! Создайте оборонительный периметр вокруг раненых! Отбивайте любую тварь, что прорвется! Остальные – со мной! Занимаем позиции в руинах! Будем работать как снайперы! Крел, раздай разрывные заклинания для гарпунов! Мы покажем этим переросткам, что такое настоящая охота!
– Есть! – хором ответили десятки голосов.
Без лишних слов легионеры пришли в движение. Пять «Тризубцев», развернувшись, на полной скорости устремились навстречу стае гидр. С их бортов сорвались первые торпеды, оставляя за собой пузырящиеся следы. Взрывы сотрясли воду, и три гидры, разорванные на куски, застыли в багровой мгле. Этого оказалось достаточно. Стая, оставив раненых Кракенгов, с яростью ринулась на новую, наглую добычу.
Батисферы, используя свою маневренность, начали уворачиваться, кружа в смертельном танце между исполинскими телами.
– Мэри! Таня! Поддержка! – скомандовал Лёня.
– Уже! – ответила Мэри.
Она и ее друзья, находясь в десантном отсеке, через специальные порты наложили на торпеды божественные чары наведения. Теперь снаряды, выпущенные из «Тризубцев», сами находили цель, огибая препятствия и впиваясь в тела гидр. 203-й батальон Тани, используя свои магические таблицы, создавал вокруг батисфер мерцающие щиты, которые гасили удары хвостов и челюстей.
Тем временем Моана и ее группа уже были у раненых Кракенгов. Они создали живой щит, и их гарпуны били без промаха, отгоняя одиночных гидр, что пытались прорваться к легкой добыче.
Лёня со своим отрядом занял позиции на крышах и в окнах затонувших зданий.
– Целься в светящийся отросток! Это их слабое место! – крикнул он, вспомнив описание морского черта.
Он прицелился. Дар Прозрения позволял ему видеть тепловые сигнатуры тварей даже сквозь мутную воду. Дар Концентрации замедлил время, превратив хаотичный бой в медленный, почти медитативный танец смерти. Он нажал на спуск. Тяжелый гарпун, окутанный разрывным заклинанием, вылетел из пневматического ружья и с хирургической точностью поразил светящуюся «лампочку» на голове гидры. Раздался глухой хлопок, и гигантская тварь, дернувшись в конвульсиях, замертво рухнула на дно.
– Отличный выстрел! – крикнула Катя, поражая свою цель.
Бой кипел. Легионеры, рассеявшись по руинам, превратили древний город в смертельную ловушку. Гидры, привыкшие быть на вершине пищевой цепи, оказались в роли дичи. Они были сильны и быстры, но против тактики, магии и современного оружия они были бессильны.
И тут с поверхности пришла помощь. Вода над ними вскипела от десятков взрывов. Это флот мятежников, получив сигнал от Лёни, начал сброс глубинных бомб и координированных торпедных залпов.
– Есть! Получайте, твари! – заорал Дюк Нюкем, наблюдая, как очередная гидра разлетается на куски от прямого попадания.
Взрывы дезориентировали стаю. Они метались в панике, натыкаясь друг на друга, и становились легкими мишенями для легионеров. За полчаса все было кончено. Дно затонувшего города было усеяно гигантскими, безжизненными телами Ялюстких гидр.
– Всем отрядам, доложить о потерях, – скомандовал Лёня, тяжело дыша.
– Потерь нет, командир, – доложила Мэри. – Только легкие повреждения обшивки у «Тризубца-девять».
– Отлично. Возвращаемся к батисферам.
Легионеры начали собираться у своих подводных аппаратов. Моана, прежде чем вернуться, подплыла к уцелевшему Кракенгу. Он был ранен, но жив. Он медленно повернул к ней свой огромный алый глаз, и в его взгляде больше не было настороженности. Лишь бесконечная, древняя мудрость.
Она снова протянула руку и коснулась его. И в этот момент она почувствовала… нет, не мысли, а образы, эмоции. Он благодарил ее. Он показывал ей океан – не этот, кровавый, а другой, чистый, синий, полный жизни. Он показывал ей ее саму, стоящую на берегу, и волны, которые ласково касались ее ног.
Кракенг увидел в ее душе не просто человека, не просто мореплавательницу. Он увидел дух самого Океана. Он увидел Хранительницу.
Он осторожно, почти нежно, обвил ее своим щупальцем, прижав к себе в знак высшего доверия. Это было их безмолвное прощание.
– Я вернусь, – прошептала она, зная, что он ее поймет.
Она отстранилась и поплыла к своему «Тризубцу». Люк за ней с шипением закрылся.
Пять батисфер, выполнив свою миссию, начали всплытие. Они оставляли позади затонувший город, который снова погружался в свою вечную тишину, теперь уже под защитой спасенных им стражей.
Когда они вынырнули на поверхность, их уже ждал весь объединенный флот мятежников. Сотни кораблей приветствовали их гудками и сигнальными ракетами. Их подняли на борт флагманского авианосца, где их встречали как героев.
Вечером, когда суматоха улеглась, Моана долго стояла на палубе, глядя на багровое море. Она сделала то, о чем и не мечтала. Она не просто увидела кракена. Она подружилась с ним. Она поняла, что он не злой, не морской дьявол из сказок, который топит корабли. Он не Дэви Джонс. Он просто страж, охраняющий свою святую землю.
Первый костяной тотем был у них. Впереди ждали новые испытания, новые храмы. Авианосец, развернувшись, взял курс к горному плато Шыйсар. Путь ко второму ключу начался.